Девушка заворожённо, словно загипнотизированная, наблюдала за тем, как он медленно, размеренным шагом идёт через весь зал прямо к её столику. Строгие тёмные брюки из плотной, качественной ткани, до этого скрытые высокой барной стойкой, теперь выгодно очерчивали его мощные, мускулистые ноги при каждом уверенном шаге. Несмотря на то что Маркус был мужчиной довольно внушительного роста и широкого, крепкого телосложения, двигался он на удивление плавно, почти бесшумно, с врождённой грацией опасного, уверенного в себе хищника. Зелёные лианы ресторана мягко задевали его плечи, когда он проходил мимо них, создавая сюрреалистичный контраст с его привычным деловым образом.

​Аяна поймала себя на том, что пальцы, сжимающие вилку, задеревенели, а сама она просто забыла, как дышать, пока он неотвратимо сокращал расстояние между ними.

​— Добрый вечер, нера. Вы прекрасно выглядите, — его низкий, глубокий бархатистый голос прозвучал совсем близко, вибрируя где-то в груди и заставив лёгкую, колкую толпу мурашек мгновенно пробежать по её шее.

​Маркус подошёл вплотную к её столику, но остался стоять на идеальном расстоянии — вежливо не решаясь присесть без приглашения, но при этом заставляя её физически ощущать исходящее от него тепло и едва уловимый, дорогой шлейф парфюма с нотами кедра и чего-то свежего.

​— Я рад, что вы смогли вырваться и отдохнуть, — он чуть склонил голову, и в его обычно ледяных серых глазах на долю секунды мелькнуло непривычное, мягкое одобрение, лишённое всякой рабочей строгости.

​— Добрый вечер, нер Маркус, — наконец обрела дар речи Аяна, с трудом сглотнув и глядя на него снизу вверх. Из-за колоссальной разницы в росте он сейчас казался ещё массивнее, буквально заслоняя собой половину террасы и весь остальной мир за его спиной. Она смущённо качнула головой, пряча за ухо выбившийся шелковистый локон, но, решив не отставать в вежливости, тихо продолжила: — Спасибо. Вы... тоже отлично выглядите. Непривычно видеть вас без официального костюма и застёгнутого на все пуговицы воротника, но эта рубашка вам очень идет.

​Маркус на мгновение замер, словно не ожидая ответного комплимента, а затем едва заметно усмехнулся самым углом губ. Эта мимолётная полуулыбка удивительным образом преобразила его, мгновенно разгладив обычно суровые, резкие черты лица.

​— Спасибо, нера. Не буду вас смущать и прерывать ваш отдых. Хорошего вечера и приятного аппетита. До встречи в офисе.

​Он вежливо кивнул на прощание, скользнув по ней последним долгим взглядом, развернулся и всё той же плавной, кошачьей походкой направился к выходу из ресторана. Аяна проводила его глазами, чувствуя, как с его уходом воздух вокруг столика наконец-то перестал казаться наэлектризованным. Она осталась наедине со своим остывающим стейком и бешено колотящимся сердцем.

​Спустя невыносимо долгое, как ей показалось, мгновение, девушка заставила себя глубоко выдохнуть и вернуться к еде. Но магия вечера была разрушена. Несмотря на то, что мясо сохранило свой потрясающий, сочный вкус, а поджаристая корочка стейка всё еще манила ароматом, все её мысли теперь были бесконечно далеки от кулинарных изысков или хрустящего салата. Наслаждаться ужином в полной мере больше не получалось — еда казалась почти безвкусной.

​Аяна отложила приборы, поняв, что больше не сможет съесть ни кусочка. Она откинулась на спинку плетёного кресла, обхватила себя руками за локти и перевела задумчивый, потерянный взгляд на раскинувшийся внизу мегаполис, который уже вовсю вспыхивал миллионами неоновых огней, отражаясь в стёклах террасы.

​Зачем он подходил? Просто проявить дежурную вежливость, столкнувшись с подчинённой вне стен компании? Но Маркус Девен никогда не делал ничего «просто так» — он был слишком рационален для пустой светской болтовни. И почему, чёрт возьми, она сама так остро, почти панически на него реагирует?

​Да, её куратор был объективно, безупречно привлекательным мужчиной. В нём сочеталась какая-то породистая, жёсткая мужская красота, идеальная выправка и та редкая, пугающая харизма лидера, которая заставляла людей затыкаться и подчиняться ему без единого слова. Аяна и раньше замечала, как краем глаза на него посматривали другие женщины в офисе, как шептались за его спиной секретарши. Но её собственная, настолько сильная, физиологическая и бесконтрольная реакция по-настоящему обескуражила и разозлила девушку. Из-за одного его мимолётного, неформального комплимента внутри всё перевернулось, а внизу живота стянулся тугой узел. Пульс до сих пор продолжал выстукивать бешеный ритм в висках, настойчиво напоминая о том, как опасно близко этот человек только что стоял и как легко он умудрился взломать её внутренние барьеры безопасности.

Встряхнув головой, Аяна решительно отогнала навязчивые мысли. В конце концов, это был её законный выходной, и она не собиралась портить его попытками залезть в голову к своему куратору — мужчине, которого за пределами рабочих графиков она практически не знала.

Тихая, обволакивающая музыка в сочетании с пением птиц постепенно вернула ей утраченное равновесие, вновь привнося атмосферу абсолютного покоя в её размеренный отдых. Решив побаловать себя напоследок, Аяна подозвала официанта и заказала десерт — нежное лавандовое крем-брюле с тонкой, хрустящей карамельной корочкой, украшенное свежими ягодами ежевики.

Когда заказ принесли, Аяна замерла от эстетического удовольствия. Каждый кусочек этого лакомства буквально таял во рту, оставляя приятное, прохладное послевкусие. Это было истинное блаженство: сидеть на огромной высоте, чувствовать, как кожу ласкает прохладный вечерний воздух, и просто ни о чём не думать, наслаждаясь моментом. Мир вокруг неё замедлился, и это ощущение уединённости среди живых лиан казалось лучшим завершением вечера.

— Можно счёт, пожалуйста? — мягко попросила она у официанта, когда тот в очередной раз бесшумно подошёл к столику, чтобы забрать пустую посуду из-под десерта.

— Но ваш счёт уже оплачен, нера, — проговорил он с вежливой улыбкой, слегка наклонив голову.

Аяна замерла с протянутым к комму запястьем. Секундная пауза затянулась, пока её мозг лихорадочно пытался обработать услышанное.

— Оплачен? — переспросила она, нахмурившись, уверенная, что парень просто перепутал столики из-за густой зелени. — Кем? Простите, но здесь, должно быть, какая-то ошибка. Я сижу одна.

— Никакой ошибки, нера, — официант оставался безупречно любезен. — Мужчина, который не так давно стоял у барной стойки и подходил к вам, перед уходом полностью закрыл ваш чек. Более того, он оставил открытым счёт на этот столик и попросил записать всё на его имя, если вы захотите добавить какие-то позиции в заказ.

Аяна удивлённо моргнула, окончательно потеряв дар речи от такой щедрости со стороны обычно экономного на эмоции куратора.

— А ещё... он просил передать вам кое-что лично, — официант слегка понизил голос, улыбаясь чуть теплее. — Его слова: «Пусть этот скромный ужин станет приятным комплиментом вашей красоте и небольшой компенсацией за те невыносимо долгие сверхурочные часы, которые вам приходится терпеть по моей вине».

Молодой человек ещё раз понимающе наклонил голову и, прижав к груди пустой поднос, бесшумно скрылся за плотной завесой лиан, оставив девушку в звенящей тишине её уединённого островка.

Аяна осталась сидеть неподвижно, чувствуя, как к щекам стремительно подступает горячий жар.

«Комплимент красоте и компенсация за овертаймы...» — мысленно повторила она, качая головой. В этих словах Маркус умудрился идеально балансировать на грани между непозволительным для босса личным восхищением и строгим рабочим регламентом. Он не просто оплатил стейк — он проявил заботу, дав ей карт-бланш на любой каприз в этом дорогом заведении.

Аяна медленно опустила руку с так и не включившимся экраном комма. Потрясающий вкус лавандового десерта мгновенно отошёл на второй план, уступив место странному, будоражащему предвкушению, от которого сладко потягивало в груди.