***

Карма Чакры 4. Шаг 40

***

"Вектор Политики".

***

Страна Земли.

ИваГакуре.

***

«Дипломатия по-хонсайски»

Третий Тцучикаге Онооки сидел в своём кабинете, погружённый в мрачные размышления. Война закончилась, но тяжёлое словно картер многотонных булыжников настроение в его душе осталось неразобранным.

Старик Рётенбин рассуждал про себя перебирая оные отчеты о послевоенном ущербе: — "Облако отделалось легким испугом, Коноха получила все лавры, а мы? Мы получили счет, и... Йокаевы реперации", — ворчал он, сжимая переносицу: — Война Биджу её в душу так вроде уже и официально "утихла", но ощущение, что "Иву" снова обвели вокруг пальца, — не давало покоя.

— "Опять эти жулики из Облака выкрутились…" — завозмущался он ещё больше, разглядывая на этот раз - новый отчёт об ещё одних на этот раз - итоговых репарациях, но уже со стороны Кумогакуре: — Деревня Камня получила копейки, и даже Коноха, тоже кое-как выкрутилась — оставив львиную долю. Но что поделать? Политика…

Внезапно дверь с треском распахнулась, и в комнату влетела Куроцучи, его любимая внучка, с видом человека, который только что разнес вдребезги чей-то огород и гордится этим.

И, сразу же заявила:

— Деда, посылка от Конохи! Дип. миссия! — бросила она свёрток прямо на край стола, даже не удосужившись постучать в дверь перед входом в кабинет, понятное... предварительно.

...

— Ты когда-нибудь научишься вежливости? Стучать нужно, а?! — вызверился немного и зарычал Онооки, но внучка лишь фыркнула, и состроив невинную мордочку, - (поскольку отлично знала слабости своего старика, плюс его безмерную любовь к единственной внучке), - вальяжно развалилась на гостевом диване.

(И, потянулась за печеньками на ближайшем столике).

Старик же скептически взял пакет. Вздохнул тяжело, ничего хорошего не ожидая от новой почты... "подставы" в международной дипломатии Листовиков, развернул его, а после достал письмо.

Прокомментировал. Ворчливо.

- Опять эти Лесные негодяи что-то выдумали… - первым делом он прочёл приложенный к "бандеролю" рескрипт-письмо из ближайшего к территории ИваГакуре посольства Конохагуре но Сато.

***

Сопроводительный свиток Конохагуре.

Дипломатическая почта Хокаге.

— «Дорогой Онооки-доно,

Спешим поделиться радостной новостью: деревня "Облака" теперь имеет… новый архитектурный ансамбль.

И, полагаем, вам будет приятно узнать, что дипломатические отношения с Кумогакуре… переживают ренессанс.

Прилагаем фотоотчет для наглядности.

С уважением, Хокаге».

***

— «Что за бред…» — пробурчал Рётенбин, но затем достал толстую пачку фотографий, которые тоже были запечатаны в посольском свитке.

(Предварительно, со всей безопасностью).

Старик нахмурился, но когда его глаза упали на фотографии, его лицо медленно расползлось в "ухмылке, достойной старого демона".

Естественно, Тцучикаге начал их очень скрупулёзно и относительно степенно просматривать.

Не удержался.

И тут, - (чем дальше это происходило, тем больше), - его лицо задумчиво, но растягивалось в хищном "Йокаево-довольном" оскале. Медленное, скрытое и злорадное наслаждение полилось словно лучший бальзам на душу карлика.

На фото в рассветных лучах сияла "Кумогакуре" — но не та, что была. Теперь в её центре зиял практически "километровый кратер", грубо и очень похоже выжженный "Бомбой Хвостатого Зверя". А вокруг — разрушенные здания, дымящиеся руины и…

"Две гигантские статуи."

"Хаширама Сенджу и Мадара Учиха."

Высотой примечательной... более "50 метров."

Две гигантские статуи с откровенно неприличными жестами в сторону изломанной хлам башни Райкаге.

— "Хо-хо-хо…" — захихикал Онооки, и смех его звучал, как скрип ржавых не смазанных колодок.

— "Деда, ты пугаешь", — сказала Куроцучи, жуя печенье.

— "Пугаю? Я вдохновляюсь!" — прохрипел он, тыкая пальцем в снимки: — "Смотри! Коноха устроила им Кабуки*, а мы что? Сидим сложа руки? Нет! Мы должны… поддержать традиции культурного обмена!"

(* Кабуки - японский национальный театр ориентированный в первую очередь на немой сарказм и пародийную направленность своих спектаклей).

— "Ты опять хочешь что-то украсть", — констатировала внучка, глядя на "оттопыренные средние пальцы", направленные прямиком в сторону бывшей уже башни Эя.

(Полуразрушенной к Йокаевой матери, ... вместо нее стояли те статуи).

***

***

— "«Хе-хе... Ха-ха-ха…»" — Онооки к удивлению внучки начало трясти, его смех перешёл в еле сдерживаемое, - из последних сил, - некое предвкушение чего-то явно нехорошего.

(Для "Облака").

— «Деда, ты точно в порядке?» — Куроцучи приподняла обеспокоенно бровь.

...

— «О-хо-хо… В порядке? Я в восторге!» — хрипло закашлялся он, опять тыкая пальцем, на сей раз, в последнее фото — "Там, на среднем пальце статуи Хаширамы стоял Узу-Сэннин" (на фоне Кумо): — «Смотри! Эти наглецы из Кумогакуре наконец получили... своё! И кто, спрашивается, это устроил? Всего лишь какой-то гаки Узумаки - из Конохи! А мы-то тут сидели, о срочности репераций, переживали…»

Внучка не-определенно пожала плечами, и прямо спросила:

— «Ну а дальше? Теперь что, война снова будет, а?»

...

— «Война? Нет, детка…» — Онооки хищно сверкнул глазами. А затем, ответил таки внучке, детальное пояснение: — «Теперь — самое время для… культурного обмена».

(«Тихого, и понятное, эффективного». — про себя уже хищно ощерился знаменитый на весь мир Шиноби — "Летающий Карлик", предвкушающее).

...

— «Подожди…Ты явно хочешь что-то украсть?» — Куроцучи отлично знала своего деда и теперь ловила каждую деталь физиономии этого старого хитреца, - (особенно когда дело касается выгоды), - на почти подсознательном уровне, она уже аналогичное ощутила жажду дела: "Расплаты по долгам, Кумо".

— "НЕТ! .... Ты однозначно хочешь что-то украсть", — констатировала Куроцучи.

— "Я хочу вернуть исторические ценности, незаконно присвоенные Кумогакуре!" — возмутился старик, но глаза его горели азартом. — "И пока Райкаге занят тем, что выковыривает обломки статуй из своего Эго, мы сделаем это красиво!".

Он резко встал (точнее, всплыл в воздух) и ударил кулаком по столу.

— "Слушай сюда. Я собираю "Корпус Подрывников"!

Куроцучи приподняла бровь:

— …Это что, "официальная" миссия, по отвлечению внимания теперь?

— Абсолютно "официальная"! Элитный отряд диверсантов, специализирующийся на… релокации ценностей. Мы проникнем в хранилище Райкаге под шумок, пока все заняты восстановлением деревни, а также возней с Листом, и вынесем оттуда все, что плохо лежит!"

— "То есть… украдем."

— "Мы проведем операцию по изъятию стратегических артефактов в интересах национальной безопасности!" — парировал Онооки. — "А если кто-то спросит — это были бандиты. Или Коноха. Или… ну, биджу, пусть думают, что это Мадара вернулся!"

Куроцучи задумалась на секунду, затем пожала плечами:

— "Ладно. А кто в этом… корпусе будет? Именно в специальном его отделении, м?".

— "Ты, я, парочка наших лучших джонинов… и тот сумасшедший с взрывчаткой, который все время ржет."

— "Дейдара?"

— "Он самый. Если что-то нужно украсть, поджечь или взорвать для отвлечения внимания — он наш человек!"

— "Но, ... он же фактически — Нукенин!" - удивилась куноичи, но дед сразу же её обрубил и хитрой улыбкой, сказал:

— "О-о-о, родная! Тут, ты не права... этот малыш по прежнему мой человек, в Акацуки! А потому, пришло время для его любимого дела. На этот раз, в Кумогакуре!"

Старик уже видел это перед собой: "хранилище Райкаге", опустошенное до стерильного блеска, а на фронте Конохи тем временем Райкаге орет на Фугаку, обвиняя его в воровстве.

...

— "И, всё же... это, опасное воровство!" — озвучила куноичи свои опасения.

...

— Нет. Я всего лишь хочу вернуть накопленные исторические артефакты, незаконно вывезенные из наших земель! — возмутился старик, но ухмылка и шевельнувшийся огромный шнобель, - (который явное чуял "Хабр"), - выдавали его истинные намерения. Как и его походный шкаф который он уже примерял, довольно топая по полу от чего интерьерный "ландшафт" кабинета вместе взметнувшейся пылью привычно менялся.

***

***

— И какие именно "артефакты"? — уточнила Куроцучи как и старик носившая ту же фамилию — Рётенбин.

...

— «Естественно... Легендарное Наследие самого Хагоромо, которое Райкаге нагло уныкал в крепости Шанкен!» — вспомнил Тцучикаге о том что разведка таки недавно фиксировала во второй раз факт испытания его двух из шести сокровищ Мудреца Шести Путей у обозначенного самого надёжного природного сейфа вора Райкаге.

А именно, то были украденные ещё во времена ВМВШ* у ИваГакуре: "Банановый Веер", и "Бутыль Желаний".

Куроцучи же, на резко замолчавшево деда лишь закатила глаза. Со знанием дела, она прочитала его выражение эмоций, однозначно сказа:

— ... Ладно. Ты хочешь экспропреировать у Облака, пока они в дерьм... мстят Конохе?

...

— Нет! Я хочу… восстановить историческую справедливость. И, возможно, немного поквитаться, - (во всех смыслах черным сорказмом), - от развития ТАКОЙ ситуации.

Старик уже представлял, как импульсивный сопляк "Райкаге" в ярости ломает свой стол, увидев пропажу. А ещё лучше — как он "заметит, что исчезновение совпало с внезапным визитом "гостей" из ИваГакуре... понятное, вообще без каких-либо доказательств.

...

— Ладно, а сейчас что будем делать? — вздохнула внучка, хитрой улыбкой тоже который раз долистывая фото-посылку Конохи, с лёгким, едва заметным прищуром, — (куноичи уже поняла, что деда не переубедить, в его "Праведном Возвращении Сокровищ Рикудо", а потому тихо пробормотала-сросила), — старик, мне уже начать подготовку на сборы Бакхацу Кудай? Мы, полетим "тихо"... ?

...

— Обязательно. Летим. — кивнул Тцучикаге.

Рётенбин поднялся в воздух по центру обширной комнаты, его тщедушная фигурка внезапно обрела "величественность хищного карлика".

— "Война закончилась. Но месть экспроприа... возвр-р-ращение реликвий — дело угодное всем Святым Ками". — порычал в душе Онооки на отношения международной политики, плюс сделал вывод морали:

А мораль была такова: "Дипломатия — это когда ты показываешь средний палец… но так, чтобы потом можно было свалить всё на левую Статую".

"(Где-то в Кумогакуре в это же самое время у Райкаге внезапно зачесалась спина, очень настойчиво. Он еще не знал, что к концу недели его сокровищница опустеет… а в архивах появится новая записка: "С уважением, Камень)".

***

Карма Чакры 4: Шаг 40

***

"Вектор Политики". Часть II.

***

Страна Воды.

Киригакуре.

***

«Дипломатия по-хозяйски» или... «Дипломатический Жест».

Теруми Мей сидела в своем новом кабинете, склонившись над картами Киригакуре.

Гражданская война еще не закончилась — кое-где вспыхивали мятежи, бывшие соратники Ягуры Каратачи - предыдущего Каге прятались в руинах, а бюджет деревни напоминал дырявый кошелек.

— "И зачем я вообще согласилась на этот трон?" — поерзала она своей шикарной филейной частью по неудобному но традиционному креслу всех Мизукаге, поправляя шляпу Тень Воды.

Внезапно раздался один стук, и дверь сразу распахнулась, после чего в комнату ввалился её приближенный сэнсор-разведчик Ао, весь в пыли, с дипломатической сумкой в руках.

— "Мей-сама, посылка от Конохи!" — выпалил он, с трудом переводя дух.

— "Без нормального стука? Что на тебя нашло?" — Мей приподняла бровь.

— "Некогда! Коноха и Кумо! Там… ТАКОЕ происходит! И, ещё, что-то странное!"

Она медленно развернула пакет. (Аналогично таким вот международным внезапным посылкам + всеми предосторожностями, после тщательной проверки).

Письмо было коротким:

"Уважаемая Мей-доно,

Полагаем, вам будет приятно узнать, что международная ситуация… стабилизировалась.

Прилагаем доказательства.

С уважением, Хокаге."

— "Что за туманные намёки…" — пробормотала Мей, но затем достала фотографии.

И замерла.

"Кумогакуре."

"Кратер."

"Дым."

"Две гигантские статуи Хаширамы и Мадары, демонстративно показывающие жест "Идти путешествовать На..." в сторону центра Кумогакуре."

Молчание повисло в воздухе.

— "Это…" — Ао осторожно кашлянул, из-за плеча Мизукаге.

— "Это прекрасно" — наконец выдавила Мей, и её губы медленно растянулись в "ухмылке, достойной самой коварной куноичи."

— "Коноха… уничтожила треть Кумогакуре?"

— "Нет, Ао. Они не уничтожили. Они… украсили."

Она откинулась в кресле, разглядывая снимки с наслаждением.

— "Знаешь, я всегда считала, что у Конохи нет чувства юмора. Но эти статуи… это гениально."

— "А этот Узумаки на пальце статуи Хаширамы... вот бы мне такого душку джонина!" - мечтательно — бесслышно прошептала куноичи ранга-Каге: - "Пригласить бы лично к себе такого наглого, но... красавца!"

— "Мей-сама, вы… смеетесь?"

— "Нет, Ао. Я планирую."

Она резко встала, подошла к окну и уставилась в сторону, где теоретически находилась Кумогакуре.

— "Райкаге теперь будет занят минимум несколько месяцев, а то и полгода/год. Восстановление. Задержка всех репараций, ... по понятным — международным причинам имиджа ТАКОГО "экивока" Конохи. Месть. Возможное... Продолжение войны. Скандалы. У него не будет ни времени, ни ресурсов лезть в наши дела."

— "И… что это значит для нас?"

— "Это значит, Ао, что пока весь мир пялится на этот кратер…" — она обернулась, и в её глазах вспыхнул холодный расчетливый огонь, — "Мы можем наконец разобраться с недобитками Ягуры. Без вмешательства извне."

— "Но как? У нас же нет ресурсов для масштабных операций!"

— "А кто сказал, что мы будем действовать масштабно?" — Мей ухмыльнулась. "Мы действуем точечно. Как это сделал тот Узумаки! Но, ... Без шума. Без лишних свидетелей."

— "То есть…"

— "То есть я собираю элитный "Отряд Иониов."

— "Это… Вы, серьёзно Мей сама? Вы же прекрасно знаете... Почти все наши лучшие немногочисленные силы сейчас и так охраняют границы Кумогакуре!"

— "Абсолютно. Теперь — можно не опасаться соседей, какое-то время... Наша группа элитных ниндзя, быстро зачистят последних мятежников так тихо, что даже призраки не услышат."

Ао задумался, и таки выдал:

— "А если Райкаге все же вмешается? Он, всегда, лезет в самое неподходящее время! Вы сами же говорили об этом!"

Мей бросила последний взгляд на фото с "величественными похабными статуями" и усмехнулась.

— "Тогда мы просто напомним ему, что у Конохи отличное чувство юмора, и… что Эй первый нарушил "Пакт Хаширамы: Применения Биджу лишь для защиты личных Гакуре" и не у одной Конохи есть биджево хорошие... скульпторы."

И в то же время новая Мизукаге про себя расчётливо признала:

— Да-а-аа. Похоже, ... когда твой очень наглый — не дружелюбный восточный сосед получает километровый кратер и два гигантских неприличных жеста — самое время навести порядок у себя, и... Вынести Мусор.

***

Карма Чакры 4: Шаг 40

***

"Вектор Политики". Часть III.

***

Конохагуре но Сато.

Окрайна деревни, круглосуточная забегаловка.

***

«Дипломатия по-свойски».

***

"Бар 'Вечный Хокаге'"

В баре было душно, пахло "перегоревшим" саке и нереализованными амбициями. За стойкой, как обычно, стоял старый бармен Шинко — бывший ниндя-медик, который "сбежал от войны" ради шейкера, потому что - был слишком стар, и ... по его личному мнению ветерана зануды: «хоть тут клиенты не орут, что им оторвали ногу».

В углу, недавно заляпанном пятнами от дешевого саке, тусовалась разношерстная компания:

- "Джирайя" (что, - (только-только после задания Каге вернулся курьером с границы), - в который, раз клялся, что вот-вот закончит свою «великую книгу-новеллу»).

- "Гай" ("Вечный Генин", только сегодня повышенный до Чунина, ... пытался отыграться, уговорить Какаши на «состязание в поедании сверх острого "Удона" на выживание»).

Плюс...

- "Шикаку" (просто хотел тихо напиться, вместе рядом сидящим Иноичи, но... судьба, как всегда, смеялась ему в лицо).

На столе лежали свежие фото — те самые.

"Кумогакуре. Кратер. Дым. Две гигантские статуи с оттопыренными пальцами."

— "Ну и дерьмовый у них ландшафтный дизайн теперь", — флегматично заметил — старчески прокряхтел Шинко, протирая бокал.

— "Это не дизайн, это политическое заявление! — неопределенное бухнул плашмя ладонью по столешнице Иноичи, под заметно хмельной кивок Гая, который добавил. — Вакаши пылает Юностью, он — герой! За Коноху. В одиночку устроил им капитальный "ремонт"!

— "Герой?" — фыркнул Шикаку, отхлебывая саке: — Он взорвал полдеревни, оставил похабные статуи и свалил. Теперь у Райкаге лицо, как у того, кто случайно сел на кунаи.

— "Ха!" — Джирайя ухмыльнулся. — "Прошел слух, когда он увидел это… у него лопнула жила. Буквально. Пришлось вызывать медиков.

— "Ну, теперь у них есть новый туристический аттракцион", — злорадно добавил кто-то из зала. — "«Приезжайте в Кумогакуре — полюбуйтесь на огромные… памятники!»"

Смех прокатился по бару.

— "А что вообще этот Вакаши за тип?" — поинтересовался какой-то молодой чунин который только-только вернулся с пограничной заставы по инвалидности, с перебинтованной рукой, и половиной лица".

— "Гений, маньяк и главный специалист по «нестандартным решениям»", — пояснил Шикаку, наливая себе стопку: — "Он как-то раз заминировал туалет в миссии, чтобы «оптимизировать маршрут побега». Ещё на ВМВШ.

— "И что?"

— "Теперь у Аме нет общественных туалетов."

Новый взрыв хохота.

— "Так, а что с Райкаге?" — спросил опять некто из темноты зала. — "Он же теперь нас ненавидит люто, ... еще сильнее."

— "Да кому какое дело?" — махнул рукой Джирайя (являясь самым осведомлённым). — "Он теперь как тот парень, который орет «я вас всех убью!», но при этом ковыляет на костылях. Пусть и временно, без одного из своих Идеальных Зверушек.

— "Кстати, а где сам «герой»?" — огляделся Гай.

— "В АНБУ", — вздохнул Шикаку. — "Его посадили, ... писать объяснительную. На 50 страниц."

— "50?!"

— "Да. Первые 20 — «почему нельзя просто взрывать деревни». Остальные — «почему нельзя ставить 50-метровые статуи с неприличными жестами»."

Тишина.

(* ВМВШ - Вторая Мировая Война Шиноби).

— "…Справедливо", — наконец сказал Шинко, и за счёт заведения — налил всем по стопке. — "За Вакаши. Пусть он и отморозок, но наш отморозок."

"Все чокнулись."

А, Джирайя, подумал: — Надо бы предупредить Цунаде в её "отпуске", и ещё подкинуть фото, с её дедушкой, посреди "Облака".

"(Где-то в Кумогакуре Райкаге в ярости разбил очередной стол. А легендарные "снимки" статуй Всё разошлись по Гакуре, и закулисьям).

"Мировая арена Всё — агрессивно-довольное... Предвкушала."

БУДУЩИЙ ВЕКТОР...

Движений.

Коноха/Кумо политики.

***