– Эй, братец, не рановато ли для выпивки? – с улыбкой спрашивает Баш.

Я оглядываю своих братьев на экране монитора в видеочате.

Отсюда Маттиас кажется незаинтересованным в общении. Наверное, ему надоело терпеть мои выходки и он решил взять отпуск в гиперопеке надо мной.

– Нет. – Я делаю еще один глоток виски.

Выйдя от Мисти, я вернулся в офис, зная, что заснуть мне не удастся.

Боже, а ведь я старался быть порядочным. Хотел дать ей время, чтобы она осознала и приняла мысль о браке. Но вышло все совсем иначе.

С другой стороны, меня безумно заводит то, что моя маленькая фея мила с остальными, но наедине со мной дает волю своему пламени, которое таится глубоко внутри. Именно такой я хочу ее видеть – открытой, свободной и настоящей.

Со мной Мисти никогда не удастся скрыть своих чувств.

Она станет моей женой.

И теперь, я уверен, она даже быстрее придет к этому решению.

Когда прошлой ночью сработала сигнализация, установленная на ее двери, я запустил приложение для видеонаблюдения.

Я понимаю, что мне не стоило заявляться туда. Но, когда я увидел, как этот придурок ломится к ней в квартиру, в голове помутилось.

Я даже не помню, как вышел из офиса и сел в машину.

В тот момент меня охватила необузданная ярость и желание доказать Мисти, что она хочет быть только моей.

– Итак, – откашлялся Ксандер, – что еще за семейное собрание? Есть какие-то новости о том, кто убивает Апостолов?

– Жаль, что на сегодня у нас есть проблемы поважнее, – отвечает Маттиас, сверля меня взглядом. – Похоже, наш старший брат совсем потерял голову из-за девушки. И я сам не верю в то, что говорю, но нам нужно приструнить его, пока он не наломал дров.

Черт, похоже, ему все-таки не все равно. Я ненавижу, когда он бывает прав.

А ведь я не знаю, что на самом деле чувствует Мисти. В тот момент она была возбуждена и хотела меня. Но сейчас? Не обернется ли она огненным ангелом мести за то, что произошло на ее кухне?

Себастиан хихикает и наклоняется вперед, подпирая подбородок костяшками пальцев.

– Точно наломает.

Маттиас включает демонстрацию экрана и транслирует видео, на котором видно, как я врываюсь в ее дом, лечу по лестнице, а затем едва ли не срываю дверь с петель.

Даже среднего качества видео замечательно передает эмоции присутствующих. Лицо Картера покраснело, он сжал кулаки, но в нем явно чувствуется страх. Несмотря на крепкое телосложение, он смотрит на меня так, будто я призрак из его ночных кошмаров.

Я перевожу взгляд на Мисти, испугавшись мысли, что она будет смотреть на меня так же. Но, когда на видео наши взгляды встречаются, я вижу, что в выражении ее лица совсем нет страха. Зато есть интерес.

Вот черт, даже сейчас, когда я просто наблюдаю за ее реакцией, у меня встает.

Братья не нарушают тишины до тех пор, пока видео не обрывается, как раз перед тем, как я зажал Мисти на кухне.

– Вот блин, – выдыхает Ксандер. – Дэм, я думал, ты хочешь жениться на ней, а не пугать до смерти.

Я встречаюсь взглядом с Маттиасом:

– Пошел ты. Как ты мог?

Но он тут же отрицательно качает головой, не принимая моих жалоб.

– Не вымещай на мне злость. Деймон, мы должны были вмешаться, пока ты не спустил все к чертям. Подчищать за тобой хвосты никому не интересно.

Баш улыбается, наслаждаясь каждой секундой происходящего.

– Неудивительно, что в девять утра ты уже приложился к бутылке. Ты же вел себя как дикарь с девушкой, которая действительно нравится тебе. Маттиас, это видео заканчивается так, как мы думаем?..

– Да, – выдыхает последний.

– Ты смотрел? – Я рычу на брата, сдерживаясь, чтобы не сломать что-нибудь под рукой.

– Нет, мне не пришлось. О твоем маленьком представлении и так легенды слагать можно. Уверен, что симпатичный хоккеист оценил.

– Нет, я ведь проверил. Он ничего не видел.

При мысли о том, что кто-то может увидеть Мисти обнаженной, у меня пошли мурашки.

Баш присвистнул.

– Стоп, стоп. Еще раз. Вы хотите сказать, что Деймон трахнул ее на глазах у ее ухажера?

– Следи за словами, Себастиан, – предупреждаю я.

Я допиваю виски и наливаю еще, прежде чем объяснить все и положить конец сплетням.

– Я сказал ей, что мы поженимся. А она убежала из офиса. Я думал, ей надо дать время прийти в себя, но она пригласила этого придурка.

– Ты женишься на ней? – переспросил Ксандер. – Господь Всемогущий, а ведь я равнялся на тебя, Деймон.

– Да. – Нет причин скрывать это от своих же братьев. – Я облажался.

Ксандер вздыхает, откидываясь на спинку дивана, на котором сидит.

– Когда она пошлет тебя, ты будешь просто невыносим. И нам это разгребать.

– Может, – добавляет Баш, – нам просто сделать вид, что это временное помешательство? Надо, чтобы девушка так и подумала, мы извинимся и все исправим.

Маттиас вновь качает головой, изрядно уставший от этого разговора.

– Он шантажировал ее, а потом вломился и взял на глазах у другого парня. Как думаешь, обойдемся простыми извинениями?

– А если послать цветы? – Но Ксандер тут же морщится, понимая, что это не выход. – Ладно, на этот раз ты и правда облажался. Может, перестанешь общаться с ней, пока не поздно?

Мои мышцы наливаются, когда я чувствую, что темнота, подпитанная гневом, вновь подступает.

– Нет, это не вариант.

– Но ты же понимаешь, что девушка не согласится? Никто в здравом уме не пошел бы на это.

Братья замолкают, когда дверь в мой кабинет с грохотом отворяется. Мисти врывается словно вихрь красок и жизни. Она запыхалась от быстрого шага, а волосы сексапильно спутались, превращая ее в разъяренную хищницу.

– Я выйду за тебя, но у меня есть условия.

О боги. Она прекрасна и наводит ужас даже на меня.

Я приподнимаю одну бровь:

– Какие же?

– Во-первых, мы сохраним это в тайне. Наша свадьба не должна попасть во все новости. Уверена, у твоей семьи достаточно адвокатов и связей, чтобы обеспечить приватность.

– Но люди знают, что я обязан жениться.

– Да. Поэтому ты будешь изредка встречаться с женщинами.

Мне ненавистна сама мысль, что она не против моих свиданий с другими. Это условие меня не устраивает. Но я беру себя в руки, чтобы дослушать.

– Какие еще будут пожелания?

– Это вовсе не пожелания. Если хочешь, чтобы я вышла за тебя, ты обязан выполнить мои требования.

Я разжимаю зубы.

– Хорошо, какое второе условие?

Она выпрямляется, вздергивая подбородок. Хотя от меня не ускользает то, как ее пальцы теребят складки юбки.

– Никакого секса.

Я раздраженно вздыхаю.

– Это невозможно…

– Но ты же хочешь, чтобы я стала твоей женой?

– Да, – не задумываясь отвечаю я.

– Тогда сделай все, что для этого необходимо.

Она скрещивает руки на груди, и мне интересно, осознаёт ли Мисти, насколько она очаровательна в эту минуту.

– Как хочешь, – отвечаю я, вставая из-за стола и приближаясь к ней.

Она остается недвижима до тех пор, пока я не оказываюсь перед ней вплотную.

– Я не коснусь тебя, пока ты сама не попросишь об этом.

Она шумно втягивает воздух, и красивый розовый румянец покрывает ее декольте.

– Поверь мне, этого не будет.

Но ее голос дрожит, и дело здесь точно не в страхе.

Я провожу большим пальцем по ее щеке и приподнимаю за подбородок.

– Посмотрим.

– И мое последнее условие: ровно через год мы разведемся. Этого времени достаточно, чтобы твой дед выполнил свое обещание.

Я прикусываю кончик большого пальца, наблюдая, как краснеют ее милые лисьи ушки.

Конечно, у меня есть что сказать на этот счет, но зачем сейчас пугать Мисти тем, что ей так легко не отвертеться от меня?

– Отлично. Что-нибудь еще?

Кажется, что она еще секунду медлит, но затем отстраняется и делает шаг назад.

– Да. Устроишь все это сегодня?

Я киваю:

– Увидимся, дорогая.

Мисти уходит, а я возвращаюсь к своему столу. Не обращая внимания на братьев, я допиваю остатки виски, хотя даже во время глотков не могу сдержать улыбки.

– Вот черт, чувак. А твои яйца не взорвутся от воздержания? – смеется Баш.

– Так, мы приглашены на церемонию? – игриво добавляет Ксандер.

– О нет, – вмешивается Маттиас. – Очевидно, он свяжет ее узами крови. Лучше нам не видеть этого.

Братья ухмыляются.

Я нажимаю на кнопку отбоя и откидываюсь на спинку. Трепет в моей груди не заглушить ничем.

Еще несколько часов, и она будет моей.