– Не испачкай мою машину кровью, придурок, – говорит Маттиас, паркуясь перед домом Мисти.

Я намеренно провожу ладонью по приборной панели, оставляя красное пятно на коричневой коже, и подмигиваю ему.

– Куплю тебе новую, – обещаю я.

– Ты сейчас до тошноты счастливый. Повезло, что она нам нравится, – отвечает Маттиас с легкой ухмылкой.

Моя челюсть дергается, и я бросаю на него уничтожающий взгляд.

– Еще бы. Иначе вам не поздоровилось бы.

– Эй, ладно-ладно. Я же пошутил, неженка. – На этот раз Маттиас улыбается несколько теплее, и весь мой гнев исчезает.

Мисти творит чудеса даже с ним, меняя его до неузнаваемости, а ведь сама даже и не подозревает об этом.

Я выхожу из машины. Все мое нутро стремится поскорее подняться в квартиру, зная, что она уже спит в нашей постели.

Окно переднего сиденья за моей спиной опускается.

– Прими душ, пока не напугал ее до смерти, – советует брат, перед тем как уехать.

Я опускаю взгляд – вид еще тот, кровь забрызгала белоснежную рубашку и даже руки. Правильно. Сначала в душ.

Когда я захожу в квартиру, внутри царит тишина, свет повсюду выключен.

Там, на приеме, Мисти выглядела такой измученной. Единственная причина, по которой я задержался, – просьба моего брата. Мне было плевать и на мои обязанности, и на преступников, и на их наказание. Братья бы вполне справились.

Когда мы прощались, я заметил, что в ее глазах потух какой-то озорной огонек. Она стала казаться более изящной и хрупкой.

Если свет в спальне выключен, должно быть, она уже спит. Мне пришлось бороться с огромным желанием подойти и посмотреть на тихую, умиротворенную фею. Нет. Сначала я должен смыть с себя всю эту грязь.

Подходя к ванной, я насторожился, услышав звук льющейся воды. Дверь была приоткрыта. Что-то здесь явно не так.

Войдя внутрь, я оторопел от шока.

Мисти, полностью одетая, забилась в самый угол душевой кабины и свернулась калачиком, дрожа всем телом под струями воды.

Я забываю, как дышать. Мне даже больно сглотнуть. Но я раздвигаю занавеску и забираюсь к ней в душ. Вода бежит ледяная, ее холод мгновенно проникает сквозь мою рубашку, которая тут же прилипает к телу. Я стараюсь прикрыть Мисти от брызг, пока регулирую температуру. Как долго она так здесь сидит?

Кабинка довольно маленькая, нам вдвоем здесь не уместиться, поэтому я сажаю ее к себе на колени и обнимаю в попытках согреть. Ее пальцы впиваются в мою рубашку, а тело бьет крупная дрожь.

– Боже, да у тебя жар. Я сейчас позвоню своему врачу. Все будет хорошо, – говорю я, ощупывая ее лоб и убирая прядь волос с щеки.

Ее красивые глубоко-зеленые глаза встречаются с моими.

– Нет-нет, не нужно, я в порядке.

– Ты точно не в порядке, – возражаю я.

Провожу ладонями по ее щекам и чувствую, как она все еще дрожит. Страх сковывает меня, я теряюсь и не понимаю, что должен предпринять.

– Что случилось? Я сделал что-то не так?

Она качает головой, и жгучие слезы застилают ее взор.

– Мисти, прошу, скажи, что произошло.

Я ощупываю ее в поисках видимых физических повреждений. Это дается мне с трудом – мокрая ткань платья прилипла к ее коже, создавая барьер. Истерика Мисти нарастает все сильнее, она плачет навзрыд.

– Я… я не могу дышать, – говорит она так тихо, что я едва слышу слова, но ее руки, надрывающие лиф платья, выдают истинное состояние.

Через несколько секунд я освобождаю ее от душащей слипшейся ткани. Она жадно вдыхает воздух.

Я обнимаю ее за талию, притягиваю к своей груди и нежно целую в макушку. Я буквально ненавижу себя за беспомощность, за то, что не знаю, что случилось. Но не хочу давить на нее в таком состоянии.

Медленно проводя рукой вверх и вниз по ее спине, я пытаюсь успокоить девушку, но замираю, когда пальцы касаются твердых, рельефных рубцов.

Опускаю взгляд вниз и безошибочно определяю два глубоких шрама, чистые, четкие линии которых можно вырезать только ножом.

Понимая, что я открыл ее секрет, Мисти замирает. Вот что она скрывала. Вот что я не должен был видеть.

Ярость застилает мои глаза, окрашивая мир в красные цвета. Тот, кто посмел прикоснуться к ней, заплатит за это. Боль пронзает мою грудь от ужаса, написанного на ее лице. Позже у меня будет время выследить этого ублюдка. Сейчас же все, что имеет значение, – это моя девочка.

Я мягко касаюсь ее подбородка и, приподнимая лицо, прижимаюсь к ней лбом.

– Я тут, с тобой. И всегда буду рядом, – шепчу я.

У нее перехватывает дыхание. На несколько секунд она полностью замолкает, будто обдумывая что-то, а затем нерешительно откашливается и говорит:

– Это было давно. Много лет назад… – Я слышу неприкрытую боль в ее голосе. – Нужно было бы отпустить и жить дальше…

Ее слова откликаются в моей душе, и я тоже вспоминаю некие детали своего травматичного прошлого, которое все еще является ко мне в кошмарах. В этом случае есть только одна вещь, которую я знаю наверняка:

– Прошлое не так-то просто отпустить. И нет никаких гарантий, что оно отпустит тебя. Ты не должна себя в этом винить.

Мисти то ли фыркает, то ли смеется, подвергая сомнению мои слова:

– Он был там сегодня.

Моя душа словно упала в пятки. Почему-то мне вдруг подумалось, что она все же имеет в виду меня. Если так, этот страх и отвращение в ее глазах действительно предназначены мне.

– Кто был?

– Томас.

Это имя мне ни о чем не говорит. Хотя тот факт, что он был в списке гостей сегодня вечером, уже сужает круг подозреваемых.

Я терпеливо жду, когда Мисти вновь заговорит.

– Он… изнасиловал меня, – отрывисто произносит она, и боль в ее голосе отзывается во мне судорогой.

– Я убью его.

– У его семьи большие связи.

Я едва ли удерживаюсь от мрачного смешка:

– Поверь, это не проблема.

– Иногда я не понимаю, шутишь ты или нет, – говорит Мисти.

Я аккуратно касаюсь ее губ своими, а затем отстраняюсь.

– Я никогда не шучу.

– Возможно, это плохо, но мне это и нравится в тебе.

– Видишь, твоя тьма тянется к моей.

Ее взгляд смягчается. Я провожу большим пальцем по ее нижней губе:

– Давай-ка мы вытащим тебя отсюда.

– Хорошо, – шепчет она.

Мокрое платье с глухим звуком падает на пол, когда я поднимаю Мисти на руки и несу в комнату.

Порывшись в ящике комода, достаю оттуда одну из своих домашних рубашек, после чего натягиваю ее на девушку. На ней рубашка больше напоминает платье, но она идеально окутывает мою маленькую фею, даря ей тепло и комфорт.

Мисти откидывает волосы с лица и заправляет их за уши, на ее скулах появляется легкий румянец.

– Ты выглядишь идеально, – говорю я, целуя ее в лоб.

Даже после теплого душа ее бьет мелкая дрожь, и я откидываю одеяло, чтобы Мисти могла забраться под него.

– Я заварю тебе чай, – говорю я и выхожу из комнаты.

Как только дверь за мной захлопывается, я достаю из кармана телефон и набираю сообщение брату.

Я. На приеме был некто Томас. Найди его.

Маттиас. Дай хотя бы подсказку.

Я. Он причинил ей боль.

Маттиас. Двадцать минут, и я найду его.

Я. Даю десять.

Вода закипает. Я бросаю в чашку пакетик ромашкового чая, добавляю мед и кипяток.

Я уверен, что Маттиас найдет этого человека, это лишь вопрос времени. Даже если для этого придется связать и допросить всех Томасов, что ж, пусть будет так.

Когда я вхожу в комнату с чашкой обещанного чая, Мисти сидит на кровати, подтянув колени к груди и укрывшись одеялом. Воротник рубашки на ней собрал влагу ее волос, я вижу, что всё еще мокрые пряди касаются ее шеи и ей становится холодно.

На туалетном столике лежит фен. Я беру его и подхожу к ней.

– Ты серьезно? – Она улыбается.

– Ты же замерзла.

– Нет, просто устала.

Я сажусь позади нее и облокачиваюсь о спинку кровати, чтобы Мисти оказалась между моих ног.

– Тогда я помогу тебе.

– Боже, как нелепо, – смеется она.

Я прерываю ее шумом фена.

Я старался не торопиться, чтобы случайно не запутать волосы. Наверное, у меня это заняло вдвое больше времени, но я остался доволен работой. Когда закончил, волосы были сухие и прямые.

Я заглянул в ее глаза, и что-то в них показалось мне странным. Мисти затравленно облизнула нижнюю губу.

– Деймон, у меня есть просьба. Сделай так, чтобы я все забыла, – прошептала она.

В этот момент меня переполнили чувства. Я понял, что в ее глазах обладаю исцеляющей силой, если именно меня она просит избавить ее от боли.

Я изменил нашу позу, расположившись сверху над ней и согнув локти. Мисти лежала подо мной, и я не спеша наслаждался ее губами в медленном и нежном поцелуе. Она тихо застонала, когда я перешел к уху и прижал мочку, прежде чем опуститься ниже.

– Расслабься, жена, – тихо прошептал я.

Ее тело томно сжималось в моих руках, когда я, ведомый ее сладостными стонами, опускался все ниже. Я провел языком по ее груди сквозь рубашку. Ткань намокла, и как она затвердела. Пальцы Мисти зарывались в мои волосы, то и дело отталкивая и притягивая меня, пока я был занят ее грудью. Я приподнял подол рубашки, чтобы обнажить ее еще больше, и опустился ниже. Только когда передо мной оказался ее прелестный розовый центр, я остановился, чтобы проверить, как Мисти себя чувствует. Ее взгляд был опущен, зубы прикусывали нижнюю губу, а спина выгибалась на кровати, словно умоляя о большем.

Я начал слегка посасывать кожу на ее бедре, царапая зубами поверхность и оставляя воспаленный след. Пальцы Мисти уже требовательнее впились в волосы, направляя мою голову туда, где ей хотелось почувствовать меня больше всего.

Я уткнулся носом в нежную кожу, вдыхая сладкий запах, а затем аккуратно лизнул, чтобы она привыкла к ощущениям. Реакция была бесценной: она прижалась ко мне крепче бедрами, и я начал смелее двигать языком, зная, что с каждым прикосновением приближаю Мисти к финалу.

Мой ствол, упирающийся в кровать, был тверд как камень и умолял о внимании. Но все, что сейчас действительно было важно, – это ее удовольствие.

Бедра Мисти дернулись, моля о большем, и я воспользовался двумя пальцами. Она вскрикнула от неожиданной волны удовольствия, когда я нащупал чувствительную точку.

С ее губ срывались слова вперемешку со стонами, которые были похожи на отчаянные мольбы. Я хотел дать ей как можно больше. Хотел подарить все блаженство этого мира. Наконец я погрузил пальцы глубже и обхватил нежную кожу губами.

Мисти вдруг дернулась, и я почувствовал, как ее стенки запульсировали. Долгожданный финал обрушился на нее потоком, и я медленно целовал ее всю, пока она успокаивалась.

– Ты будто заранее знал, что мне нравится, – пробормотала она, утомленно склонив голову набок.

Я прилег рядом, притянув ее ближе и обняв как можно крепче.

Ее рука скользнула по моему прессу. Как бы мне этого ни хотелось, но я вовремя остановил ее, прежде чем она успела обхватить меня через трусы.

– Я возьму тебя, но не сегодня, – твердо пояснил я. – Тебе нужно поспать, фея.

Меньше минуты понадобилось, чтобы она провалилась в сон.

На столике у кровати засветился экран моего телефона. Медленно, чтобы не разбудить Мисти, я потянулся за ним.

Улыбка озарила лицо, когда я прочел сообщение.

Маттиас. Нашел.