Айс жестом указывает мне следовать за ним и первым проходит, ударив несколько раз по двери.

В комнату я вхожу в бешено колотящимся сердцем, каждый удар которого отзывается во всем теле.

Если я всё верно поняла, то орки смогли ранять Геральта так, как когда-то моего отца. Добрались до его дракона, и теперь он медленно, но верно будет терять себя, растворяясь во тьме.

Я помню отца и помню, каким он был перед тем, как ранение орков ослабило его.

В комнате стоит едва уловимый запах трав и дыма от костра. Это небольшая комната, напоминает мне кабинет. Здесь ещё пахнет бумагой, но терпкий запах моего дракона теперь перебивает всё. Прямо передо мной большое окно, что занавешано плотной, тёмной тканью, а рядом небольшой шкаф, забитый книгами.

Геральт сидит на стуле в глубине комнаты, рядом с широким столом из темного дерева. Он откинулся на спинку стула. Одна его рука покоится на мощном бедре, а вторая лежит на столешнице, и пальцы отбивают какой-то ритм.

Волосы моего истинного собраны в тугой хвост, на лице ссадины и маска безразличия, а глаза полностью черные, как если бы зрачок расширился так, что закрыл собой радужку.

Рядом с ним мужчина, который перевязывает ему рану на руке, как раз заканчивает и как только выполняет работу, делает шаг назад.

— Александра желает тебе видеть, Геральт — опережает меня Айс и делает шаг в сторону освобождая Геральт обзор на меня. Под его тяжелым взглядом я вжимаю голову в плечи. Должна признаться, что сейчас даже не нахожу слов, чтобы описать своё состояние.

Когда наши взгляды с истинным встречаются, я застываю. Колючая боль волной проходит по телу и застывает где-то в районе горла. Невыносимая тоска вдруг расцветает в груди разрастаясь. Они действительно раняли его зверя, того, с кем у меня была связь и сейчас я практически его не чувствую. Стискиваю челюсти, отчаянно желая, чтобы его зверь поднял голову, чтобы даже в невидимой клетки попытался оказаться поближе, чтобы проявился во взгляде или в энергии, которой Геральт так часто пытается меня давить.

Но ничего из этого не происходит. На против меня в глазах Геральта пустая, бездонная тьма.

— Что с тобой случилось? — спрашиваю, и он прищуривается. Ничего мне не отвечает и переводит взгляд на Айса.

— Спасибо, ты можешь идти — он жестом указывает лекарю и тот, сгребая со стола свои вещи, покидает комнату — Ты тоже можешь идти, Айс — хрипло произносит он, и я вижу, как плечи Айса напрягаются, как по рукам пробегает чешуя, но он ничего не говорит. Кивает ему, опускает голову и обойдя меня, тихо закрывает дверь с другой стороны.

— Проходи, Александра. Я думал, ты проспишь до утра, но раз явилась, то нам с тобой необходимо кое-что обсудить. — глубоко вдыхает и поднимается. На мгновение, кажется, будто его ведёт в сторону, но он тут же присаживается на край стола, потому мне не разобраться в самом деле это так или мне только показалось. — Орки зацепили моего дракона — наконец, отвечает Геральт.

Я глубоко вдыхаю и делаю к нему шаг.

— Я оказался в окружении предателей, Саша. Побег Эйды, прорыв орков … — замолкает он и опускает взгляд на свои пальцы — Всё не случайность. Но, к счастью во мне хватить сил, чтобы бороться с тьмой ближайшие несколько дней и сделать самые важные дела. Проходи, будем говорить. Мы как раз закончили разговор с Эйдой — добавляет он и я только сейчас замечаю, что на небольшой кожанном диване напротив сидит Эйда. Её чёрные волосы пребывают в беспорядке, нос и щеки красные, а в глазах стоят слёзы.

Она медленно поднимается и делает шаг вперёд. Голова её опущена, а пальцы она сцепила в замок.

— Мы не закончили, Геральт — едва слышно произносит Эйда — Я не согласна с твоим решением.

— Да. Понимаю. Но, к сожалению будет именно так, как я сказал. — отзывается Геральт — Завтра прибудут сундуки с твоим приданым, вечером в доме появится твой будущий муж.

— Я не хочу — тихо произносит она, и я вижу, как трясутся её плечи

— Завтра также будут готовы бумаги. Как только ты их подпишешь, я сделаю всё, чтобы эта новость коснулась ушей каждого важного дракона королевства и отправлю её в столицу в королевский совет. Чтобы весь Эльмор узнал, что у меня есть сестра и что она не является наследницей дома Фелторн.

— И наследство заберёшь, и свободу — произносит она и поднимает голову — Что у меня тогда останется?

— Жизнь — отвечает Геральт и поднимается. В два шага сокращает между ними расстояние и склоняет голову набок, заглядывая в её заплаканное лицо — Ты будешь жить, Эйда. А теперь иди, я должен поговорить со своей парой.

— Но я не хочу замуж! — всхлипывает Эйда и что есть силы бъёт Геральта кулаком в плечо, а затем ещё и ещё раз. Принимается рыдать и колотить его по груди, а мой истинный стоит неподвижно. Даже брови не хмурит на выпад своей сестры. — Ненавижу тебя! Даже на грани смерти портишь мне жизнь! Ненавижу!

Геральт шумно втягивает воздух сквозь зубы и перехватывает руки Эйды. Встряхивает её, чтобы пришла в себя и прекратила истерику.

— Если ты ещё не поняла, то я сейчас тебе объясню: кто-то рядом со мной меня предал. Заманил сюда в ловушку, чтобы избавиться, и у меня, Эйда не больше трёх дней, прежде чем тьма одержит надо мной верх. Я вижу, что ты не хочешь замуж, но тот, с кем ты бежала тебя не любит, он был отправлен сюда намеренно. Теми, кто желал, чтобы это случилось со мной и когда меня не станет, ты и представить не можешь, что здесь начнётся. Твои желания сейчас меня совсем не волнуют, потому что мне будет гораздо спокойнее, когда, захлёбываясь от жадности, они станут рвать друг друга за мои земли, за камни, за ресурсы и богатства, которыми полны мои территории. И пусть они разорвут друг друга, чем будут мучить, раздирая тебя. Приди в себя!

После слов Геральта воцаряется тишина, которую встряхивают рыдания Эйды. Она ещё какое-то время всхлипывает, а затем небрежно вытирает мокрые щёки от слёз.

— Ты выйдешь замуж послезавтра, и это не обсуждается. А теперь иди к себе. Ты можешь меня ненавидеть, проклинать и желать мне мучительной смерти, я это переживу. Мы закончили. — произносит Геральт и отпускает сестру.

Разворачивается и направляется к своему столу. Какое-то время перекладывает бумаги, но сквозь нашу связь я ощущаю, что он по настоящему чувствует.

Беспокойство и панику.

Они смешиваются и разрывают Геральта изнутри когтистыми лапами на ошмётки так, что мне самой становится больно и если бы я не ощущала его эмоций на себе, то и представить бы не могла, что кто-то в ком сейчас бушует такая буря, может оставаться так холоден внешне.

Когда Эйда покидает комнату, я подхожу к Геральту и касаюсь его плеча.

— Они не верны мне все четверо. Все мои приближенные, которым я доверял. Или только один — произносит он и разворачивается. — Но я узнаю. Перед тем как тьма заберёт меня, я его разорву.

— Я хотела бы тебе помочь. Может быть, моя магия сможет тебя излечить?

— Ты не будешь касаться моей раны ни при каких условиях. Такую рану не исцелить, Саша. Я проклят, тьма уже внутри меня — произносит он и оттягивает воротник рубашки, чтобы показать мне, как безобразные черные линии полосуют его грудь и плечо, тянуться к его шее. — Я много раз видел, как подобное забирает драконов. Сильных, слабых. У этого ранения нет лекарств. Но у меня есть сила, чтобы обезопасить тебя и сестру.

— Что со мной будет?

— Ты будешь в порядке — улыбается Геральт и снова присаживается на край стола.

— Я бы хотела его увидеть ещё раз — произношу и поднимаю глаза к лицу Геральта, от ужасных черных линий все внутри сжимается в тугой узел.

— У меня не хватит сил на оборот, Александра. Я должен успеть сделать слишком много. Я собираюсь позаботиться и о своих работниках. За два дня я научу тебя древнему языку драконов. Это первое. Когда придёт время, ты сможешь заблокировать нашу связь, она не до конца окрепла и твоя боль потери будет не так сильна. Мы останемся здесь, на границе с Равенхеймом, потому что я попросил у нового правителя людей место для тебя. Так как ты обладаешь огромной силой, он найдёт тебе место в своём мире, и ты сможешь выбрать тот путь, который будет тебе по душе. Ты человечка, тебе понравится там. — дарит он мне полуулыбку, но я не улыбаюсь в ответ. МНе не весело.

— Я не хочу, чтобы ты умирал — произношу, и это правда.

— Тьма погубит меня в течение недели, Саша. Нет ничего, что могло бы её остановить — спокойно произносит Геральт — Кто из приближенных предал меня. Я не многим говорил о своей сестре. Один из них или все вместе устроили мне ловушку.

— Я могла бы помочь тебе выяснить, кто это сделал

Геральт усмехается.

— Я уже многое видел, знаешь. Безумие, смелость и преданность. Никогда то, что не мог объяснить и ни разу всё, что я перечислил в женщине. — вдруг произносит он — Моя мать наслаждалась тем, что выводила отца из себя. И задолго до того, как в доме стали появляться все эти многочисленные женщины между ними не было ничего общего, и я с трудом мог бы представить, что она встанет рядом с ним против орков. Что будет его защищать и поддерживать. Ты не приняла меня, боялась. Возможно, точно как Эйда ненавидела и желала избавиться от меня любым способом, но не ушла. Точно зная, что обладаешь силой превышающей магию обычного солдата, ты осталась со мной в окружении орков. Зачем?

— Я не знаю. Я не могла уйти. Почему я оказалась здесь? Зачем твои Боги даровали мне такую силу? Чтобы я просто сидела у твоих ног? Если во мне полно сил, то я хочу их использовать.

— У тебя будет для этого возможность. После завтра ты отправишься в Равенхейм. Навсегда.