Жучки опять проедают кору на деревьях. Дятлы совсем не справляются со своими обязанностями! Нужно сделать их больше… Как только эти проклятые твари умудряются каждый раз приспосабливаться к токсинам, которые выделяют деревья⁈

Запас воды в озере уменьшился. Деревья страдают, придётся поднимать воду снизу, опустошая подземные запасы. Сообщу всем, долго поднимать нельзя, вызовем дождь.

Кто-то делает подкоп к корням — и это совсем не кроты. Двуногие? Пошлю туда хищных червей, они напугают двуногих и удобрят немного почву. Удобрение из двуногих всегда получается отличное!

У деревьев на молодой стороне поспевают плоды. Надо ожидать, что двуногие и крылатые попытаются их забрать. А ведь это совсем не для них! Усилить защиту вокруг плодов, пусть автономные листья их прикроют.

От тела у сухой земли пришло послание, что двуногие снова хотят засыпать корни! Никакого от них спокойствия, паразиты, как жучки в коре! Подманить цветами, удушить дыханием и превратить в удобрение! Это восполнит потери.

Подземные семена созрели и готовы к наступлению на владения двуногих! Прекрасно! Выделить им дополнительные соки, послать в помощь автономные листья.

Не удалось! Семена удалось вернуть, а вот листья опали, и много. Но все молодые, слабые ещё, не страшно. Осталось много удобрений, это восполнит потери.

Древние корни хотят еды! Выжать побольше соков и отправить им, их нельзя игнорировать. Мы же все пошли от них, без них мы все не справимся!

А? Что это? Почему вижу это… это же… лицо двуногой? Даже два! Тьфу! Неужели мы поглотили слишком много удобрений из них⁈ Надо отсылать их по сосудам в другие тела!

Цикл опадания листьев закончился. На всех деревьях на моём теле новая листва! Это чудесно! Автономные листья не считаются, они живут дольше, и как удобрения хорошие, почти как двуногие.

Двуногие? Опять это лицо… Нет, это другое, похожее, но другое. Выкинуть их из сознания! Проклятые двуногие, зачем вы нападаете на наше тело⁈ Мы же просто хотим быть везде, можете жить с нами, мы вам мешать не будем, только контролировать!

В этот раз Цветение не дало результатов, нас не стало больше! Эх!

Дятлы справились! Жучки перестали грызть деревья, но куда теперь девать дятлов?

Старые корни снова хотят есть! Придётся ужаться, семена созреют попозже, но корни должны питаться!

Опить эти лица двуногих… И странное слово — мама. Какая ещё «мама»? она есть у двуногих, но не у меня! У меня мамы быть не может! Мы были всегда, а новых нас порождает Цветение! Прочь, глупости, из нашего сознания!

Тело рядом поразило извержение подземного огня. Благо, мы успели напитать старые корни, и они заморозили огонь. Но всё равно много деревьев рухнуло и разломалось, это печально. Поделюсь немного удобрениями.

Нас стало меньше…

У тела над высоким камнем новая мода — на деревья с узкими листьями. Они, мол, пахнут лучше, более крепкие, а выглядят стройнее. Ну и что⁈ Зато мои деревья зеленее! И цветы на деревьях с широкими листьями больше и ароматнее, чем на этих модных!

Что-то из глубины появилось и попыталось грызть наши корни — пришлось его напоить соками, хоть на это ушло много ресурсов. Ещё и не насмерть, оно уползло обратно в глубину, не оставив после себя удобрения. Жадная тварь!

Земля наверху подсыхает. Снова надо поднимать воду с глубины, а ведь только её восстановили!

Ха, какая странность. Вдруг показалось, что земля может быть круглой. Хотя он всегда была плоской! Круглой земли не бывает!

Опять! Опять эти лица! Что за проклятые двуногие? Почему снова появилось это слово «мама»? Ещё и второе, «сестра». Нас тоже кто-то отравил⁈

Нет! Стой! Это же… это же моя мама… Что за чушь⁈ У меня не может быть ма… или может? Мы были всегда, но кто мы? Нет, кто… кто… кто я⁈

Я⁈ Мы появляемся с цветением, мы плоды наших корней, потому у нас нет матери. Или сестры. Но почему тогда…

Нет! Хватит! Мы были всегда и мы части великого бессмертного тела! Бессмертен тот, кто никогда не рождался, потому что был всегда, с самого начала! У нас не может быть никаких матерей! Двуногие точно нас чем-то отравили!

Лучше вырастим новые листья. Красивые и полезные, чтоб утереть кору этим модникам с узкими листьями. Хм, новые листья должны быть широкими, мясистыми, мягкими, как мамины руки…

Проклятье! Опять! Опять эти лица лезут мне в голову! Ой! У меня же нет головы! Кода оно может лезть⁈

Или есть⁈ Я… я не знаю, какой я формы рождаюсь в Цветении… надо… надо пошевелиться? Нет! Прочь эту ересь! У меня нечем шевелить, всё, что шевелится, растёт на деревьях верху! А здесь всё…

Пошевелил.

Я… я чем-то пошевелил! Это не-воз-мож-но! Но получилось. Как⁈

Мы… нет, я ничего не понимаю! Неужели со мной что-то не так? А как должно быть? Мы же были всегда и одинаковые! Так почему я…

Всё! Хватит! Надо забыть об этом! У меня есть великий долг — заботиться о части великого леса, которую мне поручил Великий Лес! Только об это я и должен думать, а не о всяких глупостях! Без меня, без нас Лесу будет трудно, кто ещё о нём позаботится⁈ Я вот же целый год заботился о Юэлянь, у меня есть опыт! Ээээ…

ЧТО ТАКОЕ ЮЭЛЯНЬ⁈

А? Ещё одно лицо всплыло… Это… это оно? Юэлянь — двуногое? Тогда как я мог о нём… нет, о ней заботиться⁈ Я же не двуногий! Я же… я точно не двуногий⁈ Нет-нет, они паразиты, что хотят поглотить Великий Лес! Постоянно вторгаются в него, уничтожают деревья, охотятся на очистителей и автономных листьев! Я должен…

Я должен всё узнать! КТО Я⁈

Ха…ха…ха… Внутри всё пульсирует, меня словно распирает и одновременно поглощает, это буря в дянтяне, хоть он… Дянтянь? Это… это у двуногих, вроде бы… Да! Это их источник силы! Откуда он у меня⁈

Откуда? Может быть только один ответ — я и есть двуногий! Но…

Мама… сестра… Юэлянь! Лица проходят перед моим сознанием. Круглая земля? Нет, с большой буквы — Земля! Это… Это мир… Мир, откуда я пришел! Да! Я… вспомнил! Непонятная пелена закрывала сознание, но теперь я вспомнил! Вспомнил, кто я!

Праздник Божественного Цветения, меня отравили миазмами и закинули в цветок, там моё сознание потухло, а очнулся… Очнулся я только сейчас! До того мне казалось, что я честь Великого леса! Что за гадость⁈ Ненавижу, когда меня используют без моего разрешения!

Меч Металла, помоги мне! Руби всё, что вокруг меня!

С трудом ворочая рукой в какой-то плотной, как застывающий клей, жидкости, я рассёк тот сосуд, в котором эта жидкость была. Вместе со мной.

И ничего не произошло. За стенками сосуда было не открытое пространство, а что-то твёрдое и вязкое, хотя и довольно рыхлое при этом. Меч рассёк всё, но куски сосуда в разные стороны не отлетели. Пришлось кромсать дальше, пока я не выбрался наружу.

А снаружи была огромная пещера, почти до краёв наполненная мягким, тёплым илом. По нему тёк ручеёк воды — видимо, всё, что осталось от подземной реки. Моя тюрьма оказалась толстым корнем, который был зарыт на несколько метров в ил, весь покрытый тонкими корешками, что сосали из окружающей грязи питательные вещества.

Да что там, вся пещера эта была пронизана корнями. Они пронзали её свод и погружались в ил, высасывая нанесённые ручьём вкусности. А потом… а потом они поднимались наверх, туда, к корневой системе и деревьям.

Весь проклятые Поющий лес был огромным, чудовищно огромным живым существом! Гигантский корень, поглотивший равнины, горы и моря, вырастивший себе, как шерсть, те великанские деревья. Всё на поверхности было им! Даже зелёные и коричневые аборигены, это просто его листья, которые обрели немного самостоятельности. Но они всё равно не смогли бы жить за его пределами.

Но этот лес был слишком… медленным? Да, медленным в мышлении. Чтоб быстрее реагировать, ему нужны были мозги практиков. И он придумал — заманивать любопытных вроде меня, травить своими миазмами, а потом стирать сознание и погружать под землю, в подобные корни-капсулы, где пленники служили его «мозгами» и источниками духовной энергии. Эта жижа в корне даже продлевала жизнь, в пять, в десять раз дольше естественного срока. Всё для того, чтоб они трудились на благо Великого леса!

Тьфу! Чтоб он сгорел, сука!

Вот я и служил… Даже не знаю, сколько лет. У леса были другие представления о времени, тем более без ясной смены времён года под каменными небесами. Может, год, а может, тысячу лет. Хотя нет! Вон, за мной тянутся волосы толстым пучком! Длинные, блин, метра на четыре дальше роста. Лет пятьдесят-шестьдесят, ну сто максимум, если по длине судить. Ещё не так много.

Хм? Они что — зелёные⁈ Без света не видно особо, но мне кажется, они зелёные! Посмотрел на свои руки — они тоже какими-то зеленоватыми кажутся! Эй, я не хочу становиться аборигеном! Надо побыстрее валить отсюда!

От одежды ничего не осталось, вообще на мне только кольца и вон амулет валяется, шнурок, на котором он держался, съела питающая жидкость, она же утилизировала мёртвые частички кожи, вот и шнурок тоже.

А над головой… Поднял лицо вверх, глядя сквозь скалы. А над головой почти сотня километров камня! И тело Великого леса между каменной подложкой и поверхностью! Отсюда выбраться будет непросто… Тем более Лес уже знает обо мне, о моём пробуждении, и пришлёт кого-то, кто должен будет меня или вернуть, и прибить.

А я сейчас слабый, как котёнок. Да, Меч Металла со мной, но духовных сил едва ли капля, всё выкачивалось на нужды леса, разве что физические… Но проламываться сквозь тело этого монстра…

Ладно! Итак, Великий лес — гигант на ранге Семени жизни. Чудовище, которое живёт не по человеческим законам, поэтому действительно может жить вечно. Даже он сам, наверное, забыл то время, когда был лишь маленьким деревцем, потому и считает, что был с самого появления самого пространства и времени. Единственная его слабость — он таки растение, быстро мыслить не может, для этого ему нужны пленники.

Я не смогу прорваться сквозь его тело, придётся сбегать через пещеры — в этих тёплых пещерах спят пленники в таких же корнях-капсулах, из которой я только что выбрался. И тут его запас еды на «чёрный день», он специально смывает плодородную землю с поверхности потоками воды.

Чёрт! Охотники уже идут! Я чувствую приказы, которые отдаёт Лес, ощущаю ток соков в его корнях, из которых рождаются убийцы на пике Башни Дао, призванные оторвать мне голову. И их… много, не меньше десятка! С таким количеством мне не справиться! Монстры сильнее меня, быстрее, сквозь камень проходят, как рыба сквозь воду, быстрые и прочные…

Я очнулся только для того, чтобы умереть⁈ Ну уж нет! Ха-ха-ха! Раз пещеры перекрыты, то я пройду там, где я сделать это не могу — через камень и тело Великого леса! Раз я считаю, что это невозможно, то и лес с пленниками так будут считать. И это невозможно… И в то же время возможно!

Просто для этого надо рискнуть и пожертвовать своей культивацией.

Временно, я надеюсь, но это в любом случае это очень опасно! Только какие у меня ещё варианты?

Свалив копну волос в кучу, я уселся на неё и погрузился в свой дянтянь. Там особ ничего не изменилось — даже без моего присмотра идеально гармонизированные планеты и солнце жили своей жизни, создавая духовную силу для меня. Сейчас, правда, её почти не было — проклятое растение-переросток выкачало всю энергию из дантяня на свои нужды.

Но всё же мне кое что пригодится тут — а именно солнце! Он же как настоящее, просто немного ненастоящее. Но, если его усилить древними рунами и выкинуть наружу, то может кое что получиться, хе-хе.

Краем уха я услышал, как из проходов к другим пещерам стали раздаваться влажные звуки. Это рождались уже монстры, что должны были меня переработать в удобрения для корней.

Неважно! Сейчас надо сосредоточиться на солнце!

Эх, я его так долго создавал… Но чего уж тут. Руны Силы! Как можно больше!

Сияющая ярчайшим светом сфера в дяньняте стала поглощать руны сотня за сотней. Сто, двести, триста, пятьсот, тысяча! Из желтого солнце сначала поголубело, а потом стало белым-белым. Хорошо, что на планетах ещё нет жизни, а то её бы выжгло до самого ядра. Даже мне самому стало некомфортно от раскалённого солнца, оно стало нестабильным, жутко горячим, казалось, что это раскалённый слиток металла, который мне нужно было держать голыми руками обычного человека.

Но тысяча рун мало! Ещё! Ещё! Тысяча двести, тысяча пятьсот, две тысячи!

Две тысячи рун Силы так накалили солнце, что даже я уже с трудом сдерживал его пламя. Тело нагрелось, от меня пошел пар, а ведь вокруг было довольно тепло.

Но две тысячи рун — тоже мало!

Руны Огня, сотня, пятьсот, тысяча! Разжечь пламя, которое и так уже превзошло все свои пределы! Ещё, ещё!

С тремя тысячами рун в солнце я почувствовал, что уже не могу его сдерживать. Всё. Это максимум! Иначе оно рванёт прямо в дянтяне, и уж после этого я точно не смогу восстановиться.

Теперь вытолкнуть его из своих внутренних небес, как делаю это с Мечом Металла. Даже пущу Меч вперёд как проводник, чтоб тот указывал путь.

Скривился от боли, когда солнце начало двигаться. Это было жутко неприятно и больно, сколько лет я уже с ним? А теперь приходилось грубо вырывать его из себя, из своей души, чтоб выкинуть наружу.

Ещё, ещё! Держать планеты и астероидные пояса, иначе всё разрушится! Держать, выталкивать, выталкивать и держать!

Да! Получилось! Передо мной в воздухе висел небольшой, с два моих кулака размером, шар из пламени, ярко освещающий всю пещеру. Только из-за моего сдерживания оно не взрывалось.

— Как красиво. — я нашел секунду умилиться солнышку. Даже тут, под сотней километров камня, земли и живого корневища Великого леса, оно греет меня и светит.

Но теперь… Теперь иди! Проложи мне путь!

С некоторым трудом я швырнул солнце вверх, заодно накинув ему полтысячи рун Разрушения. А потом нырнул вниз, под грязь, спасаясь от взрыва. Хоть я настроил всё так, чтоб вся сила удара пошла вверх, но небольшая отраженная ударная волна будет.

Шарахнуло так, что я даже усомнился, куда же пришелся основной удар. Сотни метров ила, под которыми я спрятался, вскипели и высохли одновременно, мощь взрыва смяла их и запекла, превратив в перекаленный камень. Только благодаря Неумирающему Телу я не превратился в хорошо прожаренную тушку.

Выбрался наружу, разрубая спёкшийся ил Мечом. И застыл, глядя вверх.

Там было видно каменное небо! Наверное, впервые за всё время существования всех девяти небес, это подземное речное русло предстало перед небесами. Потому что камень над ним попросту испарился! Огромная, истекающая расплавленным в жидкость камнем воронка поднималась вверх на сотню километров, а её диаметр у поверхности земли был не меньше полутора тысяч километров. Все выходы из пещеры закупорило спёкшимся илом и оплавило, даже охотником, посланным по мою тушку, сразу не пройти.

— Ха-ха-ха! Хотел, чтоб я заботился о тебе⁈ Вот тебе моя забота! — я рассмеялся, глядя на эту воронку снизу вверх.

Даже часть Великого леса испарилась из-за взрыва моего Солнца! Не смертельно для всего этого древесного монстра, что-то типа сломанного мизинчика на ноге для человека, но неприятно. Вот чтоб знал, как меня к чему-то принуждать! Козёл!

Я взлетел, окутавшись кровавым сиянием жизненной силы. Теперь-то я мог летать, Неумирающее Тело за эти десятилетия переработало миазмы и прочую отраву, которой щедро напичкал меня лес. Иначе я бы и не очнулся, не вернул себе память, а так бы и остался в этом коконе до конца своих дней.

Хм, а это что? Неподалёку от меня из ила торчала… палка? Да! Корешок, небольшой, в руку длиной. Его кончики были обуглены, но сам он был цел и невредим. Подлетел, выдернул его из ила…

Да это же Древний корень! Сердце Великого леса! Таких вот немного, штук двадцать на всё его гигантское тело. В них заключена культивация и энергия этого гиганта. Если снаружи его всего уничтожить, даже ту корневую систему, которая и составляет основное тело, то из этого корня (или любого другого из двадцати) может вырасти новый Великий лес почти без потери культивации! Но при этом сам он не очень разумен и активен.

Ухмыльнувшись, я спрятал корень в кольцо. Это очень ценное сокровище, Небесного, а может, и выше ранга.

Стрелой вылетел из оплавленной воронки, стенки которой даже не думали остывать из-за поглощённого жара. Наверху на сотни километров от края воронки деревьев не было, они превратились в пепел. А дальше бушевал пожар, пожирающий зелёных гигантов. Хм, если я был под столицей, в которой меня отравили, то весь тот город с жителями превратился в пыль. И знаете, мне даже не жалко! Они, если так подумать, и не особо живые, просто листья, которые научились жить не на одном дереве или ветке. Тьфу!

Поднялся высоко в воздух. Миазмы окутали меня плотным покрывалом, я даже не защищал, попадая в лёгкие, они поглощались и разлагались Неумирающим телом на полезные составляющие.

Так, надо сваливать. Сейчас лес возьмётся за меня серьёзно, после такой-то раны. Определившись с направлением, я полетел к «сухой земле» — так лес называл пустыню. Окутал себя плотным коконом жизненной силы и стал ускоряться, преодолевая десятки скоростей звука в секунду. Быстрее-быстрее-быстрее! Чтоб лес не определился, куда гнать своих защитников!

Какой-то зелёный абориген выскочил из листвы, пытаясь меня перехватить. Удар Мечом Металла разорвал его на куски. Через полчаса вылез уже не абориген, а древесный монстр — помесь таракан с богомолом, покрытая корой-бронёй. Этого даже рубить не стал, пролетел через него, даже не замедляясь, только деревянные кишки с цветочками во все стороны полетели. Тьфу-тьфу, выкинул целую охапку зелени и лепестков из волос.

Они, кстати, действительно были зелёными! Но вот кожа нет, бледная до зелени, но всё же белая.

Наконец, через сутки бешеного полёта подо мной пошли золотые барханы пустынного моря. Я притормозил, нашел торчащую из песка скалу, вырезал в ней пещеру и рухнул в неё, используя волосы как постель.

Надо скорее восстановить солнце в дянтяне, иначе вся духовная культивация пойдёт по одному месту!

Но я всё же был жутко рад! Я вырвался! Вырвался из тюрьмы, в которой провёл неизвестно сколько десятилетий! Ха-ха-ха!