В конце августа 1619 г. в Виргинию прибыл голландский корабль, впервые доставивший в Северную Америку негров, двадцать из которых были сразу же куплены колонистами в качестве рабов.

Тут нельзя не сказать об американском брэнде – голландском корабле «Мэйфлауэр» (Mayflower – Майский цветок).

19 сентября 1620 г.[7] шлюп «Мэйфлауэр» со 102 пассажирами, в числе которых были три беременные женщины, покинул британский порт Плимут. Во время плавания Елизавета Гопкинс родила сына, названного Oceanus (Океанчик).

19 ноября пилигримы увидели Америку – мыс Код (мыс Трески). Через два дня, за несколько часов до высадки, эмигранты подписали документ, известный как «Соглашение на Мэйфлауэре», которому американская историография придает судьбоносное значение, как зародышу конституционного самоуправления, «животворному семени» американской жизни и проявлению внутренней свободы духа.

Вскоре у мыса Трески возникло поселение Новый Плимут. Трудная жизнь колонистов быстро обросла легендами. И как знать в России старалась вывести свои родословные от Рюрика и Гедемина, так и богатые американцы в XIX – ХХ веках придумывали себе предков, прибывших на «Мэйфлауэре».

В 1630–1643 гг. в Новую Англию, в район Массачусетского залива, прибыло около 20 тысяч человек.

В результате непрерывных войн в колониях рано сложились собственные вооружённые силы. Каждый фермер должен был быть одновременно и воином. В сражениях с индейцами формировались опытные военачальники.

Политическое устройство колоний было неоднородным. Так называемые королевские провинции управлялись непосредственно губернаторами, назначаемыми из Англии. В частнособственнических колониях, например, в Пенсильвании, власть находилась в руках владельцев колоний, но под контролем английского правительства. Наконец, были и такие колонии, как Род-Айленд и Коннектикут, в которых существовало так называемое «народное самоуправление». Господствующая роль в управлении этими колониями принадлежала небольшой группе купеческих и землевладельческих семей.

Во всех колониях, кроме Нью-Йорка, в этот период существовали законодательные собрания, которые имели незначительные права. Выборы же проводились на основе высокого ценза, устранявшего от участия в них трудящихся.

В южных колониях (Виргиния, Южная и Северная Каролина) избирательными правами пользовались только крупные земельные собственники.

По мере роста и развития колоний все острее становились противоречия между ними и метрополией. Господствующие классы Англии стремились задержать самостоятельное экономическое развитие колоний и обратить их лишь в источники сырья и доходов для метрополии.

Основным противоречием между метрополией и колониями был аграрный вопрос, вопрос о землях на Западе. Огромная территория от Аллеганских гор до реки Миссисипи, полученная Англией в результате Семилетней войны, была указом 1763 г. объявлена королевской собственностью, и частным лицам запрещалось переселение и обработка земли за Аллеганами. Это мероприятие шло вразрез с интересами большинства населения американских колоний, стремившегося к свободному продвижению на Западе.

Другое противоречие между метрополией и колониями заключалось в промышленности. Британское правительство препятствовало развитию промышленности в колониях. Строительство промышленных предприятий, кроме судостроительных, было запрещено. Все промышленные товары колонии должны были получаться только из Англии по произвольным монопольным ценам или через английское посредство. Те виды сырья, которые необходимы были метрополии, колонии имели право продавать только Англии. Такая политика тормозила развитие капитализма в американских колониях, противоречила интересам крупной буржуазии и широких слоев потребителей.

Постоянным источником конфликтов была торговая политика Англии. Целый ряд товаров – табак, сахар, хлопок и др. – должен был вывозиться только в Англию, причём британские купцы забирали себе всю посредническую прибыль. Торговля колоний была ограничена товарами, перевозимыми на английских судах, что удорожало стоимость перевозки в ущерб и производителям, и купцам. Такое положение толкало американских купцов на путь обхода закона, на контрабанду. Политика Лондона вызывала огромное недовольство во всех слоях населения.

После Семилетней войны Англия ещё больше усилила нажим на колонии, стремясь переложить на них тяжесть своего государственного долга, достигшего в 1763 г. 140 млн фунтов стерлингов. Это выразилось в введении новых пошлин и налогов. Введенный в 1765 г. закон о гербовом сборе лег тяжёлым бременем на население и вызвал взрыв возмущения. Колонисты ответили на него бойкотом английских товаров. Ввоз английских товаров резко сократился, и правительство было вынуждено уступить и в 1765 г. отменило закон о гербовом сборе. Одновременно британское правительство стало принимать меры к увеличению своих военных сил в колониях, после чего снова перешло в наступление. В 1768 г. были введены новые пошлины на бумагу, чай, краску и другие товары. Американцы вновь применили бойкот английских товаров, который продолжался в течение двух лет (1768–1769) и принес английским купцам огромные убытки. Были отменены все пошлины на английские товары, ввозимые в колонии, за исключением пошлины на чай, которая была оставлена в целях принципиального утверждения права английского правительства облагать колонии налогами.

Замечу, что налоги, вводимые британским парламентом на территории колоний, казались высокими только самим колонистам. Если среднестатистический колонист платил в казну всего шесть пенсов в год, то жители метрополии были вынуждены раскошеливаться в среднем на 25 шиллингов ежегодно. Таким образом, никакого «удушения» экономики американских колоний не было. Для сравнения вспомним о нормальном экономическом развитии других британских колоний, как, например, Канады или Австралии.

Так что война за независимость была обусловлена желанием получить ещё большую прибыль и не подчиняться ни в чем Лондону.

В декабре 1773 г., когда английские купцы привезли в Бостонскую гавань большую партию чая, бостонцы напали на корабли и выбросили весь чай в море. Этот эпизод вошел в историю как «Бостонское чаепитие».

Бостонское выступление было не единичным, и в ходе борьбы началось более тесное сближение колоний между собой. В 1774 г. в Филадельфии собрался первый так называемый Континентальный (то есть всеамериканский) конгресс, состоявший из представителей всех колоний, кроме Джорджии. На этом конгрессе вопрос о независимости колоний даже не поднимался. Конгресс лишь просил английского короля уничтожить стеснения торговли и промышленности и не облагать колонии излишними налогами. Георг III ответил на это требованием полного подчинения колоний, объявил их в состоянии мятежа и начал блокаду.

Военные действия начались в 1775 г. нападением американских войск на Бостон, где стоял английский гарнизон, и событиями при Лексингтоне и Конкорде, где американской милицией было оказано сопротивление английским солдатам. Осада Бостона продолжалась до марта 1776 г. Роль центрального правительства во время войны играл Континентальный конгресс, непрерывно заседавший до 1781 г. сначала в Филадельфии, затем в Балтиморе. Главнокомандующим американской армией был назначен Джордж Вашингтон, сын плантатора, показавший себя в войнах с индейцами и Францией талантливым военачальником.

Любопытно, что почти все вожди Американской революции были рабовладельцами. Автор «Декларации независимости» Томас Джефферсон сожительствовал со своими рабынями. Он неоднократно заявлял, что рабство аморально, однако так и не освободил своих рабов.

4 июля 1776 г. второй Континентальный конгресс в Филадельфии опубликовал Декларацию независимости, которая провозглашала отделение колоний от Англии навсегда и образование из колоний самостоятельного государства – Соединённых Штатов.

Эта декларация впервые в мире провозгласила основные положения буржуазно-демократических свобод – равенство граждан, уничтожение феодальных привилегий и др. и послужила прообразом для «Декларации прав человека и гражданина», провозглашенной во время французской буржуазной революции конца XVIII века. Декларация независимости оформила революционный характер войны и дала колонистам знамя, за которое они сражались.

В ходе войны, в 1781 г. была принята первая конституция нового государства, получившая название «Статьи конфедерации». Эта конституция отразила сильный партикуляризм со стороны отдельных штатов. Центральному правительству было дано очень мало власти. Оно могло выносить только пожелания, выполнение которых зависело от штатов. Слабость центральной власти сильно затрудняла ведение войны.

В начале войны перевес был на стороне англичан. Английские войска под командованием генерала Гоу без особого труда выиграли несколько крупных сражений и заняли важные пункты на побережье.

Первую серьёзную победу армия Вашингтона одержала в 1777 г., и с этого момента начался перелом в ходе военных действий. Англичане пытались перенести борьбу на Юг, но и там потерпели поражение. Это подняло престиж революционной армии, и на помощь ей пришли иностранные державы, в том числе и Франция, стремившаяся к ослаблению своего векового соперника – Англии.

В 1778 г. был заключён франко-американский союз на основе Саратогской конвенции, по которой Франция признала Соединённые Штаты самостоятельным государством и обязывалась помочь им армией и флотом.

Летом 1778 г. у берегов Америки появился французский флот, и прибыло несколько тысяч французских солдат. Вместе с ними начали прибывать на помощь американцам добровольцы из Европы. Среди них был французский офицер Лафайет, военный министр Сен-Симон и бригадный генерал Тадеуш Костюшко.

В следующем, 1779 г. вместе с Францией открытую поддержку американцам стала оказывать и враждебная Англии Испания.

В 1781 г. главные силы англичан под Йорктауном в Виргинии сдались Вашингтону. После этого небольшие отряды английских войск были разоружены, и по существу война прекратилась. В 1782–1783 гг. война шла уже главным образом между Францией и Англией, напавшей на французские колонии.

5 ноября 1783 г. в Версале был подписан мирный договор, по которому Англия признала независимость американских колоний. По этому договору за Англией в Северной Америке осталась только Канада, граница же между США и Канадой не была установлена. Все земли, лежащие между Аллеганскими горами и рекой Миссисипи, были признаны территорией Соединённых Штатов. Таким образом, по этому договору Соединённые Штаты простирались от Атлантического океана до Миссисипи и от Канады до испанских владений на берегу Мексиканского залива.

В мае 1787 г. в Филадельфии собрался съезд делегатов разных штатов, получивший название Конституционного конвента. Съезд был созван Континентальным конгрессом для пересмотра «Статей конфедерации». На съезде присутствовали исключительно купцы, крупные землевладельцы и промышленники.

На конгрессе развернулась борьба вокруг вопросов о ввозе рабов и о протекционистских тарифах на ввозимые товары. В результате было принято компромиссное решение: Север предоставлял Югу свободный ввоз рабов до 1808 г., а Юг согласился на введение протекционизма[8].

17 сентября 1787 г. была подписана конституция США, которая с дополнениями действует до настоящего времени.

Важной характерной чертой новой конституции было преобразование США из конфедерации почти самостоятельных штатов в единое федеративное государство – республику с сильной центральной властью, с централизованной налоговой системой, со своими вооружёнными силами и финансами. Конституция превращала в закон уже существовавшие в США отсутствие сословий и сословных привилегий и отделение церкви от государства. Политические права неимущих граждан были ограничены.

Во главе исполнительной власти был поставлен президент, избираемый каждые четыре года. Президенту были предоставлены большие полномочия, в частности, право назначать чиновников и осуществлять верховное руководство армией и флотом. Законодательная власть принадлежит по конституции Конгрессу, состоящему из двух палат. Верхняя палата – Сенат – составлена из представителей штатов. Нижняя палата – Палата представителей – избирается сроком на два года всеми гражданами, имеющими избирательное право.

Из-за высокого избирательного ценза все неимущее и малоимущее население было лишено права выбора. Избирательный ценз устанавливался каждым штатом в отдельности. По этому цензу, после утверждения конституции, из трёх миллионов населения пользовалось избирательным правом только 120 тысяч человек. Не получили избирательных прав женщины и рабочие. Из фермеров получили избирательное право только зажиточные.

В октябре 1776 г. во Францию за помощью отправился посол Бенджамин Франклин. 4 декабря 1777 г. ему в Версале стало известно, что Филадельфия пала. Два дня спустя Людовик XVI согласился на переговоры о союзе. Договор был подписан 6 февраля 1778 г., и через месяц Франция объявила войну Британии.

Первым эпизодом англо-французской войны стала безрезультатная перестрелка английского и французского фрегатов в Канале 17 июня 1778 г.

27 июля 1778 г. состоялся морской бой в 106 км от острова Уэссан между английским флотом под командованием адмирала Огастеса Кеппеля и французским флотом под командованием графа Гиллуэ д’Орвилье.

Адмирал Кеппель с 30 линейными кораблями покинул рейд Спитхеда 9 июля 1778 г. Адмирал Д’Орвилье вышел из Бреста днём раньше с 32 кораблями, из которых три были слишком слабы для линейного боя. Таким образом, его линия составила 29 линейных кораблей при 2098 пушках, против 30 английских при 2278 пушках – примерно равные силы.

Утром 27 июля флоты находились в 6—10 милях друг от друга. Оба шли в некотором беспорядке, но французы держали колонну, а англичане строй пеленга влево. Далее началась баталия по регламенту Госта. Британцы стреляли в основном в корпус, французы старались поразить такелаж и рангоут.

В ходе боя ни один корабль потерян не был, но обе стороны заявили о своей победе.

Более результативной стала кампания 1778–1779 гг. в Вест-Индии.

Стратегическая и оперативная ситуация на западе Атлантики была сложной. Она состояла из сражений за морское превосходство, набегов на вражеские эскадры и колонии и вылазок в поддержку американских повстанцев. Французы блокировали самых важных производителей сахара в Британской империи – Барбадос и Ямайку, – отрезав их от снабжения.

Тысячи островитян умирали от голода и болезней. Колониальные ополченцы играли лишь вспомогательную роль, и французских и британских солдат погибло больше от карибского климата и болезней, чем от боевых действий. Одной из ключевых территорий, которая представляла особый интерес для сторон, был остров Доминика в Вест-Индии, который лежал между Мартиникой и Гваделупой. Он был колонизирован Францией, но в 1761 г. захвачен Великобританией. Возвращение острова улучшило бы связность французских владений.

В августе 1778 г. французский генерал-губернатор Мартиники маркиз де Буйе получил известие об объявлении войны. Французский фрегат «Конкорд» прибыл на Мартинику 17 августа с приказом из Парижа при первой же возможности захватить Доминику, и де Буйе наметил непосредственные планы такой операции. Он поддерживал контакты среди островитян и знал состояние обороны Доминики, в частности то, что гарнизон острова насчитывает менее 50 солдат.

Губернатор был обеспокоен размещением у Британских Подветренных островов мощного флота во главе с адмиралом Сэмюэлем Баррингтоном, который только недавно занял свой пост и получил приказ держать большую часть своего флота на Барбадосе до получения дальнейших инструкций. Британские регулярные войска на острове, которых в общей сложности насчитывалось около 100 человек, были распределены между оборонительными сооружениями в столице Розо, на холмах, возвышавшихся над ним, и в Качакроу.

Де Буйе тщательно поддерживал мир в своих отношениях с доминиканскими британскими властями, в то время пока готовил свои силы на Мартинике. 3 сентября 1778 г. он отправил одного из своих офицеров на Доминику, чтобы посмотреть, не стоит ли на якоре в бухте Принца Руперта (около современного Портсмута) британский фрегат. Британский лейтенант-губернатор острова, Стюарт, подозрительно относившийся к посланнику, допросил его и отпустил.

5 сентября де Буйе сообщили, что фрегат отплыл на Барбадос. Он напал стремительно и выбил британцев с Доминики в сентябре 1778 г. Де Буйе оставил на острове гарнизон из 800 человек (700 французов и 100 чернокожих ополченцев), передал командование маркизу де Дюшильо и вернулся на Мартинику. Эти события стали первыми в серии военных действий, приведших к смене власти над островами Карибского моря во время войны.

Новость о падении Доминики стала неожиданностью для Лондона, учитывая, что всего один линейный корабль мог предотвратить атаку французов. Адмирала Баррингтона обвиняли в некомпетентности и критиковали за слишком буквальное соблюдение приказов.

Французский адмирал граф де Эстен прибыл в Вест-Индию в начале декабря 1778 г. и принял командование флотом, состоявшим из 12 линейных кораблей и ряда малых судов. Примерно в то же время британский флот под командованием адмирала Уильяма Хотэма также прибыл в Вест-Индию, пополнив флот адмирала Баррингтона.

Согласно полученным приказам, британцы атаковали удерживаемую французами Сент-Люсию, которую захватили в декабре 1778 г. Несмотря на попытку д’Эстена отбить остров, британцы использовали Сент-Люсию для наблюдения за крупной французской базой на Мартинике, где находился штаб-квартира д’Эстена.

Британский флот был дополнительно усилен в январе 1779 г. десятью линейными кораблями под командованием адмирала Джона Байрона, который принял командование базой на Британских Подветренных островах.

На протяжении первой половины 1779 г. оба флота получали подкрепления, после чего французский флот получил превосходство над британским. Кроме того, 6 июня Байрон покинул Сент-Люсию, для конвоирования британских торговых судов, собиравшихся в порту Сент-Киттс для перехода в Европу, оставив тем самым д’Эстену свободу действий.

Д’Эстен и де Буйе воспользовались возможностью начать серию операций против близлежащих британских владений. Их первой целью был остров Сент-Винсент, к югу от Сент-Люсии. Он пал 18 июня, и д’Эстен обратил свое внимание на другие острова. Он надеялся захватить Барбадос, ключевое британское владение, но, не добившись успеха в борьбе с восточными пассатами, вместо этого решил заняться Гренадой. Французский флот прибыл к Гренаде 2 июля, и на следующий день начал штурм. Условия капитуляции были согласованы 4 июля 1778 г.

Первая большая французкая экспедиция на север была предпринята в 1779 г. вице-адмиралом д’Эстеном. В попытке вторгнуться в занятый британцами порт Саванна французы доставили 20 линейных кораблей и 3000 солдат на транспортах в Джорджию. Хотя Джордж Вашингтон не смог организовать совместные действия с союзниками, будучи ориентирован на нападение на британцев в Нью-Йорке, д’Эстен высадил десант в помощь американцам.

9 октября 1779 г. во взаимодействии с контингентом Континентальной армии д’Эстен начал штурм Саванны. Хорошо укреплённая британская армия отразила атаки. Д’Эстен был тяжело ранен и отбыл в Европу. Отбить Саванну у англичан американцам удалось только в 1782 г.

К марту 1780 г. война в бывших североамериканских колониях зашла в тупик. Французы начали подготовку к созданию экспедиционного корпуса. Командиром нового формирования был назначен опытный военачальник, ветеран 14 войн в Европе генерал Жан де Рошамбо.

2 мая 1780 г. флот под командованием адмирала Шарля де Тернэ из 36 транспортных судов, 7 линейных кораблей, 2 фрегатов и нескольких малых кораблей, всего в составе команд было около 7 тысяч моряков, вышел из Бреста. Сухопутные войска насчитывали в общей сложности 5000–5500 человек.

Французские войска высадились в Ньюпорте, штат Род-Айленд, с 13 по 19 июля 1780 г. В составе корпуса было много заболевших цингой солдат. 400 больных доставили в госпитали Ньюпорта. 280 человек отправили в госпиталь, расположенный в 12 милях от города Ньюпорт, в Паписквош. Полк Бурбонне из 350 человек высадился в Бостоне, отделившись от основной эскадры в тумане. Он насчитывал около ста больных солдат, оставленных в Бостоне. Таким образом, из 5000 военных на момент высадки около 800 солдат и около 1500 матросов страдали цингой и были небоеспособны.

Во время конференции в Уэтерсфилде, штат Коннектикут, в конце мая 1781 г. Вашингтон и Рошамбо решили объединить свои силы в округе Вестчестер для запланированной осады Нью-Йорка. Однако вскоре план радикально изменился. Вашингтон и Рошамбо приняли новый план, который при напряжении всех сил должен был преломить ситуацию. Вместо атак британских сил в Нью-Йорке было решено идти к 8-тысячной армии Корнуоллиса, дислоцированной на полуострове Йорктаун в штате Вирджиния. Форсированный марш франко-американских сил совмещался с морской блокадой англичан.

Ничего не знающий о новом плане Вашингтона французский адмирал Франсуа Жозеф Поль де Грасс вышел из Бреста в Карибское море 5 апреля 1781 г. с инструкциями обеспечить военно-морскую поддержку кампании испанских союзников 1781 г. Адмирал де Грасс находился в Кап-Франсе (сегодня Кап-Аитьен, к северо-западу от острова Санто-Доминго), когда он получил новый план от двух генералов.

Грассу понравился этот дерзкий проект, он даже занял 500 тысяч пиастров у испанских банкиров и погрузил на борт семь полков, предназначенных для нападения на Ямайку, с небольшим количеством драгун и артиллеристов. Всего силы дополнительной морской пехоты составили 3200 человек, имевших также осадные орудия.

8 мая 1781 г. в Бостон прибыла французская транспортная эскадра с примерно 6300 солдатами. Её командующим был адмирал де Баррас де Сен-Лоран.

С 10 по 17 июня 1781 г., когда дороги в Род-Айленде, Коннектикуте и Нью-Йорке стали достаточно сухими, французская армия начала марш из Нью-Порта через Род-Айленд и Коннектикут на соединение с Континентальной армией в Уайт-Плейнс, возле Доббс-Ферри, штат Нью-Йорк.

Параллельно сухопутному маршу французская армия двигалась из Ньюпорта в Провиденс (22 мили) на малых кораблях и больших лодках по заливу Наррагансетт. Французы также наладили линии связи и снабжения вдоль восточного берега залива Наррагансетт. Пятьдесят солдат от каждого из пяти полков, при поддержке местного ополчения, были оставлены в Ньюпорте для охраны французских осадных орудий, которые позже использовались в осаде Йорктауна.

Первые французские войска покинули Ньюпорт 11 июня 1781 г. Перемещение тысяч людей и вьючных животных по водным путям, через леса и по холмистой местности было сложным предприятием. Иногда дороги были непроходимы. Наконец 4 июля 1781 г. две армии встретились в Филлипсбурге, штат Нью-Йорк.

Однако в планах произошли изменения. Узнав, что французский адмирал де Грасс ведёт свои военные корабли в Чесапикский залив, Вашингтон и Рошамбо решили отказаться от наступления на армию генерала Клинтона и направились на юг в Виргинию. Войска союзников вышли из Филипсбурга 18 августа и прибыли к Йорктауну, штат Вирджиния, 28 сентября 1781 г.

30 августа двадцать восемь французских линейных кораблей и четыре фрегата сил адмирала Грасса подошли к входу в Чесапик и бросили якорь в бухте Линнхейвен. Высадка войск по приказу маркиза де Сен-Симона началась немедленно.

Ситуация для французов оставалась в течение нескольких дней чрезвычайно рискованной, поскольку 8000 регулярных солдат и 9000 британских лоялистов Корнуоллиса вместе имели значительный численный перевес. Армия Рошамбо была ещё далеко.

Де Грасс отправил четыре корабля, чтобы перекрыть англичанам реки Джеймс и Йорк. Чтобы идти быстрее, войска Рошамбо оставили осадные орудия и много полевой артиллерии в Ньюпорте. Орудия охраняла небольшая эскадра Барраса де Сен-Лорана. Баррас де Сен-Лоран получили задание быстро, но тайно перевезти артиллерию и боеприпасы так, чтобы их не заметила британская эскадра, стоявшая в Нью-Йорке.

5 сентября 1781 г. десантная операция французов ещё не была завершена, когда на горизонте появился флот британских адмиралов Худа и Грейвса из 19 (или 20, по другим данным) кораблей с семью фрегатами в их составе. Это был критический момент для всей операции французов, которые из осаждающих могли оказаться в положении осаждённых, запертых в бухте вражеским флотом. Но Грасс не потерял хладнокровия. Он молниеносно прекратил высадку, обрубил якоря и вступил в бой до того, как британская эскадра заблокировала ему вход залив между мысами Чарльз и Генри.

У Грасса было больше кораблей, чем у британских адмиралов, даже при том, что он мог задействовать только 24 из 28, и более тысячи моряков, успевших высадиться на берег.

Худ был уверен в своих силах, потому что находился с наветренной стороны, и дал французскому флоту шанс, ожидая, пока французы развернутся и откроют огонь. К этой первой ошибке английского флота добавилась путаница в понимании сигналов: британский авангард начал отходить от основной группы и своего арьергарда, а французы же с ходу открыли огонь. После четырёхчасовой канонады флотский бой прекратился с наступлением сумерек.

Английская эскадра после боя оказалась существенно потрёпанной и имела пять или шесть сильно повреждённых кораблей. Один из них, «HMS Terrible», затонул ночью, уже после битвы, из-за полученных повреждений. Два британских адмирала решили возвращаться в Нью-Йорк для ремонта. Грасс, в свою очередь, вернулся на свою якорную стоянку, попутно захватив британские фрегаты «Исида» и «Рихемонд».

Победа французов вошла в историю как битва в Чесапикском заливе. Ловушка в Йорктауне теперь была закрыта: Корнуоллис больше не мог ждать помощи с моря.

Блокада немедленно возобновилась. Грасс высадил 2500 моряков, чтобы усилить 3200 солдат морского десанта Сен-Симона. 9 сентября (в день отступления Королевского флота) прибыл Баррас де Сен-Лоран, сумевший пробраться незамеченным вдоль побережья со своими двенадцатью кораблями и фрегатами в сопровождении восемнадцати транспортов с артиллерией и боеприпасами.

Грасс также организовал флотилию для переброски войск Рошамбо, прибывающих в Аннаполис, на 200 км через залив.

Почти 600-километровый переход объединённых армий из Нью-Порта в Йорктаун занял пять недель. Французы и американцы обманули британского генерала Генри Клинтона, который все ещё ожидал нападения союзников на Нью-Йорк. 5 сентября 1781 г. флот французского адмирала де Грасса установил блокаду Чесапикского залива, победив в Чесапикском сражении. Тем самым гарнизон британцев лишился морской поддержки. Британский генерал Корнуоллис и его солдаты оказались отрезанными от пути отступления из Йорктауна.

17 сентября де Грасс и Вашингтон встретились в Виль-де-Пари для организации и подготовки осады и штурма Йорктауна. В Нью-Йорке генерал Генри Клинтон не успел среагировать на факт перемещения союзных сил противника, потому что не разгадал оперативных планов Рошамбо и Вашингтона. Когда 17 октября он наконец решил послать к Йорктауну 7000 солдат, для англичан всё было уже слишком поздно.

28 сентября 1781 г. союзные войска начали осаду британских укреплений.

Вашингтон и Рошамбо встали укреплённым лагерем в Уильямсберге, в 13 милях Йорктауна. Армия Корнуоллиса создала оборонительную линию из 10 небольших фортов, также известных как редуты, усиленных артиллерийскими батареями и траншеями.

Французская и американская осадная артиллерия впервые открыла огонь по английским войскам 9 октября. 11 октября союзники начали рыть траншеи в 400 ярдах от англичан. Следующие дни ушли на подтягивание артиллерии и укрепление новой линии. Однако новую линию нельзя было завершить без захвата британских редутов № 9 и № 10. В ночь на 14 октября 400 французов штурмовали 9-й редут, и 400 американцев штурмовали редут № 10, захватив их менее чем за 30 минут.

16 октября британцы предприняли отчаянную атаку центра союзной армии, пытаясь заставить замолчать французскую батарею, но менее чем через шесть часов французские пушки снова открыли огонь. Ночью англичане попытались эвакуироваться из Йорктауна, переправившись через реку Йорк на небольших лодках до мыса Глостер. Однако в полночь поднялась сильная буря, которая разбросала лодки и вынудила отказаться от побега. Понимая, что ситуация безнадёжна, Корнуоллис 17 октября отправил офицера-парламентёра с барабанщиком и с белым флагом, который передал записку о прекращении огня.

18 октября четыре офицера – один американец, один француз и два британца – встретились в доме Мура, в одной миле от Йорктауна, чтобы договориться об условиях капитуляции. 19 октября армия Корнуоллиса вышла из Йорктауна и промаршировала между двумя линиями союзных солдат – американцами с одной стороны и французами с другой, – которые растянулись более чем на одну милю. Британцы двинулись к полю, где сложили оружие, и вернулись в Йорктаун.

После взятия Йорктауна американская армия отправилась в Нью-Йорк, а французская армия осталась на зиму в Йорктауне и Уильямсберге. В 1782 г. часть французских войск двинулась обратно в Новую Англию, в Бостон, откуда в июне вернулась во Францию. Часть же корпуса была отправлена в Вест-Индию в декабре 1782 г. со флотом де Грасса.

12 апреля 1779 г. Испания подписала Аранхуэсский договор с Францией, уже год находившейся в состоянии войны с англичанами. Испания получила в обмен на вступление в войну обещание возвращения ей Гибралтара, Менорки и Флориды.

16 июня 1779 г., всего через несколько дней после объявления войны, испанская армия при поддержке флота, а затем французского контингента установила блокаду Гибралтара, начав «великую осаду» крепости.

Испанское правительство раздражало присутствие англичан на острове Менорка в сотнях миль от побережья Испании. В 1763 г. по Парижскому договору Менорка была передана Англии. Интересно, что в 1768–1774 гг. англичане в пику Франции разрешили в порту Магон (Маон) базирование русской Архипелажной эскадры графа Алексея Орлова.

19 августа 1781 г. на остров Менорка высадился 8-тысячный франко-испанский десант под командованием Луи де Бальба де Бертона де Крильона. Менорку защищали 3 тысячи британских регулярных войск и 2 тысячи ополченцев.

Союзники осадили крепость Маон и после пяти месяцев осады, 5 февраля 1782 г., британский командующий генерал Мюррег согласился на почётную капитуляцию.

Забегая вперёд, скажу, что в 1798 г. англичане вновь захватили Менорку, но были вынуждены её отдать по условиям Амьенского мира.

9 августа 1780 г. франко-испанский флот под командованием адмирала Кордова-и-Кордова сумел перехватить и уничтожить большой британский военно-морской конвой в водах между Азорскими островами и Кабо-де-Сан-Висенте, захватив более пятидесяти торговых судов противника.

В Северной Америке в сентябре 1779 г. испанцы захватили форт Бьют и разгромили британские войска в битве при Батон-Руж (12–21 сентября), впоследствии добившись капитуляции форта Розали в Натчезе и форта Шарлотта в Мобиле в марте 1780 г. Начавшийся в Мексиканском заливе сильный ураган, рассеявший флот с подкреплениями, отплывшими из Гаваны, временно замедлил наступление испанцев на Флориду, которое, однако, возобновилось в марте 1781 г.: осада Пенсаколы завершилась победой. Испанцы, овладевшие всей западной Флоридой, обеспечили южный путь снабжения американских повстанцев.

Испанскому гарнизону Луизианы также пришлось столкнуться с британским наступлением, начатым из верхней долины Миссисипи при поддержке союзных индейских племен: кульминацией действий стала битва при Сент-Луисе 25 мая 1780 г., закончившаяся победой испанских войск генерала Фернандо де Лейбы. Последующая испанская экспедиция в современный Иллинойс привела к оккупации форта Сент-Джозеф.

В Центральной Америке британская десантная экспедиция, отплывшая с Ямайки 3 февраля 1780 г., высадилась в устье реки Сан-Хуан (территория совр. Никарагуа) и 17 марта начала движение вверх по реке. Осада крепости Непорочного Зачатия в апреле закончилась успехом британцев, которые, однако, стали испытывать нехватку продовольствия. Одновременно обильные тропические дожди, обрушившиеся на этот регион, вызвали болезни и повышенную смертность. В ноябре британские войска, ничего не добившись и потеряв 2500 человек, вынуждены были эвакуироваться.

На границах колонии Британский Гондурас после нескольких вторжений испанцев британский отряд под командованием генерала Уильяма Дэлримпла атаковал соседнюю испанскую колонию Гватемалу, но 29 ноября 1779 г. потерпел поражение в бою при Сан-Фернандо-де-Омоа.

В бою за Роатан 16 марта 1782 г. испанцы снова разгромили англичан, но новая британская экспедиция с Ямайки в Никарагуа привела с апреля по август 1782 г. к длительным боям вдоль Москитного берега при Чёрной реке, в конце которых войска испанского губернатора Матиаса де Гальвеса, опустошенные болезнями, были вынуждены отступить.

Некоторые незначительные действия произошли в Карибском море: в мае 1782 г. испанские войска захватили британскую колонию Нассау на Багамах, но в апреле 1783 г. остров был отбит британцами.

В мае 1782 г. испанские войска захватили британскую колонию Нассау на Багамах, но в апреле 1783 г. остров был отбит британцами.

В войну с Англией ввязалась и Голландия. Голландия упорно сохраняла нейтралитет во время Семилетней войны.

Первоначально британцы рассчитывали на помощь Голландии в борьбе с американскими повстанцами. После начала конфликта в 1775 г. британское правительство обратилось к голландским властям с просьбой предоставить бригаду армии Соединённых провинций для службы в Северной Америке, по аналогии с гессенскими войсками, которые сдавались в аренду различными германскими государствами.

Голландские сторонники американской революции во главе с бароном Йоанном Дерком ван дер Капелленом тот ден Полом встретили эту просьбу в штыки и убедили Генеральные штаты отклонить её.

Что ещё более важно, голландские купцы, особенно из Амстердама, вскоре после начала Войны за независимость США стали поставлять оружие и боеприпасы американским повстанцам. Эта торговля в основном велась через карибский перевалочный пункт Сент-Эстатиус, островную колонию Голландской Вест-Индской компании.

Там американские колониальные товары, такие как табак и индиго, импортировались (в нарушение британских Навигационных актов) и реэкспортировались в Европу. В обмен на свой груз американцы покупали оружие, боеприпасы и корабельные припасы, которые привозили на остров голландские и французские торговцы.

В 1776 г. губернатор острова Йоханнес де Графф первым салютовал кораблю под флагом Соединённых Штатов, что усилило подозрения британцев в отношении голландцев. Когда в 1778 г. Франция объявила войну Великобритании, а голландцы решили сохранить нейтралитет, британское правительство обратилось к ряду англо-голландских договоров (подписанных в 1678, 1689, 1716 гг.), чтобы заручиться военной поддержкой Нидерландов, но, как и в Семилетней войне, Генеральные штаты придерживались нейтралитета.

После того как Франция объявила войну Великобритании, амстердамские купцы стали активно участвовать в торговле военно-морскими припасами с Францией. Французам нужны были эти припасы для строительства флота, но они не могли получить их самостоятельно из-за блокады со стороны Королевского флота.

Голландцы пользовались привилегиями благодаря концессии, полученной в результате Второй англо-голландской войны, известной как принцип «свободного корабля, свободных товаров», который был закреплён в англо-голландском торговом договоре 1668 г. и подтверждён в Вестминстерском договоре 1674 г.

Эта ранняя формулировка принципа свободы судоходства освобождала от конфискации в британских призовых судах во время войн, в которых голландцы сохраняли нейтралитет, все товары, кроме строго определённых «контрабандных» товаров, перевозимых на голландских судах. Согласно договору, военно-морские припасы, включая корабельную древесину, мачты, рангоут, парусину, смолу, канаты и деготь, не считались контрабандой, и голландцы могли свободно торговать этими товарами с Францией. Из-за того, что голландцы по-прежнему играли важную роль в европейской торговле, в британском эмбарго образовалась большая лазейка. В ответ британцы объявили военно-морские припасы контрабандой и начали захватывать голландские суда, перевозившие их.

Это привело к сильным протестам со стороны пострадавших голландских купцов, которые требовали, чтобы торговые конвои сопровождались военно-морскими силами Нидерландов, чтобы их не захватили британские военные корабли или каперы. В то время такие конвои, как правило, были освобождены от права посещения и досмотра воюющими сторонами.

Поначалу штатгальтеру удавалось противостоять требованиям купцов, но сильное дипломатическое давление со стороны Франции, которая выборочно вводила экономические санкции против голландских городов, поддерживавших штатгальтера в этой политике, вынудило его в ноябре 1779 г. пойти на уступки.

Генеральные штаты приказали ему предоставить купцам сопровождение из военных кораблей, и первый конвой под командованием Лодевейка ван Биландта отплыл в декабре.

Семнадцать голландских торговых судов в сопровождении трёх линейных кораблей и двух фрегатов в проливе Ла-Манш западнее острова Уайт были перехвачены британской эскадрой из семи линейных кораблей, фрегата и четырёх малых судов.

Двенадцати голландским торговым судам удалось уйти сразу. Линейные корабли обменялись одним орудийным залпом, после чего голландский адмирал приказал спустить флаг.

Обратим внимание, войны между странами ещё не было, но Англия, как и в других случаях, считала себя вправе в нейтральных водах захватывать нейтральные суда.

Британский адмирал Чальз Филдинг решил не обострять ситуацию и не стал трогать военные корабли Голландии, а пять купеческих судов в виде законной добычи увёл в Партсмут.

Этот инцидент побудил голландцев вступить в Первую лигу вооружённого нейтралитета, которая придерживалась принципа «свободное море, свободные товары», особенно после того, как британцы официально аннулировали Торговый договор 1668 г. Голландцы надеялись получить вооружённую поддержку от других членов лиги, чтобы сохранить свой нейтральный статус.

Отношения Англии и Голландии обострились после инцидента с корсаром Джоном Полом Джонсоном. История интересна, и о ней стоит сказать подробнее.

Джонс родился 6 июля 1747 г. в Шотландии в семье садовника, служившего у помещика. В 13 лет ушёл в море юнгой на торговом судне.

В 1769 г. на Джонса без вины «наезжает» британское правосудие. И он отправляется на поиски счастья в Новый Свет.

В 1775 г. с началом войны за независимость Пол Джонс становится капером. В 1776 г. Джонс, командуя 12-пушечным шлюпом «Провидение», захватил или уничтожил более тридцати английских судов, одно из которых, кстати, везло из метрополии деньги для обеспечения войск.

В апреле 1777 г. Пол Джонс на небольшом 19-пушечном шлюпе «Рейнджер» вышел из Бреста, прорвав английскую блокаду, подошёл к берегам Англии и разорил британское побережье, в том числе и замок своего бывшего хозяина графа Селкирка в Шотландии. Затем его шлюп после упорного боя захватил 22-пушечный английский фрегат «Дрейк» с экипажем в 160 человек и отвёл его в Брест.

В 1779 г. Пол Джонс совершил свой самый знаменитый подвиг на море. На 40-пушечном корабле «Бедный Ричард» во главе эскадры из нескольких французских судов он 23 сентября 1779 г. встретился с новейшим 50-пушечным английским фрегатом «Серапис» и 20-пушечным шлюпом «Графиня Скарборо».

Во время начавшегося боя остальные суда эскадры Пола Джонса, несмотря на приказ соблюдать боевой порядок, покинули флагмана. «Бедному Ричарду» пришлось принимать бой в одиночку. В ходе сражения, которое длилось три часа, корабль потерял почти все орудия и половину команды, но на предложение командира английского фрегата Р. Пирсона сдаться Джонс ответил фразой, сделавшей его знаменитым: «А я ещё и не начинал сражаться!»

Увы, обладавший более мощной артиллерией «Серапис» продолжал расстреливать «Бедного Ричарда». Возник пожар, образовалась течь. Оставалась одна возможность спастись с тонущего судна – идти на абордаж. «Серапис» был взят на абордаж и спустил флаг. Следом спустил флаг и «Скарборо».

Вскоре «Бедный Ричард» затонул, а Пол Джонс с двумя взятыми английскими судами (на которых было 600 пленных офицеров и матросов) вошёл в один из портов нейтральной Голландии. Позднее капитан галантно подарил оба приза французскому королю Людовику XVI. За это сам герой получил от него золотую шпагу и ордена «За военные заслуги», Св. Людовика, Св. Михаила и высшую королевскую награду – орден Св. Духа.

Лондон счёл приём Пола Джонса в Голландии нарушением нейтралитета и в декабре 1780 г. объявил ей войну.

Англичане начали первыми. Несколько голландских судов были захвачены британцами в Вест-Индии, поскольку они не знали о начале войны. Конвой под командованием контр-адмирала Виллема Крула был уничтожен таким образом недалеко от Сент-Эстатиуса в феврале 1781 г., а сам адмирал погиб в коротком бою. В другом бою капитан Биландт (племянник адмирала с таким же именем) сдал свой корабль.

В течение нескольких недель после начала войны британцы захватили более 200 голландских торговых судов с грузом на сумму 15 миллионов гульденов, а ещё 300 судов были заблокированы в иностранных портах.

Адмирал Джордж Родни (Родней), командующий Подветренными островами Королевского флота, атаковал голландские колонии в Карибском море: Сент-Эстатиус, Сабу и Сен-Мартен, как только получил известие об объявлении войны. В ходе операции он застал врасплох несколько голландских военных и торговых кораблей, которые ещё не знали о начале боевых действий.

Остров Святой Евстафий (захвачен 3 февраля 1781 г.), сыгравший такую большую роль в снабжении американских повстанцев оружием, был Родни полностью разорён. Особенно мстительно он проявил себя по отношению к еврейским торговцам на острове. Все товары на острове были конфискованы, а все торговцы – голландские, американские, французские и даже британские – депортированы. Часть добычи продана с аукциона на месте, но значительная сумма отправлена в Британию с конвоем.

Однако большая часть конвоя была захвачена в проливе Ла-Манш французской эскадрой под командованием адмирала Пике де ла Мотта. Но французы не вернули товары голландцам.

Попытка англичан захватить голландские Подветренные Антильские острова кончилась неудачей. Они остались в руках голландцев, как и Суринам, хотя соседние Бербис, Демерара и Эссекибо были быстро захвачены британцами в начале 1781 г. Они были отбиты французским капитаном Арманом де Керсеном в 1782 г. и возвращены голландцам после войны.

Голландская Ост-Индская компания (VOC) отвечала за защиту своих колоний к востоку от Капской колонии, но впервые была вынуждена обратиться за помощью к голландскому флоту. Однако поначалу кораблей не хватало, а те военно-морские силы, которые были в распоряжении компании, не могли помешать Великобритании установить полный контроль над Голландской Индией.

В начале 1782 г. британский адмирал Эдвард Хьюз захватил Тринкомали на восточном побережье Голландского Цейлона, который считался лучшей гаванью в Бенгальском заливе.

В марте 1781 г. британский адмирал Джордж Джонстон был отправлен захватить Капскую колонию. Людовик XVI, который уже планировал отправить флот в Индию, узнал об этом и приказал адмиралу Байи де Сюффрену попытаться добраться до мыса Доброй Надежды раньше Джонстона.

16 апреля 1781 г. обе эскадры случайно встретились в Порто-Прая на островах Зелёного Мыса, принадлежавших португальцам.

Португалия держала нейтралитет, и обе эскадры надеялись там заправиться водой и продовольствием. У французов было пять линейных кораблей и корвет, а у англичан – пять линейных кораблей и три фрегата. Кроме того, в обеих эскадрах были транспортные суда с десантом.

Бой прошёл безрезультатно – ни один корабль потоплен не был. Тем не менее, Сюффрен прибыл к мысу Доброй надежды 21 мая и высадил десант, а англичане прибыли через две недели и высадить десант не рискнули.

В начале 1782 г. эскадра Сюффрена прибыла в Индийский океан, и в течение следующего года между ней и эскадрой английского адмирала Эдварда Хьюза произошёл ряд сражений. Он напал на английскую эскадру адмирала Хьюза у берегов Индии и Цейлона. Между ними состоялось пять боев: у Садраса (17 февраля 1782 г.), Провидьена (12 апреля 1782 г.), Негапатама (6 июля 1782 г.), Тринкомали (3 сентября 1782 г.) и Куддалора (20 июня 1783 г.). Во всех этих сражениях французы одержали победу, хотя обе стороны не потеряли ни одного судна.

Победа французов позволила сохранить голландскую колониальную империю: порт Тринкомали (Цейлон) был возвращён им после французской высадки (август 1782 г.), а в другом налёте был захвачен порт Куддалор. В конце войны Франция восстановила свою власть на побережье Индии.

С тактической стороны эти военные действия интересны тем, что Сюффрену удалось в течение 15 месяцев сохранить свой флот, получая от метрополии небольшую помощь, и самому адмиралу удалось захватить 50 британских торговых судов.

В августе 1781 г. весть о войне достигла Суматры, где у голландской и британской компаний были торговые представительства. Директора британской компании в форте Мальборо получили из Бомбея приказ уничтожить все голландские представительства на западном побережье Суматры.

По счастливой случайности вскоре после этого прибыл флот из пяти кораблей Ост-Индской компании, и директора воспользовались возможностью для действий. Генри Ботам, один из директоров, принял командование флотом и со 100 солдатами отправился в Паданг.

18 августа 1781 г. Якоб ван Хемскерк, главный резидент Ост-Индской компании в Паданге, сдался без боя, не подозревая, что силы Ботама относительно невелики. Захват принёс британцам 500 тыс. флоринов в виде товаров и денег. Крепость в Паданге была разрушена до того, как город вернулся под контроль Ост-Индской компании в 1784 г.

В предварительных договорах, подписанных с Францией и Испанией 20 января 1783 г., Франция и Великобритания вернули друг другу почти все территории, которые они захватили друг у друга с 1778 г., за исключением Тобаго, который французы захватили в 1781 г. и который был за ними сохранён. Франция также приобрела некоторую территорию вокруг реки Сенегал в Африке, которую она уступила в 1763 г. Британии. Также необходимо было пересмотреть договорённости о рыболовстве у побережья Ньюфаундленда из-за прав, предоставленных американцам.

Голландия приняла участие в мирном конгрессе, организованном министром иностранных дел Франции Верженом, и провела отдельные переговоры с британскими уполномоченными. Французы не поддержали требования голландцев, и это поставило их в невыгодное положение, когда французы и их союзники приступили к подписанию всеобщего мира. Поэтому голландцы были вынуждены подписать предварительный мирный договор непосредственно перед подписанием общего договора. Республика присоединилась к перемирию между Великобританией и Францией в январе 1783 г.

Подписание Парижского мирного договора (1783–1784 гг.) сделало город Негапатнам в Индии британской колонией. Цейлон был возвращён под контроль Нидерландов. Британцы получили право на свободную торговлю с частью Голландской Ост-Индии, что было главной целью британских торговцев в этой войне.

В заключение стоит сказать о позиции России. В ходе войны Североамериканских Штатов за независимость король Георг III обратился к Екатерине II с просьбой прислать русские войска в Америку для борьбы с повстанцами. Естественно, услуга должна была быть хорошо оплачена. Однако императрица категорически отказалась. Замечу, что острая на язык матушка-государыня в своем кругу английский Кабинет обычно именовала «суконщиками», а 16 декабря 1788 г. писала Потёмкину: «Известно тебе, я чаю, что Король Английский с ума сошел так совершенно, что четыре человека насилу его держать могут, когда приходит на него rage»[9]. Увы, Екатерина была права – Георг III действительно страдал психическим расстройством.

Британские военные корабли и каперы нападали и грабили торговые суда всех стран Европы, вызывая возмущение нейтральных стран. Представителям нейтральных стран, в том числе и российскому посланнику в Лондоне И.М. Симолину, приходилось неоднократно требовать от английского правительства «изъяснений» по поводу нападений военных кораблей британского флота на их торговые суда. Всего за время войны Англия захватила 17 русских судов.

Терпение Екатерины II лопнуло, когда в начале января 1780 г. испанцы захватили в Средиземном море два русских торговых судна – «Конкордию» и «Св. Николая» – и отвели их в Кадис. Реакция из Петербурга была мгновенной. Императрица не ограничилась требованием от поверенного в делах Испании в России официальных объяснений и извинений за оскорбление российского флага. 27 февраля (9 марта) 1780 г. на имя русского посла во Франции князя И.С. Барятинского был отправлен высочайший рескрипт, в котором говорилось: «…признали Мы необходимым… прежде чем оскорбление Российского торгового флага преобразится в вредную привычку, употребить с своей стороны к совершенному ограждению и обеспечению его, все от нас и державы нашей зависящее пособия, с твердым однако ж предположением свято и ненарушимо согласовать оные в продолжение настоящей войны с правилами строжайшего нейтралитета».

Рескрипт обязывал князя Барятинского официально уведомить министра иностранных дел Франции о решении императрицы летом 1780 г. направить в Северное море четыре военных корабля «для удаления из тамошних вод всяких арматоров и обеспечения к портам нашим свободного плавания всех вообще дружеских народов». Кроме того, предусматривалось подготовить и оснастить всем необходимым в Кронштадте ещё 19 кораблей, «чтоб они по первому повелению в море пуститься могли».

К рескрипту прилагалась «Декларация о вооружённом нейтралитете», в которой говорилось, что для освобождения морской торговли от притеснений императрица «считает обязанностью объявить правила, которым будет следовать, и для поддержания которых и покровительства чести российского флага и безопасности торговли её подданных, противу кого бы то ни было, она повелит выступить в море со значительной частью своих сил».

Принципы вооружённого нейтралитета, сформулированные Россией в декларации от 27 февраля (9 марта) 1780 г., сразу же были признаны Францией и Испанией. В сентябре – октябре 1780 г. эта декларация стала предметом специального рассмотрения Континентального конгресса Североамериканских Штатов. 5 октября 1780 г. Конгресс принял по этому вопросу постановление, полностью одобрявшее декларацию, как основанную «на принципах справедливости, беспристрастности и умеренности». Американские представители за рубежом получили распоряжение Континентального конгресса присоединиться к провозглашенным Россией принципам.

Первой из нейтральных стран, присоединившихся к декларации о вооружённом нейтралитете, стала Дания (9 июля 1780 г.). Затем присоединились Швеция, Голландия, Пруссия, Австрия, Португалия и Королевство обеих Сицилий. В итоге к 1783 г. образовалась большая коалиция нейтральных держав, с мнением которой должна была считаться Англия.

Провозглашение Екатериной II политики вооружённого нейтралитета означало, помимо прочего, окончательный отказ императрицы от «Северного аккорда». Одновременно потерял внимание и автор этой идеи граф Н.И. Панин. В мае 1781 г. Екатерина отправила его в продолжительный отпуск «по болезни». По возвращении же через несколько месяцев из своего поместья Панина полностью отстранили от «иностранных дел».

В мае 1780 г. в ходе знаменитого путешествия Екатерины II в Тавриду она встретилась в Могилеве с австрийским императором Иосифом II и вступила в союз с Австрией.

Захват двух русских купеческих судов испанцами в начале 1780 г. стал для Екатерины не причиной, а всего лишь поводом для объявления вооружённого нейтралитета. Ещё 24 апреля 1779 г. бригадир С.П. Хметевский вывел из Ревеля отряд в составе двух кораблей и одного фрегата и повел их к северному побережью Норвегии. Там у мыса Варде 7 июля Хметевский соединился в отрядом из двух кораблей и двух фрегатов, вышедшим из Архангельска (там они были и построены). К концу навигации объединенная эскадра Хметевского вернулась в Кронштадт.

11 июня 1780 г. из Кронштадта вышли сразу три отряда. Бригадир Н.Л. Палибин повел четыре корабля и фрегат к берегам Португалии. Зимовали три корабля и фрегат в Лиссабоне, а корабль «Дерись» – в Портсмуте. «Дерись» вернулся в Кронштадт в июне, а остальные суда – 15 июля 1781 г.

Второй отряд (пять кораблей и один фрегат) контр-адмирал И.А. Круз повел на крейсерство в Северное море. Вернулся он 8 октября 1780 г.

Третий отряд в составе пяти кораблей и двух фрегатов контр-адмирал И.А. Борисов повел в Средиземное море. Там 66-пушечный корабль «Слава России» 23 октября 1780 г. был выброшен штормом на камни в районе Тулона и разбит волнами. Погибло 11 человек. Остальные суда благополучно вернулись в Кронштадт 14 августа 1781 г.

Следующий поход на Средиземное море начался 25 мая 1781 г. Отряд контр-адмирала Я.Ф. Сухотина в составе четырёх кораблей и трёх фрегатов крейсировал на Средиземном море и вернулся в Кронштадт 8 июля 1782 г.

Дольше продолжался поход на Средиземное море отряда из трёх кораблей и двух фрегатов вице-адмирала В.Я. Чичагова – с 20 июня 1782 по 21 августа 1784 г.

Были ли эти дорогостоящие походы столь жизненно важны для России? Ни в коем случае! Вроде бы морская торговля была крайне важна для империи. Так, к примеру, торговый оборот (импорт плюс экспорт) Петербургского порта составил в 1760 г.– 7,8млн рублей, в 1780 г.– 19,5млн рублей, а в 1790 г.– 44,5млн рублей. Однако в 1780 г. из 555 судов, прибывших в Петербург, подавляющее большинство составляли английские (284), по 35–40 судов приходило под датским, голландским, ростокским и любекским флагами. Российских судов было 18, то есть 3,3 %[10].

Понятно, что захват половины, а то и всех русских купеческих судов англичанами стал бы булавочным уколом для империи. Но Екатерина II пошла на принцип и ещё раз показала всему миру военную мощь России и непреклонную волю её монарха.

Заметчу, что Екатерина была прекрасно осведомлена о событиях во Франции. Полнота информации плюс аналитический ум императрицы позволили ей прогнозировать события. Так, в октябре 1789 г. она сказала о Людовике XVI: «Его постигнет судьба Карла I». И действительно, 21 января 1793 г. голова короля скатилась в корзину у подножия гильотины.

В феврале 1794 г. Екатерина писала Гримму: «Если Франция справится со своими бедами, она будет сильнее, чем когда-либо, будет послушна и кротка как овечка; но для этого нужен человек недюжинный, ловкий, храбрый, опередивший своих современников и даже, может быть, свой век. Родился он или ещё не родился? Придёт ли он? Всё зависит от того. Если найдётся такой человек, он стопою своею остановит дальнейшее падение, которое прекратится там, где он станет, во Франции или в ином месте». А ведь до 18 брюмера было 5 лет и 7 месяцев!

4 декабря 1791 г. Екатерина сказала своему секретарю Храповицкому: «Я ломаю себе голову, чтобы подвинуть венский и берлинский дворы в дела французские… ввести их в дела, чтобы самой иметь свободные руки. У меня много предприятий неоконченных, и надобно, чтобы эти дворы были заняты и мне не мешали».