Цзыцзиньчэн («Пурпурный запретный город»), который в наши дни чаще называется Гугун («Бывший дворец»), является самым большим дворцовым комплексом в мире, состоящим из девятьсот восьмидесяти зданий, стоящих на территории в семьсот двадцать тысяч квадратных метров. Так сложилось, что Запретный город представляет собой не квадрат, а прямоугольник, бо`льшая сторона которого тянется на девятьсот шестьдесят один метр, а меньшая – на семьсот пятьдесят три метра. Комплекс расположен в центре Пекина, к северу от главной столичной площади Тяньаньмэнь и восточнее правительственного квартала Чжуннаньхай, «центра силы» Китайской Народной Республики. Стены Запретного города опоясывает ров шириной в пятьдесят два метра и глубиной в шесть метров. Это практически непреодолимое препятствие по меркам старых времен (если кто-то подумал о лодках, то надо принять во внимание, что защитники Запретного города сожгли бы все лодки еще на середине рва, благо средств у них для этого хватало). А если и удалось благополучно переплыть ров, то упрешься в стену высотой немногим менее восьми метров. Ширина стены у основания составляет более восьми с половиной метров, а в верхней части стена на два метра уже, но все равно весьма крепка.
Здания Запретного города имеют квадратную или прямоугольную форму. Все они построены из дерева. Стены красные (отсюда и «Пурпурный запретный город»), а крыши позолочены. Будучи статусными (точнее – высокостатусными), строения Запретного города оснащены структурными элементами доугун, состоящими из переплетающихся деревянных подкровельных кронштейнов. Кронштейны напоминают дугообразное корыто-гун, поддерживаемое деревянным бруском-доу, отсюда и произошло название элемента. Доугуны поддерживают свес кровли здания, соединяя вертикальные колонны с горизонтальными балками. Сложный состав доугуна позволяет передавать нагрузку от балок и кровли на колонну относительно «мягко», а при землетрясении составные части доугуна слегка смещаются на стыках, гася таким образом энергию толчков. Также доугуны служат опорами для восхитительных резных балконов, которые словно бы парят в воздухе, настолько легкими они выглядят снизу. Китайские резчики по дереву испокон веков считались непревзойденными мастерами, но при строительстве Запретного города они превзошли самих себя… Всего же на строительстве Запретного города, которое длилось полтора десятилетия, было занято примерно сто тысяч мастеров-ремесленников и около миллиона строителей. Руководство строительством коллегиально осуществлялось сановниками, действовавшими под надзором Гунбу, ведомства общественных работ.
Пурпурный запретный город
Не красота и не роскошь считаются главным достоинством Запретного города, планировка которого несет определенный философский посыл. Главное достоинство этого комплекса заключается в скрытых смыслах. Так, например, квадратная или прямоугольная форма зданий, похожая на иероглиф «коу» (口) – «рот», символизирует процветание. Три главных храма и императорский сад, находящиеся на центральной оси, свидетельствуют о превосходстве Сына Неба над его поддаными. Превосходство подчеркивается удаленностью императорских зданий от прочих дворцовых построек – подданным далеко до Сына Неба, как до самого Неба. В этом нашли свое воплощение конфуцианские принципы, ведь конфуцианство придает огромное значение социальной иерархии и почтению к старшим.
Запретный город. Изображение эпохи династии Мин
Южное направление по правилам фэншуй символизирует величие и славу, поскольку юг связан со стихией огня и светлым мужским началом Ян. Поэтому императорский престол был обращен на юг и входы во все здания Запретного города делались на южной стороне. Золотые (желтые) крыши и красные стены также напоминают о величии и богатстве императора, о его превосходстве над прочими людьми[144]. Поэтому почти все крыши в Запретном городе покрыты желтой глазурованной черепицей. Лишь библиотеку Павильона литературной учености покрыли черной черепицей, поскольку черный цвет, ассоциированный с водой, обеспечивал защиту от огня, и резиденцию наследного принца Наньсаньсо («Три Южных Обители») покрыли черепицей зеленого цвета, олицетворяющего молодость, рост и развитие.
Все главные залы Внешнего и Внутреннего дворов расположены группами по три в форме триграммы Цянь (☰)[145], символизирующей Небо, а резиденции Внутреннего двора расположены группами по шесть в форме триграммы Кунь (☷), символизирующей Землю. Соседство Неба и Земли указывает на связь Запретного города с его небесным аналогом, дворцом Нефритового императора Юй-ди, верховного божества даосского пантеона. Дворец Нефритового императора находится в небесной области Цзывэйюань, раскинувшейся вокруг звезды Цзывэй («Пурпурный владыка»). Почитание Нефритового императора распространилось по всему Китаю в сунскую эпоху. Императоры династии Сун сочетали приверженность даосизму с почитанием Конфуция, но Юй-ди был им все-таки ближе, поскольку при третьем сунском императоре Чжэнь-цзуне он был официально признан родоначальником династии Сун и ее верховным покровителем.
«Кто посещал впервые мир небесный,
Тот попадал и во дворец чудесный,
Где радуга на стенах трепетала
И алые лучи свои сплетала,
Где сотни струй эфирных в сочетанье
Отбрасывали алое сиянье.
Взгляните же на Южные ворота —
Какая здесь искусная работа! —
Отделаны глазурью совершенной
И темно-синей яшмой драгоценной.
По сторонам начальники стояли
И потолка главою достигали,
В руках бунчук держали и оружье,
А воины стояли полукружьем,
В строю, за полководцами своими,
Кольчугами сверкая золотыми.
У них в руках стальные были плети,
Блюли порядок строгий стражи эти.
Снаружи все не слишком поражало,
Зато внутри пришельцев ослепляло.
Стремились ввысь огромные колонны,
Вокруг которых обвились драконы,
И чешуя сверкала золотая.
Прогуливались фениксы, блистая
Раскрашенными яркими крылами
И красными качая головами;
Здесь длинные мосты повсюду были,
По ним-то эти фениксы ходили,
Неся лучей небесных отраженье
В своем прекрасном пестром оперенье…
Здесь тридцать три дворца в небесной сени;
Вот, например, «Дворец пяти учений»,
Большой «Дворец Хранителя закона»,
Иль «Облаков – скитальцев небосклона».
Здесь семьдесят и два имелось зала:
«Лингуандянь»… да и других немало,
«Просторов неба», «Светов знаменитых»,
Цилини[146] здесь стояли из нефрита.
Терраса Шоусин была веками
Засажена бессмертными цветами,
И никогда цветы не увядали…
Когда же императора покои
Увидели пришельцы пред собою,
То темно-синий занавес кисейный,
Весь в звездах, распахнулся легковейно.
Там в глубине покоилась корона,
Она казалась мальвой золоченой.
Алмазным блеском ослепляли взоры
Бесценные прекрасные уборы.
Расшиты были туфли жемчугами,
Лежали ленты рядом с орденами.
При звуках колокола золотого
Сановники к вратам спешили снова.
Когда же громко в барабан ударят,
Князья идут в покои государя.
Вошли пришельцы в Зал небес священный,
Где дверь была из яшмы драгоценной,
А створки на златых гвоздях держались,
Где фениксом ворота украшались.
Его изобразили кисть и краски,
Прекрасного в своей священной пляске.
Так шли они от зала к залу – дале,
И множество чудес они видали:
Лепились по карнизам крыш драконы,
На гребне кровли, высоко взнесенном,
Темно-пурпурный куполок вздымался;
Источником сиянья он являлся
И был подобен тыквочке-горлянке…»[147]
По Запретному городу не расхаживали фениксы, и цветы здесь увядали каждую осень, но во всем остальном он был подобен дворцу Нефритового императора, лучшее описание которого принадлежит кисти[148] У Чэнъэня, написавшего в минскую эпоху роман о похождениях царя обезьян Сунь Укуна. Впору подумать, что автор бывал в Запретном городе и описал небесный дворец по подобию земного с некоторыми добавлениями вроде фениксов, но, насколько известно, почтенный У не состоял на государственной службе и не бывал в Запретном городе.
Важные смысловые посылы несут фигуры животных, расставленные на многих строениях Запретного города. При этом дракон, олицетворение могущества и символ ханьской нации, приносящие удачу феникс и гиппопотам, величественный лев, приносящая счастье рыба, крылатый конь цяньлима[149], мудрая овца[150], дарующая богатство обезьяна, цыпленок, олицетворяющий удачное начало дел, и восьмой сын дракона Суань-ни[151] могли устанавливаться только на императорских зданиях. Большое количество фигур обещало больше пользы, поэтому иногда их обилие может показаться вульгарным нагромождением тождественных сущностей, но в этом нагромождении есть свой смысл.
Большие сложности создавала доставка крупных строительных материалов – каменных глыб и огромных бревен для высоких колонн. Бревна наньму[152] везли с юга на длинных составных повозках, а неподъемные камни волокли зимой по обледенелым дорогам, которые предварительно поливались водой.
Весьма рачительно поступили с землей, извлеченной при рытье рва, опоясывающего Запретный город. Вместо того, чтобы вывозить землю куда-то далеко, тратя силы и время, ее ссыпали к северу от дворцового комплекса, а на получившихся пяти холмах разбили красивый сад Цзиншань.[153] Согласно правилам фэншуй, места, расположенные к югу от лежащего неподалеку холма, являются наиболее предпочтительными для жительства, поскольку холмы защищают от холодных северных ветров. В нужном месте природных холмов не было, вот и пришлось насыпа`ть искусственные. На закате существования династии Мин сад Цзиншань приобрел печальную славу – весной 1644 года здесь повесился шестнадцатый и последний минский правитель Чжу Юцзянь (он же – император Сы-цзун). К самоубийству его вынудила безысходность – повстанцы, возглавляемые крестьянином Ли Цзычэном, уже входили в Пекин…
Позолоченный лев перед Дворцом Безмятежного долголетия в Запретном городе
Пожалуй, теории с нас достаточно, пора переходить к практике, иначе говоря – пора совершить прогулку по Запретному городу, чтобы в общих чертах ознакомиться с его планировкой. В здания мы заглядывать не станем, иначе наша прогулка растянется очень надолго, а у нас впереди еще много тем, которые хотелось бы обсудить.
Пройдя через главные Меридианные ворота Умэнь («Полуденные»), устроенные в южной стене, мы попадаем на большую площадь, по которой протекает извилистая река Нэйцзиньшуй («Внутренняя Река Золотой Воды»), через которую перекинуто пять мраморных мостов, олицетворяющих пять конфуцианских добродетелей – гуманность, справедливость, разумность, искренность и уважение к ритуалам. По среднему мосту, наиболее широкому из всех, мог ходить только император. На противоположной стороне площади возвышаются Врата Тайхэмэнь («Верховной гармонии»), за которыми лежит площадь Павильона Высшей гармонии. Отсюда по трехъярусной террасе из белого мрамора можно подняться к трем главным павильонам внешнего дворцового комплекса – южному Павильону Высшей гармонии, где стоит Драконий престол[154], серединному Павильону Полной гармонии и северному Павильону Сохранения гармонии. Отсюда императоры правили Китаем, здесь проводились некоторые церемонии и принимались дворцовые экзамены[155].
Сад в Запретном городе
Мартино Мартини. Император Чжу Юцзянь убивает свою дочь, чтобы она не досталась повстанцам Ли Цзычэна. «Рассказ о татарской войне». XVII век
В юго-западной части Внешнего двора расположен павильон Ундянь («Военного величия»), в котором императоры также принимали своих сановников и проводили совещания. А в юго-западной части стоит павильон Литературной славы, в котором изначально конфуцианские мудрецы читали лекции для императора и его придворных, а позже здесь разместился Нэйгэ («Великий секретариат»), императорский кабинет министров.
Северо-восточная часть Внешнего двора была отведена для Наньсаньсо, резиденции наследника престола. Наследник престола – это любимый сын императора, но все же не император, и для подчеркивания разницы в статусе ему было отведены покои во Внешнем дворе.
Внутренний двор отделен от Внешнего двора площадью, ориентированной перпендикулярно главной оси дворцового комплекса. В минскую эпоху императоры жили во Внутреннем дворе, а работали в павильонах Внешнего двора, но в цинскую эпоху правители проводили во Внешнем дворе только важные церемонии, а работали во Внутреннем.
В центральной части Внутреннего двора стоят Цяньцингун («Павильон Небесной чистоты»), который занимал император, Куньнингун («Павильон Земного спокойствия»), где жила императрица, а между ними расположен Цзяотайдянь («Павильон Единства и Спокойствия»), в котором хранились церемониальные принадлежности, а в цинскую эпоху – и императорские печати. За павильонами находится императорский сад Юйхуаюань, небольшой, но очень красивый, в котором можно бесконечно предаваться созерцанию. К северу от сада стоят ворота Шэньумэнь («Ворота Божественной мощи»), а к западу располагается Янсиньдянь («Павильон Умственного развития»), который в первой половине XVIII века при пятом цинском правителе Айсиньгьоро Иньчжэне, он же император Юнчжэн, стал главной императорской резиденцией, где Сыны Неба не только жили, но и работали.
На закате жизни, в семидесятых годах XVIII века, уже упоминавшийся выше циньский император Цяньлун построил в северо-восточной части Внутреннего двора комплекс Ниншоугун («Дворец Безмятежного Долголетия»), копировавший в миниатюре Запретный город. Запретный город много раз достраивался-перестраивался, но Ниншоугун дошел до нас в первозданном виде, благодаря императорскому указу, запрещавшему подвергать это место каким-либо изменениям. Вход в Ниншоугун охраняют девять драконов, выложенных из глазурованной черепицы, и некоторые эстеты склонны считать их самым красивым элементом Запретного города (впрочем, угодить всем сложно, и каждый выбирает в императорской резиденции то, что ему больше нравится, благо здесь есть из чего выбирать). В Ниншоугуне есть свои Внешний и Внутренний дворы, с красивыми павильонами и небольшими, но привлекательными садами.
По всей территории Запретного города расставлено более трехсот больших, нет, просто огромных медных котлов. Многие посетители, не знакомые с реалиями императорского бытия, думают, что в этих котлах готовили пищу. Но разве императорские повара могли готовить еду под открытым небом? Конечно же нет, в этих котлах запасали воду, чтобы она была под рукой на случай пожара.
Прочесть или услышать – одно, а увидеть – совсем другое. Если у вас нет возможности в ближайшем будущем побывать в Пекине и воочию увидеть Запретный город, то посмотрите картину «Последний император», снятую в 1987 году известным итальянским кинорежиссером Бернардо Бертолуччи по автобиографии последнего цинского императора Айсиньгьоро Пуи. Некоторые сцены с разрешения правительства Китайской Народной Республики были сняты в Запретном городе. Всего вы, конечно же, не увидите, но общее впечатление получите и поймете, хочется ли вам его углублять.
Павильон Небесной чистоты
Согласно распространенному мнению, на территории Запретного города насчитывается девять тысяч девятьсот девяносто девять помещений, но на самом деле их на тысячу с лишним меньше. Впрочем, каждый волен пересчитать комнаты императорской резиденции самостоятельно, только сначала, тренировки ради, нужно попробовать пересчитать всех львов на находящемся неподалеку мосту Лугоу.