Листы опавшие легли

На землю, тонки и легки,

Они не умерли, дышали

И думать Августу мешали,

Что век его уже прошёл,

Что лист упавший сух, и жёлт,

И, верно, мёртв. Да кто проверит?

А лист кричал: «Я жив! Не верю!

Я боле прежнего прекрасен!

Я золотист! Оранжев! Красен!

Я лучше тех, что на ветвях!

Я жить хочу!..» «И что не ново», —

Подумал было Август снова.

Но, как прище́мленный в дверях,

Лист голосил; и долго эхо

Над ним смеялось

                       смачным смехом…

Затих. А маленькое тело

Его уж по ветру летело,

И хоровод горбатых ив

Был так зловеще молчалив,

Что лист подумал: «Вот конец.

Что негодяй, что молодец —

Всё это, в сущности, пустяк

Перед жестокой наготою

Остаться смерти наготове. —

И выдохнул: – Да будет так…»