1753–1818

Матвей Иванович Платов родился в станице Старочеркасской в семье войскового старшины. Матвей начал службу в казачьем войске в тринадцать лет. В девятнадцать он был произведен в есаулы и получил под командование сотню. В двадцать – уже полк.

В апреле 1774 года полки, которыми командовали походные полковники Ларионов и Платов, остановились на ночлег у реки Калалах. Услышав гул в поле, атаман приложил ухо к земле и понял, что приближается многочисленная конница крымского хана. С рассветом казаки увидели, что их с трех сторон окружают во много раз превосходящие силы противника. Платов воскликнул: «Мы – русские! Мы – донцы! Лучше умереть, чем сдаться в плен! Так всегда поступали наши предки!» Он взял на себя командование обоими полками.

Тем временем высланные навстречу противнику казачьи сотни достигли его передовых частей и внезапно повернули назад. За ними в погоню понеслась ханская конница. Казаки, приблизившись к своему полевому укреплению, по сигналу разделились на две части и повернули в противоположные стороны.

Неприятель оказался под ружейным и картечным огнем из казачьего лагеря. Растерявшись, крымчаки в беспорядке начали отступать, потеряв на поле боя несколько десятков воинов.

Первая атака была отбита. За ней последовали другие. Девлет-Гирей бросал в сражение все большие и большие силы, но успеха добиться не мог. Семь раз он пытался овладеть высотой, удерживаемой казаками, и всегда откатывался назад. Целый день ожесточенно и упорно сопротивлялись казаки, но силы их таяли, многие были убиты, ранены, треть лошадей пала, боеприпасы кончались. Платов ободрял своих воинов как мог, появляясь на самых опасных направлениях.

Когда вдали показалась подмога, Платов, не теряя времени, скомандовал оставшимся в живых: «На конь!» И первым бросился на врага. Неприятельское войско дрогнуло, смешалось и наконец начало отходить. Враг был разбит и рассеян. Подполковник Бухвостов написал о том бое: «Платов был храбр и мужествен: ободрял своих подчиненных, приводил их к сильному противу неприятеля отпору – и тем удержал их от похищения неприятельского».

По приказу Екатерины II для всех участников боя на высоте у реки Калалах была отлита золотая медаль.

9 декабря 1790 года перед штурмом Измаила Суворов назначил заседание военного совета. Александр Васильевич обратился к офицерам с речью: «Два раза русские подходили к Измаилу – и два раза отступали они; теперь, в третий раз, остается нам только взять город либо умереть!» Суворов продолжил каждому высказать свое мнение и вышел из палатки.

По традиции, установленной еще Петром I, Платов, как младший по чину и положению, должен был озвучить свое мнение первым. Молодой казачий атаман задумался. Брать крепости при меньшем, чем у противника, количестве сил еще никому не приходилось. Длительная осада, да еще зимой, унесет на тот свет людей не меньше. От холода, голода и болезней люди будут гибнуть тысячами. А если уж терять солдат, то в бою. А казаки выдержат. Мысли Платова прервал вошедший в палатку Суворов. Атаман вскочил и решительно сказал: «Штурм!» Под решением военного совета о штурме Измаила первым поставил свою подпись: «Бригадир Матвей Платов».

Донских казаков, которые лишились своих лошадей еще при осаде Очакова, свели в пешие полки и направили в штурмовые колонны. Пятая колонна Платова (5000 человек) должна была взойти на вал по лощине.

Когда платовская колонна подошла к бендерским воротам, многочисленный отряд турок стремительно ударил во фланг казакам. Казаки замешкались. Тогда Платов первый ринулся в ледяную воду, заполнявшую ров. Примеру командира последовали другие. Когда воины взобрались на вал, молодой атаман повел их в атаку и завладел стоявшими там турецкими пушками.

Узкие улицы Измаила были заполнены турками. В каменных домах и мечетях засели янычары. Отовсюду гремели выстрелы. Каждое здание приходилось брать с боем.

К четырем часам неприступная крепость полностью находился в руках суворовских солдат.

Разгром целой армии, находившейся в крепости, потряс не только Турецкую империю, но и Европу.

Матвею Платову были пожалованы орден Георгия 3-й степени и звание генерал-майора.

В Бородинском сражении после восьми атак ценой значительных потерь французским войскам удалось овладеть Багратионовыми флешами. Стремясь завершить прорыв русских позиций, Наполеон бросил основные усилия на батарею Раевского. Но в это время казачий корпус Платова и кавалерийский корпус Уварова, форсировав вброд реку Колоча, внезапно атаковали французские войска.

М.И. Платов. Художник А.О. Орловский. 1812–1813 гг.

Платов с казаками переправился еще через речку Войну и, углубившись в тылы, начал громить неприятельские обозы.

Наполеон прекратил атаку батареи Раевского, направил часть своих войск на левый фланг. И лично выехал, чтобы точно оценить обстановку. Два часа драгоценного времени было потеряно, пока Наполеон смог убедиться, что количество русской конницы, атаковавшей его левый фланг, невелико. И все же ввести в бой последний резерв – гвардию – Наполеон не решился.

Кутузов имел все основания быть довольным результатами действий конницы на французском левом фланге, особенно казаками Платова. После ухода французов из Москвы Платову было поручено преследование отступавшей Великой армии. На реке Воль возле деревни Ярцево (ныне город Ярцево) казаки Платова взяли в плен три тысячи французов. Всего за время войны платовцы пленили семьдесят тысяч французов и пятьсот орудий.

Главнокомандующий М. И. Кутузов дал высокую оценку героическим действиям атамана Платова и казачьих полков. «Услуги, оказанный Вами отечеству… не имеют примеров! – писал он М. И. Платову. – Вы доказали целой Европе могущество и силу обитателей… благословенного Дона…»

Перед войной Наполеон хвастался, что приведет в Париж для показа пленных русских казаков. Казаки действительно пришли в Париж… победителями. Восторженные парижане восклицали: «Да здравствует император Александр! Виват атаман Платов! Да здравствует Россия! Дайте нам мир, храбрые русские!»

Платов писал императрице Елизавете Алексеевне: «Торжества сего я не в состоянии описать: но верноподданнейше доношу только. Что в прошедших веках небывало такого и едва ли будет в будущих. С обеих сторон было неизобразимое радостное восхищение, сопровождавшееся восклицанием многочисленнейшего народа жителей Парижа: да здравствует Александр, устроивший благоденствие и мир целой Европы!»

С тех самых пор в Париже появились первые «бистро». Нетерпеливые донцы, зайдя в кафе, заказывали вино и еду, торопя при этом обслуживавших их французов: «Быстро! Быстро!»

В поездке Александра Благословенного в Лондон атаман Платов сопровождал императора.

Матвей Иванович стал первым русским доктором Оксфордского университета.

В городе Новочеркасске земляки воздвигли памятник М. И. Платову с надписью «Признательные Донцы – своему Атаману».