<…> Все дома на Гайд-парк-гейт принадлежали отдельным семьям; одни были высокими, как наш, а другие, например дом Редгрейвов, низкими и длинными, почти деревенскими; у одних были сады, другие стояли прямо у тротуара. Постепенно дома стали стереотипными, с колоннами и помпезными фасадами, выходящими на главную дорогу. Как это ни удивительно звучит сейчас, я помню, что у одного из таких домов была карета, запряженная парой лошадей, с кучером и лакеем в напудренных париках, желтых плюшевых бриджах до колен и шелковых чулках. Потому что «в город», как говорил отец, можно было добраться только на красном автобусе или, если позволяли средства, на кэбе и в пролетке. Метро – пропахший серой, затянутый клубами пара туннель с поездами, которые, я полагаю, ходили довольно редко, – находилось далековато, на Кенсингтон-Хай-стрит или Глостер-роуд. Отец и мать всегда ездили на красном автобусе, так как дневные поездки в кэбе были для них непозволительной роскошью. <…>
Отец Вирджинии, Лесли Стивен, историк и литературный критик (а еще он был альпинистом и одним из основателей Британской академии наук), исповедовал в молодости довольно радикальные взгляды – радикальные для Викторианской эпохи, конечно. В современной справочной литературе он фигурирует не только как отец писательницы Вирджинии Вулф и художницы Ванессы Белл, но и как выдающийся ученый. Его книга «История английской мысли в XVIII веке» используется специалистами и сегодня, поэтому явно атмосфера в доме Стивенов не могла не способствовать интеллектуальным занятиям детей.
Лесли Стивен. Пастель 1904 года. Автор неизвестен
Джулия Стивен. 1890. Художник Уильям Ротенштейн
В 1875 году умерла первая жена Лесли Стивена Харриет (она тоже имела прямое отношение к литературному миру – она была младшей дочерью Уильяма Теккерея), он впал в отчаяние, не подозревая, что судьба уже приготовила для него новую, страстную любовь. Незадолго до смерти Харриет познакомила его со своей подругой, красивой молодой вдовой с тремя детьми. Спустя всего три года Лесли Стивен и миссис Герберт Дакуорт, урожденная Джулия Джексон, поженились – в этом браке родилось четверо детей, два мальчика, Тобиас и Адриан, и две девочки – старшая Ванесса и младшая Вирджиния. Кроме них в доме на Гайд-парк-гейт, 22, жили еще трое детей Джулии от первого брака: сыновья Джордж и Джеральд и дочь Стелла, а также умственно отсталая дочь Лесли Стивена от первого брака Лора, внучка Уильяма Теккерея (позднее ее пришлось навсегда отправить в психиатрическую лечебницу). По мнению современных литературоведов, своих родителей писательница описала в романе «На маяк»: отец был умным и очень образованным, но властным и эмоционально ненадежным, и матери приходилось мириться с его особенностями, хотя она сама не чуждалась творчества – писала детские рассказы, позировала знакомым художникам-прерафаэлитам и страстно занималась благотворительностью.
Детство Вирджинии в огромной семье было вполне беззаботным и счастливым, вплоть до трагических событий – скоропостижной смерти матери, а потом любимой сводной сестры Стеллы. У Вирджинии было семейное прозвище Козочка, отец и сестры называли ее «зеленоглазым ангелочком», и все вместе дети издавали журнал «Новости Гайд-парк-гейт».
Фото семьи Стивен – Дакуорт, 1889 год: Лесли Стивен, Тоби Стивен, Джордж Дакуорт, Ванесса Бел, Вирджиния Вулф, Геральд Дакуорт и Адриан Стивен
Дом на Гайд-парк-гейт. Фото А. Русинова
В семейной газете, которую дети Стивена выпускали с 1891 по 1895 год, Вирджиния, Тоби и Ванесса использовали формат своих любимых дешевых журналов и периодических изданий, таких как Tit-Bits и Punch. Они публиковали еженедельные семейные новости, короткие рассказы, полезные советы и рисунки. Исследователи творчества Вирджинии Вулф полагают, что бумагу дети добывали в старых бухгалтерских книгах. Этот детский опыт потом явно сказался на увлечении семьи Вулфов издательским делом и создании издательства Hogarth Press – даже в детстве Вирджиния очень тщательно относилась не только к содержанию, но и оформлению журнала, подбирала бумагу по цветам – некоторые номера были голубыми, а другие зелеными или желтоватыми. «Новости Гайд-парк-гейт», как писала позднее сама Вирджиния, показывает нам «обычную семейную жизнь, очень веселую, очень волнующую, полную людей».
Таблички на доме. Фото А. Русинова
С Лондоном, который она позднее назовет «драгоценностью из драгоценностей», Вирджиния познакомилась уже в самом раннем детстве – улица Гайд-парк-гейт, на которой стоял ее родной дом, располагалась в районе Кенсингтон, возле Гайд-парка – там Вирджиния с братьями и сестрами проводила в детстве свободное от учебы и домашних занятий время. Вот как она описывает Кенсингтонские сады и Гайд-парк в своих воспоминаниях о детстве.