Дело об убийствах в Качинске закрыли в конце июля 1954 года.

Буторин Николай Фомич, он же Ветренко, он же Стилет, он же дядя Степа, был приговорен к высшей мере социальной защиты. Приговор приведен в исполнение.

Поляков Дмитрий Сергеевич остался жить в Качинске. Через год умер у себя в постели. Тело обнаружили соседи, приносящие ему еду. Люди говорили, что после ареста жены он перестал выходить из дома и отказывался общаться даже с отцом.

Анна Викторовна Полякова получила восемь лет лагерей за соучастие в преступлениях. Умерла в лагере от остановки сердца в тот же день, когда ей сообщили о смерти супруга.

Вадим Сиротин уволился из органов через неделю после описываемых событий и уехал на Дальний Восток, где занялся совсем другой деятельностью.

Светлана Каретникова уволилась из органов через три месяца после описываемых событий, переехала с матерью и братом в Ленинградскую область. Ее дальнейшая судьба неизвестна.

Андрей Некрасов продолжал работать в горотделе милиции. Через два года его перевели в краевой центр – с повышением. Говорили, что он так и не женился.

Уполномоченный Сумин получил благодарность от начальства за выполнение ответственного задания и был продвинут по служебной лестнице. На новом посту работал с еще большей отдачей и усердием.

Истинная роль Щадрина и прочих фигурантов дела в официальных документах ни разу не всплывала.

Закон и справедливость, как всегда, остались на разных полюсах…