В своём кабинете Спенсер Уутон сидит за стальным столом с кварцитовой столешницей. Он задрапировал бетонные стены складками алого бархата. Кажется, будто он окружён театром — словно он один-единственный зритель, ожидающий, когда начнётся пьеса на триста шестьдесят градусов. Когда он был мальчишкой, в возрасте от двенадцати до шестнадцати, ему часто снился один и тот же эротический сон: действие происходило в покоях с ало-бархатными стенами, где за ним ухаживали стройные нагие девочки эльфийской красоты. У них были крылья фей, и пока одна из них доставляла ему удовольствие, другая в упоительных судорогах наслаждения летала по комнате. Ещё тогда Спенсер чувствовал, что эти фантастические сны — не только про секс, что девочки — не просто девочки: эти восторги сна были насыщены символами, которых он не умел истолковать. С тех пор как сны прекратились, он жаждет, чтобы они снова возвращались регулярно; он уверен, что есть нечто, что он может сделать — и этим заслужить такие сны на всю оставшуюся жизнь. Они преследуют его.

Возможно, если он добьётся успеха с начальной школой, ему воздастся — и сны возобновятся. При свете лампы он изучает фотографии школы, которые сделал во время одной из своих вылазок.

Микки Магинти раздобыл архитектурные планы и спецификации инженера-строителя, по которым возводили эту школу. Он также предоставил сведения о нынешней системе безопасности и протоколах экстренной эвакуации.

Чтобы вооружённому преступнику было не так просто проникнуть внутрь, все внешние двери оборудованы пуленепробиваемым стеклом и электронными замками, которые при угрозе могут быть активированы сотрудником охраны или администратором — так, чтобы опасность осталась снаружи. Однако в руках того, кто способен вмешаться в систему, эта же защита может обернуться ловушкой для тех, кто окажется внутри.

Подрядчик выиграл пакетный тендер — построить одну начальную школу и две средние. Он был щедр с политиками и ключевыми бюрократами. Чтобы отбить свои вложения, он брал откаты от субподрядчиков и поставщиков, а те, в свою очередь, возвращали себе деньги, прибегая к материалам и технологиям худшего качества. В результате достаточно целенаправленного разрушительного воздействия, чтобы вызвать цепную реакцию конструктивных отказов; а поскольку здание отапливается природным газом, повреждение коммуникаций превратит рушащуюся школу в огненный ад.

Страх необходим, чтобы навязать обществу перемены. Граждане, подвергаемые непрекращающемуся террору, охотнее отдают свои эгоистические свободы — якобы ради лучшего мира для всех. Когда целью становятся невинные дети, послание, адресованное толпе, таково: никто не в безопасности; а те, кто это делает, настолько правы в своей цели, что не оставляют себе места ни для сентиментальности, ни для милосердия.

В мягком свете лампы на фотографиях, которые сделал Спенсер, видно детей на школьной площадке в тёплый сентябрьский день. На них нет курток. В некоторых — тонкая, эльфийская стать; некоторые схвачены на бегу, в игре, почти так, словно у них есть крылья и они вот-вот взлетят. Они напоминают ему фей-любовниц, которые давным-давно дарили ему наслаждение во сне. Он осмеливается думать, что, погибнув при разрушении школы, они снова будут жить в его снах — превращённые в крылатых сильф, предназначенных ему, чтобы он наслаждался ими ночь за ночью, в восторге за восторгом.