Дверь банка с лязгом закрылась за спиной, и Александр на мгновение даже зажмурился от резкого изменения освещения. После полумрака, прохладных, пропахших воском, металлом и еще чем-то — Серов так и не смог понять чем — внутренних помещений улица показалась в первый момент слишком яркой. Впрочем, длилось это ощущение буквально секунду. А потом его много повидавшая за последние десять лет пятая точка почуяла неладное.

Что-то было не так.

— Командир? — негромко спросил Ромул, который тоже, похоже, уловил перемену.

— Вижу, — так же тихо ответил Серов, хотя пока ещё ничего конкретного не видел. — Будь готов…

К чему именно нужно быть готовым, попаданец уточнять не стал — и так понятно: ко всему.

И именно в этот момент с обеих сторон небольшой улочки, на которой располагался гномий банк, показались вражеские солдаты. Почему вражеские? Ну а какие они могли быть в такой ситуации, учитывая, что заслон из наемников, оставленный как раз на случай непредвиденных обстоятельств, был тут же атакован, причем не только честным железом, но и магией.

— Бабах! — По ушам ударил взрыв чего-то явно принадлежащего огненной стихии, судя по вспышке. Со стороны обороняющихся бойцов послышались крики боли, заглушающие даже лязг металла.

— У них маги, — констатировал очевидное Ромул.

— Вот и займитесь магами, пока они нас в жаркое не превратили, — не оборачиваясь, дал команду Серов и спустя мгновение остался стоять у закрытых дверей банка один. Перевертыши не стали утруждать себя попытками пробиться в лоб, а просто рванули вверх по стенам, чтобы обойти противника по «второму ярусу». — Держать строй!

Последнее было сказано наемникам, которые медленно отступали, пятясь с двух сторон улицы. Впрочем, просто так отсиживаться за чужими спинами граф не собирался и, быстро оценив ситуацию, рванул туда, где уже отметились чужие маги.

Вовремя!

Александр как раз успел подскочить к закрывающимся щитами солдатам, чтобы перехватить еще один огнешар. Ну как перехватить: Серов попросту рубанул по летящему в воздухе магическому конструкту вытащенным из ножен мечом, и тот вместо взрыва просто распался, нагрев резко воздух в локальном объеме посреди улицы. Вообще-то так боевые заклинания работать не должны были, иначе толку от них было бы немного, но обычный огнешар явно не рассчитан на артефактный клинок, много лет напитывавшийся эманациями растущего рядом молодого бога. Против такого оружия у простенького заклинания уровня не слишком сильного подмастерья шансов не было совершенно точно.

Воспользовавшись заминкой — вражеские бойцы тоже видели огнешар и на пару секунд отпрянули назад, чтобы не попасть под дружественный огонь, а когда чуда не случилось, не сразу успели среагировать на изменившуюся ситуацию, — граф просочился сквозь строй своих бойцов и с какой-то даже затаенной радостью начал махать клинком направо и налево.

Вжух! Выкованный когда-то гномами меч опускается вертикально вниз, снося неудачно выставленную кисть с зажатым в ней оружием. Высокий усатый мужик еще не понял, что стал инвалидом, а в это же мгновение Серов, продолжая движение через низ, резанул другого по внутренней поверхности бедра, рассекая артерию и оставив врагу какой-то десяток минут жизни.

Уворот — чужое короткое копье, достаточно странный выбор как для драки на тесных городских улицах, — проходит в десятке сантиметров от лица Александра, а сам он, пользуясь тем, что блондин с длинными волосами провалился, бьет левой навстречу. Рука в боевой перчатке встречается с лицом франта, делая его куда менее смазливым. Во все стороны летят брызги крови, зубы, слюни, а Серов меж тем, заблокировав попытку проткнуть себя мечом — от размашистого удара еще одного вражеского бойца он успел при этом уклониться, присев и пропустив полосу металла над макушкой, — схватил еще одного бойца за шиворот и, пользуясь преимуществом в габаритах и силе, просто швырнул того себе за спину, где «группа поддержки» судя по звукам быстро разделалась с неудачником.

Удар, еще удар, рядом свистнула стрела, но слишком медленно. Для разогнанного алхимией и сродством с Богом организма Александра все это было слишком слабо. Он при определенном везении и отсутствии магов с вражеской стороны мог в таком же темпе перебить хоть сколько угодно вражеских бойцов. Зачем? Зачем он вообще полез в драку, когда у него в подчинении куча наемников? Александр мог честно признаться хотя бы себе, что просто устал от сложных схем, политики, переговоров, интриг, глобальных проблем, эльфов, демонов, архимагов… Он ведь даже в экспедицию сюда отправился только чтобы оторваться от проблем управления графством и развеяться. И тут опять то же самое.

Еще стрела пролетела, потом еще. Причем последняя была явно артефактной — не только маги графства подобным оружием баловались, это было дорого, но зачастую очень эффективно — и летела быстрее предыдущей. Пришлось поднимать левую руку и активировать воздушный щит на боевой перчатке. Стрела «воткнулась» в магический экран и тут же детонировала огненной вспышкой — рядом заорал, получив свою долю огня, кто-то из вражеских бойцов, а у Серова мелькнула мысль, что тут артефактор явно схалтурил: в хорошем изделии магическая энергия высвобождается строго вперед, иногда шилом, иногда конусом, чтобы как раз в таких ситуациях не поджарить кого-то из своих, — языки пламени лизнули Александра по голове, «исправляя» прическу, а перчатка, исчерпав запасенную в себе энергию, мигнула и погасла, оставляя попаданца без дополнительной защиты.

Впрочем, отсутствие щита проблемой стало далеко не самой большой.

Кто-то из вражеских магов, воспользовавшись тем, что Александр увлёкся «расслабляющей» рубкой в первой линии, решил не мелочиться и сыграть по-крупному. Прямо под ногами у графа мостовая вдруг дрогнула, как если бы кто-то снизу кулаком в камень долбанул, а потом пошла волной и раздалась в стороны, открывая прямо посреди улицы «зубастый» зев. Классическое заклинание школы земли, превращающее кусок еще секунду надежной тверди под ногами в фактически волчью яму, где из стен и дна во все стороны торчат острые как лезвия каменные отростки.

— Ноги! — рявкнул кто-то предупреждение — то ли из своих, то ли из чужих, Серов даже не успел понять, — но поздно.

Впрочем, и тут сыграла «раскачанная» реакция графа. Уже фактически вися в воздухе — сзади кому-то не повезло, судя по истошному и как-то подозрительно резко оборвавшемуся крику, — он успел дотянуться левой рукой до вражеского бойца и с силой швырнуть его в направлении середины открывшейся ловушки. При этом сложение сил дало Серову небольшой толчок, позволивший в падении дотянуться до «переднего края» и повиснуть на руках. Без урона этот маневр все равно не обошелся: одно из каменных лезвий больно ударило под дых, но в целом безвредно скользнуло по поддетой под камзол кольчужке, а вот правым бедром Александр все же напоролся на другой шип. Ногу прострелило болью в районе колена, и через секунду в сапоге стало как-то подозрительно тепло и влажно.

Впрочем, ранение в ногу не помешало графу максимально быстро — пока отскочившие в сторону вражеские бойцы не сориентировались и не снесли ему так удобно подставленную голову — подтянуться на руках и в гимнастическом стиле, оттолкнувшись от края ямы здоровой ногой с задним сальто, перепрыгнуть трехметровую яму, вернувшись в расположение «своих». Приземление однако получилось не столь эффектным, потому как рана на ноге все же дала о себе знать, и вместо красивого выхода в «супергеройскую позу» Александр банально оступился и завалился на брусчатку, повалив к тому же еще и пару совсем не ожидавших такого перформанса наемников.

Однако все это было уже не важно.

Потому что в тот самый миг, когда вражеские бойцы решили, что графа наконец-то удалось достать, и даже выказали по этому поводу некое воодушевление, где-то над их головами раздался короткий, очень неприятный, по-настоящему животный звук. Точно не человеческий, больше похожий на рык крупного хищника, если его по какой-то причине научили выражать злорадство — несвойственную в общем-то животным эмоцию — вслух.

А потом сверху на одного из магов что-то упало. Вернее кто-то. Ромул.

Перевертыш, обернувшийся в боевую форму, врезался в чародея обеими ногами с такой силой, что того буквально впечатало в стену дома. Тело еще секунду назад живого человека издало неприятный «чвяк» и еще раз всем доказало, что по твердости проигрывает камню. Это только в супергеройских фильмах человека впечатывают в стену так, что кирпичи разлетаются в разные стороны, а он потом встает и продолжает драться; в реальности этот мешок из поломанных костей и порванных органов уже ни на что способен не был.

Второй маг только успел повернуть голову на шум и вскинуть руки, формируя какое-то защитное заклятие, как сбоку по фасаду соседнего дома к нему прилетел Нума. Молодой еще не умел так же эффектно работать массой, зато брал скоростью и какой-то совершенно звериной бесцеремонностью. Он вцепился магу в лицо обеими руками, с выросшими на них когтями, и одним движением разорвал голову как перезревшее яблоко. Во все стороны брызнула кровь и какие-то еще внутренние жидкости, а вражеские бойцы при виде такой стремительной расправы над их главной ударной силой кажется совсем потеряли желание дальше сражаться.

А еще через секунду в сражении и вовсе была поставлена эффектная точка.

Ставни ближайшего дома, до этого закрытые наглухо, распахнулись, и изнутри почти в упор ударили сразу несколько лучников. Стрелы вошли ближайшим бойцам в незакрытые доспехами области, выводя из строя и роняя мораль куда-то в зону отрицательных значений.

— Есть! — взревел кто-то из стрелков, и в тот же миг улица преобразилась.

Из дверей, подворотен, из лавки с запертым до этого входом, с лестницы на второй этаж соседнего дома — сразу в нескольких местах одновременно наружу вывалились наемники Серова. Конечно же граф заранее предположил возможность того, что его попытаются «зажать», тем более что и место вокруг гномьего банка было максимально для этого подходящим, и еще прошлой ночью отправил занимать позиции «контрзасадный отряд». Более того, он специально к гномам отправился, взяв с собой демонстративно небольшие силы, чтобы с гарантией спровоцировать противника, и тот, надо отдать должное, купился по самые помидоры.

— Бросайте оружие, иначе всех тут положим! — На секунду все зависло в некой нерешительности, как обычно бывает в таких случаях, а потом один из вражеских бойцов бросил на брусчатку клинок и поднял вверх пустые ладони. За ним то же самое начали повторять и стоящие вокруг солдаты, выбрав плен и жизнь славной, но бессмысленной возможности умереть в безнадежной драке.

Серов все это наблюдал, продолжая лежать на земле — наемникам вокруг было просто не до того, чтобы кого-то там еще поднимать, впрочем граф и сам мог о себе позаботиться: пока все вокруг занимались своими делами, он успел разрезать штанину, оценить масштаб повреждений и даже наложить на рану плотную давящую повязку.

— Как вы, ваше сиятельство? — Из дома на улицу вышел капитан наемников, на лице которого было написано искреннее уважение. Одно дело посылать своих солдат на убой, другое дело — сражаться с ними плечом к плечу в первых рядах. Таким местные нобили занимались очень редко. Ладно еще в конной сшибке поучаствовать, но вот так в резне на улице — шиш.

— Бывало и лучше, — поморщился Серов. — Все закончилось? Безоговорочная победа?

Ан-Грейн кивнул, протянул сидящему на брусчатке графу ладонь и рывком перевел нанимателя в вертикальное положение.

— Потери?

— Наших шесть насмерть, — мрачно ответил капитан. — Раненых человек пятнадцать, из них трое совсем плохи. У них… — он оглянулся на улицу, — десятка два легло точно, двое насмерть сразу, одного, кажется, забили еще до команды…

— Бывает, — отозвался граф. — В следующий раз будут быстрее слушать.

Как можно слушать «быстрее» да еще и в следующий раз, если тебя забили насмерть сегодня, Александр уточнять не стал.

— Взяли их главного. Того, кто командовал, — с явным самодовольством отчитался спрыгнувший с какого-то карниза Ромул. Яма посреди улицы делала простое вроде бы перемещение туда-сюда отдельным приключением. Граф мысленно поставил себе зарубку в памяти, что потом нужно будет дать команду закидать ее землей и восстановить дорожное полотно. А то непорядок выходит. — Вон там под дверью его положили.

Серов присел перед пленным на корточки, морщась от боли в ноге.

— Ну здравствуй… Советник Норман, если я не ошибаюсь? И чем же я так насолить вам успел, что вы меня столь сильно на тот свет отправить возжелали?

Тот посмотрел на него с ненавистью и промолчал.

— Правильно. Сразу отвечать не надо. Надо сначала в подвал, клещи там, железо раскаленное, иголки под ногти… — Александр все это произносил подчеркнуто лениво и как-то даже обыденно. — В общем, не переживай, развлечений у нас с тобой будет много, не на один день. А потом ты, конечно, все расскажешь, лишь бы тебя уже добили и не мучили. Впрочем, какая разница, главное — еще минус один голос на совете, это облегчает нам всю математику. Уводите его и смотрите, чтобы он живым остался.

— А с остальными что? — переспросил ан-Грейн, которого такими угрозами впечатлить было сложно. Жизнь наемника — штука переменчивая: сегодня ты пытаешь поселянина на предмет спрятанной ухоронки, завтра он пытает тебя. Этим сидящего в городе торговца-чистоплюя можно испугать угрозой пытки, того, кто ходит рядом со смертью профессионально, таким не напугать.

Серов поднялся на ноги, еще раз поморщившись от боли, и ответил:

— Всех пленных на базу, — имея в виду виллу Синоров; подвалы там были обширные, но такими темпами они скоро начнут заканчиваться. — Раненых в храм, будем молить Бога об исцелении. Убитых наших — отдельно, ихних — отдельно. И пустите слух по городу, что на графа Серова напали у гномьего банка, когда он брал деньги на выплату жалования защитникам города. Пусть каждый трактир, каждый кабак и каждая рыночная баба это к вечеру знают.

— А по гномам что? — переспросил Ромул.

Серов сплюнул на мостовую и мрачно усмехнулся.

— А по гномам пока ничего. С ними мы потом отдельно поговорим. Когда власть возьмем покрепче, и пушки приплывут. Без пушек разговаривать с гномами как-то несподручно, если ты понимаешь, о чем я.

Ромул кивнул и довольно оскалился.

— Ну и хрен с ними с коротышками, — сомнений в том, кто именно навел бойцов советника Нормана на графа, в общем-то не было. Не зря же их так долго мариновали в банке, а потом так поспешно выставили за дверь.

— Главное, сегодня вечером на заседании нужные решения продавить… А пока стоит, пожалуй, заглянуть магам, чтобы они меня подлатали…