Внутри здания их встретили вежливыми улыбками. Просторный холл картодрома был оформлен в неоновых тонах: вдоль стен тянулись панорамные стёкла с видом на изогнутую, подсвеченную трассу, а в воздухе витал едва уловимый запах жжёной резины и кофе. Молодой парень за стойкой регистрации спросил их про бронь и, получив подтверждение, кивнув, проводил их дальше к раздевалкам.

Выбрав два гоночных карта, они облачились в облегающие спецкостюмы и надели обязательную для таких случаев защитную экипировку. Быстро проверив внутреннюю связь, по которой они могли переговариваться благодаря специальным коммам, вставленным в ухо, они расселись по машинам и двинулись на стартовую линию.

Обратный отсчёт загорелся на огромной экранной панели, закреплённой сверху и немного дальше начала трассы, прямо перед глазами водителей. Красные цифры сменяли друг друга, нагнетая напряжение.

— Ты так пристально смотришь на цифры, Аяна, — раздался в правом ухе низкий, чуть вибрирующий голос мужчины.

Она повернула голову и увидела, что он смотрит на неё через темный визор, а не на дорогу.

— Я… — хотела было сказать она и ахнула, когда его карт сорвался с места ещё до зеленого сигнала. Маркус сделал это специально, чтобы сбить её с толку.

В тот же миг Аяна выжала газ в пол и кинулась за ним вдогонку.

— Ты! Ты это специально! — обвиняюще воскликнула она, и в динамике тут же раздался звук его смеха.

— Иначе у меня не было бы шансов, — всё ещё смеясь, ответил Маркус.

В этот момент как раз показался первый плавный поворот. Аяна идеально рассчитала траекторию, подрезала угол и смогла догнать и поровняться с машиной соперника.

​— Я не езжу так часто, как ты! Но теперь победить тебя — это дело чести, — фыркнула она и переключила передачу, резко устремляясь вперёд.

​Впереди был более крутой вираж, и девушка готовилась зайти в него раньше мужчины. Подъехав достаточно близко к повороту, она бросила быстрый взгляд в зеркало заднего вида: Маркус по-прежнему сидел на хвосте. Аяна дерзко вильнула вправо, перекрывая ему траекторию обгона, и филигранно прошла вираж первой.

— Аяна-Аяна, — его голос в ухе стал ещё ниже, он обволакивал, проникал под кожу и заставлял на мгновение терять голову от нахлынувшего азарта. — Это ведь нечестно.

— Маркус, — буквально промурлыкала девушка, окончательно раскусив его замысел. Раз он пытается отвлечь её смущающими интонациями, она вернёт ему всё его же оружием. И вернёт сполна. — Но ты же… — она понизила голос до мягкого, бархатного шепота, разгоняя карт ещё сильнее и уже оторвавшись на пару метров. — Простишь меня?

— Ох, не знаю, — прошипел он в ответ, когда его машина попыталась нахально втиснуться в узкую щель между её картом и ограждением трассы. — Не знаю, Аяна, — сдавлено выдохнул он, совершая молниеносный обманный манёвр и вырываясь на полкорпуса вперёд.

— Маркус! — ахнула она. За темным визором не было видно, как она возмущенно закусила губу, но в её голосе проскользнули досадливые, наигранно-обиженные нотки.

— Ты сама играешь не по правилам, — расхохотался он от души, виляя из стороны в сторону и перекрывая ей дорогу.

Но на очередном прямом отрезке он на секунду упустил её из вида, а когда моргнул — её карт уже с оглушительным ревом проносился слева. Близился решающий, самый крутой вираж перед финишем. Резина визжала на мокром от покрытий асфальте, оба машинально подтормаживали, чтобы зайти в поворот на безопасной скорости, буквально колесо в колесо.

— Ты прав, — отрезала она с наигранным суровым тоном, в котором, однако, уже прокрадывалась хитрая улыбка.

Карт Аяны занесло на самом выходе из виража, но она удерживала руль мёртвой хваткой. Выжав максимум из мотора на последних метрах, она пересекла финишную черту первой, опередив Маркуса всего на какую-то долю секунды. Световое табло над трассой вспыхнуло её именем.

— Я победила! — выкрикнула Аяна.

Едва машина остановилась в боксах, девушка практически вылетела из сиденья и, на ходу выдёргивая передатчик из уха, побежала к Маркусу, у которого ещё только откидывался визор. Он опять рассмеялся, наблюдая за её бурным восторгом, и шагнул ей навстречу.

Ая с разбегу врезалась в него, крепко обнимая за шею. Маркус с лёгкостью подхватил её за талию, оторвав от пола и закружив.

— Да, ты молодец, — искренне, с невероятной теплотой произнес он, одаривая её тем самым взглядом, от которого внутри всё таяло.

Когда он бережно опустил её на ноги, Аяна, не скрывая свалившегося с плеч напряжения и чистого детского восторга, громко захлопала в ладоши и даже чуточку подпрыгнула от радости.

Она буквально сияла от счастья. Разгорячённая после гонки, с растрёпанными волосами и щеками, пылающими от адреналина и задорного смеха, она продолжала радостно смотреть на него снизу вверх и искренне гордилась своей победой.

Маркус с щемящей теплотой и нежностью наблюдал за её восторгом. Он лишь чуть хитровато щурил глаза, тактично умалчивая о том, что на том самом последнем вираже мог бы обойти её по внутренней траектории, если бы не притормозил на полсекунды раньше. Видеть её такой — счастливой, расслабленной и искренне смеющейся — было в тысячу раз ценнее любого первого места на табло.

— Ты даже не представляешь, как я горда собой! — с улыбкой выдохнула Ая, на мгновение затихнув и переведя дыхание.

Мужчина, все ещё держа ее в своих крепких объятиях, ласково убрал с её лица выбившийся из причёски локон, аккуратно заправив его за ушко. Его пальцы задержались на её щеке, ощущая горячую, бархатистую кожу. Взгляд Маркуса стал глубоким, невероятно мягким и полным той самой искренности, от которой у Аяны слабели колени.

— Ты была великолепна, — тихо, почти шёпотом проговорил он. Его ладонь вернулась на её талию, бережно притягивая девушку чуть ближе к себе. Он не торопил событий, давая ей возможность отступить, если она захочет. — Аяна... можно мне тебя поцеловать?

От этого уважительного, трепетного вопроса у девушки перехватило дыхание. Вся шутливая дерзость и азарт гонки моментально улетучились, уступив место внезапно охватившему их сладкому предвкушению. Ая едва заметно кивнула и, чуть приподнявшись на носочках, сама подалась навстречу.

Поцелуй получился невероятно трепетным и нежным. Без тени спешки или напора, Маркус касался её губ так осторожно, словно она была самым хрупким сокровищем в мире. Его дыхание обжигало, а теплая ладонь на спине дарила чувство абсолютной безопасности. Аяна тихо вздохнула прямо ему в губы, окончательно расслабляясь в его объятиях и чувствуя, как внутри всё затаилось от сладостного, долгожданного тепла.

Они медленно оторвались друг от друга, лёгкие жгло от недостатков воздуха после поцелуя и захлестнувшей волны чувств, но размыкать объятия никто не спешил. Маркус бережно наклонился и прислонился своим лбом к её лбу, прикрыв глаза.

В полумраке бокса, под тихий, угасающий гул остывающих моторов, этот момент казался невероятно интимным и правильным. Аяна слышала его учащённое дыхание, ощущала тёплые ладони, всё ещё лежащие на её талии, и чувствовала себя абсолютно счастливой.

Переодевание в повседневную одежду прошло как в тумане. Вернув экипировку и попрощавшись с администратором, они вышли на прохладный ночной воздух и снова сели в электрокар.

Дорога к её дому казалась совсем иной, чем путь к картингу. Динамика и азарт уступили место уютному, обволакивающему теплу. Маркус вёл машину мягко, а его правая рука нашла ладонь Аяны, переплетая их пальцы.

Когда машина плавно замерла во дворе её дома, он выключил двигатель, и в салоне снова установилась тишина, разбавляемая лишь редкими звуками проезжавших рядом машин.

— Спасибо за этот вечер, Аяна, — тихо проговорил Маркус, разворачиваясь к ней всем корпусом. — Это было... лучшее предложение за последнее время.

— Тебе спасибо, — с мягкой улыбкой ответила девушка, чувствуя, как сердце снова начинает ускорять ритм. — За то, что подхватил мою авантюру.

Мужчина подался вперёд, одной рукой плавно придерживая её за затылок, и накрыл её губы своим поцелуем. На этот раз в нём было чуть больше уверенности, но всё то же бесконечное, трепетное тепло. Поцелуй выходил неторопливым, таким, от которого сладко кружилась голова и совсем не хотелось выходить из машины в прохладную ночь.

Когда они наконец отстранились, Маркус нежно провёл большим пальцем по её скуле и с улыбкой тихо выдохнул:

— Иди, а то я тебя сегодня так и не отпущу.

Она лишь молча кивнула, закусив губу. Её взгляд сам собой соскользнул на его губы — чуть влажные после поцелуя, такие манящие.

Маркус заметил этот долгий, недвусмысленный расфокус. В полумраке салона его взгляд мгновенно потемнел, став глубоким и тяжёлым от вспыхнувшего желания. Напряжение между ними сгустилось, став почти осязаемым.

— Ая… — выдохнул он низким, хриплым голосом, точно так же не сводя глаз с её губ и уже подаваясь чуть ближе.

Но Аяна не дала ему закончить. Перехватив инициативу, она резко наклонилась и коротко, сочно прикоснулась своими губами к его, накрывая их в импульсивном поцелуе.

И тут же отстранилась.

Пока Маркус на секунду опешил от такой неожиданности, девушка быстренько отщёлкнула ремень, открыла дверцу и буквально выскочила из машины.

Аккуратно захлопнув за собой дверь, она сбежала в сторону подъезда, чувствуя, как внутри всё полыхает.

А в машине тем временем остался Маркус, застигнутый врасплох, с горящими губами и широкой улыбкой, смотрящий ей вслед.