Глава 45

Не могу поверить, что я решилась на это!

Села на дракона Эрика!

Сумасшедшая!

Ну ладно я, но Эрик!

Пока мы были женаты, ему ни разу в голову не пришла мысль показать мне свою вторую ипостась или предложить покатать меня на драконе.

А я до ужаса боялась попросить об этом мужа. Мне казалось, раз он не предлагает сам, значит, для него это неприемлемо.

Теперь же, как только я оказываюсь рядом с драконом, огромная лапа с ужасающими чёрными когтями аккуратно, с невероятной, нечеловеческой трепетностью подхватывает меня, приподнимает над землёй и сажает на шею.

Я не успеваю испугаться или передумать, как дракон отталкивается от земли и расправляет мощные крылья.

Воздух выбивает из лёгких, когда земля стремительно ухает вниз.

Мы взмываем выше деревьев, прорезая сырые тучи.

Меня обдаёт ледяным ветром и согревает жаром тела дракона. Следом меня захлёстывает дикая смесь чувств.

Восторг от полёта заставляет моё сердце биться чаще. Внизу простираются бескрайние зелёные леса и серебряная лента реки.

О боги, как же хорошо!

На мгновение мне кажется, что я в абсолютной безопасности. Я счастлива и хочу, чтобы так было всегда! В груди разливается глупое отчаянно тепло…

Идиотка!

Следом за восторгом приходит горькая, отравляющая тяжесть.

Он променял меня на мою смазливую подругу. Собрался запереть в монастыре! Или сделать нянькой при своём бастарде!

«Нет, я больше не верю тебе, Эрик, — повторяю себе снова и снова, глядя на приближающиеся хрустальные шпили своего замка. — Я больше тебя не люблю. Всё это ненастоящее. Да, это просто восторг от полёта. Не больше».

Как только мои ноги касаются каменных плит замкового балкона, я заставляю себя выше задрать подбородок.

Магический вихрь пепла и обжигающего жара на миг скрывает огромную чёрную тушу, а через секунду вместо зверя уже стоит Эрик.

Он прожигает меня внимательным пронзительным взглядом. Но я не поддамся на это.

— Ника… — начинает он, делая шаг ко мне.

— Не подходи, — отрезаю я и иду к высокой стеклянной двери, чтобы скрыться внутри.

Я не хочу его видеть. Не хочу слышать его голос, который теперь звучит так обманчиво и мягко. Я вихрем взлетаю по знакомой с детства лестнице в свою старую комнату, захлопываю тяжёлую дубовую дверь и проворачиваю ключ в замке.

Лишь оказавшись в полной тишине, я прижимаюсь спиной к тёплому выщербленному дереву и судорожно вздыхаю.

О боги, что же мне делать?

Как быть?

Сдаться?

Ну уж нет! Роберт пожертвовал ради меня всем!

Я подхватываю мятый, измазанный в грязи подол и подхожу к секретеру. Достаю чистый лист с фамильным гербом и магическое перо.

Сажусь составлять прошение императору. Он должен помочь Роберту! Он просто обязан! Роберт служил ему верой и правдой столько лет, возглавлял самое сложное отделение тайной полиции и…

Раздаётся стук в дверь.

Сначала тихий, но настойчивый, но чем дольше я тяну с ответом, тем стук становится всё громче и яростнее. Пока дверь не распахивается сама.

Я вскакиваю с места.

На пороге замирает Эрик. Ну конечно, кто же ещё⁈

В руках он держит поднос с дымящимися тарелками, чайником с ароматным чаем и свежим хлебом.

— Ты не имеешь права врываться сюда! — я резко поднимаюсь с кресла, обнимая руками свой округлившийся живот. — Я запрещаю тебе!

— Тебе нужно поесть, Ника, — спокойно говорит он, стряхивая на пол мои письма, и ставит поднос на стол. — Ты ничего не ела с самого трактира.

— Мне не нужна твоя забота! — мой голос дрожит от ярости. — Я требую, чтобы ты оставил меня в покое! Убирайтесь обратно в столицу! Женись или просто развлекайся с Этерией, мне всё равно! Просто не трогай меня. Никогда больше!

Эрик замирает напротив меня.

Его лицо каменеет, а в глубине тёмных глаз вспыхивает опасный, дикий огонёк драконьей ярости.

На секунду мне становится страшно. Я отшатываюсь.

А Эрик закрывает глаза, делает глубокий вдох и сжимает кулаки до хруста.

А когда он снова смотрит на меня, в его глазах отражается только низко нависшее серое небо и вселенская печаль.

— Я уже сказал тебе, что с Этерией покончено.

— Мне плевать, — нетерпеливо передёргиваю плечами.

— Не думаю, — отвечает он, но тут же переводит тему. — Я не могу оставить тебя одну в таком состоянии. Император не просто так назначил меня твоим опекуном.

— Раз так, — я подхожу ближе, запрокидывая голову, чтобы посмотреть ему в лицо, — сделай кое-что для меня.

— И чего же ты хочешь? — его взгляд становится тёмным, опасным, с искрами давно угасшей страсти.

— Выбей для меня аудиенцию у императора Максимилиана! Я должна лично рассказать ему о Роберте, защитить честное имя мужа и вызволить его из Каростана! Сделай это, если действительно сожалеешь о том, что совершил!

В комнате повисает напряжённое молчание.

В первую секунду мне кажется, что Эрик не стерпит подобного. Вот сейчас он замахнётся и влепит мне пощёчину.

Но проходит минута, потом другая. А он всё также стоит передо мной, судорожно сжимая и разжимая кулаки.

В его бездонных, почти чёрных глазах пульсирует зрачок. Он то вытягивается в острый росчерк, то округляется, поглощая радужку.

Я вижу, как в его взгляде плещется едва сдерживаемая ярость, но есть в нём и что-то болезненно тоскливое, что-то беззащитное и нежное.

Генерал ван Дерден переводит взгляд на мой живот, затем снова смотрит мне прямо в глаза.

— Хорошо, — кивает он. Если бы не сжатые по побелевших костяшек кулаки, я бы сказала, что решение далось ему легко. — Я лично подам императору прошение об аудиенции для тебя. Более того, попытаюсь его уговорить принять тебя, и лично сопровожу во дворец.

— Эрик, — рвётся из меня вздох облегчения. Я и мечтать не могла, что он согласится.

— Но у меня есть одно условие, Ника, — драконий взгляд полыхает огнем.

Сердце сжимается в груди от нехороших предчувствий.

— Какое? — шепчу я.

— Как только мы узнаем о Роберте Поуле что-то определённое или, если это возможно, вернём его в Азурию, ты подашь на развод с ним. Добровольно и без фокусов.