На следующее утро Чагён пришла в кофейню к самому открытию. Бариста, строя из себя ее старую подругу, кокетливо упрекнула девушку во вчерашнем отсутствии, но Чагён так и не смогла выдавить из себя улыбку в ответ. Глаза предательски слипались, заставляя с усилием удерживать веки открытыми. Все потому, что она так и не смогла вчера уснуть: всю ночь провела за чтением нового поста Дохи, который та выложила в час десять ночи. В нем она оставила цитату из Первого послания Иоанна: «Если исповедуем грехи наши, то Он, будучи верен и праведен, простит нам грехи наши и очистит нас от всякой неправды»[29].

Исповедуем грехи? Какие и кому? И зачем? Задаваясь этими вопросами, она даже не заметила, как комната озарилась первыми лучами рассветного солнца.

Под постом отсутствовали комментарии, публикация была последней. Чагён не понимала, к чему это, но решила, что нужно быть готовой к любому развитию событий. Она собрала материалы для работы над проектом, ведь оставалось всего несколько дней до его сдачи. Миниатюры зданий, машин и деревьев можно сделать и в кафе.

Магазин Дохи, как и всегда, открылся вовремя, а сама владелица стояла за рабочим столом и явно что-то мастерила. Увиденное принесло долгожданное облегчение. Напряжение покидало тело, что не могло не радовать. В итоге было решено приступить к работе, но сосредоточиться на процессе было невозможно: мелькающая в стороне Дохи привлекала внимание. Так прошло больше двадцати минут. Чагён включила камеру телефона и направила ее прямо на магазин напротив, включив видео. Сейчас ей нужно заняться делом, а после она просто просмотрит запись. Девушка похвалила себя за предусмотрительность: зарядку она тоже взяла с собой. Теперь можно наконец-то полностью погрузиться в проект.

Она не замечала, как идет время, но поняла, что уже перевалило за полдень, когда увидела Дохи, идущую к магазину с купленной едой в руке. Чагён подошла к стойке бариста и заказала еще один кофе. Деньги тратить не хотелось, но она не могла рисковать таким удачным наблюдательным пунктом: ей пришлось купить напиток, чтобы ее не выгнали или в чем-нибудь не заподозрили.

Она включила видео, на нем не было ничего странного. Дохи так и занималась каким-то изделием. Но тут ее взгляд зацепился за происходящее рядом с тем самым «Порше». На видео появился «Ленд-Ровер», который, судя по всему, ошибся с маршрутом. Он подъехал к стене для разворота и слегка зацепил соседнюю машину. Водитель выскочил из автомобиля, проверил его со всех сторон, огляделся и молниеносно покинул парковку.

Чагён отвела взгляд от экрана и посмотрела прямо на здание. Инцидент находился в слепой зоне камер наблюдения. Видимо, в этом убедился и водитель внедорожника. Чагён снова вернулась к видео, мгновенно им увлекшись. На нем засветились и номера «Ленд-Ровера». Наконец она решилась и поднялась с места.

* * *

Чагён пошла в противоположную сторону, обогнув парковку, и дошла до двери с табличкой «Администрация», за которой так часто скрывался Супер-Марио. Она постучала, но никто не отозвался. Тогда девушка с силой потянула за ручку. Дверь распахнулась. Чагён вздрогнула от шума, заполнившего всю каморку. Доносился гул моторов, скрежет колес по гравию и, поверх всего этого — восторженные крики. Моргнув несколько раз, чтобы привыкнуть к освещению, она обратила внимание на Супер-Марио, который уткнулся в экран и играл в гонки.

— Сюда нельзя входить. Покиньте помещение, пожалуйста, — вдруг произнес он, даже не подняв на нее глаз.

Чагён показалось, что они уже давно знакомы, ведь она следила за ним на протяжении нескольких дней. Сейчас она и правда была рада его видеть. На главном мониторе она заметила видео с разных ракурсов — с тех самых камер на улице. Один монитор транслировал главную дорогу, второй — магазин «612», захватывая рабочую зону Дохи, которая нормально не просматривалась из окна кафе. Было видно даже жилое пространство. На мониторе висело множество стикеров с какими-то цифрами. Чагён рассматривала каждый, когда Супер-Марио наконец-то отвлекся от игры:

— Зачем вы пожаловали?

— В вашу машину недавно врезались. — Чагён сразу перешла к делу, смотря Супер-Марио прямо в глаза.

Она показала видео с телефона, и тот сразу увидел, что конкретно произошло. Мужчина даже ее не поблагодарил, тут же кинулся на улицу. Если он и не до конца понимал, с чего она вдруг поделилась с ним этой информацией, то явно не хотел тратить время на расспросы, потому что слишком любил свой «Порше». К облегчению Чагён.

Она осталась одна в офисе, продолжив разглядывать комнату. После того дня, когда она увидела камеру в углу допросной, это вошло у нее в привычку: в любом помещении она тут же искала огоньки системы видеонаблюдения. Но здесь их не было. Оказывается, в офисе, где можно было следить за всем зданием, устройства слежения отсутствовали. Вот такое это было место: редкий уголок, свободный от чужого взгляда.

Чагён подошла к окнам, затянутым жалюзи, и немного их отодвинула. Супер-Марио стоял рядом со своей машиной и разговаривал с кем-то по телефону. Она разобрала лишь несколько слов: «хённим»[30], «сейчас», «скорее». Инстинкт подсказал: нужно действовать. Чагён закружилась на месте, осматриваясь. Взгляд упал на дверной замок. Она рванула к нему, дернула затвор и вытащила батарейку. Мимо двери прошел Супер-Марио, с кем-то прощаясь.

— Эй, да-да, вы, — позвал он.

Она уже решила, что он заметил. Челюсти свело от напряжения, когда она, преодолевая внутренний страх, развернулась в его сторону. Он протянул ей своей телефон и попросил ввести свой номер. Зачем? Чагён уставилась на него в полном недоумении.

— Я заплачу вам за информирование, ну. Поэтому дайте свой номер. У вас ведь он явно есть. — Его голос становился все громче.

Чагён исполнила просьбу и отдала ему телефон. Он набрал ее номер и тут же вручил свою визитку. Этот отработанный жест говорил о частой практике обмена контактами И тут она увидела его номер, адрес и имя, имя Супер-Марио. Вончжун. Такая визитка лишь разжигала любопытство, хотелось узнать, чем именно занимается этот человек.

— Да, и отправьте мне видео, пожалуйста.

Оказывается, ему нужен был сам файл, все логично. Чагён, наконец, с ним попрощалась и направилась к кафе. Она старалась идти как можно медленнее, чтобы это не походило на побег. Войдя в кофейню, девушка заняла привычное место у окна и забила в поисковик модель камеры из офиса Марио. Она установила приложение, но все снова упиралось в логин и пароль.

Чагён покинула свой пост, когда «Порше» пропал с парковки. Она подбежала к двери офиса. «Чем я занимаюсь?» — этот вопрос не покидал ее голову, когда она дергала за ручку и заходила внутрь. Не зря вытащила батарейки — замок больше не был для нее преградой. Она подошла к столу и села, осматривая каждый стикер на мониторе. Некоторые подписи напоминали пароли от вай-фая или сторонних сервисов. Она перепробовала все. Количество попыток постепенно уменьшалось, от волнения Чагён прокусила губу до крови. Когда оставался последний шанс, ее вдруг осенило: что она вообще делает? Так правды не узнать. Со вздохом она снова откинула крышку замка, вставила батарейку, хотя пальцы дрожали и плохо слушались.

* * *

«Если исповедуем грехи наши, то Он, будучи верен и праведен, простит нам грехи». Так там было? Неужели так и есть? Чагён легла на кровать в своей каморке и снова зашла на страницу Дохи, обдумывая заученную наизусть цитату. Ее не отпускал страх: а вдруг Дохи действительно пойдет и во всем признается? Волнение не давало ей продолжить работу над проектом. Может, снова пойти в кафе? Ведь там можно было следить за бывшей подругой.

Вдруг телефон завибрировал. Вончжун. Он объяснил, что именно благодаря ей у него получилось уладить вопрос с автомобилем, и теперь он настаивает на том, чтобы отблагодарить ее материально. Чагён пыталась отказаться, ее палец уже потянулся к кнопке завершения вызова, но Вончжун ее остановил:

— Вы вроде бы часто бываете в кофейне рядом. Завтра тоже придете? Я подойду туда.

Видимо он выяснил это у сотрудниц кафе. Интересно, что именно он спрашивал? Вряд ли кто-то ее запомнил, обычно на нее никто не обращал внимания. Она продолжала молчать в трубку, обдумывая ситуацию. Но Вончжун воспринял это по-своему:

— Я не пытаюсь к вам подкатить, если что. Просто хотелось бы поблагодарить.

Ее не особо волновали его мотивы, но она тут же вспомнила про окошко логина и пароля в приложении. Вот оно ее по-настоящему интересовало. Возможно, она могла бы что-то с этим сделать. А значит, Вончжун еще ей понадобится:

— Хорошо, договорились.

* * *

Чагён подошла к зданию в условленное время. Дверь «Порше» тут же открылась. Чагён не ожидала предложения вместе проехаться, поэтому отказалась, сославшись на свою занятость. Она попросила говорить прямо и по делу. Вончжун явно такого не ожидал, даже нахмурился:

— Я хотел отвезти вас выпить вместе кофе. А вы так отреагировали так, будто я ненормальный.

Но Чагён снова использовала то же оправдание — у нее почти не было времени. И это было правдой. Вончжун кивнул и попросил подождать его в офисе, пока он сбегает за кофе. Он открыл дверь и пропустил девушку внутрь. Каждое его движение заполняло все пространство, а голос был настолько громким, что любой человек рядом словно уменьшался в размерах. Мужчина направился в кафе, а Чагён сразу переключилась на экраны мониторов. Вчера ей удалось лишь бегло оглядеть помещение, поэтому она не заметила, что на магазин Дохи выходила еще одна камера. На видео была незнакомая дверь и коридор. Видимо, где-то внутри магазина. Чагён и не подозревала, что там могло быть еще одно помещение. Она сосредоточилась на этой записи, кликая мышкой, чтобы изменить угол обзора камеры.

Девушка заметила кнопку выхода из программы и тут же на нее нажала — экраны один за другим погасли. После этого она вновь огляделась. В правом углу комнаты расставлены банки с краской и бутылки с растворителем. Рядом с ними лежали кисти и валики. Видимо, работа по реновации здания все еще не завершилась, иначе они вряд ли бы бросили материалы вот так.

На столе валялись коробки с играми, но Чагён сразу заметила среди них роскошную брошюру. На ней был напечатан логотип, который она узнала. Очень известное брачное агентство. Она быстро пролистала каталог. Предложения были разбиты по ценовым категориям. Одно из них было помечено как VIP. И Чагён вдруг ясно поняла, каким человеком был Вончжун: он не обращал внимание на мнение других людей, ничего не скрывал, как открытая книга. Услышав шаги, Чагён отбросила брошюру и вскочила с кресла.

— Вы чего так пугаетесь, будто я на вас нападу, — произнес он, передавая ей стаканчик кофе. — Думаю, вам уже говорили, что вы достаточно необычный человек. Так и есть. Но… чем вы вообще занимаетесь? У вас есть визитка?

Он протянул руку, явно желая получить карточку. Чагён понимала, что ей нужно вызвать его симпатию, поэтому она постаралась показать себя с лучшей стороны:

— Обязательно вам ее вручу, как только получу. Я устраиваюсь в НТ.

— Серьезно? В НТ? Я слышал, это крупная компания, успешная. Вы, видимо, трудитесь не покладая рук, да? Вы в этом году окончили университет?

Он не ограничился этими вопросами, желая узнать дату ее рождения. Она ответила, а он вдруг хлопнул в ладоши так громко, что заболели уши:

— Мы, оказывается, ровесники. Мне говорили, что одногодки часто становятся идеальной парой.

Чагён промолчала, но он продолжил рассказывать о шамане, который когда-то назвал его выдающимся человеком. Якобы он сразу обнаружил, где находится документ, подтверждающий владение земельным участком, хотя мама искала его годами. Он явно ждал ее реакции, всем видом показывая, как это невероятно. Но Чагён решила, что пора было сменить тему:

— У вас тут совсем недавно вдруг мониторы перестали работать, это нормально?

Только тогда Вончжун посмотрел в ту сторону и сразу подбежал к компьютеру, определив, что это была системная ошибка. Чагён не сводила глаз с его рук, когда он зашел в программу и ввел логин, сверяясь с одним из стикеров. Пароль начинался с цифры семь, всего десять символов. Проверив, что все камеры снова отобразились на мониторе, он достал телефон и сказал, что сейчас вернется. Чагён проводила его взглядом, кивнув вслед: мол, все нормально.

Как только он вышел на улицу, девушка вошла в приложение с телефона и набрала данные для входа. Неожиданно послышался звук оповещения, заставив ее замереть. На главном мониторе появилось новое окно с запросом на разрешение использования нового устройства. Чагён словно окатили ледяной водой, а следом лицо залилось краской. Она поспешила нажать на «разрешить» и снова проверила телефон. Теперь у нее был доступ к системе видеонаблюдения. Она выбрала камеру в области магазина Дохи и увеличила изображение. Все, у нее получилось! Теперь она могла в любое время за ней следить. По телу волной растеклось удовлетворение, но вдруг она заметила незнакомую макушку. Видимо, Вончжун зачем-то пришел к Дохи. Он протянул ей карту. Что он там делал? Чагён, не моргая, следила за происходящим. Через пару минут Вончжун вышел из магазина и направился обратно, заставив ее соскочить с кресла. Можно было уходить, Дохи теперь всегда была под ее наблюдением.

— Мне пора, — вежливо произнесла она, когда Вончжун вернулся в каморку.

В ответ он протянул ей бумажный сверток и попросил взять его. Оказывается, он купил что-то для нее. Теперь она поняла, чем он занимался в лавке Дохи, и улыбнулась, сама того не ожидая. Так в ее руках оказался пакет из магазина «612».

Она вернулась в гошивон и просмотрела его содержимое. Внутри лежал простой браслет — три линии, соединяющиеся в одну. К нему прилагалась маленькая карточка, в которой говорилось, что каждое изделие делается вручную. На ней же Чагён увидела название, вес и номер браслета, а также явно сделанная от руки подпись, в которой угадывался смайлик с улыбкой. Она не сводила с нее глаз, проведя по ней пальцем. Руку приятно оттягивал вес свертка, который еще совсем недавно держала Дохи.