Со дня битвы при Адрианополе до появления «Стратегикона» прошло более 200 лет. Это был очень непростой, но в то же время удивительно плодотворный период для римской военной организации, которая никогда еще за всю свою историю не демонстрировала столь высокой степени пластичности и умения своевременно находить адекватные ответы на любые внешние вызовы. Готы, гунны и аланы, персы и авары, лангобарды и славяне оказали сильнейшее влияние на вооружение, структуру и тактику римской армии, но не смогли спровоцировать разрыв с вековыми обычаями и устоями военной традиции.

В V в. восточноримская армия развивалась по тем же самым лекалам, что и западноримская: усиление роли и значения кавалерии, перенимавшей гуннско-аланские вооружение и методы ведения боя, упадок тяжеловооруженной пехоты, увеличение количества пехотных подразделений, использовавших оружие дальнего боя, и, наконец, практически бесконтрольная варваризация.

Однако, несмотря на сильнейшее воздействие внешних факторов, восточноримская военная организация смогла эволюционировать, встраиваясь в новые исторические контексты, и на протяжении длительного времени обеспечить Восточной Римской империи возможность проведения стабильной агрессивной политики.

Первые успехи, достигнутые при Юстиниане I в войнах с вандалами и готами, показали решительное тактическое превосходство римлян над их соперниками. Но масштабные планы императора потребовали от государства несоразмерного его возможностям напряжения экономических, финансовых и военных сил. В результате римская армия стала жертвой своих собственных успехов и начиная приблизительно с середины VI в. переживает период прогрессивного упадка, как с точки зрения качественного, так и с точки зрения количественного состава.

После смерти Юстиниана I новые и более серьезные внешние угрозы, от аваров до лангобардов, от мавров до вестготов, не говоря уже о старых врагах — персах, трудности логистические и экономические, сама разнородность вооруженных сил, спровоцировали очередной кризис римской военной организации. Впрочем, последняя и в этой ситуации не утратила присущую ей прочность и адаптивность, быстро найдя эволюционный ответ, о характере которого мы можем судить прежде всего на основании «Стратегикона», подводящего итоги двухвекового пути становления римского военного дела.

«Стратегикон» демонстрирует, что приоритетное развитие кавалерии — направление, наметившееся уже в первые годы после Адрианополя, — в римской теории и практике по-прежнему остается магистральным. Создается даже впечатление, что к концу VI в. римская армия, еще более чем в первой половине того же столетия, опиралась на этот род войск: достаточно вспомнить, что пехоте уделяется внимание только в одной части XII книги трактата, тогда как кавалерии полностью посвящены три книги (I, II и III); пехота выполняла чисто оборонительную роль и использовалась только в качестве поддержки тактических инициатив кавалерии. Эта тенденция сохранится и в следующем столетии, когда пехота еще более сократится численно, а в VIII в. она уже почти полностью исчезнет с полей сражений.

В VII столетии восточноримской армии предстоит выдержать ряд новых испытаний, масштабы которых будут сопоставимы с теми, с которыми она столкнулась, когда боролась против гуннов Аттилы. Ее вооружение и тактические приемы будут теми же, что описаны в «Стратегиконе». Основу будут составлять войска хорошо обученные, экипированные и очень мобильные (в значительной части кавалерийские), пригодные для проведения кампаний на длинные расстояния, в которых большое внимание будет уделяться не только непосредственно полевому сражению, но также стратегиям, основанным на мобильности, и тактикам, базировавшимся на неожиданных нападениях и засадах.

Несмотря на ряд крупных неудач, понесенных римскими войсками, император Ираклий (610–641 гг.) сумеет в итоге полностью разгромить Персидскую державу, захватить Дастагард — резиденцию шаха — и возвратить более 300 римских штандартов, флагов и значков, когда-либо отнятых персами у римлян.

Однако эта длительная война с могущественным восточным соседом истощит силы самой римской армии. Повторится та же ситуация, что и в середине VI в.: произойдет уменьшение численности вооруженных сил, ухудшение качества войск, возникнет нехватка снаряжения и всего необходимого. Эти факторы станут решающими в последующих несчастливых испытаниях, уготованных римлянам в начальный период их столкновений с арабами.