Когда я переступаю порог нашей ложи, вижу, что братья, нацепив серьезные выражения на лица, уже ждут внутри. Все трое одеты в черное как на подбор.

– Ты готов? – спрашивает Маттиас.

– Думаешь, с Энтони возникнут проблемы?

Маттиас проводит рукой по волосам и отвечает:

– Сомневаюсь. Я навел справки: не то чтобы он был близок со своим двоюродным братом. Он лишь оказал услугу семье, приведя Томаса в Орден.

– Хорошо, – я киваю, – не хотел бы убивать и его.

Ксандер улыбается:

– Брось, Деймон, за сестренку можно и повоевать.

Я перевожу взгляд с одного брата на другого, видя, что все они согласны на любой исход этой встречи.

Мы спускаемся по лестнице в просторную комнату внизу. На этот раз внутри находится только Энтони Риччи, наследник древней фамилии, хорошо знакомый с правилами игры, в которую мы играем.

Братья идут рядом по обе стороны от меня.

– Чем обязан такой чести, Энтони? – спрашиваю я.

– Нехорошо, Деймон. Ты убил моего двоюродного брата, – отвечает тот, но его поза остается расслабленной, как и в начале нашего разговора.

Я качаю головой, уверенный, что улик не осталось и все, что он может, – только слабый блеф.

– Разве?

Риччи засовывает руки в карманы и внимательно разглядывает меня:

– Я просто хотел сообщить, что мне теперь плевать на Томаса. Дело закрыто. Мы никогда не были близки, и он всегда был довольно неприятным человеком.

Я слегка расслабляюсь, находя подтверждение словам Маттиаса. Действительно, Томас не тот человек, из-за которого стоило бы развязывать войну. С другой стороны, гордость может ослепить любого. Особенно тех, кто родился с серебряной ложкой во рту и, вероятно, никогда в жизни не получал отказа.

– Раз он был таким «неприятным человеком», ты верно поступил, не став копаться в этом, – парирую я с тоном предостережения.

Конечно, здесь важно сохранить маску, и пусть все мы знаем, что произошло на самом деле, не стоит в открытую признаваться в его убийстве. Одно дело – красиво отмахнуться от подозрений, и совсем другое – сделать чистосердечное признание. Лучше кого-либо другого в этом мире я знаю, что нельзя допустить пренебрежения в сторону своей семьи.

– Наша семья всегда поддержит вас. Спасибо за то, что согласился встретиться со мной сегодня. – Энтони кивает в знак уважения.

Что-то в его тоне все же настораживает меня, с другой стороны, потеря родственника и члена Ордена – это все же большой удар по их репутации.

– Хорошо, Энтони. В таком случае это все, ты можешь быть свободен.

– Да, кстати, не было возможности поздравить тебя раньше. Ты ведь женился. Вы очень необычная пара.

От этого плохо скрытого оскорбления я чувствую, как по моим венам пробегает электрический разряд.

– Осторожнее, когда говоришь о моей жене, иначе окажешься там же, где и Томас, – предупреждаю я.

Его лицо бледнеет, и он сглатывает комок, застрявший в горле.

– Еще раз спасибо, что оказал мне честь, – говорит Энтони на ходу, практически взбегая вверх по лестнице. Через несколько секунд мы слышим, как за ним захлопывается дверь.

Я перевожу взгляд на Маттиаса:

– Присмотри за ним. Что-то здесь нечисто.

– Уже занимаюсь этим, – отвечает он.