Глава 55 Эрик ван Дерден

Эрик ван Дерден

— Не смей умирать. Ника! — рычу я, дёргая завязки на её груди. Сорочка расползается, открывая мне мертвенно-бледную кожу.

Я прислушиваюсь, стараюсь уловить хотя бы слабое биение её сердца. Но ничего не слышу.

Малыш обеспокоенно ворочается у меня в руках. Он всё чувствует.

— Господин!

— Генерал ван Дерден! Приехал лекарь из Тулона, он сказал, что не посылал повитуху… — за моей спиной раздаются торопливые шаги прислуги.

Замок словно вновь оживает.

Твою мать! Где вы все были несколько минут назад, полчаса назад, когда Ника нуждалась в вас? Почему вы оставили её одну с этой ведьмой?

Больше всего на свете я хочу сорваться и испепелить всех вокруг, но понимаю, что в произошедшем виноват только я сам.

Я принимал жену как данность. Её старания сделать мою жизнь проще и приятнее только раздражали.

Я откровенно скучал в её присутствии и часто даже не вспоминал о ней во время долгих разлук.

Я был эгоистом и глупцом. Но я осознал, Ника…

— Возьмите, — передаю начинающего хныкать малыша на руки горничной. Как только она собирается отстраниться, хватаю её за запястье и рычу. — отвечаешь за него головой. Своей и всей своей семьи. Ясно?

Она испуганно кивает и уносится из спальни.

— Господин, — рядом замирает дворецкий, там господа лекари ждут…

Я ещё раз прикасаюсь к запястью Вероники в слепой надежде уловить пульс. Но тщетно.

— Они не помогут. Никто не в силах помочь…

— Генерал…

— Убирайтесь.

— Что?

— Я сказал, всё вон! — рычу вместе с драконом и опускаюсь на пол у ног моей Ники.

Ника! Как ты прекрасна!

Утончённые черты лица, благородная бледность, пушистые ресницы и пухлые губы, которые мне так хочется поцеловать.

— Моя Ника, — хриплю я и прижимаюсь губами к её сухим холодным губам. Я накрываю их осторожно, едва касаясь, словно хочу не столько поцеловать, сколько поймать её последний вздох, саму искру её жизни.

Вздрагиваю, когда по моей щеке скользит… слабая искра! Такая маленькая, но такая горячая, нежная, родная!

Ника!

Шанс ещё есть!

Я больше не раздумываю ни секунды.

Хватаю с тумбочки нож и режу запястье Ники. На бледной с синевой поверхности кожи выступает одна-единственная капля тёмной крови.

Этого хватит. Должно хватить.

Не заботясь больше ни о чём, я не режу, скорее рву своё запястье, соединяю раны, смешиваю нашу кровь и зову своего дракона.

«Иди к ней! — требую я у него. — Спаси её!»

Чёрный дракон удивлённо поднимает морду, смотрит мне в душу долго и пытливо. Словно хочет понять. Не шучу ли я.

«Иди! — голос срывается. — Не теня время! Ты же видишь, что она умирает! Ты нужен ей!»

А ты?

Я чувствую его сомнение.

Качаю головой, сжимаю зубы до хруста.

«Мы слишком долго с тобой были одними из самых могущественных в этом мире. И нам это нравилось!»

Дракон согласно рычит в ответ на мои слова.

«Но сейчас она важнее власти и всего прочего. Без неё мы умрём оба!»

Дракон не спорит, только опускает голову на сложенные лапы и тоскливо скулит. Совсем как пёс.

Удивительно, мощный зверь, дракон, практически всемогущий, а скулит как дворовый пёс. И по кому? По мне!

По тому, кто не достоин даже стоять рядом с ней, с моей Никой.

— Иди! — кричу с надрывом. — Чего ты ждёшь⁈ Придёт время, и наш сын займёт наше место. Прославит великую фамилию. А теперь спаси её, иначе…

Договорить я уже не в силах. Выворачивающий меня наизнанку жар ошпаривает грудь.

Если бы я не сидел на полу, обязательно бы рухнул.

По телу вместо крови течёт огонь, вены набухают, пульсируют жаром, краснеют.

Грудь разрывает от тупой боли. В сознание вспышками врываются воспоминания из детства, первый оборот, первый полёт, первый разговор со своим зверем.

Сжимаю челюсти и стараюсь не дышать. Меня ломает, выкручивает суставы, как в тот самый первый раз. Кажется, ещё секунда и кожа начнёт сползать лохмотьями.

Но я не выпускаю руку Ники. Я не могу отступить. Терять дракона, силу, магию, долголетие и регенерацию больно. Безумно больно и страшно. Впервые в жизни я могу в этом признаться.

Но терять Нику больнее и страшнее в сто крат. Она моя душа, моя жизнь, моя любовь!