Утром Нуска сразу же пошарил рукой по кровати. Он снова остался на ночь у постели правителя, чтобы не прерывать лечение даже в свете ночных звезд.

Необычным было то, что эрд до сих пор не проснулся. Лекарь знал, что Син просыпается ни свет ни заря, чтобы дела в стране шли своим чередом. Нуска даже ощупал правителя руками, но признаков усиления болезни не нашел. Син просто крепко спал, отвернув голову к стене.

Отметины на его лице пропали. Кое-где из-под полупрозрачной рубашки выглядывали рисунки темной дэ, но теперь они казались уже не такими устрашающими. Все-таки способности Нуски усилились, а потому даже во сне он наверняка источал приличное количество исцеляющей энергии.

Нуска решил не будить его. Просто поднялся и потянулся. Кое-где тело ломило от ушибов, только вот виноваты теперь были не только убийственные деревья.

Нуска прикрыл лицо руками. И широко улыбнулся. А затем просто встал и начал убираться. До прихода помощников или слуг необходимо было привести комнату Сина в порядок.

Стоило лекарю собрать бумажки с пола, как послышался стук в дверь. Ну а Нуска что? Нуска и побежал открывать.

Даже лицо первого помощника Скидана не смогло испортить это утро. Нарид застыл в дверях, а затем уставился на лекаря такими глазами, что Нуска расхохотался в голос.

– Эрд Син спит… Ой… Аха-ха… Зайдите… попозже, – только и смог выдавить он, утирая слезы с лица.

Как он сейчас выглядел в глазах этого фасидца? Да reh`z его знает.

– Дела не терпят отлагательств. Высший сурии эрд Син пропустил утреннее собрание, – хмуро сообщил Нарид и отвел взгляд. Он никак не прокомментировал внешний вид Нуски, как и вообще факт его присутствия во дворце, но добавил: – Наденьте что-то поприличнее. Скоро подойдет Вильна.

Нуска закатил глаза и молча пропустил помощника в комнату.

Нарид медленно прошествовал к кровати эрда и нахмурился, а затем попытался приставить стул и сесть на него, но…

– Я бы не советовал… – тихо сказал Нуска, прищурив глаз и противно усмехаясь. А затем, напевая себе под нос, пошел копаться в шкафу Сина.

Фасидец цыкнул. Толкнул рукой стул, а затем встал подле спящего эрда.

– Высший сурии эрд Син, хотя бы выслушайте итоги заседания военного совета.

Голос Нарида не был громким, но был полон такого возмущения, что лекарь в очередной раз согнулся, давясь от хохота.

Успокоившись, Нуска выбрал себе пару вещей с высоким воротом и длинными рукавами. Ах, что скажет Вильна, увидев его в одеждах правителя? Или, если ставить вопрос точнее, как быстро дворец прогорит до основания?

Эрд продолжал спать, Нарид – хмуриться. Нуска же, с головы до ног укутанный в пропахшие Сином одежды, мерзко хихикал.

«Не эрдова собачонка, а придворный лекарь с привилегиями! Интересно, несколько месяцев среди знатных отбросов и промерзших скал стоили того?»

Но, сначала услышав тихое шуршание, а затем увидев бледное лицо, Нуска смог только тихо вздохнуть и с улыбкой прикрыть глаза.

Конечно, стоили. Если бы его вновь поставили перед выбором, то он бы все равно принял решение отправиться в путь.

Син проснулся. Сидя на кровати в мятых одеждах, он выглядел растерянным. Нарид что-то быстро говорил, но эрд только схватился за голову, хмурясь. А после тихо сказал:

– Haitee.

– Что? – ошарашенно переспросил Нарид.

– Просто заткнись.

Нуска и сам не понял, что произошло. Но Син почему-то был не в духе до такой степени, что просто-напросто заткнул первого помощника на полуслове. Лекарь видел, что Нарид от подобной грубости вскипел, но старался не подавать виду.

Син долго сидел, глядя в одну точку. А затем поднял взгляд и посмотрел на Нуску, который все еще мялся у шкафа. После чего лицо правителя побледнело, и он молча поднялся с кровати.

Сделав несколько шагов по направлению к столу, он вновь застыл. Оглядев разбросанные на нем документы, Син, казалось, начал что-то припоминать. На этот раз его лицо потемнело.

Нуска в какой-то момент и сам начал нервничать. Но не успел лекарь как следует обдумать поведение Сина, как раздался стук в дверь, а затем – громкий скрип. Вильна ворвалась в покои.

– Эрд Син, по какой причине?.. – громко начала она, а затем резко умолкла.

Ей потребовалось довольно много времени, чтобы вникнуть в происходящее. Сначала вторая помощница уставилась на застывшего над столом эрда, чье лицо было окрашено в непривычные цвета, затем перевела взгляд на Нарида и после – на Нуску. Хмурясь, Вильна, видимо, сначала задумалась о том, не успел ли лекарь доложить о ее проступке правителю, и только тогда начала потихоньку додумывать остальное.

Арцентка в миг вскипела и была уже готова что-то яростно выкрикнуть, когда Син вдруг поднял вверх руку, призывая к молчанию.

– Прошу помощников подождать, пока я приведу все бумаги в порядок. Затем хочу выслушать доклад с прошедшего совета. Нуска, – эрд хоть и обратился к лекарю напрямую, но даже не посмотрел в его сторону, – прогуляйся пока по дворцу. Можешь спуститься на первый этаж в кухню и позавтракать. Мне необходимо уделить внимание государственным вопросам.

«И кто же уделит внимание мне?..» – невольно подумал Нуска, но, конечно же, вслух ничего не сказал.

Следовало понимать, что его возвращение в Эрьяру мало что изменит. Син не был простым человеком или обыкновенным аристократом – он нес на плечах ответственность за целую страну. Нуске было тяжело даже представить, как много вопросов за день решал этот человек.

Но лекарь не забывал и о своем долге. А потому, в очередной раз пользуясь доверенной ему должностью, сказал:

– В таком случае откланяюсь. И попрошу эрда Сина обратиться ко мне после обеда за дальнейшим лечением. Если вы не будете уделять внимание своему здоровью, то в скором времени и решать государственные вопросы будет некому.

Все застыли, уставившись на Нуску. Потому что в данной обстановке слова лекаря прозвучали так, словно он просил уделить внимание лично ему.

Только вот Нуску это не смутило. Он даже не стал дожидаться ответа – просто выскользнул за дверь.

Щеголяя по дворцу в одеждах Сина, он не испытывал ни капли стыда. Слуги, проходя мимо, только хихикали да бросали заинтересованные взгляды. Нуске даже посчастливилось встретить по пути двух хаванцев: хоть лекарь и не запомнил их лиц, но был уверен, что именно они присутствовали на экзамене в обители. Двое мужчин в белоснежных одеждах уставились на Нуску так, будто он был причиной всех бед, свалившихся на них в этой жизни; а потому не постеснялись задеть его плечами, грубо толкнув прямо перед лестницей.

Нуска только хмыкнул. Они что, правда думают, что это – издевательства? Явно в школе сурии в свое время не учились – иначе лучше представляли бы, что такое настоящая травля.

Лекарь чувствовал себя неуязвимым. Впервые в жизни его не задевали косые взгляды и шепотки за спиной. Он много лет пытался выработать в себе эту уверенность, но лишь научился напускать на себя невозмутимый вид. Раз за разом бросая насмешливые взгляды и ругань в спины аристократов, он понимал, что на самом деле завидует. Что обижен. Что их слова режут похлеще ножа.

Но это уже в прошлом. Теперь он был частью того класса, представителей которого раньше ненавидел. И понимал, что вся его неприязнь была вызвана лишь одним постыдным чувством – неутолимым желанием сорвать с себя клеймо безрангового.

Ступая по ступеням, спускаясь ниже и ниже, Нуска с каждой секундой приобретал большую уверенность в себе. Безранговый – это никто. Это мусор, который можно топтать, это не человек, а вещь. Но он больше не таков. Он не только лицензированный придворный лекарь, но и сурии, одаренный маг, способный спасать людей, сражаться на передовой и взывать к помощи духов.

Оказавшись на улице, Нуска задрал голову и прикрыл лицо ладонью, прячась от резких звездных лучей. Жизнь, конечно, переменчива. Но, если не прикладывать усилий, не бороться с течением, несущим тебя в низовья реки, ты никогда не окажешься в ее истоках. Не попадешь в бурный поток. Не почувствуешь истинный вкус жизни.

Облизнув губы, Нуска вздохнул полной грудью теплый, переполненный сладостным ароматом цветов, воздух. Теперь он волен выбирать свой путь.

Придворцовый сад был в самом цвету. Те же деревья с белоснежными стволами, те же розовые и красные кусты… Сейчас они не вызывали брезгливость или желание отвернуться. Лекарь искренне наслаждался красотой ровно остриженной зелени и благоухающих экзотических растений. Даже дворец больше не выглядел таким уродливым: хоть он и был все еще напыщенным, но Нуска, объехавший половину страны, мог отдать дань уважения предыдущему эрду Фавэру. Эти каменные стены, витражные окна и шпили на крыше действительно были своего рода искусством.

Нуска, который ни разу в жизни не бывал на сценических представлениях или музыкальных вечерах и не слышал оркестра, был далек от понимания всей этой красоты. Но, увидев заброшенные деревни, безлюдные горы и нетронутые человеком леса, теперь с новым чувством взирал на построенный руками сурии дворец.

Нет. Жизнь не так проста, как кажется на первый взгляд. И мир не заканчивается в трущобах или Эрьяре. Смотря поверх стен, за горизонт, Нуска вдруг загорелся неистовым желанием: «Я хочу увидеть весь мир. Другие города, другие страны. Каково там, где-нибудь в Кноне, где родился Минхэ? Или в Дарвеле?..».

Только вот все его возвышенные мысли заглушили вопли прислуги.

Нуска нахмурился. Ну зачем так шуметь?! Только он начал познавать вкус жизни, а тут!..

– Нет, это была твоя очередь идти в город!

– Да что ты говоришь!

– Что делать теперь?! Во всех лавках наверняка уже распродали свежее мясо! Так что, Миела, сегодня тебе разделывать кабанью тушу!

– Ну уж нет! Я вам что, поваренок какой-то?! Я из личной прислуги эрда!

– Ха! Да нужен ты ему! Он даже слуг к себе в покои не пускает. Маешься от безделья день за днем да кустики подравниваешь.

– А я виноват, что у садовников руки кривые?! Ты посмотри на этот…

– Ой, не начинай! Ну, пшел на торговые улицы! Радуйся, что тебя из дворца не вышвырнули до сих пор! Дарвелец!

Нуска уставился на троих слуг, устроивших перепалку. Миелу он вспомнил достаточно быстро – все-таки тот обладал довольно незаурядной внешностью. А вот спорящих с ним лекарь вовсе не знал. Какая-то женщина так и наседала на мальца, заставляя его отправиться в город. Мужчина за ее спиной только поддакивал, но в спор не вступал.

Задумавшись, лекарь припомнил, как Миела помог ему на Дне сурии. А потому решил вмешаться.

– Я хотел попросить Миелу о помощи. Его дела в городе – это так срочно? – вступил в разговор лекарь, подходя ближе.

Все трое так и вылупили на хаванца глаза. Наверняка слухи ходили еще задолго до того, как Нуска покинул дворец. А теперь, когда он так спокойно прогуливался по территории с этой самоуверенной улыбочкой, слуги и вовсе притихли, взглядом оценивая статус говорящего.

Необычная внешность. Белоснежные волосы. Горящие силой глаза цвета киновари. Еще и дорогие шелковые одежды… Он им точно не по зубам!

– Ах… Мы и не знали… Конечно, забирайте Миелу! Эти дела не такие уж и срочные! – с кроткой улыбкой отозвалась служанка, а затем схватила своего спутника за плечо и потащила в сторону дворца.

Нуска усмехнулся. Вот и первые плоды его внезапно возросшего ранга.

Миела застыл, уставившись на Нуску. Кажется, не узнал его с первого взгляда.

Действительно. Как сильно он успел измениться с того дня, как впервые оказался во дворце?

– Вы… лекарь Нуска, верно? – неуверенно обратился к нему Миела и даже руки перед собой сложил, нервно перебирая пальцами. Кажется, и он принял Нуску за особо значимую персону. Вот смеху-то!

– Верно, – пожал плечами Нуска, а затем вкрадчиво продолжил: – На самом деле я просто хотел вырвать тебя из лап той женщины. Но помощь мне действительно нужна.

Миела захлопал ресницами. Его рыжие волосы в свете звезды отливали красным, а глаза и кожа – золотым. Парнишка действительно был миловидным.

– И… что же вы хотели?

– Покажи, где находятся конюшни и тренировочные площадки, – попросил Нуска.

Привычки брали свое, так что лекарь не мог просто шататься без дела. Пускай при нем не было даже меча, но он мог начать занятия в другом необходимом для высокопоставленного сурии мастерстве – езде верхом. Что ни говори, а путешествовать на спине скира было куда удобнее, чем на своих двух.

– А, ну… Это не проблема, – кивнул Миела и тут же сорвался с места. Видимо, действительно старался помочь внезапно упавшему на его голову высокоранговому.

Идти пришлось довольно долго, но вскоре Нуска узнал то место, где они не так давно тайком пробирались с Вильной. Это была северная часть владений эрда.

Конюшни были закрытыми и представляли собой огромное здание с покатой крышей.

– Тренировочные площадки здесь же, за казармами, – проговорил Миела и указал в сторону двухэтажных домов. – Вы хотели потренироваться, верно?

– Было бы неплохо, – кивнул Нуска.

– Кхм, ну… обычно стража тренируется на рассвете и перед заходом звезды. Буквально через час сюда должен пожаловать эрд для проведения личных тренировок… – неуверенно заговорил слуга.

– Ну и что? – не понял Нуска.

– Но… он же эрд, – в который раз вылупил глаза Миела. Они с лекарем все меньше понимали друг друга.

– Это уже мои проблемы, – посмеялся Нуска и похлопал парнишку по плечу. Миела разом ссутулился и сжался, словно пытаясь избежать удара. Лекарь сразу приметил это и нахмурился: неужели к этому добросердечному подростку во дворце плохо относятся?

Миела тем временем еще раз оглядел одежды Нуски и, кажется, приметил, что они явно ему не по размеру, да и по какой-то причине черные, хотя хаванцам положено ходить в белом… Лицо паренька тут же зарделось, он несколько раз поклонился и убежал по своим делам.

«Да уж. Такая реакция смущает даже меня, – подумал лекарь и почесал затылок. – Надеюсь, эрд не относится к тому типу людей, которые сильно беспокоятся о чужих словах».

Сначала Нуска заглянул в конюшни. Но, бросив всего взгляд на стойла и высовывающиеся головы скиров, он быстро поменял направление и пошел искать тренировочные площадки.

«Лучше дождусь эрда… Без понятия, что с этими животными делать. Кто вообще додумался в свое время присесть им на спину?!»

За казармами действительно оказалась огромная расчищенная площадка, засыпанная песком. Несколько деревянных манекенов стояли по краям – видимо, на них тренировались новобранцы. Нуска, хмурясь, припомнил, что все его вещи так и пылятся в новом доме… Пришлось рыться в оружейной и подбирать себе меч.

Однако это оказалось не так просто. Все оружие, которым пользовалась стража, оказалось тяжелым, плохо сбалансированным и даже в руке отказывалось лежать. Нуска только теперь понял, насколько успел привыкнуть к легкому клинку, выкованному Минхэ. Что же будет, когда лекарь обретет свое оружие дэ? Неужели управляться с ним будет так же трудно, как и с этими незнакомыми мечами?

Со вздохом Нуска все же подобрал себе один из одноручных клинков и вышел на тренировочное поле. Звезда жгла нещадно – вскоре лекарь начал обливаться потом, а отвыкшая от ярких лучей кожа покраснела.

Но Нуска был неутомим: он привык тренироваться, не жалея себя, не оглядываясь по сторонам и не отвлекаясь ни на что вокруг. Отрабатывая удар за ударом, лекарь вновь почувствовал себя живым и счастливым.

Вкладывая в каждый удар все свои силы, Нуска и не заметил, как все перед глазами поплыло. В какой-то момент, сделав замах для рубящего удара сверху, лекарь почувствовал, что теряет равновесие.

«Что? Я оступился? Как…»

Но прежде, чем Нуска повалился наземь, его успели подхватить. Его накрыла приятная тень, скрыв от лучей палящей звезды.

Конечно, лекарь знал, что лишь одного человека на континенте могло волновать, упадет он или нет. С улыбкой задрав голову, Нуска вдруг застыл и испуганными глазами уставился на эрда.

Кажется, пока он падал, то уронил меч, но…

Лицо эрда оказалось располосовано острием. Порез не был глубоким и не задел глаз, но крови было так много, что она стекала со лба, заливала правителю глаза и собиралась на подбородке, капая прямо Нуске на лицо.

– Син! – в ужасе воскликнул лекарь, но, резко вскочив, вновь почувствовал себя дурно и покачнулся. А потому чужие руки уже во второй раз подхватили его, удерживая в вертикальном положении.

– Не стоит тренироваться на открытой местности в такие лучистые дни. Давай отойдем в тень, – как ни в чем не бывало сказал Син и, поддерживая Нуску за плечи, повел его в оружейную.

– Ва-ваше лицо… Простите… – начал было Нуска, повесив голову.

– А? Что с ним?

Лекарь только непонимающе уставился на правителя, истекающего кровью. Конечно, эту рану нельзя было назвать серьезной… Но неужели он вообще ничего не почувствовал? Как такое возможно?

Оказавшись под крышей, Нуска вылил на себя ведро прохладной воды. Сразу стало намного легче.

– Син… Давайте я залечу ваш порез. Мне правда очень стыдно. Я вас даже не заметил, – промямлил Нуска. Ни с кем и никогда он не разговаривал в таком заискивающем тоне. Но сейчас он просто был готов сгореть со стыда. Даже от трибунала не отказался бы. Портить прекрасное лицо правителя – это как уродовать священные статуи духов!

– Хм? Порез? На лице?.. – Эрд только сейчас коснулся пальцами своей щеки.

Нуска вздохнул и отыскал на одном из оружейных ящиков маленькое квадратное зеркальце, а затем подал его правителю.

– Простите, – выдавил он, а затем уже потянулся пальцами к лицу Сина, но… его внезапно ударили по руке.

Эрд застыл как вкопанный, вглядываясь в свое отражение. Глаза правителя расширились и потемнели. Нуска даже отпрянул, потому что это лицо на секунду приобрело чудовищное выражение. Залитый кровью, с этими почерневшими глазами и искривившимися уголками губ, он пробудил в лекаре животный страх. Сердце быстро забилось, перед глазами встали картинки из давно позабытого прошлого.

Кровь. Много крови. Хруст костей. Кишки. Запах гнили.

Образы были такими живыми, что лекарь невольно отступил назад и споткнулся о примостившуюся в углу лавочку. Но на этот раз его никто не поймал – Нуска просто повалился на каменный пол, приземлившись на пятую точку.

– Это… я? Чья эта кровь?

Голос был тихим и хриплым. Нуска сглотнул и тут же взял себя в руки.

– Ваша, эрд, все в порядке. Вы никого не ранили.

Лекарь тут же поднялся, отряхнул штаны и приблизился к правителю, чтобы залечить порезы на его лице.

– Вы правда ничего не сделали. Это я вас поранил.

Нуска быстро справился с такой ерундовой раной. Но его сердце все еще бешено билось – страх не хотел отступать.

«Я ведь уже видел воспоминания своей матери и эрда… И ничего не почувствовал. Почему же сейчас?..»

– Сражение за Вирзу. Вильна, сражение окончилось?

Лекарь вздрогнул. Эрд стоял и смотрел перед собой с привычным безразличием, но его лицо казалось бледнее, чем обычно, а с глаз не спадала темная пелена.

– Я не слышу голосов солдат. Вильна… я убил их? Я задел наш отряд?

Нуска как воды в рот набрал. Он не понимал, что происходит. Эрд что… утонул в воспоминаниях? В мучительных видениях Континентальной войны.

– Эрд… Все, все в порядке. Все живы, – решил поддержать разговор Нуска, хоть и не очень понимал, о чем идет речь. Его знания о той войне были очень поверхностны.

– Мы отбили Вирзу?

– Да, эрд. Вы можете отдохнуть.

– Нет. Я не должен отдыхать. Мне нужно вернуться на передовую.

«H`idgehl i fer! Лишь бы он не взял в руки меч и не стал размахивать им направо и налево!»

Нуска тут же вцепился в эрда, но почувствовал неприятный укол обуявшей рира темной энергии. Ситуация явно выходила из-под контроля. Какое отродье дернуло Нуску подать Сину зеркало?!

Небо заволокло. Воздух стал тяжелым, а лучи звезды скрылись, не в силах пробиться через опустившийся на тренировочную площадку сумрак.

Они стояли уже в дверях, но Нуска изо всех сил удерживал эрда, не давал сделать шаг вперед.

– Эрд! Возьмите себя в руки, th`are! Что вы творите?!

– Я должен защитить Скидан, не останавливай меня.

Нуску до мозга костей пробирал этот ледяной тон. Неужели эрда до сих пор терзали воспоминания о войне? До такой степени, что один вид крови заставил его потеряться во времени?

Внезапно лекаря оттолкнули. В оружейную влетела Вильна и, не обращая никакого внимания на Нуску, обхватила эрда руками. Ей хватило всего мгновения, чтобы оценить ситуацию и понять, что происходит. Она начала гладить Сина по голове, медленно и тихо повторяя:

– Ваше сражение окончено, Син Рирьярд. Мы отбили Вирзу. Противники уничтожены. Отдохните.

Ее голос хоть и дрожал, но звучал уверенно.

Син вдруг кивнул.

– Как командующий Хови? Он отбил нападение на восточном фланге?

– Да. Объединенная армия повержена, мой эрд. Мы можем вернуться домой.

– А лекарь Фэнли? Он выжил?

– Конечно, мой эрд. Просто отдохните. А позже мы вместе отпразднуем победу. Вместе с Хови, с Фэнли, Жармом… – Голос второй помощницы дрогнул, но она взяла себя в руки. – Все живы, эрд. Мы можем вернуться домой.

Эрд безучастно кивал. Вильна подвела его к той лавочке, об которую Нуска ранее споткнулся, и усадила. Концентрация темной дэ в оружейной постепенно становилась меньше.

– Тогда… почему все мое лицо в крови?

– Ах… Кажется, вас какая-то крыса поцарапала. Но не волнуйтесь, мы уже ее прихлопнули, – еле сдерживая гнев, прошипела Вильна и бросила на Нуску такой взгляд, что тот невольно поежился.

Эрд медленно приходил в себя, а Нуска все еще стоял не в силах взять себя в руки. Еще утром он был уверен, что теперь-то все будет в порядке. Что они с эрдом счастливо заживут, оказывая друг другу поддержку. Но… вся эта ситуация была странной. Син часто видел кровь, самолично перерезал себе вены на собраниях, перетаскивал на спине трупы в северной деревне. Он не был похож на человека, который впадает в беспамятство от одного вида крови.

Вильна поманила Нуску наружу. С таким видом, что лекарь невольно огляделся в поисках запасного выхода. Но затем со вздохом вышел следом.

– О чем ты думал? – громким шепотом начала она. – И как эрд умудрился пораниться?! Почему каждый раз, как ты оказываешься рядом, он получает травмы?! Ты точно лекарь, а не наемный убийца?!

– Это была случайность, – хмуро проговорил Нуска. – Но… что это сейчас было?..

Вильна вдруг замолчала. Казалось, даже ее гнев в одно мгновение сошел на нет. Арцентка вздохнула и посмотрела вдаль, на север.

– Сину тяжко пришлось во время войны. Страна, разоренная подчистую предыдущим эрдом Фавэром, не могла соперничать с захватчиками. Сину было всего восемнадцать, когда его отправили на передовую, а ведь он многое пережил и до Континентальной войны… И, когда его начали забрасывать в самые горячие точки, иногда он был вынужден убивать от рассвета до рассвета. Не выпуская меч из рук. Не отдыхая. Я… Я тогда была назначена на должность военного советника. И каждое утро отправлялась на поле боя, чтобы вернуть его в лагерь. И каждый раз он спрашивал меня… – Вильна вдруг запнулась и закусила губу, но через силу продолжила: – Смогли ли мы отстоять Вирзу. И живы ли его соратники.

– Вирзу?..

– Эта область… Она была уничтожена одним ударом дарвельцев. Этого города больше нет на картах. А Хови, Фэнли и Жарм… Они погибли в тот день в Вирзе.

Нуска вздрогнул. Он никогда не знал, что следует говорить в таких ситуациях. От его соболезнований мертвые не станут вновь живыми.

– Эрд ведь и раньше видел кровь, – осторожно заговорил Нуска. – Даже вены себе перерезал на собрании, думаю, ты помнишь. Но сейчас он просто увидел свое отражение в зеркале и…

– Каждое утро… – Вильна на секунду замолчала. Ее взгляд сейчас чем-то напоминал затуманенные глаза впавшего в небытие эрда. – Каждое утро он приходил в лагерь, с головы до ног залитый кровью. Необходимо было привести себя в порядок перед встречей с командованием… И потому каждое утро он видел свое лицо, запачканное в крови тысяч дарвельцев и сонийцев. И с тех пор он мыслями часто возвращается в те времена. Эрд Фавэр, оценив силы Сина, принял решение…

Но тут Вильна сжала руки в кулаки. И замолчала. Ей явно не хотелось вспоминать о тех днях.

– Какое решение принял? – спросил Нуска.

– Не твое дело, крысеныш. Лучше иди и сопроводи эрда в покои. И смотри, чтобы мне больше не пришлось мчаться с другого конца придворцовой территории и приводить его в чувства. Усек?

Нуска цыкнул. Как он мог помочь эрду, если никто не желал поведать ему хоть что-то о его прошлом?

Син выглядел нормально, но был непривычно тихим. Нуска уже несколько часов наблюдал за ним, склонившимся над столом и разбирающим различные бумаги и донесения. Он то хмурился, то вздыхал, помечая что-то пером на каждом листе.

А Нуска чувствовал себя частью меблировки. Он просто сидел и наблюдал. Но вскоре не выдержал затянувшегося молчания и спросил:

– Эрд Син, вы сегодня ели?

– Ты голоден?

– Речь сейчас не обо мне. Хотя я и сам за день ни крошки во рту не держал, – фыркнул Нуска и поднялся, в одну секунду оказавшись за спиной правителя и положив руки ему на плечи. – Неужели у вас нет подчиненных, которые могли бы разобраться с этими бумажками?

– Завтра я отправляюсь в Риру. Мне необходимо разобрать всю скопившуюся документацию, – коротко ответил Син, не отвлекаясь от своего дела.

– Мы отправляемся в Риру, – с нажимом заметил Нуска.

– Ты не едешь.

– Тогда пойду пешком.

– Это далеко на востоке.

– Так же, как и ваши мысли сейчас далеки от меня? Тогда да, у меня нет и шанса.

Нуска фыркнул и крепко сжал плечи правителя. На самом деле его не особо заботило то, что у Сина не было на него времени. Лекарю просто хотелось, чтобы у этого мужчины появилось хоть немного времени на самого себя. Если бы каждый день Нуски проходил таким образом, то он и сам бы уже не желал жить. Что уж говорить о Сине, пережившем столько…

Эрд только вздохнул и удостоил Нуску одним коротким взглядом.

– Я закончу примерно через три часа. И тогда смогу уделить лечению немного времени, хорошо?

Нуска послушно кивнул. Отчего-то ему было так тяжело, что каждый вздох давался с трудом.

Лекарь часто попадал в трудные ситуации, часто голодал, подвергался издевательствам и насмешкам. Но никогда не чувствовал на сердце такой тяжести.

Неужели нет способа сделать жизнь Сина хоть немного сноснее?

Была в его голове одна мысль. Провальная, конечно.

Чтобы не мешать эрду, Нуска надолго покинул его покои. И вернулся только через два часа, весь перепачканный, помятый и смущенный. Оставив на придиванном столике накрытую салфеткой тарелку, лекарь спросил:

– Эрд, я позаимствую еще раз вашу одежду?

– Угу.

Нуска наугад выхватил из шкафа какие-то вещи и ушел в ванную. Там он провел около часа, чтобы не сидеть в полной тишине в покоях эрда, вслушиваясь в скрип пера.

Когда же Нуска вышел, он застал эрда стоящим у того самого столика. Лекарь на секунду смутился и подошел ближе.

Снаружи уже стемнело, и комната погрузилась в полумрак. Но Нуска все равно успел как следует разглядеть лицо Сина. Тот стоял над маленьким обеденным столиком, согнувшись, и смотрел на тарелку, где были выложены криво слепленные миндальные печенья.

Нуска не знал, изменились ли вкусы эрда с детства, но он хорошо помнил, как Син, будучи маленьким, уплетал эти сладости. Помимо тренировок с Галаном, наверное, это было единственное приятное воспоминание Сина, которое Нуске удалось увидеть во снах.

– Ты сделал это сам? – вдруг тихо спросил Син.

– Угу. Все работники уже шатались без дела, так что пришлось попотеть… – смущенно выдавил Нуска и застыл.

Глаза эрда блестели. Ну нет, у Нуски точно сердце разорвется, если этот мужчина, сильнейший сурии континента, сейчас разрыдается!

Потому Нуска выхватил с тарелки одно из особо приятных на вид печений и почти силком всунул эрду в рот.

– Попробуйте! Я старался, – с улыбкой сказал Нуска.

Син действительно откусил кусочек. Даже проглотил.

«Святые духи, если я напортачил с рецептом, то придется еще и желудок эрду лечить?!»

– Ну как? – не выдержал лекарь затянувшегося молчания.

– Очень сладко. И вкусно.

Нуска не сдержался и широко улыбнулся. И был вознагражден за свои труды теплым взглядом и краткой улыбкой эрда.

– А сам что думаешь? – поинтересовался Син.

– Да я не успел попробовать, – признался Нуска и нахмурился. Как-то это неправильно, наверное, совать самому правителю непроверенную еду?

– Очень вкусно, – похвалил он.

Но лекаря в этот момент мучали совсем другие мысли.

– Син, я поеду с вами, – тихо сказал Нуска. – Вы нужны мне, а я – вам. Даже если иногда от меня больше вреда, чем пользы.

Син только вздохнул.

– Ты ведь даже не знаешь, что это за место. Там намного опаснее, чем в лесных племенах или Карборе.

Лекарь застыл. Неужели Рира – настолько ужасный город? И неужели эрд не хотел, чтобы Нуска ехал, только по той причине, что волновался о нем?

– Тогда вас точно нельзя отпускать туда одного, – рассмеялся лекарь и уставился на Сина полными уверенности глазами.

– А как же твои слова о том, что эрд Син всегда и со всем справляется?

– Я и не говорю, что вы не справитесь, – хмуро отозвался Нуска. – Но это не значит, что вам не может быть тяжело.

Син на секунду переменился в лице. Так, словно ни один человек никогда не говорил ему подобных слов.

– Тогда я сделаю все, чтобы защитить тебя, лекарь Нуска.