– Первые дни после трагедии были как в тумане. Это случилось всего полгода назад, а кажется прошло много лет. Помню, тогда в доме воцарилась суматоха и кутерьма, а мне так хотелось тишины и покоя, чтобы спокойно все осознать и смириться с судьбой. Приходили следователи, задавали неуместные, как мне казалось, вопросы, на многие у меня не было ответа.

– Приехали дети «Горбачева» – два приятных молодых человека, совсем не похожие на мужа. Приехала его бывшая жена, с виду убитая горем красивая, молодая женщина. Не верилось, что она – ровесница Миши. По-видимому, салоны красоты хорошо знают свое дело. Кстати, «бывшая» оказалась очень на меня похожа (или я на нее). Я, прикинула, разницу в возрасте – 25 лет, а, можно подумать, мы – одногодки. Но, что меня расстроило, одни и те же черты лица – какая-то чертовщина. Тогда я подумала: быть может, мне мерещится? Но нет, «бывшая» два раза повторила, что я – точная ее копия в молодости. На это, я ей вежливо буркнула что-то о ее вечной молодости.

– Приходили вереницы работников бизнеса с вопросами, чем помочь, какой гроб заказать, и в каком ресторане проводить поминки? Можно подумать, «Горбачев» оживет, если будет подходящий гроб и ресторан для поминок. К счастью, бывшая жена с увлечением занялась выбором, казалось, что горе ее немного стихло за этим занятием.

– Сыновья «Горбачева» вели себя скромно, спокойно сидели за столиком с закусками и спиртными напитками. Помню, как меня мучил вопрос: «Интересно, кто организовал и так искусно сервировал стол?». Я решила, что не иначе и здесь бывшая жена подсуетилась. Мне-то это даже не пришло в голову. Складывалось впечатление, что все присутствующие вдовой и хозяйкой считают не меня, а бывшую жену. Ее все знали, она прекрасно ориентировалась во всех сложностях этикета, все вертелось вокруг нее. Про настоящую вдову, к счастью, казалось, все забыли, меня это вполне устраивало. Обстановка установилась довольно мирная, кто-то приходил, кто-то уходил, задавались вопросы, иногда звучали ответы, в гостиной стоял ровный гул приглушенных голосов.

– И вдруг неожиданно будто произошло извержение вулкана. Один из гостей принес новость о том, что еще четыре года назад, при жизни, «Горбачев» весь свой бизнес, огромную мебельную империю переписал на меня. Господи, как резко изменилась обстановка в гостиной – все пришло в движение. Вмиг я оказалась в центре, всех интересовало, что и когда я подписывала, правда ли это? Похоже, был забыт этикет, голоса из скорбных, приглушенных превратились в шумные, оживленные, взгляды всех присутствующих были устремлены на меня. Кажется, я ответила, что не помню (и это – чистая правда). Естественно, мне никто не поверил. Собравшиеся считали, что я строю из себя дурочку, прикрывая за этим образом – хитрость и коварство. Меня, к счастью, общественное мнение волновало мало и тогда, да и сейчас.

– Как-то сразу после сенсационной новости растворилась бывшая жена вместе с сыновьями. Я не помню даже, были ли они на похоронах и поминках. Нашлись тут же доброжелатели, которые мне сообщили, «бывшая» рассчитывала, что хотя бы часть бизнеса «Горбачев» оставит ей или сыновьям. Дело в том, что при разводе они, типа, все поделили. Миша мог вообще ничего не давать, так как уличил жену в неверности. Но он оказался либо благородным, либо очень любил «бывшую» – купил ей с детьми дом в Лондоне, назначил очень солидную сумму ежемесячного содержания, и велел исчезнуть с его глаз, пока он жив. Видимо, фраза «пока я жив», вселила в отвергнутую жену надежду получить что-то после смерти бывшего супруга.

– А на поминках секретарша «Горбачева» Наташа (она действительно очень переживала смерть своего босса), выпив с горя больше меры, поведала мне просто детективную историю о том, как «Горбачев» узнал об изменах любимой жены.

– Со слов Наташи дело было так: босс пошел к врачам с какой-то мужской проблемой, сдал кучу анализов, проблема оказалась пустяковой, но неожиданно в клинике ему заявили, что не может быть отцом. Удивился, естественно, не поверил врачам, ведь у него – два сына. Но, чтобы отбросить сомнения, провел генетическую экспертизу на отцовство. Результаты экспертизы стали шоком для «Горбачева»: оказалось, оба мальчика – не его сыновья. Он развелся с «бывшей» также быстро, как и женился на мне.

– И, действительно, на моей памяти, Миша ни разу при мне сам не заводил разговор о первой жене и детях. Только после откровений секретарши мне стала понятна нервная реакция мужа на мой, казалось бы, естественный вопрос: «почему он никогда не встречается с сыновьями?». Помню, Миша сухо окоротил мое любопытство, ответив: «я очень прошу не поднимать больше тему о детях». Видя мое удивление, добавил, что ему об этом тяжело говорить, причем все это было сказано таким тоном, каким муж со мной никогда не разговаривал. Хотя мне и сейчас, зная всю подоплеку, кажется, что дети здесь ни при чем. Они росли в счастливой семье, у них всегда были любящие папа и мама – и вдруг их мир рушиться. Я считаю, по отношению к мальчикам Миша поступил несправедливо. Поскольку я – сама сирота, то хорошо понимаю, что они чувствовали. Мне в этой истории искренне жаль сыновей «Горбачева». Но вряд ли, даже если бы я узнала об этом раньше, в моих силах была бы возможность что-то поменять в этой ситуации.

– Тогда же на поминках подвыпившая Наташа сказала мне о своем открытии: увидев меня первый раз, она сразу поняла, почему Михаил Сергеевич на мне женился, я – вылитая копия его любимой бывшей жены. Не скажу, что приятно было услышать Наташино откровение, но познакомившись с бывшей женой, нетрудно было мне и самой догадаться. Увидев «бывшую», я с опозданием на пять лет, наконец-то, просекла, что именно сходство с ней привлекло Мишу к моей скромной персоне в магазине. Выходит, «Горбачев» женился не на мне, а на копии своей «бывшей», как бы с чистого листа. Мой позитивный характер не позволил мне долго горевать из-за запоздалого прозрения, жизнерадостно шепнув на ушко:

– Слава богу, что ты похожа на первую жену «Горбачева», именно это обстоятельство подарило тебе пять счастливых лет с Мишей.

– После похорон на следующее утро ко мне домой пришла солидная делегация руководящего состава Мишиного предприятия. Мол, им неудобно тревожить меня в такой тяжелый момент, но бизнес не может останавливаться ни на минуту. Поэтому я должна срочно решить, кто возглавит холдинг? Второй вопрос, не терпящий отлагательства: согласна ли я не менять руководство предприятия, которое было при Михаиле Сергеевиче?

– В ответ спокойно и твердо говорю, что теперь им придется тревожить меня каждый день, так как я сама собираюсь возглавить холдинг, то есть занять место мужа. Немая сцена длилась больше минуты, казалось, члены делегации были больше потрясены моим решением, чем гибелью «Горбачева».

Послышались робкие голоса:

– Маргарита Николаевна, не принимайте сгоряча опрометчивых решений, мы знаем, вы никогда раньше не участвовали в бизнесе мужа. Поймите, это очень сложный процесс, здесь нужен богатый опыт, налаженные личные связи с партнерами.

Я возразила:

– Не боги горшки обжигали, надеюсь на вашу помощь, опыт и налаженные связи. Да, не волнуйтесь вы так, прорвемся, все будет хорошо. Завтра утром в 9-00 совещание, прошу к нему по всем направлениям подготовить справки, особенно, остановиться на проблемах.

– Со следующего дня, вот уже почти полгода я занимаюсь мебельным бизнесом. Наташа – теперь моя секретарша, сказала по секрету, что мне дали кличку «Невеселая вдова» (кстати, дурацкая кличка, она мне не нравится).

– Бизнес оказался не таким уж сложным. Цепочка – производитель, поставщики, магазины – все было отлажено, но мне, показалось, много непонятных схем в выборе поставщиков и производителей. Занимаясь математикой, я привыкла к логике. Там одно строго вытекает из другого, большую роль при любых процессах играют граничные условия, здесь же все по-другому. До сих пор не могу до конца понять принцип выбора мебели, которой заполняются наши магазины, да и маршруты доставки мне не всегда понятны.

– Прежде чем что-то менять, я решила основательно в этом разобраться и, если окажусь права, составить четкую схему выбора, основываясь на современных требованиях. Также наладить логистику, чтобы мебель от производителя не нарезала круги, а кратчайшим путем попадала в магазины. Надо еще внимательно отследить тенденции на рынке. Мне не нравится, как работает маркетинговый отдел, возят сто лет одну и ту же мебель, не учитывая спрос на новую, более простую мебель, а также на мебель–трансформеры – это когда один предмет легко превратить в другой. Иначе популярный сейчас «IKEA», а также подобные магазины вытеснят нас с рынка.

Все эти полгода промелькнули в памяти Маргариты, пока она дремала под мерное тиканье старинных часов. Неожиданно ей пришла в голову дурацкая мысль, будто она, как перед смертью исповедалась. Глупые сравнения были тут же отогнаны Маргаритой прочь, но какое-то тревожное предчувствие не удалось погасить до конца. Раздосадованная девушка даже вслух воскликнула:

– Как раз именно поэтому не люблю устраивать сеансы катарсиса!

Часы и не подумали отзываться на вопль отчаяния Маргариты. Они по-прежнему, равнодушно-ритмично отмеряли секунды, не чувствуя своей вины в переживаниях девушки. Однако, позитивный характер Маргариты не дал ей долго зацикливаться на необоснованных тревожных предчувствиях, и она бодро скомандовала себе:

– Хватит валяться, пора вставать! Сегодня с самого утра я наметила просмотреть отчеты за последний месяц всех пяти магазинов. Да, еще во второй половине дня я планировала объехать все объекты, чтобы самой ознакомиться с ассортиментом не по каталогам, а в натуре.

Уже в ванной, принимая душ, Марго твердо решила, что ей необходимо для тонуса по утрам делать хотя бы несколько упражнений. Правда, девушка тут же перенесла смелые планы на завтра, уговорив саму себя, что сегодня вряд ли успеет. Как обычно, кот «Шарик» так и ходит за Маргаритой по пятам, ластится, понимает, что скоро на весь день останется без хозяйки. Легкий макияж у зеркала, девушка, как всегда, недовольна собой – синяки под глазами.

– Как хорошо, что есть косметика, способная все скрыть.

Маргарита быстро оделась в строгий костюм, очень удобный, и самое главное, ей к лицу. Конечно, и сейчас джинсы, либо шорты с футболкой остаются любимой формой одежды девушки, но на работе приходится соблюдать дресс-код. Взглянув на часы, Маргарита решила, что кофе выпьет в офисе. Последний взгляд на себя в зеркало в прихожей, все как обычно, правда, замечает тревогу в глазах.

– Какие-то странные предчувствия, чтобы это значило? – промелькнуло у девушки, но уже некогда гадать, надо бежать.

В машине по пути на работу в голове Маргариты продолжают крутиться воспоминания, нахлынувшие сегодня утром.

– Интересно, много ли людей, которые очень похожи друг на друга? Вспоминаю, бабушка рассказывала, что у моей мамы была сестра-близнец. То ли она умерла при родах, то ли что-то случилось позже, бабушка точно не знала, она же бабушка по папиной линии. Единственное, бабушка точно знала, что близнецы у маминых родителей появились, когда они были уже в зрелом возрасте. Типа, они потеряли всякую надежду обзавестись детьми, а тут тебе нате – на старости лет сразу две девочки. А дальше судьба маминой сестры покрыта мраком. Скорее всего, она умерла, и родителям тяжело было распространяться на эту тему. И еще известно: пожилые родители мамы умерли один за другим, еще до того, как мои папа и мама поженились. И знала бабушка о близнецах со слов моей мамы, которая толком ничего не помнила, какие-то отрывочные сведения из детства. Мама рассказывала бабуле, что ее родители, то ли не хотели, то ли специально темнили об истории с близнецами. Все это напоминало семейную легенду, которую никто толком не помнит, а каждый рассказчик привносит в нее новые главы. Короче мое родовое дерево практически засохло, а я – оставшийся пенек.

– Слава богу, я подъехала к офису, надо выбросить из головы эти семейные головоломки. Опять забыла, что идет дождь, и упорно припарковалась на привычное место, где я выхожу прямо в лужу. Наверняка, зеваки из офиса и из кофейни напротив злорадно смотрят в окно и комментируют: «Невеселая вдова» или села (или стала в лужу). Мне наплевать, гордо погружаю ногу по щиколотку в воду, затем вторую и шагаю будто по подиуму в здание. Все хорошо, у меня есть туфли и колготки на смену (как в школе). Летящей походкой, оставляя мокрые следы, вбегаю в приемную. Наташа на месте, у нее везде идеальный порядок, мне это очень нравится.

– Доброе утро, Маргарита Николаевна, по вашему поручению звонила следователю. Машину, с которой столкнулся Михаил Сергеевич, до сих пор не нашли. Майор Егоров весьма невежливо напомнил мне, что я ему звонила неделю назад. Он сказал, что, как только будут новости, он сам нам сообщит, а пока следствие продолжается.

– Привет, Наташенька! Зря майор обижается, мне кажется, следствие давно спихнуло бы дело в архив, если бы мы регулярно их не тюкали. Наташа, у меня сегодня день воспоминаний, я тебя тоже немного подергаю своими вопросами. По-моему, ты мне говорила, что в тот день, когда Михаил Сергеевич разбился, он вышел из офиса около 19 часов, причем не один, а с посетителем, и сказал, что едет домой. Мне Миша тоже позвонил перед выходом, сообщил, чтобы я ждала его дома минут через двадцать. Никак не могу успокоиться, мне кажется странным, что нашли его через несколько часов за 100 километров от дома. Я, думаю, в первую очередь надо понять, почему он там оказался, и в конце концов найти машину, врезавшуюся в его автомобиль. А эти странные обстоятельства нашего майора Егорова, похоже, совсем не беспокоят.

– Маргарита Николаевна, я следователю несколько раз повторяла все эти факты. Сыщик говорит, что мы только мешаем ему работать.

– Не нравится мне следователь, этот майор Егоров. Наташа, я не могу понять, почему почти за полгода не обнаружили, кто столкнулся с Мишиным джипом? Можно подумать, ищут иголку в стогу сена. Кстати, я никак не могу запомнить имя-отчество майора, хотя общаюсь с ним полгода. Ты, кстати, помнишь?