Мы шли друг к другу, выбирая путь:

По компасу, по карте, по указке,

Но тут один из нас решил махнуть

На всё. И укатил на Каспий.

И компас тот подвох не раскусил —

С ферритовой упорностью кретина

Тащил меня на Север что есть сил,

И с картой, впрочем, та ж была картина.

Конечно, мы не встретились тогда,

И друга всяк нашёл себе другого.

Не раз места сменились и года,

И вот однажды прихожу к знакомым.

Гляжу – сидит какой-то явный шиз,

Небритый, в волосах гуляет ветер.

– Вы, извините, – говорит, – не из? . .

– Из! . . Из! . . – спешу ему ответить.

Он засиял как новый медный таз,

Захохотал заливисто и сочно:

– А я давно разыскиваю вас,

Вот рассчитал, и что ж – довольно точно!

Мы тут же в дружбе поклялись навек,

Он занял рубль, слетал до магазина…

Ну что сказать – хороший человек.

А он украдкой посмотрел на сына.

– Однако всё могло бы быть не так… —

Забормотал.

Завсхлипывал.

Заплакал.

И только потный солнечный пятак

Всё тискал в мощных заскорузлых лапах.