– В смысле – «протокол транспортировки»?

Доминик был в раздевалке, застегивал форменную рубашку, когда ворвался Хольц с сияющим лицом. Его наконец-то привлекли к полевой работе. Вернее, к транспортировке.

– Они выпускают охотничьего пса Стелла, – сказал он.

У Доминика сжалось в груди.

– Кого?

– Эли Кардейла. Они выпускают его из клетки, чтобы найти ту чокнутую мафиозную женушку, которая завалила Бару.

Дом вскочил на ноги.

– Не может быть.

– Может, – сказал Хольц.

– Когда?

– Прямо сейчас. Пришел приказ от директора. Он собирался заняться этим сам, но в городе разворачивается какая-то крупная операция – еще один ЭO – и Стелл носится как угорелый. Перед уходом он велел начинать извлечение…

Но Дом зациклился на предыдущей фразе.

– Еще один ЭО?

– Да, – сказал Хольц, вытаскивая из шкафчика матово-черную броню.

– Этот загадочный тип, который убивал других ЭО.

У Дома пересохло во рту.

– Есть ли шансы? – размышлял Хольц. – Столько волнений за один день.

Хольц закончил одеваться и повернулся, чтобы уйти, но Доминик поймал его за руку.

– Подожди.

Хольц озадаченно уставился на то место, где пальцы Дома впились в его рукав. Но что мог сказать Дом? Что он мог сделать? Препятствовать заданию нельзя – так что оставалось только предупредить Виктора.

Дом заставил себя разжать руку.

– Просто будь осторожен, – сказал он. – А то кончишь, как Бара.

Хольц сверкнул жизнерадостной улыбкой и вышел.

Доминик сосчитал до десяти, затем до двадцати, ожидая, пока шаги Хольца не стихнут, пока не остался лишь стук собственного сердца. Затем он вышел из раздевалки, повернул направо и направился в кабинет Стелла – к единственному телефону в здании.

Дом держался спокойно, непринужденно – но шагая вперед, знал, что это путь в один конец. Он остановился у двери директора. Последний шанс развернуться.

Дом открыл дверь и вошел внутрь.

* * *

Виктор знал, что за ним следят.

Он чувствовал их тяжелые шаги, чувствовал взгляды. Сначала он предположил, что это Джун или один из охранников Марселы, но когда шаги ускорились и топот одного человека превратился в шаги двоих, Виктор начал подозревать другой источник. Он направлялся прямо к «Кингсли». Свернул налево, минуя многолюдные рестораны и кафе в центре Мерита.

В кармане загудел телефон.

Он не узнал номер, но ответил, не сбавляя скорости.

– Они идут за тобой, – сказал Доминик тихо.

– Да, – ответил Виктор, – спасибо за подсказку.

– Хуже того, – продолжил Дом. – Они выпускают Эли.

Слова вонзились ножом, точно меж ребер.

– Чтобы поймать меня?

– Нет, – сказал Дом. – Думаю, он будет ловить Марселу.

Виктор выругался про себя.

– Нельзя этого допустить.

– И как я остановлю операцию?

– Придумай, – велел Виктор, вешая трубку.

Он чувствовал, что они едва не наступают ему на пятки. Захлопали дверцы автомобиля.

Виктор пересек улицу и вошел в близлежащий парк, где раскинулась сеть беговых дорожек, повсюду стояли ларьки с торговцами, зеленели газоны, переполненные людьми, которые грелись на полуденном солнце. Он не оглядывался. Он пока не сумел выделить из толпы своих преследователей. Скученность работала в их пользу, но могла помочь и ему.

Виктор ускорил шаг, делая вид, будто спешит.

Догони меня, подумал он.

Преследователи заторопились, явно ожидая, что цель побежит. Вместо этого Виктор замер.

Он развернулся на многолюдной тропинке и пошел в противоположном направлении, заставляя преследователя либо остановиться и отступить, либо поддержать иллюзию, продолжая двигаться к нему.

Никто не остановился.

Никто не отступил.

Обычно люди отклонялись от Виктора, обтекали его, как вода камень. Но теперь, в толпе бегунов, пешеходов и групп прохожих, один человек все еще смотрел прямо на него.

Человек молодой и одетый в гражданское, но у него была походка солдата, и в тот миг, когда их глаза встретились, рябь напряжения пробежала по его лицу. Он вытащил пистолет, поднял оружие, однако Виктор щелкнул пальцами, жестко дернув одну-единственную невидимую нить, и человек упал на колени, пистолет выскользнул из его руки. Виктор продолжил идти, пока люди поворачивались, кто встревожившись от крика, кто испугавшись при виде оружия на асфальте.

Разразился хаос, и в этом хаосе Виктор свернул налево, на другую дорожку, направляясь к выходу из парка на улицу. На полпути к нему бросился второй агент – женщина с коротко подстриженными темными волосами.

Она не доставала оружие, но приложила руку к уху, и ее губы двигались.

Из-за угла вылетела группа велосипедистов, и Виктор отскочил с их пути – возник внезапный шумный барьер, который дал ему достаточно времени, чтобы прошмыгнуть между двумя ларьками и покинуть парк.

Виктор пошел вперед и быстро пересек боковую улицу, за несколько секунд до того, как из-за угла вырулил фургон без опознавательных знаков. Он несся прямо на Виктора. Тот потянулся к человеку за рулем, поворачивая рубильник, водитель потерял управление, и фургон врезался в гидрант. Виктор услышал множество шагов, шипение раций. Он нырнул в ближайший вход в метро,   пролетел мимо турникета и сбежал по эскалатору на платформу.

Виктор прошел до самого конца платформы, но вместо того, чтобы сесть в поезд, проскользнул через заграждение в устье туннеля и прижался к стене. Двери поезда звякнули и с шипением закрылись.

К платформе подбежал человек, заглядывая в окна уходящего вагона.

Виктор задержался в туннеле, наблюдая за мужчиной: руки на бедрах, черные волосы тронула седина.

Стелл.

Даже пять лет спустя Виктор мгновенно его узнал. Бывший детектив развернулся и в бешенстве ринулся обратно по эскалатору.

Виктор знал, что должен еще раз попытаться добраться до «Кингсли», но сперва хотел перемолвиться словечком с директором ЭОН.

Подошел следующий поезд, и Виктор влился в толпу, что хлынула вслед за Стеллом.