— Очень сексуально, мне нравится, — раздалось где-то совсем рядом со мной, а точнее надо мной. От неожиданности я попыталась встать, но стол не дал мне это сделать, и я просто ударилась об него головой.Демид потянул меня за руку и вытащил из-под него.— Почему не зашла? Сюрприз готовила? — спросил он у меня, а сам расстегивает мою рубашку, которая и так почти расстегнута мной.— Что ты делаешь! — возмутилась я и быстро отвернулась от него, стала застегивать всё обратно. — Я кулон искала!— Ага. Ты снова начинаешь? Ты уж определись! Пора бы уже! Ты же видишь, что заинтересовала меня уже; меня никто ещё так не клеил. Я оценил! Уже давно пора к делу переходить, — он обнимает меня сзади. — Хочу тебя. Идём, — разворачивает меня и тянет за руку.

— Куда? — ох, батюшки... Это он мне сейчас признался, что я ему нравлюсь, что ли? Это же одно и то же? Ведь не скажет же он такого той, которая не нравится?— В кабинет ко мне, чтобы никто не зашёл и не помешал, — с очень довольным лицом мне это говорит; он обернулся и посмотрел на меня, я это видела!— Я нравлюсь тебе, Демид? — спросила я. Мне нужно это знать!— Очень нравишься, — сказал он и закрыл за нами дверь и щёлкнул замком.Я хотела его спросить, а точнее уточнить, какие планы у него на меня, ведь это важно! Поговорить хотела.— Демид...— начала я.— Потом, всё потом, — он быстро подошёл ко мне и впился в мои губы, как тогда, у него дома. Как же приятно; мне точно это нравится. Когда он оторвался от моих губ и переместился на шею, я всё-таки спросила у него:

— Получается, что мы теперь встречаться начинаем?— Да... да...— тяжело дыша, ответил Демид и усадил меня на свой стол.Что-то он как-то разошёлся; уже рубашку мою из брюк вытащил, не переставая целовать меня. Нужно его останавливать. Ведь это не правильно — как-то так быстро переходить к сексу, да ещё и в кабинете у него. А ведь для меня это будет впервые! Я вообще ещё ничего не решила на счёт него! Я его отстраняю, а он ни в какую; я уже хотела его ущипнуть, чтобы он пришёл в себя, как раздался вопль за дверью! И мы с ним замерли.— Демид Егорович! ЧП! — кричала какая-то женщина!— Чёрт! — тихо сказал он и спустил меня со стола; я стала быстро поправлять одежду, а он пошёл к двери, посмотрел на меня, поправил себя в области ширинки и пригладил волосы.Я со скоростью света поправила свою одежду; не хватало, чтобы ещё слухи про меня распустили.

— В чём дело, Маргарита Петровна? — это же бухгалтерша наша; как я сразу не узнала её по неприятному голосу.— У нас трубу прорвало в бухгалтерии! — верещит она.— Какую к чёрту трубу? — раздражённо спросил Демид.— Батарею нашу! Заливает всё! — всё ещё громко кричит она.И мы с Демидом пошли за ней. Как только мы зашли в лифт, Демид сразу же встал рядом со мной и положил руку мне на попу, сжимал её и гладил. Было неловко от того, что мы не одни, но приятно. Наверное, так проявляется внимание к понравившейся девушке. Хотя Гришка так не делал; мы только обнимались и целовались, но Демид же старше! И опытнее! Сколько ему лет-то вообще? Лет тридцать, наверное. Мне очень даже подходит!Так-то всё складывается не так уж и плохо; пока я буду в роли секретаря, я смогу оценить и изучить Демида; хочется узнать его получше.Так мы и спустились на второй этаж, а там уже собрались люди. Некоторые лица мне были знакомы, но имён их я не знаю.Демид

Как же я рад, что затащил пигалицу к себе; да я даже готов сам на все звонки отвечать, раз она так боится и переживает; главное, что она здесь.Раздался голос Руслана; я сначала даже не понял ничего, а потом дошло, что она просто не нажала кнопку на селекторе ещё раз. Хотел выйти к ним; не фиг рассматривать мою пигалицу, а Руслан точно включит своё обаяние и начнёт заигрывать с ней. Не позволю!

Но я так и не смог выйти. Аврора начала нести такую ржачную чушь, что я чуть не умер от смеха, видимо, она так сильно перенервничала, что никак не может сформулировать и произнести нормальную фразу.Я с трудом дошёл до двери, открыл и увидел ржущего друга, и меня накрыло новой волной смеха.Отсмеялись и смогли нормально зайти ко мне в кабинет.— Что за чудо? – спросил меня друг, вытирая слезу.— Аврора, замещает Екатерину.— Красивая малышка. Ты уже... – и показал мне знак руками, обозначающий секс.— Нет ещё. Моя она. – веселья как не бывало, так и знал, что он захочет претендовать на пигалицу.— А-а-а! Так она ещё свободная! – радостно сказал друг, а может, и не друг уже. Не решил ещё.— Ты решил всех моих секретарей перебрать? – сильно злясь, спросил я. Он уже и с Катей успел покувыркаться, и теперь между ними сильная неприязнь; как только он приходит, в Катю вселяется дьявол. – Катя вернётся, и забирай.— Ну нет, она мне не нужна, скучная и навязчивая. Я еле-еле от неё отделался. – рассмеялся Руслан.— Пига... – откашлялся. – Аврора моя! И точка! Если подкатишь к ней свои яйца, я тебе их отрежу, будешь евнухом у нас. – предупредил я его.— Что завёлся-то, как истеричка! – психанул друг. – Зацепила что ли? – уже спокойно и даже с интересом спросил он.— Зацепила. – буркнул я.— Не даёт? – он теперь смеётся надо мной.— Что вообще припёрся-то? – спросил я его; не хочу обсуждать с ним мою пигалицу, а тем более это.— По делу я, по делу. – продолжает смеяться Руслан.Как только он ушёл, я расслабился. Посидел немного и пошёл смотреть, что там делает Аврора, а точнее, я пошёл посмотреть на неё.Вышел и понял, что её нет! С Русланом ушла! Убью двоих. Так разозлился на них, а в особенности на неё; список, наверное, пошла свой пополнять!А потом услышал какую-то тихую возню, нашёл источник звука под столом и заглянул, нагнувшись; увидел ножки моей неразборчивой добычи. Аккуратно обошёл стол, и что я вижу! Она сидит под столом в расстёгнутой рубашке и трогает свою грудь. Интересно, что она делала? Почему под столом? Хотела голой ко мне зайти? Вообще пофиг; у меня в штанах член почти дымит от увиденного, а тем более, что девочка со странностями, не известно, что у неё в голове.Без лишних вопросов и разговоров я вытащил эту затейницу из-под стола и быстро повёл в свой кабинет; он у меня закрывается, в отличие от общей двери, которая закрывается только на ключ.Оказывается, я сильно соскучился по ней, судя по моему поцелую, от которого я испытывал блаженство, и по моему сердцу, которое выстукивало радостный ритм. Голова вообще отключилась.— Получается, что мы теперь встречаться начинаем? – сквозь гул в ушах донеслись до меня слова.— Да... да. – ответил я. Нравится она мне, и я постараюсь выбить всю дурь из её головы; мне ещё нужно про дрища узнать, что он таскается за ней? Или она за ним? Даже разозлиться успел, но решил, что всё потом; не хочу портить этот момент.И когда я уже хотел перейти к главному и даже уже нащупал презерватив в кармане, как за дверью раздался крик.Я был сильно раздражён, и только попка пигалицы, которую я мял в лифте, немного меня успокоила.На первом этаже творился какой-то хаос. Все бегали, как полоумные, вытаскивая коробки в коридор. Помещение реально заливало; из трубы вырывался фонтан, а на полу уже воды было по щиколотку, не меньше; а кабинет этот довольно большой, ведь здесь вся документация.Только я хотел сказать Авроре, чтобы она туда не ходила, повернулся и увидел, что её уже нет рядом; она уже внутри, босиком и в подвернутых брюках, перекладывает какие-то папки.— Демид Егорович! Помогите мне! Я вся промокну; мои туфли испортятся! Спасите! – раздался голос Марины, которая сидела на столе возле окна.— Ну так вы туфли снимите и идите; в чём проблема-то? – сказала Аврора.— Я не могу ходить по грязной воде! – возмутилась Марина.Чёрти что! Я выругался и тоже снял ботинки и носки, подвернул брюки и пошёл.Подошёл к Марине, и она сразу протянула мне руки. Взял её на руки, а она прижалась ко мне и положила голову мне на плечо. Я, конечно, большой и сильный, но она показалась мне довольно тяжёлой по сравнению с Авророй.— Вы такой сильный и мужественный, Демид Егорович. Я уже давно это заметила. – томным голосом сказала она.Я взглянул на пигалицу; она пристально наблюдала за мной, пока Марина обнимала меня за шею.Поставил Марину на сухой пол; она тут же сняла свои туфли и, держа их в руках, обратилась опять ко мне, не давая уйти.— Ой, пуговички расстегнулись; не поможете мне застегнуть, а то у меня руки теперь грязные, а блузка белая; не хочу ходить в испачканной одежде. – сказала она и подставила мне свою раскрытую грудь. Не впечатлила. У меня мозг на другую настроен.Я старался быстрее отделаться от Марины.— У вас такие ловкие руки! Вы мой спаситель, Демид Егорович! Я обязательно с вами рассчитаюсь за это! – и пихает мне свою грудь; мешает только; никак не могу застегнуть эти мелкие пуговки.Когда всё было готово и я смог отделаться от навязчивой Марины, снова вошёл в кабинет и понял, что наконец-то перекрыли воду.— У вас такие ловкие руки; вы мой спаситель. Тьфу! – зло кривляясь, прошипела мне Аврора.— Я просто не мог отказать; как бы я выглядел? – возразил я.— Конечно, не мог. А чего ты ей сразу всё не показал? Она тебе сиськи, а ты бы ей письку. Обменялись бы интимными местами; она точно этого ждала от тебя. Даже не успели ничего начать, а ты уже на другую переключился; мял её у меня на глазах! – у меня просто нет слов.— А сама? Только ушла из моей квартиры и сразу с дрищом укатила! – тоже тихо прошипел ей сквозь зубы. Я бы наорал на неё, так этого хотелось, но мы здесь не одни.— Каким ещё дрищом?

— С таким, который на машине тебя возит.— Это сосед мой. Он не считается, – невозмутимо сказала она.А меня это так задело и шокировало. Сосед не считается!— А это моя сотрудница, и она тогда тоже не считается! – возмущённо прошептал я, да так яростно, что даже слюнями брызнул.— Вот и иди к ней, и пусть она тебе помогает! Между нами всё кончено! – заявляет мне пигалица и топает ногой, забрызгав мне брюки.И вот на хрена она мне? Истеричка ненормальная. Такая весь мозг чайной ложечкой съест! Пусть с дрищом своим остаётся.

Я дал распоряжение и сказал, чтобы мне потом отчитались, и пошёл к Марине, которая стояла в стороне, уже в туфлях.— Мариночка, всё хорошо? Пойдёмте кофе выпьем, – я специально так спросил и улыбку выдавил из себя, чтобы это услышала мимо проходящая пигалица. Она хмыкнула и громко скинула папки на пол, которые несла.Я увёл Марину, приобняв её за талию. Пусть Аврора увидит, что бегать за ней я не буду!Аврора

Какой же гад всё-таки. Сначала меня в кабинете нежил, а потом на моих глазах лапал за грудь другую, ещё и с таким довольным лицом.А потом вообще увёл её, обнимая и улыбаясь. Я так сильно расстроилась, что убежала в туалет и поплакала там. Это были мои вторые взрослые отношения, и опять они закончились так быстро...Я пошла в кабинет и забрала свои вещи, а потом зашла в кабинет Демида, взяла листок бумаги из принтера и нарисовала на нём сиськи, а снизу написала: «Чтобы тебе скучно не было, можешь их пожамкать!». И уехала домой, а потом решила поехать к родителям. Мне нужно поговорить с мамой.— Мам, а как ты поняла, что папа тебя любит? – спросила я, когда мы с ней сидели за столом.— Сразу поняла, он же и не скрывал этого. Заботой меня окружил, провожал и встречал, цветы мне носил, а они тогда не везде были, как сейчас. А когда полевые мне приносил, вообще всё понятно было; видела бы ты эти букеты! – с улыбкой сказала мама.— А папа тебя когда-нибудь предавал?— Нет, что ты. Разве можно предать того, кого любишь? И я никогда не предавала; зачем мне кто-то другой, когда у меня был самый лучший, и другого такого больше нет. Кто он? – спросила мама.— Кто кто? – не поняла я.— Тот, который покорил твоё сердце, – мама смотрит на меня и улыбается. Ну и что мне сказать? Я ведь не могу ей врать; никогда не врала, а кроме мамы мне поделиться не с кем, а тем более она всегда мне даёт очень хорошие советы.— Это мой начальник, – тихо призналась я.— Семён Петрович? – сильно удивилась мама и схватилась за сердце.— Что Семён Петрович? Случилось с ним что-то? – папа вошёл на кухню в самый неподходящий момент.— Случилось, Лёшенька, случилось... – самым траурным голосом сказала мама. – На дочку нашу глаз положил. Он же ровесник нам, и жена у него есть! – ахнула мама, всё также держась за сердце.— Без паники! – скомандовал папа и сел с нами за стол. – Рассказывай, Аврора; мы во всём разберёмся и в обиду тебя не дадим, – обратился он ко мне.Ой, всё так неожиданно, и зачем я вообще к маме пошла? И что мне говорить? Что он извращенец и бабник?— Папа, мама, это не Семён Петрович, вы что? Начальник мой, другой, второй, наш общий начальник всех, и он не женат, – нервно сказала я. Когда я нервничаю, то не могу нормально изъясняться. В голове я готовлю правильные слова, а рот произносит что-то непонятное.— Он обидел тебя? – строго спросил папа.— Нет, что ты! Просто нравится мне, вот и всё. Ничего такого нет, правда.— Я хочу посмотреть на этого начальника всех и вся. А если надо, то и беседу с ним проведу. А то запудрит тебе мозги; ты у нас добрая и доверчивая девочка, и сделать это нетрудно, а обижать тебя я никому не позволю! – твёрдым голосом сказал папа.— Правильно, Лёшенька, – поддержала его мама.— И чем тебя Серёга не устраивает? Отличный парень, спокойный и целеустремлённый, – сказал папа.— Пап, мне с ним скучно, и не нравится он мне, – не то что Демид; такой он красивый... опять плакать захотелось из-за него.— Но ты подумай, подумай хорошенько. И смотри, как здорово будет! Переезжать никуда не нужно будет; всегда рядом с нами будешь, потом и внучата пойдут, а мы с тобой рядом и всегда поможем, – воодушевлённо сказала мама. Что-то она вдруг на сторону папы перешла, а ведь мы совсем недавно обсуждали Серёгу, что он совсем не джентльмен... знали бы они, что и Демид их сосед и он мне очень сильно нравится, прям очень.Перед сном я всё же ещё раз поплакала. Как так можно? Сначала со мной был, целовал меня и трогал, даже в чувствах мне признался, а потом сразу к другой перешёл, к Марине! Я её часто видела и знала; не говорили с ней никогда, не было необходимости, но здоровались. Она всегда выглядит с иголочки, на высоких каблуках, даже зимой, и всегда в обтягивающей одежде; высокая, с большой попой и грудью – не то, что я. Поэтому Демид и увёл её в свою постель; наверное, отношения для него ничего не значат.И вот я еду с папой на работу; они с мамой решили, что я должна была остаться у них на ночь, а возражать им я не стала, а то они так и будут следить за мной. Пришлось вставать раньше и ехать переодеваться.Подъехали, и мы с папой вышли из машины; он стал оглядываться по сторонам. Как хорошо, что он не знает Демида в лицо, потому что и он как раз вышел из своей машины, недалеко от нас.— Всё, папочка! Спасибо, что ты меня подвёз! – быстро сказала я, обняла и поцеловала его в щёку. – Мне пора.Я отошла немного, обернулась и помахала папе рукой, послав воздушный поцелуй.Демид