В офисе Женю встретил Марк. Благообразное бородатое лицо друга выражало готовность к смирению и покорности. Он благородно промолчал, сделал вид. Женя оценила это по-своему. С утра её раздражало всё, всё, особенно терпимость. В голове сверкнула молния: «Буду изменять, и ты будешь молчать, кофе в постель носить. Ненавижу таких. Муж, идеальный супруг! Ха-ха».

– Кофе твой остыл, но я могу подогреть, – повторил Марк.

– Не надо, не дёргай, я рано встала и завтракала. – Женя отвернулась и ушла к окну. Чёрной машины Романа на улице не было. Она пыталась угадать, где машина стояла, когда он её высадил. «Её надо мыть, там пахнет и кровь на сиденье». – Мысли её побежали, побежали в этом направлении и скоро уткнулись в столб с табличкой: «Живая. Да, живая!»

– Извини, у тебя разбито лицо, я могу чем-нибудь помочь? – спросил Марк.

– Нет, ничего, всё нормально. Хотя купи мне очки какие-нибудь. Плохо мне, всё путается, но не мысли, чую, что всё не так идёт. Ты выглядишь отвратительно, природа, погода, твой крест – всё отвратительно.

– Мы можем вместе выбрать очки?

– Нет. Ты лучше выберешь, я доверяю. Ты лучше меня. Уходи, мне трудно тебя видеть.

Марк спокойно исчез. В банке он работал штатным программистом отдела безопасности и был похож на квадратного робота из коммунистической сказки, и от этого Жене было его жалко, немного: «Не обернулся, почему он никогда не оборачивается? Говорю ему, и он уходит, говорю ему, и он оборачивается. Марк безотказный, ему не хватает самолюбия, своего голоса. Женя выбирает ему и себе, Женя решает, а я не хочу ничего выбирать, решать, сомневаться. Я – скотина, дура и овца, даже не коза, типичная овца, меня можно и нужно драть! – У Жени навернулись слёзы. Когда к окну подошли девчонки, по разбитому лицу, по щекам текли ручьи. – Почему он выбрал меня, а не Лору или Юлю. У Лоры зад больше и губы…»

Внезапно точка зрения на жизнь в глазах Жени повернулась и стала обратной её природной. Она увидела знакомых девчонок со стороны, из мужской позиции, все их физиологические достоинства и недостатки. Ей стало так противно, что она сделалась мерзкой сама себе.

– Свадьбы не будет, – сообщила Евгения подругам почти радостно.

– Ты чего, не понимаешь? Бьёт, значит, любит, это классно… – удивилась Юля. – Меня никто не бил, и я так страдаю, так страдаю!

Шутка удалась. Евгения улыбнулась, но с появлением Марка она опять скисла. Он купил ей шапочку с ушками и зеркальные очки.