Глава 33

Дворец Золотая Мечта оказывается просто произведением искусства.

Стены из белого песчаника пронизаны золотыми прожилками, которые пульсируют мягким светом.

Касаюсь кончиками пальцев этого света и вздрагиваю. Такое чувство, что в камень заковано живое солнце. Уютное, яркое, тёплое.

Магические светильники парят под высокими сводами, разливая тёплый янтарный свет.

С арочных галерей бесшумно стекают прохладные завесы. Артефакты прохлады обращают зной в ласковую свежесть.

Служанки скользят по мраморным полам в длинных струящихся одеждах цвета шафрана и бирюзы, их лица скрыты полупрозрачными вуалями.

Молчаливые девушки стайкой окружают меня и по знаку Аф Арази провожают в покои.

У меня дух захватывает от красоты и роскоши: огромное пространство, высокие потолки, вытянутые окна без стёкол, но с резными ставнями.

Посреди этого великолепия за ширмой уже наполнена теплой водой глубокая мраморная купель с плавающими лепестками жасмина.

Две девушки подают мне золотой кубок с вином, от которого я категорически отказываюсь, ещё две молчаливые служанки помогают мне раздеться и опуститься в купель.

О да, после трудной дороги и всего, что приключилось со мной за последнее время, я заслужила это удовольствие.

Откидываю голову на бортик и прикрываю глаза.

Перед моим внутренним взором встаёт Эрик.

Вздрагиваю, но почему-то не пытаюсь прогнать его образ. Наоборот, с маниакальной одержимостью я снова и снова прокручиваю в голове нашу последнюю встречу и ту ужасающую сцену в тюрьме.

Я никогда не замечала в Эрике по отношению ко мне грубость, резкость, жажду унизить и наказать меня.

Тем больнее и неприятнее стало то, что произошло.

Эрик никогда не был и не пытался казаться пылким влюблённым. Но я уважала его за то, что он относился ко мне с теплом и пониманием.

Мне даже казалось, что он действительно любит меня тихой, спокойной любовью. Без головокружительных поступков и громких слов. Но любит!

Я помню, как он дарил мне цветы почти каждый день. И это были не роскошные, кричащие цветы от дорогих столичных магов-флористов, которые за большие деньги скристят тебе маргаритку с рододендроном и жабой, заставят букет прыгать и проквакивать пожелание доброго утра.

Совсем нет! Он заказывал самые обыкновенные цветы из настоящих оранжерей из провинции. И их доставляли специально для меня по утрам. Не один букет, а сразу несколько, в те комнаты, куда я любила расставлять вазы.

А ещё к каждому приёму гостей или выходу в свет он сам подбирал мне украшения из фамильной сокровищницы.

Да, магический сейф подчинялся только ему. НО! Для того чтобы оценить мой наряд и привести в порядок украшения, а до этого подобрать их, у Эрика в штате был специальный бытовой маг, которому он доверял.

Но Эрик лично оценивал мой наряд, а потом открывал сейф, перебирал свои сокровища, как любой уважающий себя дракон, и безошибочно доставал то, что безупречно подходило мне.

Да, сейчас можно сказать, что это делалось ради престижа семейства ван Дерден.

Но я помню, как Эрик застёгивал на мне колье, как его горячие пальцы нежно оглаживали мою шею и ключицы.

Я помню тот жадный блеск в его глазах, когда он смотрел на моё отражение в зеркале.

Это не было игрой.

Это была любовь…

По крайней мере, мне так казалось.

Я соскальзываю с бортика и позволяю себе с головой погрузиться под воду.

Задерживаю дыхание на несколько секунд и просто замираю.

Я больше не слышу пения искусственных, соловев в золотых клетках, не слышу шороха струящихся одежд служанок, звона посуды.

Я…

Я снова и снова вспоминаю безумный взгляд Эрика тогда, когда он чуть не задушил меня в тюрьме.

Он был на взводе. В бешенстве. Едва владел собой, но…

Он не обратился в дракона! Даже тогда, когда стянул с себя ремень с пряжкой и избивал меня им, зверь не вырвался на свободу.

Но это невозможно! В минуты смятения, страха или гнева человеческое начало оказывается слишком слабым перед прирождённым хищником. Зверь прорывается всегда. Чуть больше, или чуть меньше. Это не важно.

Тем и опасны такие ситуации. На пике эмоций дракон может совершить непоправимое!

Но Эрик был в себе. Или не в себе. Но дракона рядом не было. Это точно!

Я выныриваю из-под воды под испуганный гомон служанок.

— Замолчите! — требуя я. И девушки моментально смолкают и припадают на одно колено.

А меня словно шаровой молнией прикладывает. Потому что я вспоминаю, каким ошарашенным и виноватым взглядом на суде Эрик разглядывал след от его фамильной пряжки на моём плече.

Я помню, как его зрачки пульсировали, вытягивались, в зверь рычал.

— Хватит! — кричу я, сжимая голову руками.

Хватит думать о бывшем муже!

Довольно!

— Пора одеваться! — зову служанок, что ещё секунду назад испуганно отступали от моего крика.

Не думать о муже. Нет!

У него новая жизнь, новая жена и ребёнок!

А мой малыш будет только моим!

Я выбираюсь из купели, заматываюсь в отрез ткани. Что разворачивают служанки и позволяю им заняться моим телом и волосами.

Девушки втирают в мою кожу благовония и масла, высушивают простеньким заклинание мои светлые волосы и заплетают их в причудливую косу.

А потом мне подносят национальный Каростанский наряд. И нет это не платье и не балахон, как я могла ожидать.

Это шёлковые шаровары, расшитый серебром кафтан и длинная, струящаяся рубашка цвета ночного неба, усыпанное по краю крохотными мерцающими камнями, похожими на звёзды.

Потрясающе!

Стоит мне облачиться в костюм и надеть на ноги крохотные золотые туфли с загнутыми вверх носами, как стайка служанок распахивает двери и выводит меня в коридор.

Меня ведут переходами в самое сердце замка.

Неожиданно сердце в груди замирает от нехорошего предчувствия, а пульс за секунду подскакивает до ста.

Я ускоряю шаг, и девушкам-служанкам приходится подстроиться.

Стоит мне практически выбежать из-за поворота, как перед моими глазами Аф Арази бьёт мощнейшим заклинанием скученного по рукам и ногам Роберта в грудь.

Мой брат сдавленно вскрикивает, выгибается так, что кажется, вот-вот хрустнут его кости и обмякает в руках стражников.

— Нет! Что вы делаете⁈ — я бросаюсь вперёд, чувствуя, что по щекам стекают слёзы, а кончики пальцев неожиданно горят от прилива силы.

Стражники смыкают передо мной изогнутые клинки, преграждая путь. А Аф Арази сухо произносит.

— Посланник Роберт Поль, — он намеренно каверкает нашу фамилию, — арестован по обвинению в нападении и попытке посягнуть на честь принцессы Самиры Драко.

— Это ложь! — вырывается у меня. — Мой б… муж не такой! Я знаю!

Мой голос срывается, слёзы непрекращающимся потоком стекают по щекам.

— Роб… Роберт! — крик рвётся не из горла, а из моего нутра! А следом я чувствую, как под кожей змеится сила. Ещё секунда и от этого замка камень на камень не останется.

В этот момент Роберт приоткрывает глаза и едва заметно качает головой, приказывая мне остановиться.