Глава 27

— Не нравится мне всё это, — брат Владислав обернулся к водителю.

Они были знакомы с тех пор, когда ещё носили погоны, которые вместе же и сменили на рясы братьев «Свободы воли» после одной очень нехорошей истории, когда командование предпочло спрятать ошибку, свалив её на бойцов, проводивших операцию. Не должно было быть гражданских в том домике на краю аула. Но они были, и скрыть прибывшим на место чистильщикам этого не удалось. Тогда-то и было принято судьбоносное, как оказалось, решение.

Трибунал. Камера. Увольнение из рядов.

— Тебе всегда всё не нравится, — буркнул Владислав.

Кириллов Женька ещё в бытность летёхой бесил командира своей привычкой поныть перед боем — как он считал, на удачу. Отчего-то в эту примету верил не только заместитель командира, а потому остальные хоть и возмущались для вида, но никто и никогда не пробовал оборвать «причитания» всерьез.

— Не тот случай, командир, — вспомнил о старых временах Кир.

Владислав напрягся. Этот тон он знал. Да и мнение разделял. Не тому его в своё время учили дяди с очень большими звёздами на погонах — переть дуром на укреплённый лагерь сводной группы курсантов Академии СИБ и личных бойцов Волконского. Да, их там много быть не должно. Но цель — не мальчики для битья. Не говоря уже о последствиях. Ни Великие кланы, ни императорская Фамилия не привыкли спускать с рук убийство их людей.

Сейчас дело может и не выглядеть гиблым. Чисто за счёт количества «кукол» у них есть шанс выполнить задачу. Но Владислав никогда не был поклонником тактического приёма «мясной штурм». Но и отказаться не мог: он получил прямой приказ Учителя. И, кажется, магистр заметил сомнение одного из главных боевиков «Свободы» в регионе. Свидетельством тому стали двое братьев, усевшиеся на заднем пассажирском диване за его спиной, ставшие своеобразной гарантией, что бывший майор с позывным Жук приказ исполнит.

Или исполнят его самого.

Неожиданный личный коммуникатор командира оповестил о входящем сообщении. Быстро прочитав короткую депешу, Владислав бросил взгляд через салонное зеркало на своих помощников, радующих пустыми взорами фанатиков и абсолютно отрешенными лицами. Ещё раз прочитав сообщение, Жуков набрал нехитрый номер — причём не выбрал его из записной книжки, а ввёл по памяти.

— Приветствую тебя, старшая сестра, — негромко произнес он.

Приказа не контактировать ни с кем Владислав не получал, а потому «конвоиры», будем называть вещи своими именами, не среагировали.

— Здравствуй, Владислав, — раздался в динамике четкий и ясный голос Анна. — Вы на месте?

Мужчина окинул взглядом лесополосу, ограждавшую дорогу с обеих сторон.

— Подъезжаем. Десять минут до цели, — сообщил он.

— Останови колонну. Любой ценой. Не получится сорвать продвижение, хотя бы дай нам время. Сколько сможешь.

Приказ был прост и понятен. Вопрос: что с ним теперь делать? Он сам видел, как одарённым раздавали спецсостав. Да, и многим спецам досталась по дозе. Они сейчас заряжены, что твоя пружина, сжатая прессом. И этот потенциал должен куда-то выплеснуться. И горе тому, кто попытается остановить «волну» — порвут и не заметят.

Слова не подействуют. Никакие.

— А чёрт! — выдохнул Владислав негромко, отправляя короткое сообщение в чат своим людям.

Таковых в колонне насчитывалось человек десять.

— Что такое, командир? — весело спросил Кириллов.

Читать сообщение заместитель не стал. Но он умел прекрасно и импровизировать. Да и первый такт Владислав решил отыграть самостоятельно. Впрочем, они слишком давно знали друг друга, так что Женька сразу же понял, что сейчас начнётся действие, а потому подыгрывал на чистом автомате.

— Забыл вставить дозвуковые, — с досадой ответил Владислав, демонстративно доставая из-под куртки пистолет с глушителем. Не скрывая раздражения, он выщелкнул обойму и убрал её во внутренний карман. Место её заняла следующая.

— Апчих!

Чихнул Кириллов громко. От души. Резкий звук пусть и не скрыл полностью лязг резкого досыла патрона, но отвлёк соглядатаев. А в следующий миг два хлопка звонко ударили по перепонкам. Это только в фильмах глушитель полностью подавляет звук.

— Терпеть не могу этот запах, — признался Женя не оборачиваясь.

Он и так прекрасно знал, что командир не промахнётся. А мертвых тел во время службы насмотрелся столько, сколько не каждое кладбище вместит. Так что два трупа на заднем диване не вызвали у него никакого интереса. Но теперь в салоне пахло сгоревшим порохом. А этот запах напоминал о старых временах, вызывая в памяти такие картины, какие он никому и никогда не пожелал бы увидеть вживую.

— Смена мировоззрения, босс? — спокойно уточнил Кириллов. Для него приказ командира так и остался единственным мерилом истины. Ряса же для него была лишь «сменным костюмом», который он надел после формы, и готов был спрятать в шкаф в любой момент.

— Приказ старшей сестры, — сообщил он.

— Принял, — просто оценил ситуацию Кириллов.

Ему не требовались объяснения. Командир был с ним в аду. И вернулся обратно. А эти… так, пассажиры.

— Наша цель — остановить колонну или задержать её, сколько возможно, — угрюмо довел до соратника новую боевую задачу Владислав.

— А я говорил, что мне всё это не нравится, — хмыкнул невесело Кириллов.

Фактически им вдвоем предстояло встать напротив заряженной верой и психотропными веществами толпы. И желательно покинуть эту заварушку живыми. Та еще задачка…

— Выбирай место для работы, — буркнул Владислав.

— Через полтора километра будет подходящее, — ответил, уже прикинувший подобный исход Кириллов.

Привычка изучать район возможной работы если и не до последней травинки, то очень тщательно, вбивалась в обоих намертво.

Владислав кивнул. Он понял, про что говорит его бывший подчинённый, а ныне брат по оружию. Сужение дороги до двух полос и скаты холмов с обеих сторон полотна послужат идеальным «бутылочным горлышком» для остановки машин. Они шли третьими, так что большую часть колонны удастся задержать. Объезда нет. А техника явно не предназначена для прямого движения по азимуту через поля и веси. Да и дождик недавно прошел сильный. Тут и гусеницы могут встрять знатно. Что уж говорить про транспорт их нынешней колонны.

И Владислав сильно сомневался, что оторвавшиеся две машины отправятся штурмовать лагерь Волконских в одиночестве. Навряд ли. Остановятся и попытаются выяснить, что же происходит. Тем более во внедорожниках охранения и головном внедорожнике находились вполне вменяемые ребята. Пусть Владислав и не был уверен, что они выступят на его стороне.

Тем временем начали поступать ответные сообщения от его людей. Суть их сводилась к простой мысли: задачу поняли.

— Стоп, — в какой-то момент скомандовал Кириллов и одним филигранным манёвром выстроил машину поперёк дороги, запечатав узкое горлышко. Водитель следующего за ними седана успел среагировать, потому ДТП не произошло. Колонна остановилась.

— Ну, вперёд, — выдохнул Женя, вылезая из машины и доставая ключ зажигания.

Владислав тут же последовал его примеру.

— Эх, — выдохнул водитель, отбрасывая брелок подальше в траву. Преграду, конечно, уберут, тут сомневаться не приходилось. Но теперь на это придётся потратить чуть больше времени. Несколько минут они уже выиграли. И он прекрасно знал, как развить этот тактический успех.

— Ты что делаешь? — из следовавшей за ними машины вышел крепкий мужчина в тёмном костюме.

Он обращался только к Жукову.

— Приказ старшей сестры, брат Ренат, — просто объяснил Владислав, заведя руку с пистолетом за спину.

Ему очень не хотелось стрелять в этого человека. В нём он видел профессионала и уважал это. Однако так получилось, что сейчас они оказались явно на разных сторонах баррикады. Вера для боевика одного из особых звеньев «Свободы» значила куда больше. И Учителя он едва ли не боготворил.

— У меня приказ, — просто сообщил Ренат.

— У меня тоже, — обозначил свою позицию Владислав.

За его спиной Женька деловито отрывал рукав от рубашки, обходя машину со стороны бензобака. Проблем поджечь кусок ткани без капли бензина у слабого одаренного в аспекте Огня не могло быть в принципе. Так что уже через несколько секунд засунутая в бак тряпка весело вспыхнула.

— Зря ты это, — буркнул Ренат.

К нему месту событий подтягивались его бойцы. Люди Жукова, как назло, находились в конце колонны.

— Отходим, — скомандовал заместителю Владислав.

Они принялись медленно смещаться к одному из склонов в надежде добраться до деревьев попеременно останавливаясь таким образом, чтобы держать недавних братьев по вере под прицелом. Сейчас «бутылочное горлышко» играло против них. Фактически им нужно было подняться по склону, и всё это время они будут прекрасной мишенью.

До склона соратники добрались без проблем.

— Первый пошёл, — скомандовал Кириллов.

Владислав привычно взбежал несколько метров, остановившись сверху и готовясь прикрывать старого товарища.

Бах!

Выстрел за спиной не заставил Владислава замереть. Он сначала добежал до укрытия, и лишь затем бросил взгляд назад. Жук успел увидеть, как оседает тело бывшего заместителя. Один из бойцов Рената оказался быстрее и уже повернулся к нему, перекидывая точку прицеливания.

Владислав прыгнул вперёд, уходя с директрисы стрелков. В спину ему прилетели выстрелы. С каждой секундой огонь становился плотнее — к людям Рената присоединились экипажи других машин. Однако он уже добрался до деревьев.

Бом!

Глухой хлопок взрыва ударил в спину.

Бензин в бензобаке наконец-то сдетонировал, без особых разрушений, конечно. Но теперь объятую пламенем машину сдвинуть с места было ещё сложнее.

Стрелять в ответ командир даже и не думал. Бесполезно. Разве что для острастки. Но такой глупости не простил бы погибший друг, подаривший ему драгоценное мгновение, позволившее добраться до укрытия. Задачу он выполнил. Лишний раз подставляться под пулю — это предательство жертвы гвардии капитана Кириллова Евгения. Пусть и бывшего.

И да, если он решит отомстить потом, то глупая смерть сейчас ему в этом не поможет.

— Прощай, друг-, — едва слышно прошептал бывший майор и, развернувшись, стал пробираться через ночной лес.

Только далеко он не ушёл. На очередном шаге чья-то рука заткнула ему рот и профессионально повалила на землю с такой скоростью, что бывший спец даже пикнуть не успел. Как во рту оказался кляп, а на запястьях защёлкнулись пластиковые наручники, он даже понять не успел.

— «Кукушка — четыре», — раздался негромкий голос над его головой. — Одного взяли. Продолжаем наблюдение.

* * *

— Одного взяли, — доложили снайперы. — Продолжаем наблюдение.

— Хвалю, — негромко бросил в рацию Сергей.

Ныне отличились его люди. «Что ж, парни действительно заслужили премию», — сделал в уме зарубку Павел. Конечно, кадеты даже на «практике» оставались людьми государевыми. Но клановец имел право поощрить отличившихся бойцов. И оным собирался воспользоваться.

— Как у них там всё интересно, — вслух прокомментировал «клановец», вновь обращаясь к экрану, на который транслировалось изображение с беспилотника.

Судя по всему, часть колонны решила, что им с остальными не по пути. И точку зрения они свою доносили с огоньком.

— Ух ты! — пробормотал он, отмечая ещё один взрыв ближе к концу колонны.

Но на этом «спецэффекты» закончились. Ещё несколько раз в течение трёх минут вспыхивали отдельные вспышки спорадической стрельбы.

— Вот тебе и грустная сказка про лебедя, рака и щуку, — прокомментировал Сергей.

— Сколько им понадобится времени?

— Минут пятнадцать, — мгновенно оценила сестренка, заставив одного из братьев с сомнением глянуть на нее.

Павел справедливо считал, что класс Светланы как аналитика — секрет Ветви. Сергей к ней не принадлежал.

— Что ж, минут тридцать у нас ещё есть, — по-своему пересчитал хаотичное состояние противника Павел, ведь требовалось не только расчистить дорогу, но и добраться до лагеря, после чего сосредоточить силы и двинуться на них. — Наши люди?..

— Всё готово, — тут же доложил ближайший оператор, не дожидаясь завершения вопроса. — Первую линию возглавит Влад лично.

Клановец кивнул своим мыслям. Все при деле. Пора и ему поработать.

— Паша, — негромко позвала терпеливо дожидавшаяся этого момента Кошкина.

Молодой человек поднял руку, призывая подождать еще минуту. Перед тем как уйти в «свой мир» Волконский заслушал развернутый доклад о занятии позиций и готовности к отражению удара.

— Волк, пленного давай сюда, — отдал распоряжение воевода.

Для наблюдения за колонной и «птички» хватит. А так будет хоть какая-то информация о том, что у них там вообще происходит. Сейчас это было куда важней визуального контакта.

Сергей кивнул и снова потянулся к одной из раций.

— Теперь я твой, — обернулся к целительнице клановец

Небольшую подушечку, уложенную поверх обычного туристического коврика, расстеленного в углу штабной палатки, он оценил. Кошкина позаботилась о том, чтобы «колдовать» ему было удобнее.

— Начинай по готовности, — предложила целительница. — Я помогу.

— Двадцать минут, — обозначил ориентир Волконский.

Сегодня ему предстояло доказать, что он не только умеет «шмалять из разных стрелялок» и думать головой, но и остаётся пусть и далеко не самым сильным, но довольно неплохо обученным одарённым.

— Мы справимся, — махнул рукой Сергей.

— Обстановка без изменений, — доложил оператор.

Павел еще раз обвел взглядом палатку и пожал плечами.

— Тогда я пошёл, — сообщил скорее себе, чем окружающим, молодой человек и взял со стола довольно увесистый кристалл.

— Садись, — предложила Лена.

Клановец аккуратно уместил зад на подушечке, сложив ноги в классической позе лотоса, после чего выпрямил спину и потянулся макушкой к брезентовому потолку. В первую очередь он сделал несколько глубоких вдохов, сопровождая их длинными плавными выдохами, чувствуя, как растворяется внутреннее напряжение. Заученные техники расслабления сработали безотказно.

— Готов, — наконец сообщил он Кошкиной.

Ему на лоб тут же легла ладонь целительницы.

— Начинаем, — прозвучал за спиной Павла ласковый голос девушки.

По телу тут же разбежалась волна тепла. Мышцы расслабились еще больше, а лишние мысли буквально смылись горячим потоком энергии целительницы куда-то на периферию сознания. Молодой человек не просто погрузился, а просто рухнул в транс с помощью целительных техник Лены. Теперь всё происходящее он по-прежнему ощущал и слышал, однако это воспринималось как будто со стороны. Обрывки фраз, короткие команды, шум листов бумаги и клацанье клавиш словно проходили сквозь него, не оставляя следа.

Его сознание работало с точностью швейцарского хронометра.

— Работаю, — чуть ли не нараспев выдал Волконский, представляя лагерь с высоты птичьего полёта. Он аккуратно и скрупулёзно вспоминал каждую деталь, старательно воспроизводя перед внутренним взором свою временную ставку.

— Фух, — выдохнул он в очередной раз, аккуратно смещая ориентиры и меняя картинку на развёрнутой им сфере иллюзии.

Вряд ли получилось сильно качественно — уж очень большой объём площади отображения конструкта пришлось учитывать, но со стороны на какое-то время могло и прокатить. Во всяком случае, даже если первая пара ударов уйдёт в молоко, то Павел старался не зря. Вряд ли одарённые «Свободы воли» достигли такого ранга, чтобы бить по площадям.

Следом наступил черёд укреплений и линий обороны. Тут Шут не стал вдаваться в сущности — бойцы и сами неплохо слились с местностью на позициях. Он просто слегка «размазал картинку» для стороннего наблюдателя, чтобы скрыть возможные огрехи маскировки.

— Готов, — выдохнул молодой человек, не выходя из транса.

На колени ему тоже лёг специально выращенный в лабораториях кристалл, который должен был стать основой будущего артефакта. Павел сосредоточился, представляя перед внутренним взором силовые линии созданной им иллюзии. Аккуратно, чтобы не поломать хрупкие энергетические жгуты, молодой человек принялся записывать сформированное им изображение в заготовку. Линия ложилась за линией — тонкий, скрупулёзный труд. Ведь стоит только один раз ошибиться, и картинка смажется таким образом, что любому опытному человеку станет понятно: перед ним обманка. А это значит, что противник подготовится — например, попробует разбить её при помощи специализированных артефактов. Либо одарённые попытается распутать чужой энергетический рисунок. Хотя в обдолбанном состоянии столь филигранная работа вряд ли будет возможна, но Павел привык выполнять задачу добросовестно, тем более когда от этого зависели жизни его людей.

Вся его медитация заняла не больше четверти часа, хотя по субъективным ощущениям он провёл за плетением сложного узора никак не менее суток.

— Ух, — выдохнул Волконский, с силой сжимая кулаки и встряхивая руки.

Транс спал с его сознания подобно сброшенному плащу. Мозг вновь цепко воспринимал реальность. Разве что ощущение усталости навалилось такое, словно он опять с Филом и Кролем разгрузил пару фур.

— Готово, — произнёс клановец.

— Отлично, — откликнулся брат, усевшийся возле оператора с несколькими рациями в руках.

Его слова тут же подтвердил взрыв посреди лагеря. Огненное копьё ударило по штабной палатке. Вернее, по тому месту, где она должна была быть с точки зрения противника.

Похоже, у кого-то системы дальнего наблюдения все же имелись.

— Неплохо сработал, — оценил Сергей.

Удар вражеского одарённого прошёлся мимо. Огневик явно купился на иллюзию Волконского.

Следом на лагерь обрушилась волна «капель», ледяных копий и каменных игл. В этот раз без разрушений не удалось. Прикрыть всю территорию лагеря щитами не было никакой возможности. Однако «арт-подготовка» особого урона защитникам не нанесла.

Кажется, кто-то умный на той стороне решил также и отдал приказ одаренным приберечь резервы.

По логике Павла сейчас пришла пора крепких парней с оружием. Их задачей станет пробить коридор для магов, чтобы те развернулись на дистанции клинча — самой опасной для неопытных одаренных бойцов.

— Ну что, начали? — скомандовал Волк.

Грохот отдаленных автоматных очередей подтвердил правоту Павла. Противник решился на разведку боем. Защитники лагеря ответили скупыми, но точными очередями.

— Работай, — сложил с себя полномочия Павел.

В бою может быть только один командир. Сейчас — Сергей.

Но и он без дела не остался. В палатку ввалились двое «Кукушек» в «лохматых» комбинезонах. Они принесли с собой одно лишенное возможности к сопротивлению тело.

— Стул, — потребовал Волконский.

Целительница метнулась первой. Вернулась с искомым. Вместе они вышли в оказавшуюся неподалеку курилку.

— Крепите, — потребовал клановец. — Поговорим.