24 ноября

Наконец уезжаю домой — поскорее бы

После всего этого приключилась лишь одна странность или, может, две. Влада заперли в каком-то из подземелий, пока путь через перевал не будет открыт. Но два дня спустя, когда снег стаял и дорога была свободна, темница оказалась пуста. И Матти, и Драгомир клялись, что не помогали узнику сбежать, да и выход из подземелья был только один, через дверь, у которой всегда стояла охрана. Насколько мне известно, Влада так и не поймали. В одну из ночей перед отъездом меня разбудил странный звук — будто за окном захлопали огромные крылья. Я вскочила, но ставни подались не сразу, и когда я выглянула в окно, то уже никого не увидела.

Леди Миддлсекс отбыла первой: она увозила тело мисс Розан на родину, в Англию. Теперь леди Миддлсекс совершенно переменилась — подавленная, притихшая, она была благодарна за малейшее проявление доброты. Вся шумная кичливость и надутая важность с нее слетели.

Матти и Николай поженились через несколько дней, как и было намечено. Отец Николая решил не откладывать свадьбу, постановив, что траур по фельдмаршалу провозгласят после официальной церемонии погребения, а ее решено было устроить торжественно и с большими почестями, чтобы умиротворить македонцев. Про себя я подумала, что Николай проявил неимоверную снисходительность к Матти, но, похоже, он искренне ее обожал, а она — его.

Когда мы наряжались на свадьбу, Матти отозвала меня в сторонку.

— Надеюсь, мы снова подруги?

— Разумеется, — ответила я.

— Ты больше не думаешь, что это я столкнула тебя в каменный мешок?

— Поскольку ты сама чуть туда не свалилась, придется тебе поверить, — ответила я. — Должно быть, Влад прятался неподалеку и нажал кнопку, когда ты уже поднялась, а я еще только следовала за тобой.

— Вот был бы ужас, если бы ты не сумела выбраться.

— Ничего страшного — я бы съела Принци, — пошутила я.

— Бедняжка. Она такая храбрая, и ведь спасла тебя, пусть и нечаянно.

Мы помолчали.

— Увы, не могу ручаться, что Влад и правда провел со мной всю ночь напролет, — сказала Матти. — Он запросто мог выскользнуть из спальни и столкнуть ту несчастную с лестницы.

— Или это сделал его отец, чтобы защитить сына. Теперь, наверно, правды уже не доищешься.

Снова наступило молчание.

— Не знаю, о чем я только думала, — наконец выговорила Матти.

— Я знаю, — откликнулась я. — Влад просто красавец.

Матти печально улыбнулась.

— Да, этого у него не отнять, верно? А я тогда была совсем одна в Париже и жаждала любви, и тут он появляется — мой друг детства, который превратился в такого шикарного мужчину. Что еще важнее, теперь он был уже не сын мажордома, а многоопытный богемный кавалер. А я была невинна, застенчива, и раньше ни один мужчина не смотрел на меня так. Немудрено, что я влюбилась по уши.

Она умоляюще взглянула на меня, надеясь, что я пойму. Я кивнула.

— Но мне следовало еще тогда почуять неладное. Он слишком любил рисковать. Заигрывал со смертью. Как-никак, в его жилах течет кровь свирепого Влада Цепеша.

— Знаешь, по-моему, с Николаем ты будешь очень счастлива, — сказала я.

— Он со мной так добр и все мне простил, — ответила она. — Могло получиться гораздо хуже. К слову сказать, жаль, что ты не станешь моей невесткой.

Я забыла рассказать: у нас с Зигфридом состоялся короткий, но важный разговор. Зигфрид заявил, что теперь, узнав о моем бесстыдном поведении и интрижке с Дарси, он никак не может на мне жениться. Я постаралась с невозмутимым видом ответить, что все прекрасно понимаю и желаю ему всяческого счастья.

Позже я спросила Дарси:

— Ты ведь понимаешь, что погубил мою репутацию безвозвратно?

Дарси ухмыльнулся.

— А тебе что больше нравится — загубленная репутация или пожизненный брак с Зигфридом?

— Ах вот почему ты проговорился! На самом деле ты и не боялся, что кого-то из нас двоих всерьез заподозрят в убийстве мисс Розан! Просто решил — Зигфрид ни за что не женится на мне, если узнает, что я провела ночь с другим.

— Примерно так, — согласился Дарси. — Об одном жалею — что эту ночь мы просто-напросто проспали.

— Мне понравилось, — призналась я. — Когда ты рядом, так хорошо, спокойно.

Дарси обнял меня.

— Мне тоже понравилось, — сказал он. — Но это вовсе не значит, что я против других ночных развлечений в твоем обществе — только в другой раз и в другой обстановке, более подходящей.

— Все еще впереди, — ответила я.

Итак, бракосочетание состоялось и было отпраздновано торжественно и пышно, как и подобает королевской свадьбе. По этому случаю я наконец надела тиару и ту потрясающую накидку с белым мехом, и парижское платье. И выглядела так шикарно, что даже мама меня похвалила.

— Если бы не рост, ты могла бы попробовать сниматься в Голливуде, дорогая, — сказала она. — Хоть ты и высоковата, но сложением вся в меня. Мы хорошо получаемся на экране и на фото.

Под торжественные звуки труб свадебная процессия проследовала в часовню замка до самого алтаря. Гремел орган. С галереи пел хор, а публика блистала коронами и великолепными мундирами. Николай и Матти чудесно смотрелись вместе. Одно «но» — на невесте было широкое жемчужное ожерелье в несколько рядов, плотно закрывавшее шею. Поэтому, думаю, я так никогда и не узнаю наверняка, был Влад вампиром или нет. Но вот что я вам скажу: когда настало время ехать домой, я была сама не своя от радости.

***

Те же чувства выразила и Принци, когда мы стояли на палубе парома, который благополучно пересек Ла-Манш и вошел в Дувр.

— Снова старая добрая Англия! Вот радость-то, прямо душа поет. А у вас, миледи?

— Да, Принци, и у меня тоже.

Белинда прослышала о большом приеме, который состоится у кого-то на вилле, и теперь собиралась на юг Франции, в Ниццу. Она решила вновь проделать свой трюк с автомобилем, который удивительным образом сломается прямо у ворот, и настойчиво звала меня с собой.

— Только подумай: деликатесы, солнышко, шикарные мужчины, — уговаривала она.

Искушение было велико, но я отказалась, потому что являться незваной гостьей было не по мне. К тому же я чувствовала: Принци по горло сыта заграничными вояжами, а мне казалось, что благополучно доставить ее домой — моя прямая обязанность. Да и сама я соскучилась по знакомой лондонской жизни, пусть даже в тесном соседстве с Бинки и Занудой. С ними, по крайней мере, сюрпризов можно не бояться. Они хоть клыки по ночам не показывают и по стенам не карабкаются. Дарси обещал, что тоже скоро вернется в Лондон, только вот закончит одно небольшое дельце в Белграде.

Я покосилась на круглое румяное лицо Принци. Благодаря выигрышу в рулетке я везла домой кругленькую сумму. Теперь я смогу на некоторое время позволить себе горничную, особенно раз Бинки и Хилли будут покупать еду. Я глубоко вдохнула, подозревая, что еще пожалею о сказанном.

— Принци, я решила оставить вас у себя на службе, при условии, что вы научитесь вести себя, как подобает горничной знатной дамы.

— Ой, правда, что ль, мисс? — Принци была потрясена. — Выходит, не так-то плохо я управилась?

— Нет, вы — ходячая катастрофа и стихийное бедствие. Но вы отважны и не жаловались, и к тому же я к вам успела привязаться. Могу предложить пятьдесят фунтов в год на всем готовом. Знаю, это немного, но…

— Я согласная, мисс, — горячо сказала Принци. — Я — да вдруг горничная у настоящей знатной дамы! То-то обзавидуется фифа из «Трех колоколов» — она важничает, потому что ездила на денек во Францию и привезла себе кружевной пояс для чулок! Ух, спасибочки, мисс!

— Принци, — напомнила я, — надо говорить не «мисс», а «миледи».

— Лады, мисс! — ответила она.