***

Карма Чакры 4. Шаг 127

***

«Скользкие Тропы».

***

Орочимару всегда презирал слова «Утерянное Наследие Чакры». Для него любая потеря об Сущности Чакры была в первую очередь источником пусть и долгим путём, но всё же проверяемых как либо сведений. И лишь во вторую и далее очередь местом расположения. Ну, ... Либо местами, которые ещё никто не смог разгадать без пытливого разума и множества знаний о оной Сущности Чакры.

А ещё нужных навыков "Инь" и "Ян-компоненты" как личных возможностей для учёного и Хэби Саннина.

Всё началось с обломка странной и явно очень древней таблички, найденной в глубинах давно разрушенного грота как подземного святилища клана Фуума на границе Страны Демонов. На ней была вырезана некая карта, которой не может быть при всех текущих реалиях времени и технологий.

Она казалась какой-то необъяснимой ошибкой природы наследия данного клана. Из грубого камня, если верить анализу реагентов, явно сделанная во времена до Сэнгоку Джидай, нечто вроде рельефной гравюры по огненной глине, и невероятно детальной: трёхглавый змей, кусающий собственный хвост, и надпись на языке, который теоретически был моложе старой эпохи, и скорее всего являлся даже ровесником первых глаз самого Рикудо Сэннина и его легендарного Риннегана. А также других его артефактов.

Ну а поскольку такие глаза уже проявили себя в новой эпохе, то Орочи как ни кто другой испытал оную силу легенды на своей собственной шкуре.

(Не говоря уже об любых деревнях, великих гакуре, их предках, и даже тех, ... варварских глупых потомках, которые только и делали, что веками бездумно резали друг у друга обычных людей и шиноби, снова и снова, без понимания и толики сути наследия мудрости о Рикудо).

— «Тотцука — это не меч в понимании человека. — гласила эта таблица. — Тоцука является местом, откуда все три клинка появились на свет истины мира из мрака утробы чудовища».

Орочимару потратил более семи лет, чтобы сопоставить данную фразу с пятью разрозненными свитками из разных стран и давних остатков скрижалей таких же разрозненных эпох.

А говорить если предметнее, ...

В архиве "новых" руин храма Йороичи он нашёл назидание жреца той самой забытой эпохи: «Мы запечатали ход, но земля пропускает всё чаще страшную чакру. Медленно, но это когда-то случится. Клинок уже снится нашим детям с проклятым даром Фуума».

Также, ...

В библиотеке Даймё из страны Травы самым первым в поисках Орочи был обнаружен древний рисунок — металлический барельеф, которому не менее пяти сотен лет. А на том самом рисунке воистину нечто странное: бутылка, внутри которой изображено солнце, разрубленное пополам клинком из трёх лезвий. А ещё предположительно был зашифрован земельный рельеф странной местности в виде линий из обрамления данного артефакта.

И, вот, кто бы знал, ...

Место оказалось там, где его никто и никогда не подумал бы и искать-то.

И не искал, как стало видно спустя многие годы, на самом деле.

Разгадка данного пазла явно древней истории была найдена Орочимару после тех семи долгих лет в искривлённой складке земли между бывшими полями двух кланов-призраков, которые уничтожили друг друга ещё до основания последней — новой эпохи. Эпохи Скрытых Селений.

Ни одной реки, ни тем более какого либо рукотворного ориентира уже не осталось за давно прошедшее время. Только запах старого железа и глина, та самая глина Огня, природный рудник который никогда не просыхал, даже в засуху тех самых долгих столетий эпохи Сэнгоку Джидай.

А под всем этим, древнее кладбище. И не только оно.

Орочимару привёл туда целых три дюжины подчинённых ранга около сильных генинов и даже слабых чунинов.

И, ...

Больше двух десятков сошли с ума через какой-то жалкий день поисков в чреве означенной шахты — они начали шептать, что земля под ногами буквально пахнет какими-то страшными снами Йороичи Демона — Кошмарной Твари на вроде Биджу.

Остальных подопытных Орочимару использовал как Дотон землероек: те копали, пока у них не пошли носом, но ещё больше глазах кровяные разрывы сосудов и даже тенкецу обоих глазниц, которые не заживали.

(Как стало понятно в процессе их чакро-система как у относительно слабых шиноби просто здесь умирала).

И вот, в какой-то очередной и невзрачный день, казалось этих безнадёжных, злосчастных раскопок, ...

На глубине около ста сорока с лишним метров от поверхности они наткнулись на некий загадочный артефакт. Нет. Это была не дверь. А тут скорее в земле засело чьё-то ребро. Натуральное. Огромное, окаменевшее, испещрённое письменами ребро гиганта, которое принадлежало существу, не имевшему названия в данный период истории. За ним была пустота как грот в бездонной дыре, змеиного вида спиральном природном проходе. Очень глубоком иже крайне извилистом.

Спуск в обозначенный проход и дальнейшие поиски в лабиринтах занял более чем два дня. Без фуин-факелов — они гасли от одного лишь движения воздуха переполненным сэндзюцу. И тем более без насыщения внешних потоков от внутренней чакры своей КейРакукей. Практически сразу её высасывали стены, буквально, покрытые гнилым серебром и древним фуиндзюцу как фильтром той обозначенной природной энергии.

Орочимару шёл на голой воле, теряя чакру как только та выступала наружу сквозь кожу на пальцах, но улыбаясь. Здесь пахло правдой.

И вот, наконец, ...

В самом низу, в некой камере, которой не могло быть в текущих реалиях науки геологически, стоял каменный пьедестал.

А ещё тут была фреска на пьедестале с изображением многоглавого демона — змея с разинутой пастью центральной его головы.

И на нём... почти ничего.

Только пустая бутылка.

Тёмное стекло, заткнутое пробкой из прозрачного камня, которого будто бы и нет вовсе на первый взгляд. Внутри плескалась чернота, которая казалось смотрела в самую душу.

Орочимару протянул руку — и в тот же миг вся его суть внутри ощутила видение как будто рука от пальцев и до плеча перестала существовать. Она отсеклась клинком-призраком из этого сосуда. А затем испарилась. Словно уснула в самом чреве бутыля-артефакта. Мёртвая плоть, которую он отрезал через минуту своим же когтем лишь подтверждала силу этого без всяких сомнений живого сильнейшего гендзюцу.

И тогда он как истинный учёный прочувствовал и почти сразу понял:

Что этот самый легендарный клинок Тотцука — это скорее не оружие в привычном его понимании. Меч оказался частью некой бутыли-артефакта. А сам клинок меча находился внутри неё словно в ножнах.

Энергетический клинок, вот чем он являлся на самом деле.

— «Здесь нет того, что ищешь, это — только иллюзия, но иллюзия Тотцука, режет плоть, чакру и саму возможность сопротивления. Достать его нельзя. Только призвать». — гласила надпись на пьедестале под Высшим Гендзюцу меча-артефакта под названием Тотцука.

— Но как призвать то, что спит внутри пьяного сосуда? Сосуд-ножны это тоже своего рода иллюзия, м? — рассуждал Хэби Сэннин. — А всё что находиться в этом зале? Оно тоже иллюзия?

И ответ пришёл, когда Орочи, истекая кровью, расшифровал таки и прочитал последнюю, самую мелкую строчку на дне пьедестала. Она была выжжена не резцом травлей, а словно бы огненным пальцем — возможно, и самим клинком Тотцука.

Данная надпись гласила:

— «Разбудит клинок только тот, чьё Сусаноо познало Страдания Души. Остальные увидят лишь бутыль и уснут в её страхе».

— Ку-ку-ку-ку. — Орочимару рассмеялся. Хрипло, с кровавой пеной у отсечённой руки он протянул. Больше утвердительно чем вопросительно.

— Значит, третий меч Кусанаги был перепрятан?! И похоже, ... Давно. Очень давно. А именно здесь осталась только иллюзия?! Да, так и есть.

— Истинный Тотцука пока что не для меня. Пока нет. Мало того. Он подвластен только тому, кто носит в себе голодного призрака — Тэнгу. — увидел учёный также табличку эпохи Рикудо часть от которой была просто срезана и здесь её очевидно крайне давно уже не было. — А клан Учиха. Их Мангекё Шаринган. И скорее всего, сам основатель Учиха был его основным обладателем как этого так и других артефактов.

— Тот старший безумец из основной ветви потомков Рикудо Сэннина, что породил клан красноглазых и ненависть как проклятье глаз через открытие описанных здесь Томоэ. Он и мог унести эту часть "Камня Рикудо" в свой ичизоку Учиха. — предположил Орочимару. — Он унёс эту скрижаль каменной части послания Хогоромо.

— По крайней мере, только потомки с Шаринганом в глазах были способны на нечто подобное, прочитать её дабы. Причём не простым Шаринганом.

Но бутылку Белый Змей запечатлел внутри своей памяти. Конечно запечатлел. Ибо Сосуд, внутри которого спит меч, способный отрезать всё на энергетическом уровне и даже больше — разве это не подарок судьбы? Пусть здесь нашлись только крохи тех старых знаний и осколки от некогда цельной фрески?

Зато теперь он знал, что клан Учиха причастен к хранению данного артефакта. Как минимум сведения о нём должны быть в библиотеке ичизоку Учиха.

Артефакт старшей ветви самого Хогоромо был взят ими себе на хранение.

И вот, теперь-то, ...

Кроме ещё двух мечей Кусанаги, дело оставалось за малым.

Белый Змей срезал оставшуюся часть фрески и запечатал её в большой Свиток Хранения. Пропитанная кровью из сэн-чакры Джуго она не должна была потерять своих свойств.

После чего Учёный спустился на уровень ниже через проход за пьедесталом, где сошёл с ума его последний подопытный из подчинённых.

Тот сидел, обняв колени, и раскачивался, повторяя.

— Ты трогал её — Смерть... Ты трогал бутылку... Теперь она будет сниться всем...

— Именно, — ласково сказал Орочи, похлопав его по голове выращенной заново правой культёй. — Спасибо за помощь, мой дорогой подопытный кун. Крепче спи и знать будешь меньше. Поэтому, ... Сладких снов.

— Кракс! — и свернул голову глупой пешке в этом как оказалось более-менее удачном эксперименте.

После чего ушёл в сторону центрального зала, где его ждала уже не иллюзия, а рождённый в Сэнгоку Джидай артефакт, он же легенда: это — неразрешимый клинок, который удлиняется бесконечно. Клинок, который режет практически всё, кроме энергии божества прародителя.

И теперь Орочи просто нутром чувствовал: где-то здесь может быть ещё один. И ещё. "Спящий". И "Ждущий".

Артефакты эпохи Рикудо!

***

Домен Змей. Где-то в Драконьих Пещерах.

Два года до этого.

Тишина Рьючидо обманчива.

Тысячелетние змеи отшельники шепчут из камня не только об постижении пути сэндзюцу, но и о том, что люди давно утратили все старые знания в недрах земли и эпохе Сэнгоку Джидай.

Орочимару, сидя в полумраке пещеры, слушал давно полу мёртвого змея, как эхо древнего разговора с помощью Дзюцу "Мир Мёртвых" от прародителя для техники "Нечестивого Воскрешения". Он это делал с помощью образцов каменной сэндзюцу и условно живой (до сих пор) плоти окаменевшей рептилии.

Великий Белый Змей — тот, кто помнил ещё поступь Рикудо Сэннина — однажды послал ему испытание на освоение Режима Отшельника. Но к сожалению, сэндзюцу оказалось тогда ему не по силам. КейРакукей был в тот период слишком не подготовлен к подобным нагрузкам.

Однако, теперь, ...

Шёпот каменных змей мудрецов проваливших тоже задание, он навсегда отпечатался в голове Орочимару пока тот спасал себя, — (во второй более долгий раз медитации), — от проклятия Окаменения.

— «Меч, что косит траву, не один. Их три. Как три желания. Как три проклятия Йроичи. Открой Сэндзюцу. Пробуди Взор. И тогда мы сможем познать действительно многое». — прошелестело в сознании Хэби Саннина как эхо старой эпохи древнего окаменевшего змея в Драконьих Пещерах.

***

***

Наше время.

Пещера Восьмиглавого Демона Йороичи.

И вот, два года спустя, это время настало, ...

Орочимару наконец-то спустился туда, когда луна была съедена в стране Демонов в давно заброшенной аномалии в виде шахты природного образования.

В центральной камере, за тем залом Тотцука, где когда-то стоял алтарь Пустоты Многоликого Змея, в воздухе плавал меч.

Он был без ножен. И каких либо других прочих условностей. Даже без постамента. Просто лезвие, которое дышало посреди воздуха в утробе огромной пещеры.

Это был клинок-артефакт.

Настоящий меч Кусанаги.

Однозначно, здесь предстала не жалкая копия для императорских церемоний у жиреющих гордынею Даймё. И тем более не дешёвка для омерзительных войн агрессивных глупцов без понятия самой сути наследия мудрости Хогоромо в стране Железа и Самураев.

Оружие, которое помнило запах крови восьмиглавого Дракона Демона Йороичи, оно было здесь.

— Пхумф! Бах! — когда Орочимару протянул руку, то клинок коротко вздрогнул словно "чихнув" и требуя жертвенной крови — и рассек каменную колонну в десяти метрах позади пробив сердце нового обладателя, даже не коснувшись ладони.

И всё это случилось само собой и внезапно, в кратчайшие доли секунды.

Но Хэби Саннин — он как шиноби учёный S-ранга давно уже мог позволить себе даже пронзённое сердце. И поэтому легко пережить нечто подобное. Ну, более-менее относительно...

Легендарный же меч, проявив свою суть, через жертву от пронзённого сердца Белого Змея остановился и замер посреди зала в воздухе.

Он открылся и стал показывать свои свойства одно за другим в сознание носителю пережившего единение.

Клинок был неразрушимым. Ощущалась некая связь через разум, что именно этот клинок может разрезать практически всё: чакру, воздух, пространство между вздохами. А стоило Орочимару подумать о дальней стене храма, то... — меч выстрелил вперёд, удлиняясь стальным дождём и пробил землю, скалы, а затем вышел на поверхность в трёх метрах от выхода храма Йороичи.

Это знание просто пришло в разум Хэби Саннина. После чего артефакт-меч вернулся. По воздуху. Бесшумно. И замёрз у виска хозяина, ожидая следующей мысли приказа.

И на этот раз означенный Кусанаги был точно не репликой мастеров Узумаки какую он носил с собой до сего времени многие годы.

От чего так? А от того, что...

Уже первое испытание подтвердило часть легенды эпохи Рикудо и показало тут же главное: меч летал. Более того, ... он явно не особо нуждался в руке. Ему была нужна лишь воля хозяина через разум "носителя".

И казалось бы пока всё, этого уже более чем достаточно, но...

Однако, сегодняшний день подбросил ещё пару приятных сюрпризов.

В углу той же камеры-грота, придавленная обломком скорее всего окаменевшей и обезглавленной статуи предположительно Ашуры (а может быть даже и Индры), лежала вторая находка.

Она была простая, грубая, даже с первого виду топорная. Похожа на реплику. Но только с первого взгляда.

А вот на самом деле же, ...

Это тоже был артефакт, однако другой в своей сути, словно в какой-то мере насмешка над первой. И её полный антипод.

Он не умел летать и тем более не удлинялся.

Но когда Орочимару влил в него свою чакру — клинок сразу выпил её, всю без остатка. И он даже не нагрелся и не уплотнил лезвие пожранной чакрой по воле хозяина. И уж тем более артефакт не исказил саму форму клинка, как было всегда в чакро-проводящей стали у тех же знаменитых мечей Семи Мечников из Киригакуре.

(Предположительно тоже рук мастеров Узумаки).

— «О? Это же?! Проводник без предела?», — впечатлением прошептал Белый Змей сверяясь с воспоминанием ранее найденной древней фрески.

Этот меч являлся идеальным контейнером. Более простым в своей сути, но бессмертным сосудом для любой силы чакры.

— Хм. Две регалии найдены. А где третья? Меч Тотцука? Всё таки он должен быть у клана Учиха, м?

Расшифровка ещё пачки древних письмен на стенах храма заняла у Орочимару более чем двадцать семь дней. Язык был ровесником начала Сэнгоку Джидай, символы корёжились, как змеиная кожа. Но полная их суть оказалась туманной и лишь подтверждала то, что он видел ранее у Пьедестала Иллюзии Меча Тотцука.

— «Третий клинок не из стали и не из плоти. Он из пьяной печали. Рикудо отдал его сыну, оставил у старших в крови силы глаз. Тот, кто сумеет призвать Сусаноо — лично, как свидетеля силы наследия Индры — откроет бутыль «Пьяных снов» в храме Наследия Чакры, которого нет для того, кто не способен разгадать эту карту истинной кровью Рикудо». — закончилась древняя надпись на фреске которую расшифровал таки пытливый разум учёного, плюс понятное дело, пересаженный в левой глазнице трофейный Шаринган Три-Томоэ.

Ну а дальше было написано то, чего Хэби Саннин просто не смог прочитать без силы означенной крови. А ещё всей силы глаз кровавого цвета. Наверное...

— «Внутри — не меч. Там лишь конец любой головы без Сусаноо. Коснёшься — уснёшь навсегда. Ударишь — запечатаешь мир». — гласила скрытая часть данной надписи которую Орочи к сожалению не увидел без крови Учиха внутри своих жил, а ещё Мангекё Шарингана в обоих глазницах.

— Бутылка как Сосуд Сусаноо. И Тотцука как его продолжение. Их можно найти где-то в старых землях ичизоку Учиха. Вероятнее всего это так. — построил тем не менее самую близкую из догадок исследователь древнего храма.

Тем не менее, даже без клинка Тотцука, хабр данного мероприятия оказался очень весомым. Особенно как для учёного практика по изучению чакры и всего что с ней связано.

Орочимару улыбнулся по-змеиному довольный подобным легендарным находкам.

— Ку-ку-ку-ку, ... Клан Учиха значит? Хе-хех! Они вероятно даже не знают точно, что их Сусаноо может держать в себе призрачный клинок Индры, последнюю треть из легенды про мечи Кусанаги.

— Этот клинок тоже — Истинный! И он самый главный из трёх! Он скорее всего не режет, физический мир и даже тело, а теоретически саму Чакро-Систему.

Так у Орочимару появилось два меча из трёх.

Первый. "Летающий Кусанаги" — для убийства всего, что тот достанет физически. Яд клинка убивает всё кроме силы бога создателя.

И Второй. "Проводник Пустоты" — чтобы пить чакру, абсолютно любую. Даже Хвостатых.

А ещё, с этого самого дня, ... мечта Орочи об познании чакры и крови Рикудо сейчас воистину подтвердилась. Железно. И прямо на ощупь.

И теперь эта мечта разгорелась с новой силой, неистово.

Теперь он хотел добраться и до третьего артефакта, прежде чем это сделает так называемый — ниндзя с одной извилиной мозга на "Воле Огня" вместо науки.

И это будет очередной, якобы "гений" Учиха.

Каких отродясь в клане Учиха и не было никогда, ... кроме Мадары, ...

По крайней мере, до этого времени.

***

Страна Демонов.

Некоторое время спустя.

Орочимару ушёл в сторону леса, где его ждали ещё новые исследования и данные об оставшихся храмах наследия Индры. Перспективные. Уже на континенте.

Но теперь он знал главное.

У него было два меча: "Летающий Кусанаги" — чтобы пробивать всё, что движется. (Исключая чакру Богов). И "Проводник Пустоты" — чтобы пить эту чакру, не обжигаясь. И опять-таки мечта — дотянуться до третьего, но в будущем, через захват и присвоение личного тела Учиха. Ибо такой вариант позволит ему завладеть всем наследием Рикудо Сэннина. И вообще без остатка.

— Кровь Индры. Поглощения знаний от глаз сына самого Хогоромо. — перечислял то, что недавно подтвердил змей учёный с большой достоверностью. Одно за другим. — Познание Чакры из Додзюцу. И сам Шаринган! ... И ещё, очень много чего содержит в себе сама Суть Крови Учиха.

— Эти слепцы с моном красно-белого веера лишь могут резать таких же глупых ниндзя и даже не помнят всю историю своей собственной крови.

И её уникальность.

— Но я — не они.

— Скоро, ...

— Я возьму себе подходящее тело наследника Учиха. И вот тогда-то прийдёт моё время.

— В конце концов, Фугаку доно, и ваши милые дети узнают, что...

— Змеи не охотятся за травой.

— Они ведут охоту за тем, кто слепо бредёт в ней в крови по колено.

***