Поспать Мите удалось всего часа четыре. Разбудил звонок-напоминалка.

Что за ерунда? Какие у него еще могут быть запланированные на сегодняшний день дела?

Глянул на экран. А! По четвергам у тетушек Китти и Долли салон.

Давно зовут и обижаются, что он все никак не дойдет. Тем более что сезон салонов заканчивается: аристократы разъезжаются по дачам. Сегодня, кажется, тетушки собирают у себя гостей в последний раз перед следующим зимним сезоном.

Ну что ж поделать. Просто забыл позвонить и предупредить, что сессия еще не закончилась. И отключить напоминалку.

Не беда, позже позвонит. Тетушки поймут.

Митя повернулся было на другой бок, но тут его осенила заманчивая идея.

А ведь, во-первых, тетушки непременно должны лично знать нынешнего хозяина дворца Белосельских-Белозерских – князя Эспера Александровича. И не только самого князя, но и его безвестно пропавшую жену.

Во-вторых, через модный салон Китти и Долли еженедельно проходит немалое количество народа. И каждый гость несет новости, сплетни и толки. Значит, слухи о странных вещах, которые происходят во дворце на углу Невского и набережной Фонтанки, не могли пройти мимо хозяек салона.

А такие слухи должны быть обязательно! Уж если сплетни возникают на пустом месте, то только по поводу исчезновения княгини наверняка в свое время был целый скандал. Который не мог не запомниться.

Словом, эстетский салон тетушек предстал вдруг ценным источником криминально-мистической информации. Если грамотно ее собрать, то это наверняка поможет Лизе в поиске следов пропавшей матушки.

Девушка наивно надеется получить от матери какой-то ответный сигнал. Увы, ее ждет жестокое разочарование: Ротонда не дает никаких обещаний и намеков. Во всяком случае, Митя об этом ни разу не слышал. Никто не знает, сбудется ли его желание.

Итак, представим картину: Лиза стоит около немой стены – подавленная, пытаясь скрыть невольные слезы. А тут Митя – вуаля! – достает из цилиндра кроли… тьфу ты! добытые ценные сведения.

И это, конечно же, существенно поднимет его рейтинг в глазах Лизы.

Впрочем, насчет вуаля веселиться рано. Может быть, дворец Белосельских-Белозерских таит такие истории, о которых нежной смолянке лучше не знать.

Короче, хватит валяться, надо вставать и дела делать. Потому что разумнее всего к тетушкам отправиться уже сейчас.

Ведь у юного князя в фамильном дворце имеется своя весьма уютная комната. Там даже хранится кое-какая одежда и подаренные тетушками кроссовки.

Любящие tantes[46] упорно предлагают племяннику пожить у них. Мол, переезжай вместе со своим шкафом. Костик тоже не против. Но Митя предпочитает голодную свободу.

Так вот, если поехать в салон пораньше, то можно сначала спокойно поговорить на интересующую тему. А потом уединиться в своей комнате и почитать учебник часов до одиннадцати. Как раз будет время для зубрежки до встречи с Лизой.

Если же он сейчас останется дома, то продрыхнет допоздна и будет потом метаться. Так что вперед!

Митя с внутренним стоном спустил ноги с дивана. Потряс головой. Посидел так еще, окончательно просыпаясь.

Собравшись с силами, встал и поплелся в душ.

Появляться в салоне тетушек полагалось во фраке.

В этом самом фраке и накрахмаленной рубашке с бабочкой пришлось ехать на метро: финансы опять негромко и задушевно запели романсы. Меломаны, ага. Хорошо, хоть не акварок.

Народ косился, но Мите не привыкать. В конце концов, это еще не крайний случай неуместного для подземки дресс-кода. Недавний мундир кавалергарда в вагоне с залоснившимися сиденьями выглядел бы куда более экстравагантно.

Мите надо было на Фонтанку, но он решил выйти на «Юсуповской».

Как известно, эта станция метро построена на средства князей Юсуповых. Что с их стороны, наверное, выглядело просто небрежным благотворительным жестом. А как же – соперничают по богатству с самой правящей династией Романовых.

Роскошный павильон на набережной Мойки нынче облюбовали аниматоры. Ряженые в образах Феликса Юсупова и его жены – красавицы царской крови Ирины – зарабатывают вовсю, фотографируясь с простодушными туристами.

«Феликс» – в гимнастерке с эффектными для дилетанта погонами Пажеского корпуса. «Ирина» – как на известной фамильной фотографии – в белом платье, лаконично украшенном длинной ниткой жемчуга.

Точнее, с «Феликсом» и «Ириной» обычно снимаются эстеты. Люди попроще предпочитают ошивающегося здесь же колоритного Распутина – борода лопатой, красная рубаха, сапоги бутылками. Якобы призрак этой мистической личности до сих пор бродит вокруг да около Юсуповского дворца. Где гениального проходимца, как известно, вероломно убили.

Что касается Мити, то его интересовала именно пара аниматоров-«аристократов». Но вовсе не из эстетских соображений. А потому, что один из загадочных всадников на Аничковом мосту – некий Макар Тарасов – раньше промышлял здесь в образе знаменитого Феликса Юсупова.

Да, Макара, как и Пелагею, очевидцы узнали без труда. Благодаря своему роду занятий аниматор был довольно известной в Петербурге личностью, ведь многие постоянно видели его у станции метро.

Тут же в сети появились слухи о том, что где-то месяц назад Макар бесследно исчез и «Ирина» уже подобрала себе другого партнера. И вдруг – бац! – то ли сам Макар, то ли его призрак появляется в мистическом шоу на Аничковом мосту.

Но это еще не все!

Особо въедливым и обладающим отменным зрением очевидцам вроде бы удалось расшифровать личность третьего всадника – крепкого рыжеволосого мужчины. С пеной у рта они принялись уверять, что это не кто иной, как знаменитый Павел Чуев – компьютерный гений и изобретатель супервируса «Азеф». Всем известно, что с помощью своего детища Чуев ловко почистил многие денежные счета соотечественников и ныне объявлен в международный розыск.

И тоже бесследно исчез. Неожиданно, правда?

Вопрос: какая связь между этими двумя исчезновениями? Если с Чуевым все объясняется самым естественным образом – мошенник просто скрывается от полиции, – то с какой стати исчезать аниматору?

Вот это-то Митя и хотел выяснить.

Выйдя из метро, он сразу увидел нужную пару – гимнастерка и белое платье. Уличные артисты, как они себя называют, стояли неподалеку от мраморных ступеней павильона и хищно вглядывались в людской поток, тянувшийся из его прозрачных дверей.

Увидев, что Митя направляется к ним, аниматоры оживились и подтянулись.

Митя отметил, что «Ирина» выглядит породисто: высокая, стройная, с классическими чертами лица, сухими щиколотками и узкими запястьями.

«Феликс» рядом с ней смотрелся плебеем – не князь, а скорее денщик.

Прежний «Феликс» – Макар, судя по фоткам в сети, был куда значительнее и вообще удивительно похож на оригинал.

Срочная замена партнера вышла явно неудачной.

– Хотите сфотографироваться? – спросил неудачный «Феликс».

Да, для установления контакта это не помешало бы сделать. Но Мите было жаль отдавать немаленькую сумму за балаганный фейк.

– Я студент-магик, – представился он и показал студенческий билет в развернутом виде, как показывают важные удостоверения.

Обычно это производило впечатление. Люди толком не понимали, кто такие магики. Поэтому относились к ним настороженно, но, на всякий случай, с некоторым уважением.

– Я составляю психологические портреты людей, которые попали в ситуации, связанные с магией, – выдал Митя витиеватую и туманную формулировку. – Поэтому хотел бы поговорить о Макаре Тарасове.

Губы «Ирины» скривились в неприязненной гримаске. Эх, надо было все-таки сфотографироваться! Ну да ничего.

– Вы, конечно, знаете, что Макар… или его призрак… участвовал в мистическом конном шоу на Аничковом?

«Ирина» презрительно молчала, и Митя решил несколько сменить тактику.

– Я видел фотографии Феликса… ой, извините, Макара в образе Феликса Юсупова, – с мягкой улыбкой сказал он. – Красавец! А сколько обаяния!

Гримаска «Ирины» несколько расслабилась и перетекла в печальную улыбку.

– Настоящий артист! – для верности добавил Митя. Впрочем, вполне искренне. – А как похож! Не сомневаюсь, что он с успехом сыграл бы роль Феликса Юсупова в историческом сериале!

Ноздри «Ирины» затрепетали, она опустила глаза. Похоже, Макар был ей по-настоящему дорог. Девушка достала из сумочки упаковку бумажных платков и аккуратно промокнула глаза, стараясь не размазать тушь.

– Всего несколько вопросов. Вы позволите? – осторожно настаивал Митя.

– Ладно, – кивнула «Ирина», убирая остатки упаковки в сумочку. – Только недолго.

Они зашли за павильон и сели на скамейку, стоявшую в стороне от людского потока.

Некоторое время девушка молчала, глядя вдаль и беспокойно теребя крупные бусины. Митя отметил, что ожерелье, естественно (ха-ха!), искусственное. Но смотрится как настоящее.

– Ну что вам сказать? – наконец начала «Ирина», нервно раздувая ноздри. – Да, мы с Фе… с Макаром то есть были парой. Вообще-то это он меня нашел. Рассказать как?

– Да, конечно…

– Выхожу как-то вот из этого самого метро, а ко мне красивый юноша в форме подходит. – Девушка приободрилась и даже слабо заулыбалась. – «Ни разу, – говорит, – не видел, такой утонченной красоты». Ну я, конечно, от недостатка мужского внимания не страдаю. И вообще, замуж собиралась. А тут Фе… Макар то есть… Внешность, манеры, комплименты… «Вы, – говорит, – настоящая княгиня». А какая из меня княгиня? Я швея так-то. Ну и, конечно, тогда не знала, в чьем он образе. Да и вообще про этого Феликса Юсупова ничего не знала. Мне Макар потом рассказал, что князь этот был единственным наследником самой богатой в России династии… Что убил Распутина… Что женился на царской племяннице. И что я на эту самую Ирину здорово похожа. Мне это очень польстило, а как же! Ну он предложил вместе работать, а я сразу и согласилась. Макар, он ведь очень обаятельный был… Просто неотразимый! Когда хотел, конечно. Девчонки мои сразу крик подняли: «Ты с кем связалась?! Артист погорелого театра!» Вы же правильно поняли, что он правда артист. Зря, что ли, такой яркий и красивый. Институт по этому самому актерству окончил. В каких-то там эпизодах на СПб-фильме снимался. Но карьера не сложилась так-то. Вот он и стал Феликсом работать. Тем более что правда очень был на настоящего Феликса Юсупова похож. И это здорово ему льстило. – «Ирина» горестно вздохнула и добавила с отчаянием: – Да и вообще, у него крыша на этой почве поехала, мне кажется…

– Это как? – насторожился Митя.

– Ну… Вот он даже не любил, когда его Макаром называют. Простонародное, мол, имя. Требовал, чтобы я к нему обращалась «Феликс» и чуть ли не «ваше сиятельство». Я поначалу смеялась. А он: ты глупая, не понимаешь ничего. Надо быть в образе, чтобы тебе поверили. – «Ирина» простецким жестом растопырила пятерню, демонстрируя изящный бесцветный маникюр. – Так-то маникюр у меня был со стразиками, переливался красивенько, ага… Так Фе… Макар то есть мне все пенял: и маникюр у тебя вульгарный, и смех грубый. И не ходи к своим подружкам, ты потом странно себя ведешь. Странно веду, надо же! И ожерелье… – Она потеребила бусины. – Это ведь настоящий жемчуг!

– Я сразу так и подумал, – почти не соврал Митя.

– Не представляете, что с Макаром было, когда я сначала пластмассовые бусики одела… надела. Чуть не истерика! – вновь улыбнулась «Ирина». – Я говорю: «Да какая разница! Никто ведь не знает!» А он: «Я знаю! Ты знаешь! Стиль должен идти изнутри!»

– Значит, Макар купил вам ожерелье из настоящего жемчуга, чтобы вы могли создать более убедительный образ княгини? – уточнил Митя.

– Макар? – печально усмехнулась «Ирина» и явно хотела добавить что-то едкое. Но удержалась и лаконично проинформировала: – Это я сама купила. – Вздохнула и вдруг нелогично добавила: – А теперь почему-то кажется, что это его подарок…

«Интересно она говорит о Макаре», – отметил про себя Митя. Тут и понятные претензии, и старые обиды, и в то же время какая-то невольная и неистребимая нежность. Несмотря ни на что, любит его. Эх, меня бы так любили…

– С одной стороны, насчет… э-э-эм-м… глубины образа он был прав, – заметила «Ирина». – Мы шикарно выглядели и хорошо зарабатывали. Сейчас совсем не то по деньгам… А тогда коллеги по всему Невскому только локти кусали. Конечно, если костюм на тебе колом сидит… Завидовали, ага. И вообще, весело было. Дамы молоденькие в Фе… в Макара то есть прямо влюблялись. Записочки ему пачками писали. Глупенькие. Думают, раз красавец в мундире, значит, благородство, широкая душа. Ага, щас! Ошибаются. – Легкая усмешка вдруг сменилась болью. – А с другой стороны, слишком уж он в этот образ вошел. Вжился, можно сказать. Слишком! И уже не мог остановиться. Да тут еще новый друг ему стал поддакивать. Ты, мол, человек непростой. Чуть ли не побочный сын кого-то из настоящих Юсуповых. Маргинальный князь, ага. Белая кость, голубая кровь. Вот у Макара крышу и снесло окончательно. Эх!

– Что за друг? – насторожился Митя. – Вы с ним общались?

– Куда там, – покачала головой «Ирина». – У них свои разговоры были. Не для моего ума.

– Ну хоть видели его?

– Видела, конечно. Ничего особенного – худенький такой, плюгавый. Волосы длинные, в хвост собраны. Он же к нам приходил. Мы тогда двушку на Владимирском снимали. Они с Макаром в одной комнате сидели, я в другой. Если только что-нибудь подай-убери.

– А о чем они говорили?

– Да я не слушала. Книги какие-то обсуждали, фильмы. Больше на историческую тему. Этот Игорь, он ведь вроде историк, аспирант в универе. Занимался, кажется… родословными всякими. Корни искал. Не знаю уж, что он там у Макара нашел, да только боком ему эти амбиции вышли… – Она с досадой махнула рукой и категорично объявила: – Все. Мне работать надо.

– Простите… Еще буквально пару вопросов, – заторопился Митя. – Скажите, а когда вы видели Макара в последний раз?

– Второго мая, – четко, без запинки ответила «Ирина» и нервно прикусила губу.

– Но почему же вы решили, что он исчез? – осторожно осведомился Митя. – Ведь и месяца еще не прошло…

– Да потому, что он записку оставил! – выкрикнула девушка, испугав прохожих. – «Прости, я уже никуда не вернусь…» Никуда! Вы понимаете?!

– Да… Понимаю… – вздохнул Митя.

Драма двух эффектно красивых людей очень его тронула. Но в то же время парень не забывал о расследовании.

– Но вы ведь его искали? Фе… Макара?

– Искала! – «Ирина» порывисто поднялась со скамейки, давая понять, что аудиенция окончена. – Искала! По всем адресам! Его нигде нет!

Девушка развернулась на каблуках и решительно направилась к своему рабочему месту, где уже с нетерпением переминался фальшивый Феликс.

Впрочем, Макар тоже был фальшивкой. Какими все-таки разными бывают подделки.

Митя вскочил и зашагал следом. Проводив даму до места, на прощание поцеловал «Ирине» руку.

– О, покорнейше вас благодарю! Вы очень мне помогли!

На эту очаровательную сценку сразу обратили внимание выходившие из павильона метро вездесущие туристы. Вокруг «Феликса» и «Ирины» мгновенно образовалась маленькая гомонящая толпа.

Митя с улыбкой подумал, что хотя бы так он сумел реально отблагодарить «Ирину» за ее откровенность. Поработал, можно сказать, короткой рекламой.

Интересное выдалось знакомство, есть о чем поразмышлять… А теперь в путь! Ко дворцу тетушек.