Эта война стала первой, которую США ввели за пределами Американского континента. Острые на язык американские журналисты дали ей и последующим захватническим войнам Вашингтона девиз: «У вас есть то, что нужно нам – ждите нас в гости».

24 февраля 1895 г. на Кубе вспыхнуло новое восстание против испанского господства. Его подготовила Кубинская революционная партия, возглавляемая Хосе Марти. Сам он погиб в одном из первых боёв. В сентябре на освобождённой от испанцев территории представители повстанцев собрались на Учредительную ассамблею. Была принята временная конституция, провозглашено образование независимой Кубинской республики.

В Мадриде начали склоняться к идее кубинской автономии. На остров послали нового капитан-генерала Рамона Бланко, снабдив соответствующими инструкциями и военными подкреплениями. Последних оказалось недостаточно. Инструкции не отвечали положению, сложившемуся на острове. Ответ кубинской ассамблеи гласил: «Ни особые законы, ни реформы, ни автономия… Независимость или смерть было, есть и будет нашим нерушимым и святым девизом. Мы должны победить и мы победим».

Ну а какое дело США до Кубы? Ах, жалко угнетаемых людей? А между тем в августе 1900 г. две тысячи американских солдат вместе с другими интервентами взяли штурмом Пекин и разграбили «Запретный город». Тоже было жалко китайцев?

Любопытно, что в 1911 г. Конгресс США отказался продолжать с Россией торговый договор 1832 г. из-за … протестов евреев в царской России. Таким образом, Россия уже 114 (!) лет под американскими санкциями. Правда, когда им припекало, янки делали небольшие перерывы.

Риторический вопрос: кого притесняли больше в 1911 г. – евреев в России или негров в США?

Понятно, «всё из-за бабок», как любил говорить сатирик Михаил Задорнов. «Если в Антарктиде найдут нефть, то США объявят войну кровавому режиму пингвинов», – эта фраза из шутки стала нормой жизни.

К 1895 г. американские миллионеры Аткинс, Хевемейер и Рионда сделались почти полными хозяевами сахарной промышленности Кубы. Бананы и ананасы оттуда вывозились большей частью в США. В руки американских дельцов переходили табачные плантации и производство сигар.

В американской прессе, отражавшей эти интересы, с конца 80-х – начала 90-х годов XIX века часто появлялись заметки о необходимости тем или иным способом присоединить Кубу к Соединённым Штатам. Эти высказывания согласовались с теориями американской экспансии («зрелого плода», «предопределения судьбы» и др.).

Испано-американская таможенная борьба и начавшиеся на Кубе военные действия вызвали падение производства кубинского сахара, дезорганизовали другие отрасли кубинского хозяйства, что наносило большой урон американским деловым кругам, имевшим интересы на Кубе, и раздражало идеологов экспансионизма.

2 октября 1897 г. влиятельный английский журнал «Экономист», объясняя читателям причины, которые толкали Белый дом к войне, касался политических интересов республиканской партии, но подчёркивал, что наиболее влиятельные её лидеры, «особенно в сенате, ратуют за интересы крупных трестов, таких, как Сахарный и Табачный тресты, которые полагают, что приобретение Кубы… абсолютно необходимо для их „систем“».

15 января 1898 г. газета «Геральд» от их лица объявила: «Если американские интересы будут в дальнейшем подвергаться опасности, для их защиты будут призваны военные корабли».

Через 10 дней в гаванский порт прибыл американский броненосец «Мэн». То была прямая провокация. Уходя от гнева происпански настроенных гаванцев, а также сохраняя лицо, испанские власти направили в Нью-Йорк крейсер «Бискайя» «с ответным дружеским визитом». Напрасно они надеялись этим ходом ослабить напряжённость. Американцы пытались придраться к любой мелочи.

В первых числах февраля 1897 г. журнал «Нью-Йорк джорнел» опубликовал письмо испанского посла в Вашингтоне Депьюи де Лома, в котором он называл президента Мак-Кинли «низкопробным политиканом». Письмо было частным, его выкрали с почты. Об этом молчали. Кричали о поругании национальной чести. Де Лом подал в отставку. Государственный департамент требовал, чтобы Мадрид принёс официальное извинение. Оттуда возражали, ссылаясь на обстоятельства, приведшие к опубликованию письма. Пока шли препирательства, произошло событие, сделавшее войну неизбежной.

Броненосец «Мэн» без разрешения властей Гаваны продолжал торчать на рейде.

15 февраля 1898 г. в 21 ч. 40 мин. на борту броненосцы произошёл мощный взрыв.

Командующий американским флотом немедленно заявил, что испанцы торпедировали корабль. В 1910 г. «Мэн» подняли, так как его остатки мешали судоходству. Сразу стало ясно, что взрыв был внутренний, а не внешний от попадания торпеды.

Семь тысяч тонн первоклассной стали – большая ценность! В мировой практике поднятые на поверхность суда в 95 % случаев отправляют на лом. А когда поднятый корабль выводят на глубину – это явно сокрытие преступления.

Желающие могут найти ещё несколько таких случаев в мировой истории. Так, например, 13 июня 1942 г. германская авиация потопила в Севастопольской бухте теплоход «Грузия». После войны корабль подняли, вывели из Севастопольской бухты, отбуксировали в район Казачьей бухты и там затопили.

В 1959 г. остатки «Грузии» вторично подняли на поверхность, отбуксировали на более глубокое место и там снова затопили.

Дело в том, что «Грузия» наряду с обычными перевозил и химические боеприпасы.

Тут сразу возникает традиционный вопрос: «Cui prodest?» («Кому выгодно?»).

Испанцы всеми способами пытались избежать нападения США. Ах, взрыв «Мэна» уменьшил боеспособность американского флота! Флот США и без «Мэна» существенно превосходил испанский, а «Мэн» был далеко не самым крупным кораблём США.

Немедленно во всех штатах начался буквально собачий вой американской прессы. «„Помни Мэн!“ – слова, ставшие лозунгом, призывавшим к объявлению войны. „Теперь всё готово: готова армия, готов флот, готово казначейство, готова служба морской разведки, готовы доводы против Испании, готов народ“, – писала газета „Уорлд“.

Ей вторила „Сан“: „Не только наше моральное право, но наш политический долг сказать Испании, что дни её владычества в Западном полушарии кончились“. „Время дискуссий прошло. Наступило время действий“, – декларировала „Нью-Йорк джорнел“.

Правительство в Вашингтоне не нужно было уговаривать. Оно имело в своих руках ожидавшийся козырь, который давал возможность представить Испанию ответственной не за жестокость в отношении соседей-кубинцев, не за экономические потери американских дельцов, как ранее, но за гибель большого числа американских граждан. Ссылаясь на заключение американской комиссии, которая исследовала причины взрыва, Маккинли предложил, а Конгресс 9 марта утвердил выделение 50млн долл. на цели „национальной обороны“. В тот же день были сняты пошлины с ввоза в страну военного, имущества»[59].

Разбойничье нападение США на Испанию не устраивало ни Германию, ни Францию. Но тут на стороне США выступила Англия. Цель – щёлкнуть по лбу Францию и попытаться привязать её к британской колеснице. Ведь Фашодский инцидент был ещё впереди.

Естественно, Лондон хотел привлечь США к своим агрессивным планам по отношению к Германии.

«9 апреля 1898 г. „Лондон спектейтор“ предупреждал континентальные державы, что в случае, если они выступят на стороне Испании, то Англия встанет на защиту США „в 24 часа“. Это не было только газетным вымыслом. Министр колоний Джозеф Чемберлен заявил Хэю: „Я был бы рад случаю, когда мы могли бы бороться с вами бок о бок“. Тот же Чемберлен 15 мая в своей бермингемской речи призвал правительство заключить военный союз с Соединёнными Штатами. Разговаривая с американским послом, бывший помощник министра иностранных дел Грей сказал ему: „Почему Соединённые Штаты не воспользуются нашим военным флотом, чтобы разделаться с Кубой. В другой раз они окажут нам такую же любезность“»[60].

11 апреля президент Мак-Кинли обратился к Конгрессу с посланием, не оставлявшим сомнения, что объявление войны – вопрос дней: «Наша торговля терпит убытки, капитал, инвестируемый нашими гражданами на Кубе, в большой части погибает… Насильственное вмешательство Соединённых Штатов как нейтрального государства с целью остановить войну… справедливо…».

19 апреля Конгресс принял совместную резолюцию, в которой говорилось: США требуют, «чтобы правительство Испании немедленно отказалось от своей власти и управления на острове Кубе и вывело свои войска и морские силы с острова и кубинских вод».

20 апреля документ был утверждён президентом и Вудфорд предъявил испанскому правительству ультиматум, в котором Испании предлагалось неукоснительно исполнить содержавшееся в нем требование. Для ответа давался срок в два дня.

21 апреля испанское правительство сообщило о своем отказе принять американские требования и отозвало посла Бернабе и весь состав посольства из Вашингтона, заявив о разрыве дипломатических отношений. Вечером этого дня, когда война ещё не была объявлена, Мак-Кинли отдал секретный приказ о блокаде кубинских берегов.

22 апреля приказ был опубликован и адмирал Сампсон направился со своей эскадрой из Ки-Уэста в направлении Кубы. Правительство призвало на действительную службу 125 тыс. волонтеров.

23 апреля 1898 г. Испания объявила о состоянии войны с Соединёнными Штатами. 25 апреля Конгресс принял закон об объявлении Соединёнными Штатами войны Испании.

Итак, 21 апреля 1898 г. Мак-Кинли отдал распоряжение блокировать берега Кубы. 24 апреля, следуя приказу, американские военные корабли начали захватывать торговые испанские суда в Карибском море и Атлантическом океане.

Военные действия в Вест-Индии начались вечером 22 апреля 1898 г., когда американская эскадра контр-адмирала Сэмпсона (два броненосца, десять крейсеров, пять миноносцев), вышедшая в 7.30 утра из Ки-Уэста, вышла на внешний рейд Гаваны и открыла огонь по испанским береговым батареям. Также во время своего перехода американцы захватили первое призовое судно – гружённый лесом испанский пароход «Буэнавентура».

Американцы планировали завоевать господство на море, и лишь после этого предполагалось перейти к десантным операциям. Поэтому действия американской блокирующей эскадры на первом этапе войны сводились к осторожному прощупыванию испанской обороны на северном побережье Кубы.

Несмотря на слабость испанской флотилии Антильских островов, состоявшей в основном из старых канонерских лодок, и нерешительность её командующего адмирала Мантерола, в апреле – мае испанцам трижды удалось отразить атаки американских вспомогательных крейсеров и миноносцев в районе порта Карденас.

11 мая американцы попытались высадить десант в бухте Сьенфуэгос на южном побережье Кубы с целью уничтожить кабельную станцию подводного телеграфа, связывавшего Кубу с внешним миром. Испанской береговой обороне удалось отразить десант с потерями для неприятеля.

18 мая вспомогательный крейсер «Сент-Луис» перерезал телеграфный кабель, соединявший Сантьяго-де-Куба с Ямайкой. Никакого значения эта акция не имела, так как владевшие линией англичане сбежали в самом начале войны, частью опечатав, а частью разобрав оборудование. Оставалась действующей французская линия от Сантьяго через Гуантанамо на Гаити. Чтобы перерезать и её, «Сент-Луис» в сопровождении буксира «Вэмпэтук» направился ко входу в Гуантанамскую бухту, расположенную 50 милями восточнее. Однако охранявшая вход испанская канонерка, поддержанная единственной береговой пушкой, сумела отогнать американцев.

Ещё до начала войны испанцы решили послать на Кубу эскадру под командованием адмирала Серверы (четыре броненосных крейсера и три миноносца). Она собралась на островах Зелёного Мыса. 12 марта Сервера прибыл со своей эскадрой в Фор-де-Франс на Мартинике, но французы не позволили ему пополнить запас угля. Он получил небольшой запас угля в Виллемстаде на Кюрасао. 19 мая испанская эскадра вошла незамеченной в Сантьяго-де-Куба.

27—28 мая эскадра коммодора Шлея установила морскую блокаду Сантьяго-де-Куба.

20 июня к Сантьяго подошли 35 американских транспортов с 18 тысячами человек десанта, 22–24 июня эти войска были высажены у Дайкири и 26 июня совместно с кубинскими повстанцами осадили Сантьяго с суши.

1 июля американцы и кубинцы разбили испанцев в битве за высоту Сан-Хуан к востоку от Сантьяго. При этом, имея 16-кратное превосходство, американцы понесли такие же потери, как и испанцы.

2 июля адмирал Сервера решил прорвать блокаду. К этому его побуждал командующий сухопутной армией маршал Бланка. Моряки эскадры служили тяжёлым бременем для скудных продовольственных запасов защитников Сантьяго, а толку от блокированного флота все равно не было никакого.

Испанская эскадра шла вдоль берега. Ей противостояла американская эскадра в составе четырёх броненосцев и одного броненосного крейсера. Сервера же располагал четырьмя броненосными крейсерами и двумя миноносцами. Испанцы шли в кильватерной колонне, а американцы действовали вне строя. Американские суда поочередно сосредотачивали огонь на одном из испанских судов. Вскоре все испанские суда были уничтожены, при этом американцы не потеряли ни одного корабля при ничтожных потерях среди экипажей – всего несколько человек убитых и раненых.

10 июля началась американская бомбардировка Сантьяго, и через четыре дня город сдался. Всего на юге Кубы сдалось в плен 24 тыс. испанских солдат. В начале августа американцы совместно с кубинскими повстанцами овладели всей Кубой.

В конце июля 1898 г. на юге Пуэрто-Рико было высажено 16 тысяч американских солдат под командованием генерала Майлса. 8 августа он начал наступление и занял в скором времени всю западную часть острова. На Пуэрто-Рико американцы потеряли всего 5 человек убитыми и 28 ранеными.

На Филиппинах, так же как и на Кубе, с 1896 г. продолжалось антииспанское восстание, чем воспользовались американцы.

30 апреля 1898 г. американская эскадра под командованием коммодора Дьюи (6 крейсеров, в том числе 4 бронепалубных) подошла к Манильской бухте. На рассвете 1 мая американская эскадра подошла к Маниле. Выяснив, что у Манилы стоят только торговые суда, американские корабли повернули на юг и вскоре обнаружили у Кавите испанскую эскадру из 10 устаревших кораблей, только два из них были бронепалубными крейсерами. Испанской эскадрой командовал адмирал Монтохо. Произошёл бой, в котором все испанские корабли были уничтожены, при этом пять из них были потоплены своими командами. Американские же корабли не получили ни одного серьёзного повреждения.

2 мая американский десант занял Кавите. Испанцы отошли к Маниле. Американцы заключили с филиппинскими повстанцами соглашение о совместной борьбе против испанцев. 8 июня повстанцы заняли Лас-Пиньяс и Параньяке, очистив от испанцев окрестности Манилы. В течение июня сопротивление испанцев было сломлено, и 3 июля была провозглашена независимость Филиппинской республики.

Испанцы сохранили контроль лишь над частью архипелага, в то время как большую его часть контролировали филиппинские повстанцы, продолжавшие боевые действия против испанских колониальных войск. Обескровленные и утомлённые испанские войска терпели одно поражение за другим. Ко времени передачи островов американцам под контролем испанской администрации остался лишь один крупный остров.

После прибытия американских подкреплений 13 августа американские и филиппинские войска начали штурм Манилы, и через четыре часа испанские войска капитулировали.

20 июня американский бронепалубный крейсер «Чарльстон» и три транспорта с солдатами прибыли к Гуаму. С «Чарльстона» было произведено несколько выстрелов по старой испанской крепости, но ответного огня не последовало и не было видимых повреждений крепости. Скорее всего, снаряды пролетели мимо, так как капитан морской пехоты Гуама Педро Дуарте решил, что судно салютует, и послал гонца в столицу острова – город Хагатна, находящийся в 10 км от Пити, с сообщением прислать губернатора, чтобы дать ответный салют. Делегация острова села в лодку и направилась к американскому кораблю.

Но когда они поднялись на борт «Чарльстона», то узнали, что между Испанией и США объявлена война и крейсер прибыл для захвата острова. Испанские чиновники были поражены этой новостью. Они были объявлены военнопленными и в капитанской каюте крейсера стали обсуждать условия капитуляции, которая состоялась 21 июня 1898 г.

Губернатором острова до прихода американской администрации был назначен Франсеск Мартинес Портусач. Попрощавшись с жителями Гуама, «Чарльстон» и три транспорта 22 июня отбыли на Филиппинские острова. Крейсер принимал участие в захвате Манилы и Субик-Бэй. Потерпел крушение и затонул 2 ноября 1899 г., когда наскочил на подводный риф недалеко от острова Лусон.

12 августа США и Испания заключили перемирие. Согласно заключённому в декабре 1898 г. Парижскому мирному договору, завершившему войну, Испания отказалась от прав на Кубу, уступила США Пуэрто-Рико и другие острова, находящиеся под её суверенитетом в Вест-Индии, уступила США Филиппинские острова за двадцать миллионов долларов, уступила США Гуам.

Куба была провозглашена независимым государством, однако она попала под сильное влияние США, а Пуэрто-Рико, Филиппины и Гуам стали владениями США.

Почему автор столь подробно остановился на политической и пропагандистской стороне испано-американской войны? Это была первая захватническая война за пределами континента, а главное то, что по этой схеме США начнут десятки войн в ХХ и начале XXI века.