Торговый мир Галток. Лавка «Букинист».

Логово книжного червя встречает меня запахом сургуча, типографской краски и неповторимым ароматом библиотеки, обоняв который однажды, любой из нас будет помнить до конца своих дней. Всё небольшое помещение лавки заполнено книгами, свёрнутыми в трубку бумагами и просто стопками пожелтевших от времени листов, поверх которых, не давая им разлететься в стороны, лежат увесистые тома.

В конце комнаты что-то шевелится и подойдя ближе обнаруживаю старичка, голову которого украшает нечто вроде небрежно скрученного тюрбана. Он полностью поглощён изучением лежащего перед ним свитка и водит пальцем по неровным и явно рукописным строчкам, теснящимися на его поверхности.

Ну да – отвешиваю сам себе мысленный подзатыльник, а что ты здесь ожидал увидеть? Сексуальную библиотекаршу в коротком халатике поверх крепкого тела?

– Кхм, – откашливаюсь, надеясь привлечь его внимание, но реакции – ноль. Дедок так и продолжает своё занятие, словно ничего иного и не существует.

– Кхм! Уважаемый! – Дополняю свою попытку стуком костяшек пальцев по его конторке: – Я могу вас отвлечь?

– Эээ? Отвлечь? – Подняв голову он подслеповато щурится, глядя сквозь меня, а затем, всё же сумев вынырнуть из глубин своих мыслей, водружает на нос круглые очки в роговой оправе.

– Ой! – Наконец определив, что перед ним не плод воображения, а вполне материальный объект и, что ещё более важно, потенциальный клиент, дедок вскакивает с места, торопливо запахивая вытертый пиджачок.

– Прошу меня простить, молодой человек. Увлёкся. Очень интересный текст принесли. Представляете? Описание жизни домашних любимцев жреческой династии Корох! Этому документу, – чуть склонившись, он гладит рукой свиток: – Более одиннадцати тысяч лет! И сейчас, молодой человек, – всплескивает он руками: – Мы можем узнать прежде неизвестные и ранее скрытые от нас детали!

– Детали чего? – Задаю уточняющий вопрос исключительно из вежливости и благодарности за то, что он назвал меня «молодым человеком». Творец и все вы, боги! Меня так уже лет пятнадцать не называли, а тут вот! Нет! Точно что-нибудь куплю – надо же дедка уважить.

– Как чего?! – Букинист так резво взмахивает руками, что я начинаю опасаться за его здоровье – ещё один-два таких взмаха и точно, развалится!

– Любимцы же! А к ним и перечень их игрушек, украшений и еды! Да-да, молодой человек! Еда питомцев может много сказать о нравах той далёкой эпохи! Вот к примеру – я только что узнал, что любимым блюдом Асяси – любимого ракшаса жены третьего жреца Тзинча, были песчаные змеи с планеты Факрот. Представляете? Да – про песчанок – что их обожали все ракшасы, было известно и ранее, но только здесь, вот, смотрите, – подняв пергамент он проводит пальцем по какой-то строке, на мой взгляд отличающейся от прочих только тем, что здесь буковки раза в две мельче остальных: – Тут сказано, что песчанки не только были вкусны, но и то, что их чешуя содержала элементы, необходимые для развития организма молодого ракшаса! Вы понимаете – что это означает?!

Ракшас? В памяти всплывает образ клыкастого и покрытого длинной, местами свалявшейся, шерстью монстра. Да, были такие демоны – но их всех Император истребил. Ну точно – припоминаю одну из лекций по демонологии и картину – «Триумф Молодого Императора». Точно – там был изображён молодой мужчина, устало сидящий на горе волосатых тел.

– Да, друг мой! – С воодушевлением продолжает старичок: – Именно с этой планеты. Ну а когда та погибла, – издаёт он печальный вздох: – Флот Желтого Бога решил использовать её как мишень для тренировок, то и ракшасы, эти малейшие и полные любви создания, выродились.

– Милые? – В памяти всплывают оскаленные многозубые пасти и множество лап, вооружённых длинными и несомненно острыми когтями: – Выродились? – Едва сдерживаюсь, чтобы не воскликнуть – «Ну и слава Богу», но дедок часто закивав продолжает: – Да, очень милые. Ласковые, преданные и готовые до последнего защищать хозяина. Нынешние раксы, увы, но всего лишь бледная тень былого.

Хм… Раксы? А вот что это – я знаю.

Раксы – небольшие зверьки, всего пол метра длиной, были объектом поклонения, вполне соперничавшим по своей популярности с Богами Хаоса. Пушистые, умильно трусящие на восьми коротких лапках они были почти в каждой семье, точно, как коты моей реальности. Раскормленные, разбалованные, они были популярными объектами фотографий и видеороликов, неизменно вызывая восторженные вздохи у зрителей. Добавьте к этому разум на уровне пяти-шести летнего ребёнка, мордашку с вытянутым вперёд носиком, чья чёрная, или – ой, милота – розовая бусинка лезет во все щели, обильно посыпьте забавным сопением, перемежаемым весёлым похрюкиванием и всё. Конкурент кошачьему доминированию перед вами.

Правда, должен отметить, что у раксов был один нюанс, не позволявший каждому желающему обзавестись подобным любимцем. Хозяев они выбирали сами и – только одного на всю свою жизнь. Или – не выбирали, делая получившего отказ посмешищем в глазах прочих – выбор происходил только при официальных свидетелях. Сама процедура была проста – суй руку в ящик с молодняком и жди. Пара минут и тот ракс, что тебя признал, сам вскарабкается по руке, забираясь на плечо, голову, или укладываясь воротником на шею. Толковать такие варианты я думаю не стоит – и так понятно, что именно новоявленный член семьи ждал от своего хозяина. Да и хозяина ли? Окружённые всеобщей любовью они становились чем-то навроде доброго семейного духа, превращаясь в объект поклонения и восторженного принятия всех своих шалостей. Добавьте сюда отменную кормёжку с хозяйского стола – кто же откажется поделиться с любимцем, голодными глазами проводящего каждый кусок. Ну а что брюшко уже как шар, так это ничего и не значит! Объём веществ у них такой. Тоже самое относилось и к мебели, положенной каждому любимцу – в детали не полезу, но домик с матрасиком, или небольшой периной – не спать же такой милоте на полу, порой стоил куда как дороже хозяйской кровати. В общем, как вы понимаете, жили эти создания порой куда как лучше людей. Признаюсь – и я сам несколько раз задумывался о подобном спутнике. Останавливало меня лишь то, что при моём пятом ранге думать о подобном было совсем преждевременно – ну не в капсуле же его содержать? И, что более важно – а примет ли меня ракс? Всё же я из другой вселенной, вот суну руку – а они, всем скопом, и откусят её, почувствовав во мне чужака. От такого позора хрен отмоешься.

– Да-да, мой друг, – продолжил букинист, выдёргивая меня из размышлений: – Вот взять хотя бы ритуал выбора. Сейчас он всего лишь милая традиция, позволяющая раксу выбрать подходящий ему психотип, но в прошлом, – дедок на миг замолкает, поднимая в верх палец: – В прошлом это была присяга вступившего в пору зрелости ракшаса. Касаясь руки нового хозяина, он признавал его главенство и клялся служить до конца своих дней. Немногие могли похватать такой присягой – ракшасы служили только тем, в чьих сердцах не было тьмы. Только самые благородные семейства и благородные не по происхождению, а по духу, имели шанс получить таких слуг. А подобных, как вы понимаете было не много. Всего около тысячи семейств и не более полутора – двух тысяч ракшасов. М-да-ссс… Друг мой. Тогда, в времена, отстающие от нас на десять тысяч лет, этот мир был другим. М-да-ссс… Совсем другим – чистым, светлым и пронизанным благородством. Увы, но ор рухнул! Пал под ударами Жёлтого Боги и орд демонов, что шли за ним, круша и предававя огню всё…

– Что? Вторжение? К нам?! – Перебиваю его – о подобном я ничего и никогда не слыхал.

– Ах, молодой человек! Ну как можно столь небрежно относиться к истории?! К нашей истории, замечу! – Вздохнув, букинист сокрушённо качает головой: – Да, около десяти тысяч лет назад, или немногом больше, была жуткая бойня – флоты демонов, вторгшись сюда, испепелили…ээээ, – морщит он лоб: – Экстерминировали – если следовать их терминологии, сотни планет. Но наша славная Четвёрка дала им отпор! Они не только вышибли демонов отсюда, загнав их на дно их логова, но и смогли смертельно ранить Желтого, положив конец их подлым атакам! Да-с! Это была славная месть! – Старикан полон восторга: – Мы! Простите, герои тех времён, совершили достойную месть! Собрав силы в кулак, они пробили проход в самое сердце логова Жёлтого, взяли штурмом его убежище и покарали самого Бога, да так, что вот уже десять тысяч лет он и носа не показывает! Тихо сидит, зализывая раны! Да-с! Этот рейд надолго отбил у нечистых желание лезть сюда! Но когда ни будь они вернутся! И тогда, – его голос просто дрожал от переполнявших его чувств: – И тогда миры Защитного Пояса, где обитают воины, посвятившие жизнь нашей защите, встанут стеной на пути орд демонов! Второй бойни мы не допустим! Нет, нет и нет! – Патриотический раж схлынул и старик, явно обессиленный своей речью, плюхнулся на стул, вытирая со лба пот носовым платком.

– Прошу меня простить, молодой человек, – продолжил он убирая платок в карман пиджачка: – Но когда плотно копаешься в архивах, невольно проникаешься духом той героической эпохи. М-да-с… Какие тогда были люди! Герои! Титаны духа! – Его взгляд начал затуманиваться, отчего я, опасаясь нового, возвышенно-восторженного монолога, осторожно кашлянул, привлекая его внимание к себе.

– Эээ… – Вернулся в реальность букинист: – Ааа… Да. Извините. Так чем я могу вам помочь?

Расширенное руководство по Биому нашлось быстро. И – увы моим финансам, не только оно. В нагрузку к тянувшему на небольшой роман «Руководству», дед выложил на свою конторку ещё несколько книг и буклетов – «Советы по сбалансированной диете Биома», «Справочник лекаря Биома», «Особенности физиологии Биома» и толстенный том «Описание Видов», в котором целых две главы были посвящены истории обнаружения этих существ и что, с точки зрения букиниста, я, как интересующийся данным видом, был просто обязан знать.

– Вот, пожалуйте, – вытащив из кармана уже знакомый платочек, он принялся стирать пыль с книг: – Теперь я могу быть спокоен – более подробной информации по объекту вашего интереса, подобрать просто невозможно. И всего – триста двадцать монет. Практически даром, учитывая редкость изданий.

Деваться некуда – вытаскиваю монеты и расплачиваюсь. Да и деда поощрить надо – его рассказ, про ракшсасов, превратившихся в милых расков стоит отдельного вознаграждения. Он оборачивает стопку книг упаковочной бумагой, перевязывает бечёвкой и раскланявшись, протягивает увесистую стопку мне. Хм… И откуда только силы берутся? Весит она прилично, а он вон как легко с ней управляется. Хотя… Вот таскал я броню – и ничего, привычная тяжесть. Можно даже сказать – благородная – такая, что не может обременить собой воина, исполняющего священный долг. Может и с книгами так же? Мне – тяжело, а вот ему – самое то. Кланяюсь в ответ и прижимая свёрток к груди обеими руками, разворачиваюсь в сторону выхода.

– Погодите, молодой человек, – выбравшейся из-за конторки дед, обгоняет меня, желая открыть дверь. Ну да. Денег он на мне заработал прилично – сейчас самое время спровадить клиента, пока тот не задался мыслями – а так ли уже ценны его приобретения. Мне-то на это пофиг – лишнее скормлю Биому, но ему-то откуда знать? Делаю шаг, готовясь следующим перешагнуть порог и резко останавливаюсь, словно вспомнив про ещё одно дельце.

– Простите, уважаемый, – разворачиваюсь к букинисту: – Совсем запамятовал. У меня же ещё один вопрос есть – вдруг вы помочь сможете?

– Хм, – дед явно в нерешительности: – Я… Я уже закрываюсь – знаете ли, – кивает он на конторку: – Очень хочется с тем пергаментом закончить.

– Да мне быстро – только спросить. Уверен – для вас мой вопрос совсем простым будет. Всего один.

– Ну… Если один, – поколебавшись, он притворяет створку: – Попробую вам помочь. Что вы хотели узнать?

– Как бы это сказать, – стопка тяжела, и я перехватываю руки: – Меня интересует одно место. Я его видел, но вот где это – не знаю. Может вы что-то слышали, или читали про подобное?

В его взгляде проскальзывает заинтересованность, и я спешу продолжить:

– Тёмная равнина и стена, залитая синим светом. В стене, словно это шкаф, выдвижные ящики. Или нечто другое – но точно, как ящики. Они задвигаются в стену и тогда она становится совсем ровной. В ящиках спят люди. Ну – мне так кажется, что спят. Они похожи на…

– Ни слова больше! – Приоткрыв створку, букинист выглядывает наружу, словно ожидая, что там кто-то стоит, спеша подслушать мои слова: – Что вы! Нет такого места! Нет и не было! О таком говорить!

– Но…

– Никаких но! Вы это видеть не могли – нет такого места. Нет. Вы понимаете значение такого слова?! Нет!

– Но послушайте! Я это место…

– Не видели! Вы меня понимаете? Вы его не видели, его нет! – Произнося эти слова, дед многозначительно косится на один из тёмных талмудов, лежащих рядом. Его поверхность покрыта толстым слоем пыли и букинист, продолжая убеждать меня в невозможности увидеть несуществующее, быстро чертит пальцем по пыли.

Приглядываюсь. Похоже на буквы, из которых складывается слово «Долаз». Уже открываю рот, чтобы переспросить, как дед, выхватив из кармана платок, быстро стирает надпись, практически одновременно с этим распахивая дверь.

– Нет. И не смейте тратить моё время подобным бредом! Я – учёный и я выше глупых слухов! Вон! Подите прочь! – Сухенькие кулачки взлетают к моему лицу, и я пячусь, покидая лавку. Ну не драться же с ним? Не дай бог толкну – рассыплется же. Пылью. Ага – той самой, что книги его покрывает.

Дверь за спиной щёлкает замком и с другой стороны стекла появляется картонка. «Закрыто» – читаю я. Ну да. Ожидаемо. Да и ладно. Название он мне написал – «Долаз». И на том спасибо. А что испугался – так тоже понятно. Это же мир Тзинча – ну а кому из смертных охота с Богом, тем более таким изменчивым, отношения портить? Рассуждая таким образом выбираюсь на перекрёсток – сейчас поесть надо, да и пропитание Биома почитать. Или – потом почитать? Ладно. Поем сначала, а на сытой желудок и думается лучше. Приметив вывеску кабака, где нарисованный толстяк в белом колпаке держит наперевес шпажки с жаренным мясом, направляюсь туда. А я молодец, подходя к дверям заведения, оцениваю результат. Оружие – есть. Книги по кораблю – есть. Сейчас поем и считай план выполнен – уверен, что и с едой бля Биома проблем не будет. Дверь распахивается и меня окутывают ароматы жаренного мяса. Да! Главное сейчас – поесть. Остальное потом!

Букинист, проводивший взглядом человека, осторожно прикрыл занавеску и отошёл от окна, лавируя между стопок книг. Стащив с головы тюрбан, он принялся остервенело царапать ногтями широкий пластырь, налепленный на верх лба.

– Кхорн! Демоны тебя раздери! – Ворчал старик, прикрыв глаза от удовольствия: – Я рассчитаюсь! И с тобой, и с этой скользкой мерзостью Тзинчем! О да, Тзи, братишка! Я отомщу! Я страшно отомщу и начну с твоего секрета, – старичок хихикнул и отбросил в сторону скомканную тряпку: – Вот будет тебе сюрприз, когда Ключ, заявившись туда, где нет места ни одному живому, вытащит своих друзей, оставив тебя с носом. Хе-хе-хе… С удовольствием посмотрю, как вытянется твоё лицо при такой новости. Хе-хе-хе. Да и Кхорну будет куда приложить свои кулаки. Хе-хе-хе…