Какое-то время Поппи смотрела на Билли, сидевшего на качелях-балансире. С ней завязала беседу мама второго мальчика, и Поппи сделала вид, что она мама Билли – собеседница так подумала, а Поппи не стала ее поправлять. Потом Поппи с Билли пододвинулись ближе к Джейку, в основном потому, что она хотела услышать его разговор. Даже когда они оказались в поле его зрения, Джейк никак на них не отреагировал. Он размахивал свободной рукой.

– Но я же не скользкий тип какой-нибудь! – заорал он.

Джейк сказал Поппи, что телефонный звонок срочный, и попросил ее, несмотря на то что у них как раз был трудный разговор, присмотреть секундочку за Билли. Это было тринадцать минут назад.

– Попа! Давай заниматься йогой! – воскликнул Билли, дергая Поппи за руку.

Поппи посмотрела на него сверху вниз: миндалевидные глаза с чуть приподнятыми уголками и роскошные ресницы, которые когда-нибудь, возможно, будут даже красивее, чем у Джейка. Он совсем не стеснялся, как Поппи в детстве, – она вечно пряталась за Маргариту или в маминых юбках. Билли приплясывал, шутил и просто очаровывал всех подряд.

– Ладно, – сказала Поппи, – давай.

Джейк уже расхаживал взад-вперед. Он заорал: «Ей в промежность?», а потом «Прямо лицом?» и еще «Не может быть!» с такой силой, что нечаянно подбросил телефон в воздух, а потом нагнулся подобрать его из травы.

– Карла, ты тут?

– Почему папа так смешно себя ведет? – спросил Билли, улыбаясь. Он засунул куклу себе в шорты и носил ее там, словно малыша-кенгуру.

– Я не уверена… – сказала Поппи. – Может, покажешь мне свою лучшую йоговскую позу? – Она села на траву, отчаянно тревожась за Джейка, который теперь твердил, что он категорически что-то там отрицает.

Билли тем временем воскликнул:

– Смотри, так!

Он метнул свое тело вперед, опираясь на руки, и его ноги взметнулись в воздух. Несколько секунд он стоял на руках, а потом упал на траву в другую сторону и, улыбаясь, подполз к Поппи. Кукла его все еще держалась в шортах.

– Ух ты! – Поппи не представляла, что ребенок такого размера может встать на руки. Какие мышцы! Какая сила рук! – Билли, это потрясающе!

– Это очень легко. – Билли пожал плечами. – Попробуй.

Поппи встала. Посмотрела на Джейка, который сидел на земле скрестив ноги, выдергивал травинки перед собой и кидал их себе за спину по одной. Потом перевела взгляд на Билли.

– То есть надо сделать… – Она подняла обе руки над головой, наклонилась вперед: – Так? – и вскинула ноги в воздух. Ее платье попыталось упасть ей на голову, а потом ноги снова опустились на траву.

К тому времени, когда Поппи привела себя в порядок, Джейк уже закончил разговор.

– Я видел твои трусы, – сказал он, хотя и не улыбнулся. Поппи мысленно поздравила себя с тем, что надела сегодня утром приличную пару трусов (черных французских). Билли зажал рот обеими руками, стараясь не смеяться. Он запрыгал на месте, потом закричал:

– Попа, я тоже видел твои трусы!

– Ой, как неудобно! – Поппи изобразила смущение. Она посмотрела на Джейка, который нервно теребил рукой футболку в том месте, где у него было сердце. – Все в порядке?

– У тебя как сейчас с планами? – спросил Джейк. – Может, сходим в паб?

Сегодня вечером Поппи должна была ужинать с семьей Сэма, и ей, как правильной невесте, стоило бы вернуться домой и прибраться.

– Ненадолго можно.

– Фух. Меня тут отменили, так что выпивка мне пригодится. – Это он произнес вполголоса, как обычно говорят, когда хотят, чтоб дети не слышали. А потом спросил у Билли: – Хочешь в паб, приятель?

– Да! – Билли захлопал в ладоши и задергал бедрами. – Накатим!

* * *

В «Розе и короне» на углу прямо у парка Джейк поднял свою кружку, покрутил пиво и уставился в него так, будто там был чай и он собирался по нему гадать. Поппи глотнула лимонада, а Билли осушил еще одну стопку с водой и двинулся к ребятам постарше, сидевшим на табуретках у бара.

– Это не отмена, – еще раз повторила Поппи.

– Мой контракт приостановили, – сказал Джейк.

– Заморозили, – поправила его Поппи. Она была уверена, что начальство Джейка просто сурово поставит ему на вид и его карьера не будет погублена. Джейк пересказал ей, что коллега рассказала ему по телефону: похоже, на прошлой неделе, когда он был вдребезги пьян, Джейк повалился на стажерку. К несчастью, она описала это как «Он приземлился лицом мне в промежность». Так что да, Поппи понимала, почему Джейк сходит с ума, – ситуация, когда успешный режиссер утыкается лицом в колени молодой коллеге, звучала очень неприятно.

– Как думаешь, позвонить ей? – спросил Джейк, отрывая взгляд от пива. – Той девушке, Сидни, – может, написать ей что-то?

– Думаю, лучше не стоит связываться с ней напрямую, пока ваш отдел кадров не разобрался с делом.

– Ну, может, написать ей: «Надеюсь, с тобой все в порядке»?

Поппи ответила ему скептическим хмыканием.

– Хорошо, – кивнул Джейк. И очень громко вздохнул.

– То есть это скорее ситуация «он был пьян в стельку», чем жалоба на что-то сексуальное, правильно?

– Заявление на меня подали за неуместное поведение, не за… домогательства, – сказал Джейк, выговорив это слово с заметным трудом. Он отчаянно хмурился и сильно раскраснелся с того момента, как услышал новости, – наверное, от стыда. – Но звучит все это гадко, правда? Противный старикашка лицом в промежности сексапильной коллеги. – Джейк положил руку на живот, будто его подташнивало.

– Может, не надо рассуждать про сексапильную промежность? – Поппи невольно поморщилась.

– Да я-то не думаю, что она сексапильная, – сказал Джейк. – Я просто пытаюсь показать, как другие люди могут толковать мои мысли. И потом, Поппи, – Джейк наклонился к ней через стол и зашептал, – в прошлом у меня и правда было кое-что… кое-что по взаимному согласию с коллегой помоложе. Романчик минут на пять. Так что…

– Это ты про свою измену?

– Ну да. И если моя бывшая об этом услышит, она… – Джейк допил последний глоток пива. – Мне просто очень важно, чтобы ты поняла – я никогда бы не стал просто так лапать женщину. Фу! И то, что я упал на нее… это самое стыдное, что можно себе представить.

– Я знаю. Но все будет хорошо, правда. – Поппи сжала его плечо, надеясь успокоить.

– Ну то есть если я напьюсь или что-нибудь в таком духе… – Джейк качал головой. – Нельзя сказать, что я с трудом удерживаю член в штанах. Я совсем не такой… – Он все еще шептал. – Я что, так выгляжу? Как… как мужик, который домогается?

– Нет, совсем нет. – Телефон Поппи в очередной раз завибрировал. Ей правда было пора. Сэм уже писал ей полчаса назад – просил на обратном пути купить лимонов. – Джейк, мне нужно идти. Может, ты можешь побыть сейчас с кем-то еще? – Она потянулась за сумкой.

Но Джейк толком ее не слушал. Он уперся обоими локтями в стол и массировал пальцами виски.

– И потом, – сказал он, – уж сексуальные чувства я тогда точно не испытывал. Мой член той ночью практически не существовал.

Поппи засуетилась, собирая вещи, чтобы по ее лицу не стало понятно, что она видела тогда член Джейка и он определенно существовал: когда она вернулась к Маргарите, дав ему отоспаться, он лежал на диване голый, а одеяло валялось на полу. Член у него был точно такой, как она предполагала, – довольно толстый и дружелюбный на вид, окруженный густой зарослью лобковых волос. Поппи тогда сказала «упс» и прикрыла его.

– Мне скучно, – сказал вернувшийся к ним Билли. Ему явно надоело, что старшие дети его игнорируют, и кувыркаться в одиночку на липком ковре с разводами он тоже устал.

– Прости, приятель, – отозвался Джейк, вздохнув. – Ты, наверное, сильно набрался? Пойдем.

Поппи протянула руку, и Джейк ее взял.

– Я набрался! – Билли шел перед ними по пабу шатаясь. – Ох ты, ох ты! – он изображал комедийного алкаша, которого то и дело заносит в сторону.

– Надену на беседу в отделе кадров на следующей неделе носки с надписью «Я феминист», – сказал Джейк, открыв дверь паба сначала для Билли, а потом для Поппи. – Может, еще и кепку соответствующую, черт побери. Потому что они у меня есть, кстати, я действительно…

– Не надо этого делать, Джейк, – сказала Поппи, щурясь от внезапных солнечных лучей. – Феминистский наряд в этой ситуации не совсем уместен.

Они пропустили Билли вперед и очень медленно двинулись по тротуару за ним. Джейк сложил руки за спиной.

– Правда? Мне кажется, это именно что уместно. И я правда феминист, так что…

– Это отлично, – сказала Поппи, перебивая его, – но в отделе кадров тебе лучше быть скромным и ненавязчивым феминистом, Джейк.

Поппи вспомнила вдруг, как они с сестрой ходили на фестиваль в Финсбери-парк и то и дело натыкались на одного и того же типа в футболке с надписью «Я феминист». В конце концов Маргарита подошла к нему и сказала: «Спасибо за феминизм, но что тебя в нем привлекает?» А тип ответил, что он не то чтобы без ума от феминизма, но это его счастливая футболка, в ней ему всегда удается найти, с кем переспать. Маргарита кивнула. «Давай я дам тебе свой номер телефона?» – предложила она. А потом написала на внутренней стороне его руки помадой: «Отсоси».

– Ну так что, – сказал Джейк, – дашь мне положительную характеристику? Если она мне понадобится. – Он покосился на Поппи и выпятил подбородок. – Ты же там была.

– Да ладно тебе, Джейк. – Поппи была твердо намерена сохранять позитивный настрой. – До этого дело не дойдет.

– Но я же ничего не помню, Поппи. В памяти у меня черная дыра, так что моя версия событий будет звучать подозрительно.

– Просто говори правду. Будь как можно честнее. И потом, – Поппи пришла в голову новая мысль, – можно же получить медицинскую карту из клуба, наверное. Дежурного медика в ту ночь звали Део.

Они добрались до кладбища Эбни-Парк, и Джейк остановился.

– Неплохая мысль. Поппи, большое тебе спасибо за то, как ты отреагировала. Я не хочу, чтобы ты чувствовала, что тебя втянули в какое-то дерьмо.

– Да нормально, – сказала Поппи. – Просто хочу помочь. – Она говорила искренне.

– Большое тебе спасибо, честно. Ты очень хороший человек. – Джейк негромко прокашлялся, глянул на Билли, который прижался лицом к окну ресторана под названием «Хорошее яйцо». – И мне очень жаль, если я недостаточно вежливо отозвался о твоей помолвке. Наверное, я просто удивился. И может, чуточку… Но я рад за тебя, и… ну да. Расскажи мне о нем. Какой он? С-с… Сэм. Очевидно, замечательный. – Джейк говорил очень дружелюбно и вежливо, но глаза у него были уставшие и грустные. Он подергал ворот футболки, потом сунул руки в карманы.

Поппи подумала – может, не отвечать сейчас на его вопрос, а просто подойти и поцеловать?

– Ну… – Она поняла, что смотрит на его шорты. – Э-э… – Перевела взгляд ему за спину, на кладбище. – Сэм замечательный. Мы давно вместе. – И потом добавила вслух, осознав, что все это звучит постыдно неромантично: – И мы очень счастливы.

И они действительно были счастливы. Средним счастьем. Нормальным счастьем. Наверное, на самом деле это значило, что они старались не грустить. Долгосрочная любовь – это ведь выбор. Все отношения подразумевали работу, и Поппи с Сэмом взяли на себя обязательство стараться и работать. И потом, они столько вместе пережили. Такой путь прошли.

– Я так рад, что ты счастлива, – сказал Джейк. – Это главное. Самое главное.

– И свадьбы – это весело, правда? Они всем поднимают настроение. Думаю, она очень поднимет настроение моим родителям.

– Твоя свадьба?

– Да.

– Твоя свадьба поднимет настроение твоим родителям?

– Ну то есть мой брак. Я хочу сказать… год, конечно, был паршивый. Самый худший год. Мой папа, он… он… Я просто хочу, чтобы они сосредоточились на чем-нибудь позитивном.

– Конечно, – сказал Джейк. – Вы все заслуживаете счастья. Я рад за вас. Правда.

С того места, где стояла Поппи, сквозь кованые ворота виднелось множество покосившихся, осыпающихся могильных камней. Эбни-Парк входил в «великолепную семерку» кладбищ Лондона. Поппи много раз бродила с Маргаритой по тамошним тропинкам, где с ветвей свисал плющ и скакали белки. Они болтали, спорили, тыкали пальцем в деревья. Насколько наивными они были, что не задумывались, даже не обсуждали, что когда-нибудь, возможно, одна из них покинет другую, что одна из них, а потом обе лягут в землю.

– С тобой все в порядке? – спросил Джейк.

– Угу, – отозвалась Поппи. Она посмотрела на Билли, который пританцовывал впереди, держа свою куклу на бедре, как младенца. Потом его отвлек проходивший мимо рыжий лабрадор. Билли ткнул пальцем в его сторону и крикнул им: «Смотрите, кокер-пудель!»

Поппи улыбнулась.

– Он у тебя ужасно милый.

– Да, ужасно. Ты ему нравишься.

Они наконец сошли с места и двинулись дальше.

– Хочешь с нами поужинать? – спросил Джейк. – Я собирался приготовить спагетти болоньезе. Билли явно вымотался, ему нужны углеводы.

– Мы ждем в гости сестру Сэма и ее ужасного мужа. Так что… – Они подходили к магазину органических продуктов. Сейчас она зайдет туда и купит лимоны. Лимоны своему жениху. И, возможно, вкусный ягодный пирог.

Билли прибежал обратно к ним; Джейк подхватил его и закинул на плечо.

– Тогда в другой раз? Какие у тебя планы на неделю? – спросил он. Билли так и болтался у него на плече.

Неделя Поппи предстояла бурная. Она собиралась с Сэмом в «Хаус», шикарный отель, где работала Хейли, а потом у нее была работа во Франции.

– У меня в следующие выходные свадьба в Провансе, так что я еду туда.

– Не может быть. А где конкретно?

– Арль.

– Это рядом с Эксом? Мой отец снял там шато на месяц. Я точно съезжу на несколько дней. Не хочешь заехать после свадьбы? Там есть бассейн. Если это рядом, я могу за тобой заехать.

– О, – отозвалась Поппи. Она бы с удовольствием взяла пару выходных после свадьбы и потусила с Джейком, но что она скажет Сэму? Очередную ложь. Это будет совсем неуместно. – Чудесное предложение, но я не могу.

Джейк поставил Билли на землю и взял за руку.

– Ну, если вдруг передумаешь… – Он поцеловал Поппи в щеку и негромко сказал: – Для меня очень важно, что ты нас сегодня тут поводила и присмотрела за Билли и все такое. Я чувствую, что мы стали друзьями. Ты это чувствуешь?

– Да. – Поппи потрепала Билли по волосам. – Рада была с тобой познакомиться, – улыбнулась она ему. – И с Шиной.

– Она не Шина!

– Ее зовут Сплин, – сказал Джейк.

– Не-ет, папа! Нет!

– Извини… – Поппи глянула на Джейка, и они улыбнулись друг другу.

Наконец Джейк и Билли собрались уходить. Поппи помахала им на прощание и застыла, глядя им вслед. Когда они повернули за угол, глаза ее затуманились. Их больше не было видно, и Поппи тоже двинулась в путь. Магазин. Лимоны. Она купит цветы. И вино. Она купит красивую открытку в художественном магазине по соседству и напишет на ней: «Я люблю тебя, Сэм». И еще: «Я рада буду завести с тобой ребенка». И еще: «Меня ужасно пугает жизнь, и что, если мы допускаем ужасную ошибку», и еще: «Я СКУЧАЮ ПО СЕСТРЕ. ПОЧЕМУ ЭТО СЛУЧИЛОСЬ С НАМИ?»

А потом Поппи бросилась бежать не в ту сторону, в которую собиралась. Она завернула за угол, увидела Джейка с Билли и внезапно резко остановилась, будто на краю пропасти.

Джейк присел перед Билли, вытирая ему лицо бумажным платочком. Билли увидел ее первой.

– Папа, Попа вернулась!

Джейк поднялся на ноги.

– У тебя все в порядке? – Он прищурил один глаз, почти что подмигнул. Склонил голову набок. – Что случилось?

С Джейком жизнь Поппи шла наперекосяк, но в хорошем смысле слова. Может, это было плохо, но все же радовало ее.

– Я… Я… – Она не хотела от него уходить. – Я знаю, у тебя, наверное, куча друзей и все такое, и еще, конечно, Билли и Спл… кукла, самая лучшая компания, но я подумала, может, я тоже с вами пойду… у тебя был тяжелый день… мы же теперь друзья и все такое.

– У нас макароны с мясом, – сообщил Билли.

– А как же твой ужин? – спросил Джейк.

– Сэм поймет, мы и так регулярно видимся с его сестрой, – сказала Поппи. И это была правда, но только наполовину.

Джейк благодарно приобнял Поппи.

– Мы будем рады, если Поппи поест с нами болоньезе, правда, приятель?

– Слушай, а ты знаешь, как танцевать тверк? – Билли посмотрел на нее сверху вниз. – Могу тебя научить, когда придем к папе. – Он взял Поппи за руку своей маленькой теплой ручкой, и они втроем двинулись в направлении квартиры Маргариты. Все прохожие сочтут их семьей, подумала Поппи, и в душе у нее воцарился покой.