Ранним утром поезд прибыл во Владимир. Утро выдалось холодное. Облака висели над Владимиром, как опрокинутая ружейная пирамида сказочного войска, заполненная до отказа надувными мечами и ватными секирами. Гонимые ветром, дымные массы бесшумно сталкивались, образуя новые причудливые формы. Самые агрессивные из них высекали из собратьев рваные протуберанцы и, празднуя пиррову победу, продолжали мчаться по небу в поисках добычи.

— Какой-то дутый каннибализм! — заметил Юра, вглядываясь в небесное представление.

— Вот-вот! — буркнул Венедикт. — Все, как у людей.

Друзья направились в вестибюль вокзала. В зале ожидания они долго разглядывали автобусное расписание, пытаясь выяснить маршрут. Но адрес, указанный в разрешении на свидание, на карте автовокзала не значился. Не прояснив обстановку, они вышли на привокзальную площадь и направились к стоянке такси.

— Че, на зону потянуло? — усмехнулся водила, покручивая пальцем цепу с ключами.

— Какая мама догадливая сегодня! — Юра вспыхнул в ответ на хамоватые слова таксиста.

— Ладно, ты не очень-то. Отмотал свое и будь. Такого, как ты, посадишь на колеса — самого назад на катафалке привезут, проверено.

Таксист повернулся спиной.

— Шеф, не обижайся, — миролюбиво продолжил Юра, — мы, еврейские писатели, своих не режем. Чуешь разницу?

— Так бы и сказал. И неча тут мамку поминать. Не твоего ума Богородица наша…

— Ого! — присвистнул Юра. — От тебе и Владимир Красно солнышко. Слыхал, Веня?

— Слыхал. А еще слыхивал, что Владимир — городище грозное, так что не бузи понапрасну.

Заключив с водилой мир, друзья покатили по назначению. Владимирская земля равнинная — поля, поля. Но вот вдали показались красные однообразные постройки. Водила махнул вперед рукой и сказал:

— Баста, приехали.

Такси подкатило к тюремным воротам. Друзья простились с водителем и направились к окошку охраны.

— У нас разрешение на свидание, — обратился Венедикт к сержанту, — как нам следует поступить?

— Прямо по дороге в главный корпус, — он махнул рукой в направлении самого внушительного здания тюремного комплекса, — там приемная посетителей. Удачи!

Друзья отошли от ворот. Юра усмехнулся:

— Зачем он пожелал нам удачи?

— Здесь на хорошее можно только надеяться, а плохое случится само собой, — ответил Венедикт.

В приемной у Венедикта спросили документы. Затем не спеша принялись выяснять цель запрашиваемого свидания, а также в каких родственных или иных отношениях он состоит с осужденной Летовой, отбывающей наказание в данном исправительно-трудовом учреждении. Веня сказался женихом Млады и, несмотря на предварительное разрешение столичных органов правопорядка на встречу, написал пространное обращение на имя начальника колонии с просьбой предоставить ему возможность увидеть любимую девушку. Дело подошло к развязке.

— Завтра в час дня вы получите ответ на ваш запрос, и в случае положительного решения завтра же вам будет предоставлено свидание.

— Завтра?… Скажите, где мы с товарищем можем переночевать?

— Для влюбленных Ромео у нас имеется гостиница, — усмехнулся дежурный лейтенант. — Не обижайтесь, вы улучшили мне настроение!

Он встал, вышел из-за стола и проводил Венедикта до двери.

— Из проходной направо вдоль стены двести метров. Увидите строение полутюремного типа. Это гостиница. При входе предъявите дежурному — он вручил небольшую плотную бумагу желтовато-серого оттенка — до девятнадцати часов работает буфет. Расстегай не обещаю, но кофе и бутерброд с колбасой вас ждут непременно! За волокиту простите — таков порядок.

Легким кивком лейтенант дал понять, что разговор окончен, повернулся и зашагал к своему рабочему месту.

Венедикт вышел в холл, сгреб в охапку прикорнувшего на казенном диванчике Юру, и друзья направились в гостиницу.