– Я тоже так тебе рада! Лёлик, тебе помочь? – Таня оценила размеры «чемоданчика», в который можно было запихать всего немаленького лиса, причём в его людском виде, да ещё и место осталось бы!

– Ни в коем случае! – провозгласила Рууха. – Лёлик, вперёд, к свершениям! А мы с Танечкой пойдём в наши комнаты и будем ждать тебя там!

Рууха шагнула вперёд, а Таня, сочувствуя Лёлику из-за габаритов «свершений», кивнула гостиничной сове, которая пряталась за одной из балясин мраморной гостиничной лестницы, указав ей на несчастного Лёлика.

Сова понятливо угукнула и слетела к гостю – ей-то нетрудно.

– Так, рассказывай! Сокол поведал мне про говорящую кошку! – Рууха времени зря не теряла. – Какая она? Что с Терентием, как он ей нахамил? От Соколовского никаких НУЖНЫХ деталей не получить – я его люблю, конечно, но мужчины на половину нюансов внимания не обращают!

– Не знаю, как Филипп Иванович, он, по-моему, весьма наблюдательный, но вот Терентий точно не обратил внимания… – Таня быстро описала первую встречу и последующие Терентьевские заходы, не упоминая недавней беседы.

– Потрясающе! Потрясающе везучий кот! Я бы на месте этой кошечки с ходу вышла бы за него замуж! Вот прямо не раздумывая!

– Почему?

– Как же! А профессионально испортить ему жизнь, да ещё так, чтоб он не убежал? А отомстить так, как он этого заслуживает? – Рууха в азарте потёрла ладони. – Ах, какие грандиозные возможности! А что она ещё делает, когда не сдерживается, чтобы устроить коту достойное возмездие?

Услышав о том, что Иван начал регулярно питаться под воздействием грубого котошантажа, что новенькая пара с проблемой ночных крыльев взята под шефство, а Муринка катается верхом на Басине, когда расстроена из-за Уртяна, Рууха заявила:

– Танечка, веди меня к этой замечательной кошке! Я прямо чую родственную душу! Как она сказала? Тапнуть по эскейпу? Великолепно! И почему мне это в голову не пришло?

– На следующий день она пригрозила, что уляжется спать на клавиатуру… – рассмеялась Таня.

– Безукоризненно! – похвалила Рууха. – Самой это хотелось сделать! Так, а где же Лёлик с моим чемоданчиком?

Как выяснилось, и Лёлик, и здоровенный «чемоданчик» уже давно были в коридоре – просто разумный Лелланд решил, что пока лучше под горячую бабулину лисолапку не попадаться, так что притормозил сову, попросив отпустить ношу у окна, а потом просто заболтался с прибывшим Враном.

– Лёличек! Радость моя грузоподъёмная! – возликовала Рууха. – Затаскивай вещи в номер и болтай с Враником хоть до вечера! А я пошла знакомиться с новой родственной душой!

– О ком это она? – шёпотом уточнил Лёлик у ворона.

– Думаю, что о Басине… они чем-то похожи. По крайне мере, решительностью – так точно!

Басину Таня и Рууха застали на кухне, и если Татьяна и удивлялась, почему это кошка до сих пор не вышла знакомиться и общаться, то тут сразу поняла в чём дело – Бася была сильно занята – на диванчике сидели и плакали Карина и Светлана.

– Чёрно-белое совершенство! – шепнула Тане Рууха. – Карину я знаю, а беленькая – это кто?

– Голубка, – также беззвучно ответила ей Таня. – Она человек, но со способностью становиться голубкой.

– Потрясающе! Как много я пропустила! Но какая же кошь умница – утешает в высшей степени правильно, – одобрила Рууха, с ходу решив помочь.

Когда Рууха начинала кого-то утешать, можно было только сделать выбор и или успокоиться самому, или упокоиться с миром, чтобы долго не мучиться! Девушки разумно выбрали первое – инстинкт самосохранения никто не отменял!

Глава 43. Методика выманивания из норы

Девушки, поражённые экстренным методом утешения Руухи, плакать перестали быстро, а дальше пришлось объяснять, и почему это был такой поток слёз?

– Я плакала потому, что мне Свету жалко! – честно призналась Карина, вызвав ироничное фырканье Врана, заглянувшего в кухню, чтобы прихватить плетёнку с пряниками – не иначе как Лёлика угостить. – Нет, правда, очень жалко!

Таня сразу припомнила, что лет Карине совсем немного, что подруг у неё никогда в жизни не было, что по общению с окружающими Каруся ещё ребёнок-ребёнком, так что насмешливо фыркать и не подумала, на Врана посмотрела строго, призывая к порядку, а смутившуюся Каринку обняла.

Та тут же припала к её плечу и счастливо разулыбалась.

– И что вот делать с таким птенчиком? – подумала Таня, а потом сама же себе и ответила: – Как что? Только любить и стараться понять. Вот мне, например, сейчас очень даже понятно, как можно расплакаться, потому что проблемы у подруги – Каринке морально пока хорошо если лет тринадцать-четырнадцать, причём трогательных до невозможности! Бедная моя пташка… Ладно, с Карусей всё понятно, осталось только разобраться, что именно стряслось у Светы.

Выяснить это оказалось посложнее – Светлана Рууху не знала, так что откровенничать при незнакомых не собиралась. Впрочем, умная Регина быстро решила эту проблему – она бочком соскользнула с дивана и упала на пол, вызвав испуг у Светы.

– Ой! Вы… вы же лиса! – ахнула поражённая Светлана. – Какая вы красивая! – простодушно добавила она.

– Я мало того, что красивая, но ещё и умная! – достойно приняла комплимент Рууха. – А ещё я лисья сваха…

Расчёт был верен как ни крути, но, если нет никаких бед и катаклизмов, большая часть девичьих слёз проливается именно по причине некоторого непонимания с противоположным полом…

Светлана изумлённо воззрилась на лису.

– Да-да, моя дорогая! – с превеликим достоинством кивнула Рууха. – У лис тоже какие только проблемы не случаются!

Хочешь выманить осторожную дичь из норки – покажи, что тебе она вовсе не интересна, увлеки её каким-то совершенно иным действом – уж кто-кто, а лисы это преотлично знают, умеют и практикуют.

Рууха и не подумала о чём-то выспрашивать Светлану, наоборот, она сама стала рассказывать, причём даже не ей, а всем собравшимся во главе с Татьяной, о некоторых забавных лисослучаях:

– И вот этот чудак, и нору вырыл по правилам, и дичь принёс, а сам, в аккурат перед приходом своей лисички, вляпался в болото! Причём не просто в болото – это не проблема – окунуться в чистую воду, отряхнуться как следует, и всё, шубка, как новенькая! Так нет! Это недоразумение влезло в ряску и стало не рыжим, а зелёненьким таким… А ряску ещё и смыть да стряхнуть с себя быстро – это сложновато, прямо скажем! Для того, чтобы от этого безобразия избавиться, надо было приложить усилия, а он чего-то заупрямился.

– А почему? – удивилась Светлана.

– Да кто ж его знает? – лукаво подмигнула Тане Рууха так, что всем стало совершенно очевидно – уж это «кто ж его» к ней точно не относится – она знает всё!

– И что лисичка? – непосредственная Карина, широко открыв глаза, смотрела на Рууху.

– А что лисичка? На чудище болотное она не подписывалась! Сами понимаете, трудно общаться с неряхой – он же на хвосте в нору чего только не притащит! Ещё и лиску свою испачкает, я уж не говорю о лисятках. Так что если бы она на такого лисовина наткнулась, то развернулась бы и убежала!

– И что было?

– Как что? Пришлось цапнуть его за ухо, силой и лапными огневыми пинками приволочь его к обрыву и столкнуть в речку! И что, что был ноябрь? И ничего такого! Льда ещё не было, а так как вода бодрящая, плавал он быстро и очень энергично – куда там той ряске на нём удержаться! Да… работа у меня такая, – притворно вздохнула Рууха. – Критические моменты требуют серьёзных мер! Тем более что мои меры полностью себя оправдали – уж какой он из воды выскочил – прямо любо-дорого! Чистый, красивый, хвост трубой, уши торчком, весь трясётся и отряхивается, отряхивается и трясётся!

– А лисичка? Она это видела? – Карина восторженно смотрела на Рууху.

– Так вот именно в это время она и появилась. Удивилась, конечно, но всё можно объяснить, если умеючи!

– И что вы сказали? – подала голос любопытная Басина.

– Сказала, что трясётся он от чувств, а встряхивается – чтобы понравиться. Так переживал, что он недостаточно яркий, что решил ради лисоньки искупаться! Она посмотрела на реку, а тут как раз и снег пошёл… Короче, у них сейчас уже и дом прекрасный, и лисятки славные, и молочная ферма – лисонька очень творог любит! А главное-то что?

– Что? – подхватил Терентий.

– Главное, проигрыш с блеском был превращён в полный успех! Ура мне! – скромно сказала Рууха.

Когда все ею должным образом повосхищались, Таня спросила:

– А лис что про это думает?

– А он не думает, он действует – в холодное время года мимо речки больше вообще не ходит – чисто на всякий случай! – усмехнулась Рууха. – И меня почему-то обходит ещё дальше, чем речку, причём круглогодично. Прямо уж и не знаю, отчего это!

Все так ярко представили несчастного лиса, что Света напрочь перестала стесняться и «выглянула из норки», вздохнув:

– Я бы тоже хотела кое-кого в речку столкнуть! И хорошо бы именно в ноябре! – для исключительно добродушной Светланы это было сильное замечание.

– И кого же? – нейтральным тоном уточнила Таня.

– Да эту… которая вернулась! – выдохнула голубка. – Лену!

– Лена это… – замялась Таня.

– Это жена Андрея. Та самая, которая его бросила, потому что нашла богатого, а Андрей от этого чуть с ума не сошёл! Она же ему всё в лицо высказала, что он и не такой, и не сякой, и неудачник, и слабак, и ещё… много чего! Даже то, что совсем никогда говорить нельзя, – покраснела Света. – Я же снаружи слышала. Нет, я не то чтоб подслушивала, просто мне надо было понять, как бывает у людей. В смысле, у обычных людей!

– Ой, девочка! – фыркнула Рууха. – Да люди иногда так орут, что можно уши затыкать, а всё равно услышишь… впрочем, лисы такие же! Так что не переживай по пустякам, переходи к сути!

– Так я ж и говорю, что она, вот эта Лена, взяла и вернулась! – горестно вздохнула Светлана, машинально потерев глаза.

– А он что? Ещё не развёлся? – удивилась Таня.

– Пока назначено время на примирение. Не знаю, какое там могло быть примирение, когда она вообще не явилась на заседание, а Андрей честно сказал, что жить с ней нипочём не будет!

– И что же? Ему даже не хватило ума замок сменить? – удивилась Рууха.

– Нет, замок он сразу сменил, но она его сломала!

– Как сломала? – изумились все присутствующие.

– Нет, не сама, конечно – вызвала кого-то, кто это делать умеет, показала паспорт с пропиской. Прописана она пока у Андрея, раз их ещё не развели. Вот ей дверь и открыли. А он-то в командировке! А она уже и вещи свои обратно разложила, и беспорядок устроила в кухне, и… – Света безнадёжно махнула рукой. – И он так расстроится, когда приедет!

– А ты его предупредила?

– Нет, с ним пока нет связи, он говорил, что там, куда едет, не всегда сеть работает. И что теперь делать?

Пока она говорила, то Таня, то Рууха поглядывали на абсолютно невозмутимую Шушану, которая сидела на столе около Таниной чашки и рассматривала тарелку с сушками. Причём было очевидно, что о вторжении она знает всё и даже больше, а вот почему не остановила почти бывшую Елену, говорить сейчас точно не станет.

Пришлось Тане отвечать расстроенной голубке:

– Светочка, так ты сейчас и не можешь ничего делать. Она там прописана, имеет право находиться, пока нет развода.

– Андрей огорчится, – понурилась Света.

– Он – взрослый мужчина. Он справится и с огорчением, и с Леной.

– Думаешь? – слегка воспряла голубка.

– Таня совершенно точно права! – подхватила Рууха. – Не волнуйся! И вообще, не нужно собирать ВСЕ проблемы, как… как разбросанные носки! Вот у меня Лёлик, к примеру, – совершенно очаровательный лисик, но с носками у него прямо беда бедой!

Рассказ о том, как мать Лёлика пыталась отучить его от засеивания носками всей территории их дома, развеселил всех присутствующих настолько, что даже Света перестала переживать.

– И правда, что это я, а? Андрей – он сильный и умный, он точно сможет со всем справиться! – решила она. – А кухня… кухню я ещё раз уберу, не страшно!

Когда утешенная Света в сопровождении Карины ушла к себе, Рууха развернулась к Шушане.

– Ну рассказывай скорее, а то я лопну от любопытства! Почему ты не спустила ту негодяйку с лестницы или вообще не сделала так, чтобы она не нашла подъезд?! Ты же запросто это могла.

– Могла, конечно, – кивнула Шушана. – Но принципиально не стала! Понимаешь, эта Света, она не просто девушка, а голубка, приносящая богатство и успех любому мужчине, за которого она замуж выйдет!

Тут пришлось немного ввести Рууху в курс дел, а потом переждать её возмущение из-за поведения «безмозглых родителей» голубки.

– Да разве ж так можно было? Хорошо ещё, что ей повезло, что Вран пролетал над той местностью, что Сокол вмешался, что вообще полез в сундук, что… да вообще девочка очень везучая, видимо, в противовес наличию барана-папеньки! Вот ещё удумал, кому-то говорить о таком даре дочки! И нечего мужу об этом знать: лишние знания – лишние печали!

Рууха даже слегка заискрилась, но быстро взяла себя в лапы и уточнила:

– Так… а этот Андрей чем проштрафился? А? Шушаночка? Он же влюблён?

– Влюблён, конечно! Ещё бы ему в нашу Свету не влюбиться. Но… но он как-то не совсем понимает, кто она такая. Нет, про крылья он знает и млеет от этого, а вот следующий шаг собрался делать не тот!

– Это как? – прищурилась Рууха.

– Мы же о Свете говорим, – напомнила норушь. – У неё воспитание, прямо скажем, не очень людосовременное. Для неё за признанием в любви должна идти свадьба, а не романтические времяпроводилки! – фыркнула Шушана. – А Андрей как раз на это и нацелился. Нет, наверное, его тоже можно понять – развод пока не дают, он влюблён в девушку потрясающей красоты и прочих достоинств, и потом, с первой-то женой у него так и было – сначала пожили вместе, а уже затем он сделал предложение. Да и боится он нового брака – я слышала, он с мамой по телефону говорил.

– И что? Про Свету рассказал? – насторожилась Рууха.