— Ну что, этот последний. Давайте, парни, как прошлый раз. Без суеты просто делаем свою работу. Приоритет — чтобы он никого не успел задеть…

Эпопея с зачисткой долбанных личей затянулась в итоге на добрых полтора десятка дней. Пришлось возвращаться, отправлять курьера в графство, чтобы привлечь лучших магов страны, ждать, пока они прибудут. Под землю загнали кучу народу, еще раз осмотрели внимательно все отнорки, начертили карту этого большого кладбища, которое оказалось на практике еще больше, чем кто-либо мог подумать. Обнаружился спуск на уровень ниже, что вызвало у Серова настоящий приступ изжоги и странный вскрик: «Только не сраное Диаболо, как же я все это ненавижу» — который никто из его соратников понять не смог, хоть в остальном они с графом были полностью согласны.

За это время над входом в подземелье вырос уже приличных размеров военный лагерь, который пару раз даже успел стать объектом нападения. Один раз это были какие-то странного вида летучие твари, похожие на птеродактилей: они попытались утащить в сумерках часового с вышки — потом всем вышкам в срочном порядке пришлось сооружать навесы от угроз с воздуха — но были отогнаны выстрелами из мушкетов.

Второй раз агрессию проявили странные бестелесные призраки, сожравшие — или скорее «выпившие» — несколько бойцов прежде, чем подоспевшие маги сожгли тварей с помощью магии. Короче говоря, Закрытое королевство показывало себя во всей красе, как бы объясняя, почему люди здесь более-менее массово и упорядоченно живут только на границах, а в глубину территорий решаются соваться только либо достаточно могущественные, чтобы постоять за себя маги, либо разного рода авантюристы без царя в голове.

— Да помним мы все, ваше сиятельство, — с определенной ленцой в голосе ответил за всех мастер Вирмос.

Известный своим вздорным характером маг, когда-то взятый в плен самим Александром, примчался за Барьер самым первым и готов был, кажется, «работать за еду», лишь бы ему дали возможность покопаться в наследии некромантов Ноктума. И именно Вирмос, как самый сведущий в начертательной магии специалист, разработал такую схему защитного контура, которая позволила держать личей внутри без особых шансов выбраться.

Впрочем, все равно использовали все доступные средства. Начиная от служителей Алсера, перед каждым вскрытием очередного саркофага проводящих службу прямо там, в зале с каменными гробами, до артиллерии. Две пушки спустили вниз и поставили у входа в помещение как средство последнего шанса. Если все пойдет совсем плохо, то предполагалось отступить и потом бахнуть по твари серебряной — с дополнительной начинкой, конечно же, — картечью. Каждый такой выстрел был на вес золота — в прямом смысле, но и убойность у него была выше всяких похвал. К счастью, до этого рубежа обороны еще ни разу дело не дошло.

— Я прошу не расслабляться. Последний саркофаг, самый богато украшенный, еще и стоит не очень удобно, вы сами, мастер Вирмос, говорили. Давайте просто сделаем все спокойно, чтобы никого не пришлось сегодня уносить на носилках.

К сожалению, ядро в тот самый первый раз выжгли слишком качественно. Не повезло парню, вчера был частью магической элиты графства, а сегодня — никому не нужный инвалид, который что теперь? В солдаты переквалифицироваться? Или в каменотесы? Нет, конечно, для грамотного человека у Серова всегда чистая работа найдется, но понятное дело, что это уже все не то.

С предыдущей пятерки личей удалось поднять целый набор весьма недурственных защитных и атакующих амулетов, несколько килограммов золота и даже в одном из саркофагов обнаружилась весьма интересная книга, что-то типа личного дневника с заметками о жизни и магических экспериментах обитателя гробницы. Как сказал Ариен, бегло ознакомившись с содержимым, только эта находка, если брать денежный эквивалент, полностью компенсирует все затраты на экспедицию. На вопрос о цене маг только пожал плечами и добавил, что на самом деле никто не знает, что мол такие редкости никто никогда не продает, они обычно в тайниках магических академий и орденов хранятся.

Сами же мертвяки — коллективное обсуждение наиболее сведущих в магическом искусстве магов графства в итоге постановило, что это не были полноценные личи, что саркофаги изначально были предназначены для восстановления жизненной силы и формирования нового полноценного тела, но уничтожение Ноктума поломало логику ритуала, и содержимое «протухло» — больших неприятностей доставить не успели. Их просто задавили совокупной магической мощью, и те даже из своего гроба вылезти не успели.

— Поехали! — Крышка саркофага уже привычным образом была сдвинута в сторону, после чего прямо внутрь каменного ящика, не дожидаясь появления оттуда древнего обитателя, полетели флаконы с боевой алхимией. Мертвая плоть не слишком хорошо держит всякую кислоту, так что именно такой вариант оказался наиболее продуктивным на предыдущих дохляках.

Пока в стороны разбегались храмовники, использовавшиеся в качестве грубой силы — ну правда, не магам же тяжелые каменные крышки ворочать, — стоящие полукругом маги приготовились кидаться заклинаниями, но на этот раз что-то пошло не так. Мертвяк не полез в открытую, он вообще не стал показываться из своего убежища, вместо этого оттуда наружу выплеснулась волна черного с зелеными искрами тумана. Поставленная Вирмосом защита при появлении опасности тут же включилась, начала мигать голубым и бирюзовым, сдерживая неизвестное, но даже на вид максимально пакостное заклинание. Туман как будто натолкнулся на стенки и стал накапливаться в ограниченном объеме. Выглядело это как шар густой-густой тьмы, заключенный в сетку из голубых линий, и…

— Мне кажется или что-то пошло не так? — с заметным волнением в голосе переспросил Серов.

— Держим, — Вирмос мотнул головой двум личным ученикам-подмастерьям, которые тоже в этот день находились в подземелье. — Вливаем силу из накопителей. Только аккуратно, без рывков, стабильным потоком. Посмотрим, кто кого…

Всего в зале присутствовало полтора десятка человек. Все четыре имевшихся в графстве мастера, с каждым по паре подмастерьев, а также сам Серов и пара «спецназовцев» как группа силовой поддержки. Перевертыши, к сожалению, все еще были в Авенбурге, до столицы герцогства Тавар за пару дней не доберешься, ждать их никто не хотел, да и решала в данном случае все магия в основном.

— Ариен, проверь его лучами Эзера… — Как-то так получилось, что именно мастер Вирмос стал командовать операцией, и в общем-то никто против руководства самого опытного мага не стал возражать. Ариен только пожал плечами и вжарил в центр черного шара теми самыми лазерами из глаз, Серов только сейчас узнал, как они называются, хотя не сказать, что ему данная информация так уж сильно нужна была.

Выпущенные из глаз огневика лучи не нанесли черной сфере никакого ущерба: попав внутрь шара, они только подсветили красным оттенком небольшой объем и как будто растворились внутри, ничего не поменяв.

— Ну, что, какие еще будут идеи у кого?

Идей, судя по лицам присутствующих, было не так чтобы очень много. Вернее, они, конечно, имелись: шарахнуть посильнее еще раз — что тут же и было сделано еще пару раз с использованием заклинаний из разных школ, с аналогичным результатом, — отступить подальше, позвать еще людей, завалить всё к демонам камнями и больше никогда сюда не возвращаться. Последняя мысль, кстати, нравилась Серову всё сильнее, вот только имелись резонные сомнения, что обычный камень остановит разбуженную ими гадость.

— Это не просто туман, — наконец произнесла Оливия, которая в этот раз находилась на втором плане и выглядела уже куда более собранной, чем во время первого столкновения с протухшим личом. Ее опять же взяли за талант в магическом зрении и способность различать самые тонкие структуры. — Внутри какая-то фигура. Как будто… кокон?

— Кокон? — переспросил Александр. — Только не говорите мне, что эта дрянь сейчас не просто от нас защищается таким образом, но еще и готовит нам какой-то сюрприз.

Вирмос прищурился, анализируя новую информацию. Вообще такая патовая ситуация для магических поединков была не характерна, обычно все заканчивалось относительно быстро за явным преимуществом одной из сторон.

— Скорее пытается завершить то, что не завершилось тысячу лет назад. Может быть, ритуал восстановления.

— Мне сразу стало легче, — буркнул Серов, которому чувствовать себя лишним на этом празднике жизни не нравилось совершенно.

Чёрный шар тем временем продолжал давить на голубую сетку защиты. Снаружи это выглядело почти незаметно: ну висит себе густое облако, шевелится, иногда вспыхивает зелёными искрами. Но по тому, как побледнели ученики Вирмоса, вливающие силу из накопителей, было понятно: спокойствие это чисто внешнее, а внутри идет жестокая борьба.

— Если контур лопнет? — спросил Серов.

— Тогда всем, кто находится в зале, станет очень плохо, — ответил Вирмос.

— Очень плохо — это как после вчерашнего бочонка вина или как после случайной встречи с архидемоном?

— Где-то посередине, — хмыкнул ритуалист на такое сравнение. — Но ближе ко второму.

— Отлично. Обожаю точные прогнозы.

Ариен тем временем не спорил и не язвил, что само по себе было тревожным признаком. Огневик обошёл сферу по дуге, держа руки перед собой, будто грелся у костра, хотя от чёрного шара тянуло совсем не жаром. Скорее наоборот — холодом, сыростью и какой-то могильной безысходностью. Если в Ноктуме постоянно была такая атмосфера, неудивительно, что имперские маги решили при первой же возможности избавиться от подобной язвы на теле континента.

— Там внутри что-то происходит. Нехорошее, — подтвердил слова ученицы огневик. — Как насчет рассмотреть вариант с тактическим отступлением?

— Мне кажется, молодой человек, — проворчал стоящий до этого совершенно безучастно мастер-друид, доставшийся когда-то Серову «в наследство» от магической гильдии графства Урвит. Друиду действовать в условиях каменного подземелья было максимально неудобно, поэтому в качестве основной ударной силы он приволок с собой пару дендроморфов, занимавших теперь значительную часть объема помещения. Другое дело, что именно в столкновении с магией смерти толку от них не так много. — Что потом сражаться с этой дрянью на условиях, которые навяжет оно, нам будет гораздо сложнее. Давайте я пока в качестве батарейки поработаю, а вы еще подумайте.

Друид подошел к парням Вирмоса, встал между ними, положил руки на плечи и сосредоточенно замолчал.

— Давайте тогда попросим о помощи того, кто нас в это дело втравил, — вздохнул граф, вышел вперед, встал на одно колено, осенил себя знаком бесконечности и принялся взывать к своему божественному альтер эго.

— «Я тебя отправил, чтобы ты решал проблемы, а не создавал их» — последовал тут же ответ сверху, но надо признать, и помощь пришла практически незамедлительно.

Зал на секунду озарился вспышкой белого, пронзающего все вокруг света, и через мгновение тот самый черный дым, заключенный в сферу, развеялся без следа. А под ним обнаружился хозяин саркофага — гораздо более «свежий» на вид лич, нежели те, с которыми приходилось иметь дело все предыдущие разы. Мужчина средних лет, высокий, с остатками бороды на подбородке и чем-то напоминающим корону на голове.

На человека он был, конечно, все еще не похож, но обтягивающая кости кожа имела явно более «здоровый» оттенок, во всяком случае не была похожа на виденные когда-то церковные мощи. А еще на лице можно было различить какую-то мимику, и сейчас, судя по широко открытым глазам, основной эмоцией тут было удивление.

— Первый плуто́г — бей! — раздалась команда, и на лича обрушился град заранее заготовленных заклинаний. — Второй — бей!

Дело в том, что атаковать одну цель одновременно в реальности могло только ограниченное количество магов. Если все сдуру метнут свои конструкты одновременно, с большой долей вероятности ничего в итоге не долетит, сдетонировав — причем самым непредсказуемым образом — от магических возмущений, создаваемых соседними фигурами. Чтобы обойти это ограничение, можно использовать минимум несколько методов: либо часть одаренных используются как батарейки и передают свою энергию одному, который выступает в качестве главной ударной силы; можно использовать артефакты-фокусировщики, а можно простейшим образом бить по очереди.

— Бах! Бах! Бах!

Огненные копья и стрелы, ледяные иглы, каменные дротики, молнии и какая-то совсем уж экзотическая пакость из арсенала Вирмоса одновременно обрушились на только что проявившегося некроманта.

Любого из предыдущих обитателей саркофагов таким массированным обстрелом просто размазало бы по стенкам, но данная тварь оказалась явно крепче.

Этот же только невозмутимо поднял руку, и перед ним вспыхнул мутно-зеленый щит, похожий на тонкий слой дешевого стекла. Большая часть заклинаний врезалась в него и взорвалась, осыпав помещение разноцветными вспышками.

Однако далеко не все. Неожиданно сыграли снаряды тех самых дендроморфов, по поводу которых Серов был столь скептичен. Деревянные мутанты не лезли в рукопашную, а вместо этого принялись «плевать» в лича чем-то вроде семян. Эти снаряды растительного происхождения оказались сложносоставными: прилетая в защиту, они как будто сбрасывали внешнюю оболочку, проталкивая сквозь щит свое ядро, которое уже и взрывалось внутри. Следом в то же место прилетело «Шило» от Ариена. Серов уже тоже видел это заклинание, которое было как раз предназначено для пробития щитов и больше напоминало попаданцу что-то типа кумулятивной струи, создающей максимальное усилие на минимальной площади.

Мертвец пошатнулся, все происходящее ему явно не понравилось, во всяком случае несколько дырок в тушке от прорвавшихся все же сквозь защиту заклинаний совершенно точно не добавили ему товарного виду. В какой-то момент в его не до конца иссушенные мозги пришло понимание, что смысла отсиживаться в защите нет, поэтому он перешел в контратаку. Попытался, во всяком случае: из середины груди твари в сторону стоящего ближе всех Ариена рванули две темные, маслянисто переливающиеся «змеи», но, натолкнувшись на все еще живой контур, бессильно скользнули по нему, растратив весь задор.

— От защиты осталась десятая часть, сейчас она развалится, — предупредил всех ритуалист, после чего на лича вновь обрушился град заклинаний. Проверять на себе убойность древней магии смерти никто особо не желал. Впрочем, и полуживая тварь смогла на этот раз удивить: идея ловить все зуботычины лбом там, видимо, была признана бесперспективной, и лич, достаточно ловко выбравшись из саркофага, рванул в сторону, с ходу снеся остатки ограничивающей его фигуры.

На беду Серова, рванул лич именно в его сторону, причем наличие человека на траектории движения тварь, очевидно, совершенно не смутило. Граф успел активировать магический щит на левой руке и принять удар на него, но сила толчка оказалась настолько велика, что мужчину просто отбросило в сторону и впечатало в каменную стену крипты.

— Сука! — только что и успел вскрикнуть граф, но ситуацию неожиданно спасли все те же дендроморфы, которые в подземелье выглядели максимально нелепо. Оба деревянных болвана, повинуясь приказу хозяина, рванули вперед и буквально своими телами остановили лича. Растительная плоть от прикосновения к мертвому магу мгновенно начинала чернеть и обращаться трухлятиной, но поскольку ее было много, данная жертва подарила атакующим лишних десять-пятнадцать секунд.

— Держать! Держать его, пока можете! — заорал друид, и в голосе обычно невозмутимого старика впервые прорезались почти панические нотки. Никто из столь привычно надменных магов сходиться с мертвяком, который уже успел к тому же продемонстрировать завидную физическую силу, в рукопашную отнюдь не желал.

Один дендроморф уже практически разваливался на части. Там, где руки древесного великана удерживали лича, дерево чернело и рассыпалось прямо на глазах. Второй выглядел немногим лучше, однако свою задачу оба исполняли до конца: вцепились в некроманта и буквально висели на нём, не давая набрать скорость и вырваться из окружения.

— Сейчас! — рявкнул Ариен, на некоторое время до этого выпавший из схватки и готовивший что-то особо убойное. В этот раз, правда, никакой красивой магии явлено не было. Ни огненных птиц, ни сияющих копий, ни лучей, ни прочих любимых публикой спецэффектов огненной стихии. Огневик подскочил к личу и просто выбросил вперёд руку, прикладывая окутанную сиянием ладонь к торчащему из паутины древесных отростков плечу мертвяка.

И тут тварь впервые за весь бой издала настоящий вопль. До этого она только угрожающе шипела и как-то странно булькала, и вот теперь стало понятно, что и на другие звуки она способна. Плоть лича начала на глазах быстро обугливаться, правая рука тупо отгорела и отвалилась, упав на каменный пол крипты.

— Работает! — обрадовался кто-то из подмастерьев.

— Получи, сухофрукт недоделанный, — прохрипел Серов, с трудом поднимаясь с пола. Кажется, при встрече со стеной он всё-таки отбил себе половину внутренних органов, опять без посещения целителя не обойтись. Впрочем, дело можно сказать уже почти привычное.

Лич между тем понял, что запахло — в прямом и переносном смысле — жареным. Боли-то, вероятно, он не чувствовал, но терять куски собственной тушки в любом случае мало кому понравится. И поступил он ровно так, как на его месте поступил бы любой достаточно умный противник: попытался сбежать.

Мертвец внезапно перестал сопротивляться дендроморфам, обмяк на долю секунды, а потом буквально взорвался облаком чёрного дыма, раскидав в стороны куски уже безжизненного дерева и откинув Ариена в сторону. Сам же лич — в него по ходу движения прилетело еще пару ударных заклинаний, но отвечать он уже явно не собирался — тупо рванул к выходу, пользуясь тем, что маги Серова дружно шарахнулись в стороны: никто на амбразуру ложиться ради общего блага тут явно не собирался.

Лич за пару секунд преодолел спасительные метры и вырвался в коридор. Именно там, где стояли две заранее подготовленные в качестве последнего аргумента пушки.

— Картечь! — рявкнул Серов раньше, чем успел подумать, а расчёты, к счастью, оказались людьми дисциплинированными.

— Бах!

Первое орудие выстрелило практически в упор.

Серебряная картечь с алхимической — или еще какой-то, Серов не пытался в этом разобраться, только со вздохом выделял деньги на производство «Спецбоеприпасов» — начинкой превратила часть коридора в филиал преисподней. Каменная кладка лопнула во многих местах, стены брызнули крошкой, а нескладная поломанная фигура мертвого некроманта словно украсилась множеством новых отверстий.

— Бах!

Второй выстрел оказался еще удачнее. Видимо, запас энергии в защитных формациях лича окончательно закончился, потому что на этот раз картечь сработала так, как и должна была с точки зрения обычной физики. Тварь тупо разорвало на куски: отдельно полетели ноги, отдельно голова, туловище распалось на несколько кусков и отбросило куда-то в глубь коридора.

Александр, пошатываясь — в том числе и от небольшой контузии: двойной выстрел из пушек в закрытом помещении прилично так ударил по ушам, и теперь все живые в округе оказались в состоянии легкого грогги, — и отплевываясь от порохового дыма, плотно заполнившего этот кусок подземелий, выскочил в коридор.

— Не стрелять! Не стрелять! — В ушах как будто ваты напихали, глаза слезились, горло горело огнем, все тело ломило от последствий встречи со стеной, не хватало еще от своих же солдат кусок свинца поймать по дурости. А то мало ли, нервы у всех на пределе, пальнет кто-то, а дальше на том свете разбирайся, кто прав, кто виноват и как вообще так получилось.

Впрочем, торопился он зря, все равно в дыму разглядеть было ничего невозможно нормально. Пришлось ждать, а потом обыскивать катакомбы в поисках всех частей никак не желавшего окончательно умирать некроманта. Поразительно, но даже разорванный на куски он все равно цеплялся за жизнь: во всяком случае, его отдельные части совершенно точно пытались ползти навстречу друг другу. Проверять, понятное дело, никто не собирался, но Александр подозревал, что оставь их вот так на сотню-другую лет, и постепенно тварь сложит себя заново. Допускать это, конечно, никто не собирался, поэтому куски тщательно собрали и сожгли на большом костре вместе с останками и прошлых тварей. Те подобной живучести не показали, но рисковать почему-то никто не захотел.