Дарья

Два дня пролетают в предновогодней суете. Я упаковываю подарки, украшаю открытки и готовлюсь к празднованию, слушая новогоднюю музыку и смотря любимые фильмы.

Встреча с Полиной выходит тихой и спокойной. Мы обмениваемся подарками и отмечаем подписание договора о съеме квартиры. Она дарит мне коробку сладостей и милую пижаму, а я ей все купленные подарки, не забывая и о той самой лавандовой футболке.

Два вечера подряд Марк приезжает ко мне с едой и напитками, и мы допоздна смотрим сериалы. Поэтому меня уже не удивляет, что он остается на ночь. Только становится очевидно: наши отношения потихоньку начинают выходить за рамки «дружеских». Мы много шутим, смеемся и дурачимся. Не обходится без заигрываний, флирта и взаимных переглядываний.

Следующим вечером я собираюсь на празднование Нового года к родителям Марка. Сказать, что я волнуюсь, – ничего не сказать. Я знаю, мне абсолютно незачем переживать, однако хочется произвести хорошее впечатление на его семью, пускай я с ними уже и знакома.

Марк предлагает ехать вместе, но я отказываюсь, так как уже пообещала отцу. Он заедет за мной на обратном пути из парикмахерской, где ему приведут его волосы в порядок.

Не желая идти в магазин, отстативать огромные очереди и готовить, я заранее заказываю немного еды, чтобы следующие пару дней вообще не выходить на улицу.

Выбираю для празднования Нового года черное платье-пиджак с поясом на талии и V-образным вырезом. Надеваю под него черный бюстгальтер на косточках и такого же цвета колготки. Дополняю образ серебряными сережками в виде сердца и небольшим черным клатчем. Волосы оставляю распущенными, слегка завиваю у кончиков, делаю объем у самых корней.

Забрав с собой подарки, я спускаюсь вниз и с улыбкой на лице сажусь в теплый салон папиного автомобиля.

Мы попадаем в небольшую пробку, и все это время я наслаждаюсь общением с семьей, периодически отвечая на сообщения Марка.

Несмотря на праздничный затор на дорогах, мы успеваем приехать к назначенному времени. Взяв с собой все вещи и подарки, папа, как глава семьи, звонит в дверь. Ее нам открывает Марк.

– Здравствуйте, – улыбается он своей фирменной улыбкой. – Рад встрече.

– Привет, Марк, – отец пожимает ему руку, проходя вперед.

– Юлия, Антон, проходите, – он жестом пропускает их.

Только после того, как все заходят, его взгляд направляется на меня. Я подмечаю, как он прекрасно выглядит. Черные классические штаны с ремнем на поясе подчеркивают его накачанные и длинные ноги, такого же цвета рубашка обтягивает его мышцы и широкие плечи. – Наконец-то ты пришла, мой спаситель.

Марк

– Спаситель? – Даша удивленно приподнимает бровь.

– Ты не представляешь, как тяжело находиться в присутствии стольких людей, – я молча приглашаю ее внутрь.

– Эти люди – твоя семья, – смеется она, проходя в дом.

Я спешу закрыть дверь.

– Знаю, – вздыхаю я. – Но сейчас тут еще и Макс.

– Ты не говорил, что у тебя с ним плохие отношения.

– Не говорил, потому что у нас отличные отношения.

– Тогда что случилось?

– Когда Мишель с Максом вместе, родители накидываются на меня, – я чувствую на себе ее вопросительный взгляд. – Они ожидают от меня того же.

– Чего того же? – Даша начинает снимать пальто, но я останавливаю ее, чтобы помочь. – Какие мы джентльмены.

– Рядом с тобой хочется таким быть, – быстро бросаю я и наблюдаю, как на ее лице появляется румянец. Сняв верхнюю одежду, Даша остается в одном черном платье, открывающем вид на ее длинные и стройные ноги и еле заметную ложбинку между ее грудей. Я нервно сглатываю. – Выглядишь невероятно.

– Ты тоже ничего, – кокетничает она.

– О да. Я знаю, – вешаю ее пальто на вешалку и возвращаюсь к ней.

– Желаю тебе в новом году скромности, – она притворно закатывает глаза.

– А тебе поменьше извиняться, – парирую я.

– Что там насчет твоей сестры и ее мужа? – Даша первая заканчивает игру в гляделки.

– Мои родители хотят того же.

– Это я уже поняла. А того же – это чего?

– Серьезных отношений.

– А ты чего? – она отводит глаза, поправляя в зеркале свои светлые волосы.

Я словно завороженный любуюсь ею. В голове вновь всплывает наш уже второй поцелуй, но, в отличие от первого, он был эмоциональнее, горячее и безумнее.

– А что я? – пожимаю плечами, находя ее глаза в отражении. – Мои серьезные отношения их пока не касаются. Когда на меня с чем-то наседают, я, наоборот, хочу сделать все наоборот.

– Бунтарь? – улыбается Даша, разворачиваясь ко мне лицом.

– Бунтарь, – киваю я, смотря в ее горящие глаза и на ее улыбку.

В этот момент мной овладевает желание поцеловать ее, и я даже делаю шаг, но громкий голос матери останавливает меня.

– Марк, Дарья, вы где там?

– Пойдем? – шепчет Даша.

– А куда нам деваться? – на секунды мне кажется, что она останавливает взгляд своих темно-карих глаз на моих губах, но мне не хватает времени, чтобы в этом убедиться на сто процентов.

Пропускаю девушку вперед и следую за ней в гостиную к уже собравшимся гостям.

– Здравствуйте, – тихим мягким голосом произносит Даша, заставляя обратить внимание на нас.

– Даша! – к нам подбегает Мишель, радостно обнимая ее. – Привет. Рада, что ты все же пришла.

– Я тоже, – отвечает Дашка.

– Вы что, знакомы? – интересуется мама.

– Да, познакомились на одной из игр Марка, – сестра поворачивает ко мне голову через плечо и подмигивает. – Даш, это мой муж Максим.

– Очень приятно, – повседневно здоровается Макс, подходя ближе и обнимая Мишель за талию.

Я почти уверен, что сестра рассказала ему самую важную новость этого года. То, как он бережно ходит вокруг нее и проявляет заботу, это подтверждает. Он, конечно, и до этого ходил на цыпочках вокруг Мишель, но сейчас с удвоенной силой.

Вообще Макс нормальный мужик. Образованный, обеспеченный, да чего там, не урод. Короткие темные волосы (длиннее, чем мои, конечно, но тоже сойдет), ухоженная борода и спортивное тело.

Дашу уводит мама вглубь комнаты, а я остаюсь стоять на месте и не могу отвести от девушки свой взгляд.

Она невероятно красивая.

– Ох, и потеряешь ты ее, – слышу сзади голос сестры.

– Кого? – затем доносится заинтересованный голос Макса.

– Дашу.

– Дак это он в нее влюбился? – удивленно приподнимает бровь он. – Зная нашего Марка, точно потеряет.

– А вот и не потеряю, – решительно заявляю я. – А если вы двое не перестанете болтать, то ваш секрет откроется раньше, чем вы этого хотите.

– Ты этого не сделаешь, – нарочито спокойно отвечает Мишель.

– А ты продолжи – и узнаешь, – бросаю я и ухожу следом за Дашей.

– Дорогая, мне кажется, он не шутит, – Макс целует свою жену в висок.

– Знаю.

Я усаживаюсь в свободное кресло со стаканом сока, не желая портить все алкоголем. С моего места прекрасно открывается вид на всех присутствующих. Отец с Андреем Владимировичем что-то активно обсуждают, сидя на огромном диване в центре гостиной. Мама и Юлия щебечут на кухне, накрывая на стол. Мишель с Максом подсаживаются на пол к Антону и Даше. Все вчетвером увлекаются развитием мелкой моторики рук, собирая конструктор, подаренный моими родителями.

Я не понимаю, что мне делать со своей симпатией к этой безумно красивой девушке? А что, если ей это вообще не нужно?

Тяжело вздыхаю и на пару секунд закрываю глаза.

Рискнуть или оставить все как есть?

Вопрос, словно пар, повисает в воздухе.

Открыв глаза, мой взгляд сам находит Дашу, улыбающуюся своему брату.

– Марк, не хочешь присоединиться к нашей беседе о хоккее? – свободно и радостно предлагает Андрей Владимирович.

Я перевожу взгляд на отца, который с непроницаемым выражением смотрит на меня. Желание пропадает тут же.

– Спасибо за предложение, но я откажусь, – встаю и ставлю стакан на стеклянный столик. – Пойду прогуляюсь.

Пройдя мимо всех, я поднимаюсь на второй этаж и захожу в когда-то свою комнату. Чисто теоретически она до сих пор моя, просто в ней я уже не чувствую себя дома. Родные стены и полки с наградами кажутся такими чужими и далекими.

– Скучаешь? – доносится сзади голос Даши.

– Только если по тебе, – поворачиваюсь и улыбаюсь.

– Ты чего тут? – она проходит вглубь комнаты, держа в руках небольшую черную коробку.

– Тут спокойнее, – пожимаю плечами.

– Ты так и не поговорил с отцом? – тихо интересуется она, подходя ближе. Я молча отвожу взгляд. – Понятно. Понесешь это с собой в новый год?

– Я не буду с ним ни о чем разговаривать, тем более сейчас, – раздраженно отвечаю я.

– Хорошо, хорошо, прости.

Я вздыхаю. И зачем я срываюсь на нее?

– Дашка, – смягчаюсь. – Давай не будем об этом, хорошо?

– Хорошо, – произносит она, опуская взгляд на свои руки и вызывая у меня ухмылку.

– Давай.

– Что давай? – Даша непонимающе хлопает длинными ресницами.

– Говори, что хочешь сказать.

– Я ничего не хочу сказать.

Я изгибаю бровь.

– Дашуль, кого ты хочешь обмануть?

– Хорошо, – сдается она под моим пристальным взглядом. – Только пообещай не обижаться?

– Когда я обижался?

– Никогда.

– Вот именно, – я ухмыляюсь и встаю напротив. – Поэтому говори, пока я добрый.

– Марк, – она ищет в моих глазах поддержку, – ты же знаешь, что подходящий момент никогда не наступит? Пластырь нужно срывать быстро.

– Зачем вообще его срывать? – спрашиваю я, скрещивая руки на груди.

– Во-первых, не закрывайся от меня, – Даша слегка бьет меня по рукам, заставляя их расцепить. – А во‑вторых, если вовремя не снять пластырь, рана загниет и дальше будет только хуже, а так поболит, поболит и пройдет.

И когда эта девушка стала так хорошо разбираться во мне?

– Хорошо, – сдаюсь, – я поговорю с ним, просто не сейчас. Новый год же.

Даша молча кивает. По глазам вижу, что она все понимает, поэтому и не настаивает больше.

– Это, кстати, тебе, – она протягивает маленькую черную коробку.

– Если ты делаешь мне предложение, то я согласен, – коротко смеюсь и забираю подарок.

– Ну и дурак ты, Марк.

– Для тебя готов быть кем угодно, – подмигиваю я и открываю коробочку.

Стоит мне увидеть содержимое, как на моем лице появляется самая настоящая глупая улыбка. Внутри лежит толстая серебряная цепочка. Я аккуратно достаю ее из коробки.

– Я не знала, что тебе подарить, поэтому выбрала браслет, но добавила две небольшие детальки. – Даша тонкими пальцами указывает на две висящие подвески. Одна в виде хоккейной клюшки, а вторая в виде небольшого стаканчика. – Хоккей и стакан горячего шоколада – это то, что приносит тебе радость.

«Жаль тебя нельзя носить с собой», – говорю я про себя, притягивая Дашу к себе.

– Спасибо большое, очень приятно.

– Правда? – спрашивает она, обнимая меня.

– Правда, – я отстраняюсь. – Поможешь?

– Ты наденешь его прямо сейчас? – Даша удивленно смотрит на меня своими темно-карими глазами.

– Да, почему нет? – я отдаю браслет ей, а сам расстегиваю пуговицу на правой руке и закатываю рукав. – Я один не справлюсь.

Протягиваю руку, и Даша с легкостью застегивает браслет. Он идеально садится на запястье, не болтается и не жмет.

– Знаешь, а я ведь недалеко от тебя ушел, – загадочно улыбаюсь.

– Да?

– Да, – достаю из кармана маленький бордовый мешочек и протягиваю ей.

– Если это предложение, то я согласна, – парирует Даша моими же словами.

– Правда? – приподнимаю бровь.

– Шучу, – улыбается она.

– Жаль.

Даша неодобрительно качает головой и двумя руками открывает мешок, доставая из него содержимое. На ее ладонь ложится тонкая серебряная цепочка с небольшой подвеской в виде сердца, внутри которого запечатана книга.

– Я просто заметил, что у тебя много книг, и когда увидел эту цепочку, решил купить, – объясняю я выбор подарка. – Тебе нравится?

– Марк, ты шутишь? Это изумительно! – восторгается она. – Поможешь надеть?

– Конечно, – довольный ее реакцией, я помогаю с цепочкой.

– Спасибо большое, – Даша встает на носочки и целует меня в щеку.

– Я рад, что тебе понравилось, – не сдерживаю глупую улыбку на своем лице. – Пусть до праздника еще два часа, но с Новым годом, Даш.

– С Новым годом, Марк, – отвечает она, и мы замолкаем, смотря друг на друга.

Внутри что-то щелкает, когда я смотрю в эти карие глаза. Я заправляю прядь ее волос за ухо, желая дотронуться до нее. На удивление она не делает шаг назад, а стоит на месте. Ненавязчивый аромат вишни сразу проникает в голову.

Я совершенно схожу сума, потому что я собираюсь поцеловать ее, и, судя по учащенному дыханию и закрытым глазам, Даша не собирается сопротивляться. Я слегка наклоняюсь, и когда уже почти чувствую ее губы на своих, громкий голос мамы останавливает меня.

– Всем за стол!

Мы открываем глаза и смотрим друг на друга. Кажется, в ее взгляде такое же разочарование, как и у меня.

– Идем? – спрашиваю я.

– Идем.