Сева как в воду смотрел: Рамон решил сам проникнуть в соседний мир и попытаться найти Чумакова. И решил не с бухты-барахты.

Когда Сева по пути к Тихому омуту заглядывал в магазинчик «Тодасё», ремонтом его занимались Сергей Андреевич с Иваном Коробейниковым, а Даша с Варей и Рамон были, что называется, на подхвате: поди принеси, держи ровней, убери-подмети и тому подобное. Работа и пыльная, и утомительная. Часам к одиннадцати все выдохлись, и тётя Таня объявила перерыв. Взрослые пошли пить чай, а молодые взобрались на Дашину «вышку», то бишь чердак, и расположились на старом диване-раскладушке – поваляться да поболтать ни о чём. Однако устали так, что и разговаривать не хотелось.

Лёжа на спине и бездумно глядя на решётку стропил, Варя вдруг уловила голоса и поняла, что слышит разговоры в усадьбе Балагулов. Наверное, подключилась к Кенту или старшим Балагулам, подумала она. Хотела было сообщить друзьям, но решила повременить и дослушать до конца. А те перекидывались ничего не значащими фразами, над чем-то посмеивались.

– А о Чумакове ни слова! – неожиданный возглас Вари заставил их обратить внимание на подругу.

Варя рассказала о подготовке спасения Воскобойникова и о том, что никто в усадьбе не вспомнил о Чумакове.

– Даже Севка промолчал!

– А как ты услыхала разговор? Они же не мысленно переговаривались, – удивилась Даша.

– Кто-то из Балагулов, наверно, транслировал. Я не уловила, кто именно.

Рамон не участвовал в их диалоге, а потом вдруг сказал:

– Ну вот что, девчонки! Я немедленно отправляюсь на ту сторону. Им до Чумакова дела нет, им нужны купцы с сокровищами, а я должен довести поиски до конца.

– Мы тебя одного не пустим, – заявила Даша. – В деле Чумакова мы тоже не сбоку припёка.

– Вам нужна была белая птица, а не сам Чумаков.

– Да они крепко-накрепко связаны! – воскликнула Варя. – Забыл, что мы в театре увидели? – И споткнулась: – Ой, прости, ты же не мог видеть…

– Вот наши с тобой возможности как раз могут помочь ему, – фыркнула Даша. – Его-то способности только-только прорезаются.

– Наши птенчики тоже ещё не встали на крыло, – возразила Варя. – Но всё-таки подумай, Ром, ведь вместе мы сможем больше, чем ты один. К тому же в прошлом году Кент водил нас с Варей на экскурсию в тот мир. Правда, недалеко и ненадолго…

– Так почему сейчас, ёшки-матрёшки, не попросить Кента или Барбару нас сопроводить? – спросила Даша. – Они же там как дома.

– Попросить, конечно, можно, – протянула Варя, – но, думаю, нас туда просто не пустят. Тот же Дроздов скажет, что уже известно, куда пропал Чумаков, и этого достаточно, чтобы закрыть дело, а Рамону поставить пятёрку.

– Вот этого я и не хочу! – нахмурился Рамон. – Дешёвая будет пятёрка! Но это – не главное.

– Знаю я твоё главное, – сказала Даша.

– Я тоже знаю, – усмехнулась Варя.

– Хвалитесь своими способностями, да? Ну и в чём оно заключается, моё главное?

– Ты надеешься найти Чумакова живым. Что, не так? – прищурилась Даша.

– Так, так, перетак! – сердито сказал Рамон. – По-моему, и вы на это надеетесь. Ладно, пойдём вместе. Надо только рюкзачки собрать – продукты, воду. Мы ж не знаем, сколько времени там проведём.

– Думаю, день-два, не больше, – сказала Варя. – И от портала далеко уходить нельзя, можем потеряться. Там выход в лес, нужно метки оставлять. Значит, нож или топорик не забыть.

– А мне тоже себя по лбу стукнуть? – спросила Варя. – Или – Рамона?

– Что такое? Что ещё забыли?

– Яков Иванович «печать Севеса» повесил на портал – вот что! Брякпойнт![10] Когда дом ушёл в землю – помните? – портал закрылся, и Балагул его запечатал. Так что вырубай бандуру[11].

Наступило молчание. Расстроенный Рамон отошёл к слуховому окну. Даша посидела немного, потом встала, подошла и прислонилась головой к его плечу. Потёрлась. Рамон не реагировал.

– Слушайте вы, Ромео и Джульетта, чего сразу скисли? – сердито спросила Варя. – Мы же не знаем, что это за «печать». А если это цаца? Ну, то есть игра. Там, может, всего-то смайлик вместо проги[12].

– Может, не может… – протянула Даша. – А кто знает, где теперь этот сбежавший элементаль? От него и запечатали.

– Во всяком случае, вряд ли он побежит обратно в тот мир, – уверенно сказала Варя. – Их там рассеивают. Он где-то здесь затаился.

– А как искать этот портал? – расстроенно спросила Даша. – Балкона-то нет.

– В том мире лес другой. Увидим разницу и границу определим.

Это предположение Вари мгновенно ободрило Рамона, а с ним и Дашу. Смущало одно: говорить ли родным о путешествии? Решили: не говорить, чтоб не волновать их раньше времени и не возводить для себя лишние преграды, но обязательно оставить записки.

– Часа хватит на сборы? – спросил Рамон. – Впрочем, как соберёмся, созваниваемся и на велосипедах выезжаем к лесу. Можно по отдельности, но в лес двинемся вместе.

Так и порешили.

Как пелось в старой-престарой песне, «были сборы недолги», и через полтора часа ребята въехали в дубовую аллею, ведущую к усадьбе Балагулов. У каждого за спиной был рюкзачок с продуктами.

Заглянув во двор усадьбы, страшно удивились, что на месте ушедшего под землю уже стоит новый дом. Очень похожий на прежний.

– Может, они старый вернули? – шёпотом спросила Даша.

– Нет, у того деревянная резьба на окнах была другая, – ответил Рамон. – Я её специально разглядывал. Моя мама из Томска, там полно деревянных узоров, и у неё дом тоже был с резьбой. Я на фотке видел.

Увидев у крыльца машины Янусова и Дроздова, не стали, как говорится, этим заморачиваться. Приоткрыли одну створку ворот на ширину, чтобы можно было протолкнуть велосипед, и, пробежав быстрым шагом мимо крыльца, свернули за угол.

Обогнув дом, друзья увидели недоделанный балкон, и это их слегка озадачило.

– Вы с Кентом как входили в портал? – громким шёпотом спросил Рамон у Вари.

– Да очень просто! Кент открыл дверь, дальше было три или четыре ступеньки вниз, и мы сошли, как с крылечка.

– Ну и где тут крылечко?! Где – ступеньки?!

– Подожди… – Даша отставила велосипед к стене дома и плавно всплыла на уровень балкона. Осмотрела остатки пола, выбрала подходящую доску и ступила на неё. Потом «открыла» воображаемую дверь и… О чудо! От края балкона вниз развернулись четыре ступеньки, а за ними проявился дикий лес. От ступенек в него уходила тропинка.

– Вот вам и ёшки-матрёшки, – сказала Варя.

Сбоку казалось, что последняя ступенька повисла в воздухе. Варя вздумала дотронуться до неё, но рука наткнулась на невидимое упругое препятствие, а над лесенкой проявилось мерцающее изображение какой-то пиктограммы.

– «Печать Севеса», – сказал Рамон. – Что будем делать?

– А мне печати не видно, – заявила Даша. – Значит, лезьте на балкон и попробуем пройти отсюда.

Велосипеды, разумеется, пришлось оставить. Но, используя их как подставки, Рамон и Варя добрались до Даши. Из леса тянуло запахом свежей зелени и прохладой.

– Не замёрзнем? – поёжилась Варя.

– Листьями укроемся, – ухмыльнулся Рамон. – Как первые люди!

– Зеленью укрываться – зашквар![13]

Посмеялись, и Рамон первый шагнул на верхнюю ступеньку лестнички. Шагнул очень осторожно, ожидая неведомой опасности, однако ничего не произошло.

Вторая ступень… третья… четвёртая… Ещё шаг, и он окажется на узкой тропе, убегающей вглубь леса.

– Стой! – сказала Даша, и Рамон замер, опустив уже приподнятую ногу. Оглянулся в недоумении. – Подожди нас. На тропинку шагнём вместе.

Девочки спустились по лесенке и стали рядом с Рамоном.

– На счёт «три», – сказала Варя. – Раз, два…

Все глубоко вздохнули и шагнули. И – ничего не произошло. Только под кроссовками скрипнул песок, а позади, в глубине дома, трижды гулко прозвонил колокол. И сразу же послышались голоса.

– Бежим! – скомандовал Рамон.

Нарушители уже скрылись за поворотом, когда распахнулась дверь на балкон и появились Кент и Барбара. Несколько драгоценных секунд они потеряли на возникшую из-за гонга суматоху и теперь молча смотрели на пустую тропу.

– Бегут к Угорью, – сказал Кент. – Ты видишь их?

– Вижу, – отозвалась Барбара. – Там пока спокойно, но может быть всякое.

– Что – «всякое»? Элементали? Или – элементёры?

– Да и те и другие. Их много сюда согнали, но сколько осталось после чистки, мы не знаем, а тут – на тебе: нежданная свежая добыча!

– Для элементалей ребята – не добыча: они полны светлой энергии, а вот для элементёров…

– Кто такие элементёры? – раздался голос у них за спиной.

Это на балкон вышли полицейские.

– Мегаморфы элементалей, – ответила Барбара. – Можно сказать: духи зла утроенной силы. Если элементали питаются тёмной энергией, то элементёры научились превращать в тёмную не только любую другую, но и саму плоть. Они поглощают всё живое!

– Я в одном романе читал про что-то подобное, – сказал Дроздов. – Думал: фантастика.

– Поздравляю! – сказал невидимый Яков Иванович. – Теперь на той стороне, за высоченным силовым барьером, уже четверо. И трое из них – под прямой угрозой жизни. Директора театра я не считаю.

– А что же ваши «печати» на портале, заклинания? – спросил Сева. Он выглянул из-за полицейских.

– Наши «печати» и заклинания для обычных людей. А эти трое – обладатели белых птиц. Туда они прошли – как с горки скатились. Обратно… конечно, легче, чем другим, однако и для них «горка» крута и высока. Без помощи не одолеть. Но главное – не столкнуться с нечистью! Так что, ребятки, пять минут на сборы – и в путь!

– Я только вандлер возьму! – Кент выскочил с балкона в комнату и вернулся с аппаратом, похожим на автомат «узи».

Вдвоём с Барбарой они ступили на лестничку, ведущую в портал.

– Я с вами! – рванулся следом капитан Дроздов.

– Стоп! – удержал его за рукав майор Владыкин. – Полиция на той стороне ни к чему.

– Там мой курсант, я за него отвечаю! И видеохрон надо вернуть!

– Хочешь в том мире застрять? Тебе это надо, капитан?

– Надо, майор, надо!

Пока полицейские препирались, Кент и Барбара спустились на тропу, а за ними следом на неё выскочил Севка. Он как-то очень уж незаметно проскользнул мимо спорящих.

Дроздов вырвался из рук майора и перемахнул сразу через все ступеньки – вниз и вперёд! Его тут же отбросило с такой силой, что он сшиб Шерифа.

– Да-а, – ехидно заметил невидимка, – бесталанным сложновато. Придётся помочь.