– У вас такой вид, словно вы нашли решение какой-то задачи, – объяснила Таня.

– Возможно, и нашёл… – усмехнулся Соколовский. – Понимаете, Танечка, у нас в гостинице явный кадровый голод, а у Ильи очень интересная реакция на нашу обстановку.

– Он… как бы… немного простоват.

– Да, я понял. Но сложных людей у нас полно, настолько сложных, что они сами в себе путаются. Так что иногда нужны как раз простоватые.

Тут в кабинет Соколовского вошёл Илья и уставился на актёра, сидящего за столом.

– Эй, а я вас знаю! Вы ж этот…

– Я – именно он! – согласился Филипп, легко поднявшись из-за стола и шагнув навстречу гостю. Сокол протянул ему руку для рукопожатия, а другой непринуждённо смахнул с плеча Ильи пылинку.

– Я, наверное, пойду, – Таня поднялась с дивана.

– Идите, Танечка – встретьте, пожалуйста, Ивана и займите его разговором. Мне пока нужно наедине пообщаться с его братом.

За Татьяной закрылась дверь, и Филипп Иванович обратился к Илье:

– Расскажите, пожалуйста, как вы тут время проводили? Как вам обстановка, обитатели? Особенно наш Геннадий – это такой блондин, который в лягушку превращается…

Дальше он слушал, слушал, слушал и прямо наслаждался!

– А я ему в глаз дал! Чего он… – гудел Илья.

– Однако, метод! – одобрил Соколовский, критически осматривая результат, который ему предъявила Татьяна, прислав на смартфон сделанную ею фотографию «панды»-Генчика, прижатого гусём к стене. – Если честно, очень даже действенный. А потом?

– А потом – ещё раз дал! Что мне, жалко, что ли?

– Действительно! – оценил Филипп довод. – Одобряю вашу логику!

Соколовский, сочтя, что про Генчика они уже всё обсудили, заинтересованно склонил голову набок:

– А зачем вам, Илья, Таня? Вы же её не любите!

– Так папа сказал… – честно, потому что врать под мороком он никак не мог, признался Илья.

– Что папа сказал? Девушку у брата отбить?

– Неее, сказал такую же найти! Я искал, не нашёл! А тут Танька… она мне больше нужна!

– Почему это?

Илья что-то долго и путанно объяснял, пока Филипп Иванович наконец-то не уяснил, что Илюша за время своей спортивной карьеры так привык исполнять любую команду тренера, то есть отца, что у него эта исполнительность уже на подкорке отпечаталась.

Раз папа сказал, что надо, значит, надо и хоть убейся! А раз найти такую же, как Таня, не удалось, надо у брата отбить, не убиваться же Илье, в самом-то деле!

– Потрясающе! – чуть ли не восхищённо воззрился на Илью Сокол. – Экая незамутнённая размышлениями личность! А вообще – фенотипичный Иван-дурак, хоть и Илья! Ведь это можно и даже нужно использовать! – решил он, потирая руки. – Чего только не сделаешь в условиях кадрового голода!

Глава 89. Клёвое место

Филипп Иванович ещё раз обдумал свою идею, а потом спросил у Ильи:

– А у вас какие планы на ближайшее время? Соревнования? Сборы?

– Нее, пока соревнований нет, сборы будут позже. А что?

– Да вот… хотел предложить вам работу.

– Нее, я не могу – я ж тренируюсь ежедневно!

– Работа в лесу, на свежем воздухе, с постоянным движением! – улыбнулся Соколовский.

– Даа? – призадумался Илья. – А чё делать надо?

– Контролировать типа, которому вы только что так удачно два раза дали в глаз. Он, по причине своих… гм… особенностей натуры, идеальный исполнитель для поиска кое-каких утерянных вещей. Короче говоря, может стать лягушкой и поискать под водой.

– Так можно этих… водолазов нанять.

– Можно, но не в болоте! А вещи именно в болотах.

– О как, – удивился Илья. – А я вам зачем? Следить, чтобы этот чудик не сбежал?

– Нет, сбежать он и не думает – всех остальных он уже так достал, что жить может только тут. Его надо будет страховать.

– А чё?

– Он, когда лягушка, никаких особых талантов не имеет, говорить только может, правда, говорит очень раздражающе, но сами понимаете, против щуки или цапли это – не защита.

– Да уж! Схомякают его за милую душу!

– Именно! А потом ещё момент – вот, положим, привезли мы его туда, но сидеть и караулить, когда он там чего найдёт, ни у кого времени нет. А если он нашёл утерянное, то так и будет сидеть на нём лягушкой.

– Почему?

– Потому что он может сменить облик, только ударившись об стену. Кирпичную, каменную, деревянную, даже металлическую, но стену.

Тут Илья пошевелил мозгом и выдал:

– А в лесу-то стен нет! Попадалово!

– Точно! – согласился Филипп. – Оно самое! Поэтому нам нужен человек, который сможет отогнать от Геннадия – его Геннадий зовут – хищников, помочь ему достать находку, а главное – оказать содействие со сменой облика!

– А стену где взять? – вник в суть Илья.

– Можно поэкспериментировать с ширмой – тоже стена.

– Ага, то есть надо взять лягушку и швырнуть её об стенку?

– Вы изумительно точно обрисовали суть! – иронично отозвался Соколовский.

Иронию Илья не заметил, довольно разулыбавшись:

– Да чё там – всё ж ясно! А далеко болота эти?

Cоколовский назвал несколько мест, в которые планировал отправить Геннадия, а потом, видя, что Илья собирается отказаться, озвучил сумму оплаты за труды…

– Ого! – присвистнул Илья. – А чё? Прилично! И воздух, и движение, и это… если надо, можно же и повторить, да? – он продемонстрировал увесистый кулак.

– Можно-можно, – щедро разрешил Сокол, предчувствуя весёлое времяпрепровождение для Генчика, если он начнёт своё обычное нервовыматывание окружающих.

– А когда начинать? – бодро уточнил Илья. – Завтра не могу, а вот на следующей неделе – запросто!

Московские пробки иногда очень полезны… Вот, например, в данном случае, именно они позволили Соколовскому и Илье Васильевичу договориться «на следующий понедельник» в аккурат до приезда Ивана.

– Вань! – обрадовался Илья, узрев брата, торопливо поднимающегося по лестнице. – Прикинь, а меня тут на работу пригласили!

Иван изумлённо воззрился на Филиппа, который вышел вслед за Ильёй в коридор:

– Да-да, Илья будет заниматься сопровождением Геннадия в его поездках. Вы же помните Геннадия?

– Который этот… – Иван не очень понимал, что происходит, поэтому отвечал осторожно.

– Вань, прикинь… Этот тип – лягушка! А наглый такой! Выбил у меня из рук смартфон, так я его в глаз, а потом и ещё раз!

– Просто песня! – пробормотал Иван, глядя на Илью.

Впрочем, на него уставился и Крамеш, который стоял в Таниной кухне у прохода в гостиницу и мрачно сверкал глазами:

– И это прямоходящее жыывотное хотело Таню куда-то пригласить? – шипел он.

– Слушай, я даже не знал, что ты такие звуки издавать умеешь! – удивлялся непосредственный Терентий. – Прямо удивительно! Только у нас и только сейчас – шипящий ворон!

– Отвяжись! – скомандовал Крамеш. – А тут ещё и этот лягух…

– Вот-вот, и лягух, и Илюх, и тянет к Тане этих двух! – провозгласил Терентий.

– Никогда не думал, что такое скажу, – с неохотой проговорил Крамеш, – но этот псих компьютерный и то лучше!

А в коридоре разворачивалась родственная встреча:

– Да что ж ты не сказал, что в таком клёвом месте живёшь? А? – укорял младший брат старшего.

– В клёвом? – осторожно переспросил Иван.

– Ну да! Тут и этот… полузмей, и гуси, которые вааще крутые! И тот, который в лягуха оборачивается. Интересно… – призадумался Илья. – А сколько у него зарядов?

– Каких зарядов? – Иван с недоумением переглянулся с Соколовским.

– Если об стену швырять, есть ли лимит на изменение?

– Никто пока не проверял, – любезно просветил Илью Филипп.

– Ага… – Илья явно сделал пометку на будущее.

Очевидно, что глубоко скрытая исследовательская часть натуры Ильи прямо-таки представляла себе, как размахивается рука, как стартует с ладони опытный образец летучего лягуха…

– Илья Васильевич, я хотел вас предупредить, – улыбнулся Соколовский, прерывая эти мечты и словно невзначай отряхивая плечо собеседника. – В связи с тем, что у нас тут много необычных постояльцев, о них лучше никому не рассказывать кроме брата. Мы же договорились?

– Само собой! – согласился Илья. – Стопудово!

– Вот и славно. Тогда до понедельника. Постарайтесь не опаздывать.

– Буду как штык! – пообещал Илья, кивнув брату и отправившись вниз по лестнице.

Сокол покосился на опешившего Ивана и кивком пригласил его к себе в кабинет.

Через несколько минут Иван Васильевич, введённый в курс дела, только и мог что изумляться и уточнять детали:

– И вы думаете, что он лишнего не расскажет?

– Я знаю, что не расскажет.

– И думаете, что он вам подойдёт?

– Вполне возможно – он на удивление как-то сразу нашёл общий язык с Геннадием. Так что, полагаю, это будет даже забавно. Вот, посмотрите…

Продемонстрированное фото вызвало у Ивана даже некоторую братскую гордость.

– Очень аккуратно, ничего не скажешь! – не смог не признать он. – Но Геннадий его запросто заболтает. Илюха не сможет ему противостоять в разговорах.

– Да ему и не требуется – у него другие аргументы. А ещё – исключительная исполнительность! Знаете, это из той серии, когда велели кому-то принести, к примеру, «то, не знаю что», а он шёл и приносил. И, поверьте, сопротивление «того, не знаю кого» никак на этот факт не влияло. Сказано – надо, значит, сделает!

– Это да… отец его так и тренировал. Если честно, я просто смотреть на это не мог! – поморщился Иван. – Дрессировка какая-то.

– Я тоже такого не люблю, но если такой человек уже есть, причём в шаговой доступности, то отчего же его к делу не приставить? И ему хорошо – набегается да напрыгается на свежем воздухе, и мне хорошо – дело делается, и вам хорошо – ваш брат будет занят делом, а не приставаниями к Тане, и даже, что удивительно, Геночке хорошо – никакая опасность мимо не пролетит, не проплывёт.

Разумный Иван, обдумав ситуацию, с Соколовским согласился, но вот Генчик, узнав о новом кадровом решении Филиппа, устроил настоящий скандал:

– Да как ты мог! Этот… этот варвар, этот… гррр… гррубиян! Я никуда с ним не поеду!

– И не надо. Съест тебя какая-нибудь цапля, и так тебе и надо! – равнодушно отозвался Филипп. – Я-то озаботился, деньги готов был заплатить для обеспечения твоей безопасности, но раз тебе не нужно – сам-сам! Сам машину поведёшь – если разобьёшь – с тебя деньги вычту, сам ищи, как проехать, сам ширму устанавливай, да так, чтобы её местные не спёрли, а то так ведь и придётся тебе прыгать до ближайшего строения…

– Да я… да у меня ж даже прав нет! – простонал Геннадий. – И паспорт просрочен!

– Мои какие проблемы? – холодно усмехнулся Сокол.

– Найми мне кого-то другого!

– Где я тебе ещё найду человека, который совершенно спокойно воспримет твои… физиологические выверты? Это-то совершенно случайно обнаружился!

– Да он же… он ДЕРЁТСЯ! – страшным шёпотом признался Генчик.

– Так ты не провоцируй и будет тебе счастье! – посоветовал Соколовский. – Короче, если тебе неохота – не надо. Только тогда выматывайся из моей гостиницы, ты тут уже всех достал!

– Вот и ладно! – надулся Геннадий.

– Только учти, что рядом с Таней тебе ловить нечего!

– Она… она должна понять, что я – лучший! – обнадёжился Генчик, но был жестоко оскорблён смехом Сокола.

– Лучший кто? Лягух? Возможно. Но если ты к ней ещё раз полезешь, я не гарантирую твоей целостности – у неё мало того что есть человек, которому она нравится, и это взаимно, но ещё имеется брат, очень преданный друг и куча крайне заинтересованных в ней созданий, которые от тебя, Геночка, и мокрого места не оставят. Так что ты уже почти на грани вымирания. Понял?

– Но почему? – возопил несчастный. – Почему они все так жестоки? Гертруда поленом прибить хотела, об стену ушибла, а Таня… она угрожала!

– И чем же? – развеселился Сокол.

– Сказала, что у ней терпение того… что стукнет.

– Вот терпение-то у неё как раз исключительное! – порадовался Сокол. – И если она стукнет, учти, я добавлю! Да так, чтоб тебе ТОЧНО запомнилось! Ну что? Собираешь вещи?

– Изверг ты! – ёмко сообщил Геннадий, прищурившись «пандовыми очками». – Бессовестный!

– Само собой, Геночка! – усмехнулся Филипп, приходя в расчудесное настроение – не зря он, значит, накануне облетел несколько ближайших болот, кое-где явственно ощутив, что там что-то этакое упрятано.

***

Татьяну, как только она освободилась, тоже привлекли к обсуждению свадебных торжеств, налили чашку чая, придвинули тарелку с бутербродами и попросили совета.

– Мы снимаем в загородном доме отдыха несколько лесных коттеджей и там отмечаем! – рассказывала Аури. – Всё уже выбрали, но остались детали… Там будут несколько моих однокурсниц-людей, двое отцовских знакомых – они с ним сотрудничают, невежливо было их не пригласить, так что надо, чтобы всё было правдоподобно. Тань, посоветуй, а? Ты же выходила замуж.

– И мне пригодится! – решительно сказала Аня, которая, закончив работу, тоже присоединилась к совету.

– Ой, Аури, я так экономно выходила… Ничего такого уж не было. Но давай посмотрим.

К окончанию обсуждения Татьяна неожиданно обнаружила, что вот сидят абсолютно разные существа – люди, лисичка, норушь, кошка, вороница, а общаются ничуть не хуже, а то и лучше, чем очень многие «подружки» – уж точно от души и без зависти. Напротив, стараются, советуют, чтобы невесте удобнее было:

– Нет, ты сразу бери с собой мягкие тапочки или кроссовки, – советовала Аури Бася, постукивая лапой по носкам белоснежных туфелек на каблучке, которые Аури принесла показать.

– Лапы в этих устанут ужасно! – уверенно кивала она.

– И ещё надо продумать… – голубка Света, начитавшаяся разных статей о подготовке к свадьбе, открыла блокнот и начала перечислять, что именно.

А закончив, что-то вспомнила и подняла глаза на Аню,

– Ань, я тут сообразила, помнишь, ты говорила, что вы своим мамам наврали про мигрень?

– Помню, конечно!