Нуска очнулся только поздним утром, и то от холода. Его знобило, все тело занемело. Несколько раз чихнув, лекарь подорвался в поисках одежды.

«Так и заболеть можно. Нужно будет пройтись по местным лавкам и все-таки прикупить тряпок. Надеюсь, этот избалованный богатый hve сыграет роль кошеля».

Строя каверзные планы, Нуска не сразу заметил сидящего на полу Хайю. Тот возился со своими железками, неприятно трещал инструментами. На его голове оказалось что-то вроде очков, только вот стекла были большими и толстыми, а лента обхватывала голову вокруг.

– О, Нуска! – не оборачиваясь и не отрываясь от своего дела, радостно поприветствовал юноша. – Подожди немного – я скоро закончу. За завтраком я уже сбегал.

Нуска все никак не мог привыкнуть к местным обычаям, но на удивление быстро адаптировался. Одевшись, лекарь снова сел на кровати, ожидая.

Так они и сидели. Нуска – на матраце, а карборец – на полу. Лекарь чувствовал, как Хайя пользуется металлической дэ, а потому иногда пытался рассмотреть, что же там мастерит юный сурии, но совершенно ничего не мог понять в используемых им инструментах и механизмах.

– Ха-а… Почти готово, – устало выдохнул Хайя и аккуратно сложил вещицы на и без того захламленный стол.

Карборец уже был одет, умыт и собран: теперь в блеклом дневном свете у Нуски появилась возможность разглядеть одеяния молодого аристократа. В отличие от большинства подростков в Карборе, Хайя носил плотно сидящие брюки, увешанные цепями и камнями, а не укороченные штаны. Вместо рубахи на нем красовалась майка, которую столичные сурии обычно носили в качестве нижнего белья. Острые плечи и мускулистые руки особенно бросались в глаза.

Лекарь на секунду смутился и отвернулся, но затем вновь бросил беглый взгляд на юношу, который продолжал копошиться в своих вещах. Странных предметов из металла на Хайе было навалом, для Нуски он выглядел как передвижной музей: необычные кольца, браслеты, те странные металлические рожки, вновь торчащие из-за ушей…

Приглядевшись, хаванец вдруг с изумлением отметил посеребренный ошейник на шее Хайи. Странно, разве вчера он был?

– Хайя, я даже не буду спрашивать про остальные твои украшения… Но ты что, собака? Что у тебя на шее? – Нуска поинтересовался, не забыв при этом уколоть нового знакомого. Все-таки тот вчера действительно вел себя отвратительно. Укушенное плечо до сих пор болело.

– Айщ, не шути так! Это паспорт. Без него мы не сможем проникнуть в Подземный город, – проворчал в ответ Хайя, а затем наконец подошел к Нуске, держа в руках бумажный мешочек. – А вот и завтрак! Угощайся.

Лекарь принял взятку и даже немного смягчился, разворачивая съестное. Все-таки обиды обидами, а питаться нужно по расписанию.

– Спасибо, – отозвался Нуска, выловив из мешка несколько приятно пахнущих свертков. – Только… Что это?

– Я решил угостить тебя местной кухней. Когда еще тебе удастся ее попробовать? Это блины со сметаной и сахаром. Насколько я знаю, нигде в Скидане больше подобное не готовят, – с улыбкой проговорил Хайя, а затем вытянул съестной сверток и на свою долю и с удовольствием откусил.

Нуска, больше не задумываясь, принялся завтракать. Блины оказались на удивление вкусными, но очень сладкими. Лекарь, который за свою жизнь разве что яблоки спелые ел, был в восторге. Так и слопал целиком свою порцию, а заодно и пальцы облизал.

– Ха-ха, я знал, что тебе понравится! – обрадовался карборец, бросив на Нуску беглый взгляд. – Бутыль с водой на полу. Не ешь всухомятку.

Нуска, окруженный непривычной заботой, тут же последовал совету и разом опустошил половину стеклянной бутыли. Вода была странной, с кислинкой, но хорошо освежала.

– Это… Нуска… Прости меня за вчерашнее, – вдруг начал Хайя, потирая смущенно затылок и опустив взгляд в пол. Очки, в которых работал, он хоть и снял, но теперь они покачивались на его шее. – Я вел себя непростительно… И вообще не имею права называться мужчиной после этого… Но все равно прости меня!

Лекарь, которого половину жизни шпыняли, мешали с грязью из-за низкого статуса, не раз домогались в подворотнях, на секунду даже опешил. Почему этот знатный господин перед ним так распинается? Никто не стал бы поднимать шум из-за какого-то безрангового лекаря. Даже пожалуйся Нуска самому эрду, это не возымело бы никакого эффекта.

– Расслабься. Всем иногда приходится тяжко. Я хоть и выгляжу недалеким, но не такой уж глупый. У тебя были свои причины, – честно ответил Нуска после некоторой заминки. Он смущенно опустил глаза, чувствуя, как его буравят взглядом.

– Ты себя недооцениваешь. Ты заслуживаешь большего. Если судить по силе дэ, то тебе уже можно спокойно присудить ранг сурдия[29].

– А? – удивленно переспросил Нуска.

– Ты ведь не можешь оценить свой уровень. Но уверен, я не единственный, кто чувствует твою мощную дэ. Если ты думаешь, что сурии оценивают окружающих только по одежде, то ошибаешься. В первую очередь аристократы обращают внимание именно на способности в управлении дэ.

– Кстати, об одежде… – вдруг сменил тему Нуска, присев к карборцу поближе и даже толкнув его плечом.

– Чего-чего? – удивленно переспросил Хайя.

– Как много у тебя золота?

– Ну… Достаточно, – похвастался карборец и даже смутился, начиная пальцами трепать прядки в своем длинном хвосте. – Большую часть я зарабатываю сам, торгуя своими изобретениями на черном рынке.

– Тогда… Как насчет того, чтобы принести извинения… в материальной форме? – говоря это, Нуска улыбался все шире и шире, приближаясь к Хайе. Карборец на секунду даже растерялся, хлопая ресницами.

– Хей, ты на что намекаешь? – не выдержал он, отползая по матрацу к стене. Но Нуска не отставал: хаванец залез на кровать следом, чуть не сел на карборца, замерев в сантиметре от его лица.

– Еще пару дней в этом h`aidgehl холоде – и я свалюсь с жаром. Прикупи мне одежды, ладно? – шепотом заговорил Нуска, хитро сощурившись. Юноша, который ранее казался наглым и распущенным, вжался в стену. Подобной выходки от лекаря он точно не ожидал.

– Да! Да, хорошо! Только умоляю – слезь с меня! – не выдержал карборец под натиском чужой развитой жажды наживы. Его щеки пылали.

Они полдня болтались по улицам города. В одном из специальных магазинов для чужестранцев Нуска наконец отыскал себе что-то по вкусу: темные штаны, белую плотную рубаху и серый шерстяной плащ. Обувь, нижнее белье, повязки на ноги – менять пришлось все. Те тряпки, что лекарь снял с себя, выходя из последнего магазина, отправились прямиком в мусор: носить их дальше было попросту невозможно.

Когда Нуска наконец-то разобрался с первоочередной проблемой, они скрылись в тени одного из проулков. Там лекарь в который раз за день закурил: он и сам не знал, почему так быстро пристрастился к сигарам, но никак не мог отказаться от той приятной слабости в мышцах, что дарил ему этот крепкий табак.

– Не перебарщивай, – снова предупредил Хайя, смерив курящего Нуску недовольным взглядом. – У тебя и так проблемы с местным воздухом – хочешь и вправду заболеть?

– Что-то сегодня ты больно заботлив, – ехидно отозвался лекарь в ответ.

Хайя так и притих, виновато отводя глаза.

– Может, я и мерзавец, но точно не последний урод в Карборе, – только и ответил он, ковыряя какой-то металлолом носком ботинка. – Ты лучше скажи: мы сегодня отправляемся на разведку?

– Верно. Как ты и сказал, я не могу показаться эрду на глаза, пока не разберусь во всем произошедшем, – кивнул Нуска и бросил окурок на дорогу.

– Не буду вмешиваться в ваши дела, но что-то вы с эрдом слишком странно себя ведете, – хмыкнул Хайя и отвернулся, ускоряя шаг. Он направился дальше по переулку, пропахшему мочой и металлом. Местечко было так себе, но им сейчас не из чего было выбирать.

Шли они долго. Как карборец объяснил, летомелл привлек бы слишком много внимания, а заодно выдал бы своего обладателя с потрохами. Тем более что сейчас они шли в Подземный город?

«Ну, раз он так называется, то, видимо, находится под землей. Было бы глупо пытаться попасть под землю, летая по воздуху».

Нуска уже почти ничему не удивлялся. Пару раз ему даже довелось увидеть мелких металлических тварей: крыс, голубей, собак. Они не были живыми, но, как Нуска знал из книжек, даже обладали подобием интеллекта. Это была высшая магия металла – способность наделять разумом предметы, выкованные из руды. Правда, там тоже были свои ограничения и трудности, но Нуска так и не смог вспомнить, какие именно.

Пока они молча шли, лекарь оглядывался по сторонам, изучая голые стены, пустынные улицы и груды железа. Все-таки было в этом волшебном городе и что-то угнетающее, неприятное Нуске, привыкшему к теплым лучам звезды, ветру с полей и дорожной пыли. Словно все вокруг уже давно было мертвым, пропахшим трупными испарениями, а лекарь разгуливал среди заброшенных гробниц. Это ощущение преследовало его, заставляло иногда вздрагивать и поспешно догонять спутника.

Хайя почему-то не разговаривал с ним, словно обиделся.

«Может, я слишком дорогие одежды взял?.. Да вроде выбирал самое дешевое…»

Нуска и сам не заметил, как начало темнеть. Хоть они и шли просто вперед, лишь изредка сворачивая в сторону, но у лекаря возникло ощущение, будто они погружаются под землю. Небо уже было невозможно разглядеть из-за нависших над ними зданий. Затем Хайя вдруг остановился у одной из дверей, нагнулся и прислонил свой ошейник к замочной скважине. Дверь тут же отворилась, Хайя сразу нырнул внутрь, затащив лекаря следом.

Началась бесконечная тряска. В полнейшей темноте под скрежет раздираемого железа они погружались все ниже и ниже. Это было невыносимо. Нуска заткнул уши руками и осел на пол, чувствуя, как все вокруг орет, трясется, нависая над ним и сдавливая его в своих лапищах. Пространство словно сжималось. Лекарь часто задышал, из последних сил сдерживаясь, чтобы не впасть в панику. По спине и рукам катился ледяной пот.

Но затем чьи-то теплые руки обняли его, а спокойный голос зашептал:

– Эй. Прости, что не предупредил. За нами был хвост. Все в порядке. Мы просто… Ну… Как ведро опускаемся в колодец? – попытался подобрать ассоциацию карборец.

Нуска на секунду даже успокоился, представив себя округлым деревянным ведерком.

– Ну и сравнения у тебя… – сбивчиво проговорил Нуска, но уткнулся в плечо юноши. Сейчас ему больше не на кого было положиться.

– Что есть, то есть… Я не бард, – посмеялся он тихо.

Страшные неживые звуки окружали. Все двигалось, шевелилось, выло и стонало, но было мертвым. Нуска никак не мог осознать, что что-то, созданное руками человека, может… может быть подобно живому? За решеткой, которой они были окружены, стал мелькать свет. Нуску затошнило еще сильнее от резких звуков, запахов масла и кислоты, а теперь еще и от постоянно мигающего света. Он тихо застонал и вцепился в карборца. Хайя медленно гладил его по спине, успокаивая, но Нуска в эту минуту ощущал себя туго натянутой веревкой, которая вот-вот лопнет.

Деревья тоже шумят и качаются. Даже камни могут катиться со склона, треща и крошась в пыль. Но происходящее вокруг совсем не напоминало мир, окружавший лекаря с самого рождения.

Нуска продолжал затыкать уши. Двое молодых сурии поднялись и теперь вновь стояли в маленьком затхлом пространстве, в котором не хватало воздуха. Лекарь мечтал уже наконец потерять сознание или опустошить желудок, но все, что ему оставалось, это бесконечный страх перед неизведанным и тошнота.

Наверное, уже прошла четверть часа. Хаванец из последних сил сдерживался от подступавших к глазам слез, когда эта бездна наконец прекратилась. Все стихло. Дверь медленно со скрипом отворилась, заполнив маленькую клетку светом.

– Хей, Нуска, мы уже спустились… Ты как? Можешь идти? – тихо начал спрашивать Хайя, взявшись за руки лекаря и опуская их вниз. – Слышишь? Тут тихо.

Нуску трясло. Он ощущал себя мокрой крысой. За эти минуты с него семь потов сошло. Все его одежды были насквозь мокрыми, а сам он – озябшим и дрожащим.

Никогда в жизни лекарь не чувствовал себя настолько отвратительно.

Карборец медленно вывел его из маленькой, ранее движущейся комнатки. Они свернули за угол и остановились передохнуть в каком-то странном закоулке.

И тут Нуска понял, что ему конец. Он медленно сполз на землю, обхватив себя руками. Часто глотая ртом воздух, он не мог надышаться. Легкие совсем не наполнялись кислородом – только отвратительно терпкой энергией дэ.

– Нуска! Эй, Нуска, что с тобой?!

Хайя начал трясти его за плечи.

Нуска лихорадочно соображал. Желание сию секунду вздохнуть и выжить заполнило все его мысли. Казалось, он был готов на все ради единственного глотка воздуха. Те жалкие крохи, наполнявшие его легкие, хоть и позволяли ему оставаться в сознании, но с каждой секундой лекарь ощущал, как сердце начинает биться все сильнее, а мыслительные процессы замедляются.

Хайя вдруг резко сел рядом. Хоть в его необыкновенных глазах и разгоралась тревога, но он взял себя в руки.

– Нуска, послушай. Я должен влить свою дэ в твои каналы… Но я не знаю, как ты на это смотришь, да и по законам Карбора…

Нуска схватился за ворот Хайи и подтащил его ближе. В золотистых глазах не было страха – в них плескалось лишь отчаянное желание жить.

Карборец покачал головой, вздохнул и склонился, обнимая лекаря за пояс, а затем расстегнул верхние пуговицы на рубахе хаванца и уже во второй раз впился зубами в его плечо. Было адски больно. Нуска чувствовал, как раздирают его плоть, как кровь начинает стекать вниз, пропитывая одежду, но молча терпел. А затем по каналам с плеском полилась чужеродная дэ. Это было так неприятно, что лекарь невольно проскулил что-то и закусил губы. Он уже ощущал это. Тогда, на празднике, когда столкнулся с Вьеном.

Что-то теплое и чужое проникало в него, скользило по жилам, наполняя тело. Будто в его вены запустили насекомых, которые мелкими лапками теперь перебирали внутри, расползаясь по косточкам, прячась в мышечных тканях.

Нуска тихо плакал, но терпел, а затем через несколько секунд громко вздохнул. Легкие расправились. С жадностью глотая воздух, лекарь оттолкнул карборца и схватился за грудь. Ее жгло, но эта боль, как и режущая боль в плече, в каналах, не шли ни в какое сравнение с удушьем.

– Нуска? Нуска, ты как?

Хайя вертелся вокруг, ползал на коленях, аккуратно придерживая лекаря за плечи.

– Н-нормально… теперь… – еле слышно выдохнул Нуска и помотал головой. Видимо, сегодня он нашел прекрасный сюжет для ночных кошмаров на всю оставшуюся жизнь.

– Нуска… Прости меня, – вдруг начал извиняться Хайя, касаясь пальцами лица лекаря и вытирая тому слезы. – Я никогда не видел хаванцев, не встречался с ними… Все знакомые мне карборцы, даже арценты, без проблем могли тут находиться…

– Все нормально. Если бы ты хотел меня убить, то мог просто скинуть с летомелла, – усмехнулся Нуска, покачав головой. Сейчас он ощущал невероятное облегчение. – Лучше скажи: то, что ты сделал…

– Не волнуйся. Чужеродная дэ покинет твои каналы в течение нескольких дней. Я, можно сказать, дал тебе иммунитет к металлической дэ.

– Вот оно как… Но почему я… Не могу тут дышать? – продолжал спрашивать Нуска, прислонившись спиной к прохладной стене.

– Честно? Я не знаю. Видимо, в воздухе слишком много паров тяжелых металлов. Не каждый карборец чувствует себя здесь уютно, – Хайя замялся и закусил губу, опуская голову. – Зря я потащил тебя с собой! Духи… Что, если бы у меня не вышло?! Ты бы здесь и умер!

– Хей, не время винить себя. Сейчас все в порядке, разве нет? – Нуска даже нашел в себе силы, чтобы ободряюще похлопать спутника по плечу.

Хайя запрокинул голову, а затем с облегчением выдохнул. Все уже позади.

Предусмотрительный карборец начал рыться в своей большой суме, крепившейся с помощью ремней под его локтем. Он выудил оттуда бутыль и дал напиться Нуске, который лишился за эти полчаса недельного запаса жидкости. После они продолжили путь.

Карборец сделался еще внимательнее и осторожнее. Он крепко держал Нуску за руку и пресекал все попытки лекаря отстраниться. Оглядываясь по сторонам, Хайя вел его по пустым коридорам.

Над ними нависала толща земли. Лекарь чувствовал доносящийся сверху запах почвы и пыли, но со всех сторон они были окружены коридорами, обитыми металлическими пластинами. Черная руда была везде: сверху, балками подпирая потолок, по бокам в виде пластин и снизу в форме тянущегося бесконечного ковра.

Взгляду даже не за что было зацепиться. Нуска мог только гадать, как Хайя угадывает нужное направление. Но юноша, что вел его за собой, был преисполнен уверенности. Когда вдалеке послышались шум и голоса, он натянул на лицо очки и ободряюще улыбнулся Нуске.

– Сейчас твою дэ будет трудно различить. Но лучше спрячь лицо под плащом. Мы почти добрались до города.

Нуска послушно укрыл большую часть лица в тени накидки.

Они еще немного повиляли в бесконечных коридорах, а затем ступили в город. Лекарь от облегчения не знал, куда себя деть. Сверху поступал воздух, а редкие лучи добирались до подземных глубин. Впереди действительно раскинулся город: небольшие каменные и деревянные домишки были хаотично разбросаны меж рудников. Сталагмиты и сталактиты представляли собой огромные глыбы руды. Что и говорить, наверное, любой другой скиданец мог бы прирезать сотню-другую людей, чтобы получить доступ к подобным богатствам.

Но Нуску радовало совсем не это. Он был счастлив видеть других людей, привычные торговые улицы и маленькие скромные домики. А еще, где-то высоко над головой, явно были предусмотрены своеобразные окна, обеспечивающие поступление в город кислорода и света.

Двое юношей быстро смешались с толпой. Все вокруг оживленно переговаривались и торговались, кто-то спорил и ругался. Нуска не мог скрыть улыбки при виде этого воодушевленного столпотворения. Сейчас ему как никогда было приятно находиться среди людей.

– И сколько ты с меня хочешь за эту дрянь, а?! Да оно яйца выеденного не стоит!

– Да что бы вы понимали в реакционных усилителях! Пф, нашелся знаток!

– Что, видели получше?

– Конечно, видел. То, что делают ваши техники, ломается через неделю.

– А отвечать за слова кто будет?!

– Я и буду! Только уже в другой лавке!

Нуска с интересом вслушивался в разговоры горожан, хоть и плохо понимал, о чем речь. Тем временем Хайя тоже оглядывался по сторонам, а затем остановился у одного из прилавков.

– Хей, Урда, здорово.

– О-о, какие люди! Какими судьбами?

– Да хотел пару магнитов тебе сплавить, – с улыбкой ответил Хайя и начал рыться в карманах. Нуска предусмотрительно скрылся за спиной спутника.

– Хм… Дай посмотрю… О-о! Качество на высоте! Сколько хочешь?

– Десять тысяч.

У Нуски аж челюсть отвисла. Сколько-сколько эти железки стоят?! Может, пора сменить профессию?

– По рукам. Не думаю, что кто-то другой в ближайшее время сможет поставлять мне подобные диковинки.

– Ха-ха, что верно, то верно! Но не перехваливай меня, – Хайя в смущении почесал затылок, а затем принял из рук торговца увесисто звякнувший мешочек. – Что ж, всегда приятно иметь с тобой дело!

Хайя попытался поскорее распрощаться с Урдой, но тот схватил его за плечо, останавливая.

– Эй, а кто это с тобой? Что-то странной энергией тянет… Небось девушку опять подцепил? Да еще и со светлой стороны?

– Ха-ха, нет! Это просто друг. Он – странствующий торговец, – с натянутой улыбкой ответил Хайя.

– Торговец, говоришь? Ишь, тогда нечего тут околачиваться! Не создавайте конкуренцию старым добрым товарищам.

Хайя только рассмеялся в ответ и помахал на прощание, а затем схватил Нуску за руку и потащил его дальше. Карборец даже вспотел, немного успокоившись, он перевел взволнованный взгляд на Нуску.

– Бездна, Нуска! Ты можешь хоть на мгновение приглушить свою дэ?! Ты что, сын какого-то родовитого сурии?

– А? Да я не знаю. Мы с отцом мало общались, – только и смог сказать лекарь, пытаясь скрыть радость от столь высокой оценки его способностей.

– Эй, я вижу, как ты улыбаешься! Тут нечему радоваться! Сюда нельзя посторонним, понимаешь?

– Ага. Но что делать-то?

Хайя помотал головой, огляделся, а затем достал из сумы несколько цепей, которыми и начал увешивать Нуску, словно он был каким-то предметом декора. Лекарь хмурился, но молчал. А затем карборец вдруг притянул его к себе и тихо проговорил:

– Хочешь, сделаю так, что от тебя будет нести металлической дэ на весь Подземный город?

– Нет уж, спасибо, надышался уже вашей вонью, – с хмурым лицом отказался Нуска и отпихнул Хайю. Тот явно переволновался, а потому плохо держал себя в руках.

– Арх, бездна! Хоть дал бы немного разрядить обстановку! Я так напряжен, что сейчас взорвусь! – вдруг признался Хайя и взлохматил свои волосы, которые были насквозь мокрыми от пота. Но от лекаря отстал.

– Давай лучше сосредоточимся на деле. Понял меня?

– Да-да, лекарь, как скажете, – согласился юноша, сложив на груди руки и закатив глаза.

Они продолжили путь. Некоторое время Хайя молчал, стараясь теперь избегать людных улиц, но затем не выдержал и завязал диалог:

– Эй, Нуска, скажи, что за ожог у тебя на руке?

– М? – Лекарь бросил короткий взгляд на свою ладонь. Благодаря снадобьям, которые лесные наносили на нее в течение трех дней, что Нуска провел без сознания, рана почти зажила, но бледные отпечатки вгрызшихся в плоть языков пламени все еще обвивали руку. – Да так. Не успел залечить.

– А хаванцы могут залечивать шрамы? – поинтересовался Хайя.

– Нет, увы. Никто не в силах изменить прошлое. Это то, чему каждого лекаря учат с младенчества. Невозможно срастить когда-то сломанные кости, вставить на место давненько выпавшие зубы. Или оживить мертвеца… – Нуска на секунду замолчал, а затем продолжил. – Мы можем воздействовать только на настоящее, только на болезни, которые есть в теле на данный момент. Если кости не полностью раздроблены или еще «помнят», в каком положении были, то их можно срастить. Но шрамы или последствия давних болезней… Это то, на что хаванская магия не способна.

– Понятно, – спокойно отозвался карборец и вновь замолчал.

Нуска догадывался, почему того интересовал этот вопрос, но действительно ничем не мог помочь Хайе. Те шрамы, что покрывали его тело, не мог излечить даже он.

– Вон там.

Когда они покинули один из переулков, Хайя вдруг застыл, указывая пальцем на многоэтажное здание.

– Что? – уточнил Нуска.

– Там находится тайная лаборатория Подземного города. Если карборские твари были произведены не в ней, то уж точно прибыли из самой бездны, – хмыкнул карборец, как и Нуска, разглядывающий витое, стремящееся ввысь и впивающееся в земляной потолок здание.

– И как же мы туда попадем? – поинтересовался лекарь.

Хайя вдруг подорвался и быстро зашагал прямо к лаборатории.

– В смысле как? Нуска, хоть ты и облетел со мной половину Карбора, но забыл, как пользоваться дверьми? – съязвил Хайя. В его глазах разгорался необычный огонь.

– Что-что?! Ты хочешь заявиться туда прямо через парадный вход?! – опешил лекарь и даже схватил сумасшедшего карборца за руку, пытаясь остановить.

– Ха-ха, Нуска! Кто я, по-твоему? Или ты думаешь, что в этом мире властью обладает только твой достопочтенный эрд? – Хайя бросил на Нуску распаленный взгляд. Лекарь так и застыл посреди улицы в нерешительности.

«Духи, почему вы постоянно сталкиваете меня со всякими поехавшими аристократами?! Я что, в прошлой жизни развратничал и святотатствовал?!»

Лекарь безмолвно застонал про себя. А затем бросился следом – догонять Хайю.