Сегодня особенный день – нашей маленькой принцессе Мирославе исполняется два года. Смотрю на нее и не могу поверить своим глазам. Кажется, только вчера я впервые прижимала к груди ее крошечное тельце в роддоме, вдыхая неповторимый аромат новорожденного, а сегодня она уже носится по дому, словно маленький ураган, заливаясь звонким смехом и пытаясь поймать разноцветные воздушные шары, которые мы с Русланом развесили по всему первому этажу.
– Мама! Мама! Смоти! – восторженно кричит Мира, подбегая ко мне с такой скоростью, что ее русые кудряшки подпрыгивают в такт каждому шагу.
В маленьких ручках она бережно держит свою любимую плюшевую собачку, на которую умудрилась нацепить соломенную шляпку от одной из своих кукол. Ее большие зеленые глаза – точная копия моих – сияют таким неподдельным восторгом, что сердце замирает от нежности.
Я опускаюсь на колени, раскрывая объятия навстречу своему маленькому сокровищу, и крепко прижимаю ее к себе, вдыхая сладкий аромат моей девочки.
– Очень здорово, милая, – восхищаюсь, отстраняясь и внимательно разглядывая собачку. – Ричику очень идет эта шляпа. Ты у нас настоящий стилист!
Мира довольно кивает, прижимая к себе игрушку и поправляя шляпку, которая так и норовит съехать набок.
– Какая же ты красивая, принцесса! – продолжаю я, любуясь дочерью. – Тебе нравится твое праздничное платье?
Доченька тут же начинает кружиться на месте, с гордостью демонстрируя пышное розовое платье, похожее на воздушное облако зефира. Юбка взлетает при каждом повороте, а маленькие туфельки с блестящими пряжками отбивают ритм по паркету.
– Да! Это папа мне купил, – с гордостью заявляет она, продолжая кружиться.
– Тетя Аня! Мирка! Я нашла еще шарики в коробке! – из коридора доносится звонкий голос Дашеньки, моей обожаемой племянницы.
Даша влетает в комнату, держа в руках целую связку разноцветных воздушных шаров. Ее русые волосы заплетены в две аккуратные косички, украшенные яркими бантами. Глядя на нее, я не могу поверить, что она уже окончила первый класс. Как же быстро летит время! Дашенька уже такая взрослая девочка.
– Уа! Шаики! – восторженно вскрикивает Мирослава, подбегая к Даше и пытаясь дотянуться до ярких шаров.
– Давай их тоже повесим куда-нибудь, – предлагаю я, поднимаясь с колен и поправляя платье. – Только сначала помоги мне накрыть на стол. Гости скоро приедут.
Раздается звонок, когда я расставляю последние тарелки на праздничном столе во дворе. Мира, услышав звук, замирает на секунду, а потом с радостным визгом несется ко въезду, огибая дом.
– Деда! Деда пиехал!
Я спешу за ней, боясь, что она в своем порыве может упасть, и вижу за решетчатым забором отца, Марину и Андрея.
– Вот она, дедушкина принцесса! – Как только я открываю калитку, папа подхватывает внучку на руки и кружит ее, вызывая у малышки восторженный смех. – С днем рождения, солнышко мое! Как же ты выросла, моя хорошая!
Сердце наполняется теплом при виде этой картины. Еще три года назад я даже не знала о существовании своего отца, а сегодня не могу представить нашу жизнь без него. Без его мудрых советов, без его искренней заботы, без его безграничной любви к Мирославе.
– Привет, пап, – здороваюсь я, и он, не опуская внучку, обнимает меня свободной рукой.
– Привет, родная. – Его голос звучит так тепло, что я на мгновение тоже чувствую себя маленькой девочкой. – Чудесно выглядишь, как и всегда.
– Анечка! – Марина обнимает меня, и я чувствую аромат ее нежных духов. – Как же мы соскучились! Ты не представляешь, Толя считал дни до поездки!
– Марина! – смущенно выдает папа, немного краснея.
– Я тоже очень скучала, – искренне отвечаю я, обнимая ее в ответ. – Вы просто не представляете, как много Мира говорит о вас! Каждый день спрашивала, когда же приедут дедушка и бабушка Марина.
– Правда? – Глаза Марины наполняются слезами счастья. – Иди ко мне, моя хорошая. – Она протягивает руки к Мирославе, и та с готовностью перебирается к ней с рук дедушки.
Андрей подходит следом, широко улыбаясь.
– Привет, сестренка! Поздравляю тебя. – Он крепко обнимает меня, приподнимая над землей. – Где там Рус прячется?
Я смеюсь, поправляя волосы после его медвежьих объятий.
– На заднем дворе воюет с гирляндами. Думаю, ему не помешает мужская помощь, а то я в этих проводах совсем не разбираюсь.
– Сейчас все организуем! – подмигивает Андрей и, потрепав по голове Миру, которая все еще сидит на руках у Марины, направляется на задний двор, по пути выкрикивая: – Эй, Рус! Специалист по электрическим гирляндам прибыл!
В этот момент из дома выходит моя мама, вытирая руки о фартук.
– Я услышала голоса. – Она улыбается, глядя на нас. – Толя, Марина, как долетели?
Три года назад я боялась, что встреча моих родителей будет неловкой, но они удивили меня своей мудростью. Ради меня, ради Миры они научились быть не просто вежливыми друг с другом – они стали одной семьей, пусть и такой необычной. Поначалу мама чувствовала себя неловко, особенно из-за того, что в первые полгода после воссоединения нашей семьи последствия инсульта были видны невооруженным взглядом, особенно левая рука, которой мама все еще с трудом могла шевелить. Но отец нашел в Москве хорошую клинику, после нескольких курсов лечения в которой маме практически полностью вернули возможность полноценно функционировать обеими руками. Папа тогда взял все расходы на себя, сказал, что для него это важно, а мама была ему очень благодарна за это.
– Отлично долетели, Люда, – отвечает отец, обнимая маму. – Погода была хорошая, да и рейс не задержали. Ты как? Все хорошо?
– Да все потихоньку, спасибо. – Мама смущенно улыбается. – Пойдемте в дом, я как раз закончила с тортом. Хочу показать, что получилось, пока Мира не видит, – шепотом добавляет она, хотя Мира вряд ли что-то слышит, увлеченная крупными серьгами своей второй бабушки.
Отец кивает, берет чемоданы и яркие пакеты с подарками, Марина отпускает Мирославу, и они идут за мамой в дом.
Я не успеваю далеко отойти от калитки, как снова раздается звонок. За забором стоят Лера с Тимуром, держась за руки, а за ними – Алиса с мужем Игорем.
– Тетя Леа! – Мирька бежит к Лере.
– С днем рождения, маленькая! – Лера подхватывает малышку, осторожно обнимая. – Какая ты красавица! Какое у тебя прекрасное платье!
– Папа купил! – гордо повторяет Мирослава, поглаживая пышную юбку.
Я тоже обнимаю Леру, пока дочь перебирается на руки к Алисе. За эти годы Лера стала мне настоящей подругой. Кто бы мог подумать, что бывшая жена моего брата станет одним из самых близких мне людей? А теперь она еще и встречается с Тимуром – лучшим другом Руслана и братом Алисы, так что у нас теперь образовалось практически родственное трио подруг.
– Как ты? – шепчет Лера, отстраняясь. – Выглядишь просто потрясающе! Сияешь!
– Есть причины, – загадочно улыбаюсь я, и Лера вопросительно поднимает бровь, но я лишь качаю головой. – Позже, все позже.
– Привет, Аня. – Тимур обнимает меня, а затем протягивает огромную коробку, перевязанную розовым бантом. – Это от нас с Лерой. Надеюсь, Мирославе понравится.
– Спасибо, – улыбаюсь я, принимая подарок. – Даша вешает шары, она будет рада вас видеть.
Пока летние каникулы, Даша практически все время проводит у нас в загородном доме.
Тимур кивает, и в его глазах я вижу теплоту. Он действительно привязался к дочери Леры, и это так трогательно. Они вместе уже больше двух лет, и я вижу, как счастлива моя подруга рядом с ним.
Алиса, с заметно округлившимся животом, осторожно обнимает меня, передав Мирьку Лере.
– Ань, я так рада тебя видеть! – Она отстраняется и гладит свой живот. – Малыш тоже рад, между прочим. Всю дорогу пинался.
Я улыбаюсь, глядя на ее счастливое лицо.
– Еще два месяца, и мы все наконец-то познакомимся с ним. – Я осторожно кладу руку на ее живот и чувствую легкий толчок. – Ого! Какой активный малыш! Как ты себя чувствуешь, дорогая?
– Прекрасно, только спина иногда болит. – Алиса поворачивается к своему мужу. – Игорь меня балует, не дает даже пакеты с продуктами поднять. Иногда это так раздражает!
– И правильно делает. – Я подмигиваю Игорю, который стоит рядом с огромным пакетом подарков. – Ты должна беречь себя.
– Если что, это все Алиса, – смеется он, указывая на пакеты. – Сказала, что Мире нужно только лучшее, и скупила половину детского магазина.
– Неправда! – возмущается Алиса, шутливо ударяя мужа по плечу. – Это ты настоял на том большом плюшевом единороге!
Мы все смеемся, и я приглашаю гостей пройти на задний двор, где уже все готово для праздника. Отец, мама и Марина уже тоже там. Руслан и Андрей как раз заканчивают с гирляндами, и когда мы подходим к столу, они спускаются с лестницы.
– Ну что, все гости в сборе! – Руслан подходит ко мне, обнимая за талию и нежно целуя в висок. – Теперь можно и праздновать.
Смотрю на наш двор и не могу сдержать улыбку. Большой стол накрыт белоснежной скатертью, украшен цветами и воздушными шарами. Над ним натянуты гирлянды, которые вечером будут создавать волшебную атмосферу. Детский уголок с горкой и качелями украшен разноцветными флажками и фонариками. Все именно так, как я мечтала.
– Мои дорогие, прошу всех к столу! – объявляю я, и наши гости начинают рассаживаться, обмениваясь шутками и комплиментами.
Руслан усаживает Мирославу к себе на колени, заботливо повязывая ей нагрудник с изображением принцессы Эльзы – ее любимого персонажа. Наблюдаю, как он нежно поправляет ее кудряшки и что-то шепчет ей на ушко, вызывая у дочери счастливый смех, и мое сердце переполняется любовью.
Руслан всегда был рядом – все девять месяцев беременности не отходил от меня ни на шаг, хотя временами нам было очень трудно. Он присутствовал при родах, держал мою руку, и с первых дней жизни Миры стал самым заботливым и любящим отцом, какого только можно представить.
– Ты чего улыбаешься? – шепчет он мне, когда я сажусь рядом.
– Просто счастлива, – так же тихо отвечаю, сжимая его руку.
Наливаю себе ягодный морс вместо шампанского, и это не ускользает от внимательного взгляда моего брата.
– Так, сестренка, ты что, не пьешь сегодня? – Андрей хитро прищуривается, и я чувствую, как краска приливает к щекам. – Что-то тут не так…
– Конечно, я ведь обычно всегда напиваюсь, да? – отшучиваюсь я. – На самом деле у меня для вас есть новость, – говорю я, переглядываясь с Русланом. – Но сначала давайте поднимем бокалы за нашу именинницу!
Все поднимают бокалы, и Мирослава, подражая взрослым, с серьезным видом поднимает свою бутылочку с соком, важно оглядывая всех собравшихся.
– За тебя, наше солнышко! – начинаю я, чувствуя, как голос слегка дрожит от волнения. – За два года радости, смеха, бессонных ночей и бесконечного счастья, которое ты принесла в нашу жизнь. Я хочу поблагодарить всех вас, дорогие мои, за то, что вы рядом с нами в этот особенный день. Вообще, последние три года пролетели для меня как яркий и прекрасный сон.
Я смотрю на Руслана, и воспоминания накрывают меня волной.
– Помню, как на нашей свадьбе папа танцевал со мной танец отца и дочери, – продолжаю я, встречая поразительно нежный взгляд отца, – а мама не могла сдержать слез. Помню, как мы все вместе ждали рождения Миры, как переехали в этот дом, чтобы у нашей девочки был свой сад, где она могла бегать босиком по траве.
Я поворачиваюсь к дочери, которая внимательно слушает, хотя вряд ли понимает все, о чем я говорю.
– Милая, ты еще не понимаешь всех этих взрослых слов, но знай: ты – наше маленькое чудо, наша радость, наше все. Мы с папой любим тебя больше жизни и каждый день благодарим судьбу за то, что ты у нас есть.
Мирослава улыбается, показывая свои маленькие зубки, и хлопает в ладоши.
– Я тозе вас любью! Очень-очень сильно! – Она разводит ручки в стороны, показывая, насколько сильно нас любит.
Все умиляются, а я продолжаю, обращаясь теперь к Руслану:
– А тебе, мой любимый муж, я хочу сказать спасибо за каждый день нашей совместной жизни. За твою любовь, поддержку, за то, что ты лучший муж и отец. Ты подарил мне семью, о которой только можно мечтать.
Руслан сжимает мою руку и улыбается.
– И да, – я делаю паузу, оглядывая всех собравшихся, – у нас с Русланом есть для вас новость.
Я встречаюсь глазами с мамой, которая, кажется, уже догадалась, судя по ее взгляду.
– Через шесть месяцев наша семья станет еще больше. – Я кладу руку на живот, и Руслан накрывает ее своей ладонью. – Мы с Русом ждем второго малыша!
Стол взрывается радостными возгласами. Мама прижимает руки к губам, и ее глаза блестят от слез счастья. Отец поднимается, чтобы обнять нас, и его лицо светится гордостью. Алиса радостно хлопает в ладоши, восклицая: «Я так и знала! Наши дети будут расти вместе!» Лера с Тимуром поднимают бокалы, а Андрей громко объявляет, что вторым ждет племянника.
– За пополнение в семье! – провозглашает папа, и все поддерживают этот тост.
– Ань, почему ты не сказала мне раньше? – шепчет мама, обнимая меня.
– Хотела сделать сюрприз для всех сразу, – отвечаю, чувствуя, как слезы счастья наворачиваются на глаза. – И хотела дождаться, когда пройдет первый триместр.
– Все будет хорошо, доченька. – Мама гладит меня по волосам, как в детстве. – Мы все будем рядом.
Руслан обнимает меня, нежно целуя в висок.
– Я люблю тебя, малышка, – шепчет он.
– И я тебя, – отвечаю я, прижимаясь к нему.
Мирька, не совсем понимая причину всеобщего ликования, но чувствуя праздничное настроение, радостно хлопает в ладоши.
– Уа! Уа!
– У тебя будет братик или сестричка, солнышко, – объясняет Руслан, целуя дочку в макушку. – Ты будешь старшей сестрой.
– Сестичка? – Мирослава широко распахивает глаза, а потом поворачивается ко мне: – Мама, где она? Я хочу с ней игать!
Я смеюсь, гладя дочку по голове.
– Она пока еще очень маленькая и живет у мамы в животике, – объясняю я. – Нужно подождать еще немного, и тогда ты сможешь с ней играть.
– А почему она там? – не унимается дочка, с любопытством глядя на мой еще плоский живот.
– Потому что ей нужно вырасти, стать сильной, как ты, – терпеливо отвечает Руслан. – А когда она будет готова, то появится у нас, и ты станешь лучшей старшей сестрой на свете.
– Я буду ее любить! – серьезно заявляет Мира. – И дам ей свои игушки!
Смотрю на нашу большую семью, собравшуюся за одним столом, – родителей, брата, друзей, ставших родными, нашу маленькую дочку и еще не родившегося малыша – и понимаю, что нахожусь именно там, где должна быть. В месте, полном любви, тепла и счастья. В месте, которое называется домом.
Впереди у нас целая жизнь, полная новых радостей, испытаний и бесконечной любви. И я готова к этому путешествию, потому что рядом со мной – самые дорогие люди на свете.
– За нашу семью, – тихо говорю я, поднимая бокал с морсом. – За любовь, которая объединяет нас всех.
– За семью, – эхом отзываются все, и в этот момент я точно знаю: что бы ни случилось, мы справимся. Вместе.
Вечер опускается на наш дом, окутывая его мягкими сумерками. Я сижу на террасе в плетеном кресле и потягиваю янтарный виски из хрустального бокала. Лед тихо позвякивает о стенки, когда я делаю очередной глоток. Сегодня был особенный день – моей маленькой принцессе Мирославе исполнилось два года. Два года счастья, которое невозможно измерить.
Дом затих после шумного праздника. Еще час назад здесь звучали детский смех, разговоры гостей, музыка. Теперь только легкий ветерок шелестит листвой в саду, который мы посадили прошлым летом. Аня сейчас укладывает нашу малышку спать, а я наслаждаюсь редкими минутами тишины и спокойствия.
Мирослава.
Даже мысленно произнося ее имя, чувствую, как сердце наполняется теплом. Никогда не думал, что можно испытывать такие сильные чувства к кому-то, хотя я до беспамятства люблю Аню. Но Мира – это совсем другое. Когда она смотрит на меня своими большими зелеными глазами, точь-в-точь как у Анюты, внутри что-то переворачивается. А когда она бежит ко мне через всю комнату, раскинув руки и звонко крича: «Папа!», я готов весь мир положить к крохотным ножкам моей девочки.
Делаю еще один глоток виски, чувствуя, как тепло растекается по горлу, и прикрываю глаза. Перед ними, словно кадры кинофильма, проносятся события последних трех лет. Сколько всего произошло… Сколько испытаний мы прошли, чтобы быть там, где мы сейчас.
Беременность Ани далась нам нелегко. Токсикоз, угроза прерывания, постоянные визиты к врачам. А параллельно шли изматывающие судебные процессы, выпивавшие последние силы. Сначала над ее братом Стасом, который в итоге получил восемь лет тюрьмы за все свои «подвиги». Но настоящим испытанием для всех нас стал суд над Вадимом.
Помню, как мы спорили до хрипоты, когда Аня, будучи на шестом месяце беременности, продолжала работать над делом об убийстве Нади Решетниковой.
Я просил Аню остановиться, пока она стояла передо мной, бледная, с темными кругами под глазами, но в ее взгляде горела решимость, которую я так люблю и одновременно боюсь.
Анюта тогда сказала, что должна довести это дело до конца. Не только ради Нади, но и ради нашей малышки. Чтобы наша дочь росла в мире, где за преступления наступает наказание. Где такие, как Вадим, не могут просто так уйти от ответственности.
И я сдался, потому что знаю, что мою Аню невозможно переубедить, если она что-то задумала. Я лишь настоял, чтобы наш семейный врач буквально дежурила на всех судебных заседаниях, контролируя состояние Анюты едва ли не каждую минуту.
Сейчас, вспоминая это, я испытываю невероятную гордость за свою жену. Она выиграла то дело. Двадцать пять лет строгого режима – вот что получил Вадим за все свои деяния. Я до сих пор помню лицо матери Нади в день оглашения приговора – смесь боли и облегчения, слезы и тихое «спасибо», которое она шептала, обнимая мою глубоко беременную Аню.
Улыбаюсь, вспоминая, как через две недели после этого Анюта родила нашу Мирьку. Десять часов схваток, мои искусанные в кровь губы и рука, которую Аня чуть не сломала, сжимая во время родов. А потом – первый крик нашей дочери и слезы, которые я даже не пытался скрывать. И вот прошло уже два года с ее рождения.
В остальном у нас тоже все идет как надо. «Титан» процветает – я расширил бизнес, открыл еще два спортивных комплекса в соседних городах, в том числе и в Новосибирске, в котором мы с Аней теперь бываем почти каждую неделю. Дело Нади Решетниковой вышло по-настоящему резонансным. После объявления справедливого приговора для Вадима на нас с Аней вышли инвесторы, которые предложили организовать Центр помощи женщинам, пережившим сексуальное насилие и попавшим в трудную жизненную ситуацию, в том числе и жертвам домашнего насилия.
Последнее было Аниным предложением, потому что для нее было важно, чтобы у женщин и девушек, оказавшихся в такой же ситуации, как она сама в юности и как Лера, была возможность обратиться за помощью. Чтобы они понимали, что не одни, что им помогут. Анюта лично оказывает юридическую поддержку всем обратившимся. Она буквально горит этим делом, и я безумно горжусь своей женой. На вид такая маленькая, хрупкая, но сколько же в ней силы! Сейчас центр работает в Новосибирске, а филиал есть в нашем городе.
Еще Аня иногда помогает мне с юридическими вопросами спортклубов и дважды в неделю читает лекции в университете, передавая студентам не только знания, но и свою страсть к справедливости.
Конечно, мне хотелось бы, чтобы она больше отдыхала, особенно сейчас, когда мы ждем второго ребенка. Но я знаю, как важна для нее самореализация, и не собираюсь становиться между ней и ее мечтами. Пока все в меру, я готов мириться с этим, поддерживая каждое ее начинание.
Я делаю еще один глоток виски и улыбаюсь, вспоминая, как удачно сложилась судьба Леры, бывшей жены Стаса. После увольнения Алеси я предложил Лере место секретаря и не ошибся. Она оказалась отличным работником, быстро влилась в коллектив. А потом случилось то, чего мы с Анютой не ожидали, но втайне надеялись, – между ней и моим другом Тимуром, который работает тренером в «Титане», проскочила искра.
Он недавно признался мне, краснея, как подросток, что собирается сделать Лере предложение.
– Думаешь, она согласится? – спросил он меня.
Я смотрел на своего друга, обычно такого уверенного на тренировках, а сейчас похожего на растерянного мальчишку, и не мог сдержать улыбку.
– Если откажется, я лично проведу с ней воспитательную беседу, – пошутил я, хлопая его по плечу. – Она любит тебя, придурок. Конечно, согласится.
Мои размышления прерывает легкое касание рук. Моя Аня. Я узнаю ее прикосновения из тысячи. Она обнимает меня сзади, и я чувствую аромат ее волос – все та же ваниль и нежные цветочные нотки.
– О чем задумался? – шепчет она мне на ухо, и ее дыхание посылает волну мурашек по моей коже.
– О том, какой я счастливчик, – честно отвечаю я и, обхватив ее за талию, мягко перетягиваю к себе на колени, наслаждаясь теплом ее тела.
Аня устраивается поудобнее, прижимаясь к моей груди. В лунном свете ее лицо кажется фарфоровым, а глаза блестят словно две звезды. Беременность делает ее еще красивее – кожа светится изнутри, черты лица смягчаются.
– Как там наша принцесса? – спрашиваю я, поглаживая ее по спине.
– Уснула, едва коснувшись подушки, – улыбается Аня. – День был слишком насыщенным. Столько подарков, столько внимания… Ты видел ее лицо, когда она задувала свечи на торте?
– Да, это было что-то, – смеюсь я, вспоминая, как Мира так старательно дула на свечи, надув щечки и сморщив носик, что чуть не упала лицом в крем. – Наша девочка растет. Слишком быстро, на мой взгляд.
– Кажется, только вчера ты первым взял ее на руки в роддоме, а сейчас ей уже два. Даже не верится.
Аня вдруг хлопает себя по лбу, и ее глаза загораются, как у ребенка, вспомнившего в час ночи, что на завтра нужно сделать презентацию к уроку географии.
– Ой, совсем забыла тебе сказать! Утром звонила Елена Викторовна, поздравляла с днем рождения Миры. И знаешь что? – Она делает драматическую паузу. – Кирилл женится!
– Да ты что? – Я приподнимаю бровь, не в силах сдержать легкую усмешку. – И что, нас уже пригласили на свадьбу к твоему бывшему?
Аня закатывает глаза и несильно бьет меня по плечу, но ее губы изгибаются в улыбке.
– Очень смешно, Рус. Я искренне рада за Кирилла, он хороший человек и заслуживает счастья. Но даже если бы он лично меня пригласил, я бы не поехала. У меня своя жизнь, свое счастье. – Она нежно касается моей щеки. – Здесь, с тобой.
Целую ее ладонь и притягиваю ближе к себе, чувствуя, как внутри разливается тепло от ее слов.
– Ты думал, что все будет именно так? – спрашивает она, глядя на звездное небо. – Я про нас, нашу семью. Про то, что мы пройдем через все это и будем сидеть вот так, вместе, счастливые.
Я задумываюсь на мгновение, вспоминая, через что нам пришлось пройти. Наша история не была простой сказкой с предсказуемым счастливым концом. Были боль, предательство, расставание, страх потерять друг друга навсегда. Были моменты, когда казалось, что все потеряно, что мы никогда не сможем быть вместе. Но сейчас, держа в объятиях свою жену, зная, что наша дочь мирно спит в своей кроватке, а под сердцем Ани растет еще один наш ребенок, я понимаю, что все было не зря. Именно эти испытания делают то, что мы имеем сейчас, еще ценнее.
– Я все делал для того, чтобы было именно так, – отвечаю я, глядя ей в глаза. – И буду делать дальше. Я люблю тебя, Анюта. Больше жизни.
– И я тебя люблю, Рус, – шепчет она, прижимаясь к моим губам.
Мы сидим так еще долго, обнявшись, глядя на звезды и тихо разговаривая о будущем. О том, как будем растить наших детей, о путешествиях, которые совершим, о доме у моря, который я обещал построить для нас, чтобы мы могли в любой момент уехать туда, когда соскучимся по теплым дням.
Я знаю, что впереди еще целая жизнь. Будут и трудности, и радости, и новые испытания. Будут ссоры и примирения, будут моменты усталости и моменты невероятного счастья. Но вместе мы справимся со всем. Потому что у нас есть мы. Потому что наша любовь прошла через огонь и воду и стала только крепче.
И это только начало нашей истории. Истории, которую мы день за днем, страницу за страницей пишем вместе с Аней.