Арина, конечно же, ни сном ни духом не подозревала о разговорах, которые проводятся на самом высоком уровне и напрямую касаются её. Она считала, что разрешение на выезд за границу от Ельцина уже получено, поэтому волноваться не следует. Да и зачем волноваться, когда на улице такая замечательная погода, солнце, лёгкий ветерок гоняет жёлтые листья по асфальту. Последний день октября. И настроение прекрасное, несмотря на голые деревья вокруг. Всё идёт как надо! Первое место в обязательном фигурах — хорошая ступенька к победе, а ещё рядом дорогие родители и весёлые разговоры.

Неспешно прогуливаясь, подошли к Дворцу культуры имени Свердлова, и ещё не доходя до него, услышали громкие звуки гитары и чьё-то пение. Ну конечно! Здесь же место сходки свердловских неформалов, которая переросла уже в официально открытый Свердловский рок-клуб!

Арина помнила статью в «Екатинском рабочем» об этом замечательном событии, которое, кажется, случилось уже после чемпионата Свердловской области. Ещё во время чемпионата рокеры и неформалы зависали лишь у входа во дворец, на крыльце, в фойе. Потом им официально выделили помещение, где они вскладчину открыли студию звукозаписи. Сразу же начались концерты в концертном зале ДК. В общем, местные рок-группы получили официальное признание. Однако, судя по всему, несмотря на наличие помещений, иногда до сих пор проводили вот такие импровизированные сборища у своего первоначального места обитания.

— Кто это там поёт? — с интересом спросила Дарья Леонидовна. — Ой, я и забыла, здесь же в 1960-е годы стиляги отирались.

— Стиляги? — с интересом спросила Арина. — Кто это?

— Ну, когда мы учились в институте, так называли молодых людей, которые жили «на стиле», носили модную, необычную одежду, часто импортную, слушали рок-н-ролл, танцевали, кутили, воспевали всё заграничное, в общем, вели аморальный образ жизни, — уверенно заявила Дарья Леонидовна.

— А вы не были стилягами?

Дарья Леонидовна с улыбкой посмотрела на дочь.

— Вот же глупышка, ну какие из нас стиляги? — рассмеялась мама. — Мы вчера только в деревне коровам хвосты крутили, приехали в город, держались тише воды ниже травы, упорно занимались учёбой, комсомольскими делами, по вечерам на танцы ходили. Нет, Люда, мы были примерные советские люди, будущие строители коммунизма.

Александр Тимофеевич, услышавший что рассказывает жена, не удержался от смеха.

— В стиляги шли в основном мажоры! — уверенно заявил он. — Мы до стиляг не доросли по крестьянскому происхождению.

Около ДК, прямо на парапете крыльца, сидели несколько человек, двое из них играли на гитарах, вокруг стояла толпа, примерно 20 человек, внимательно слушали музыку и в такт хлопали в ладоши, отбивая чёткий ритм. Всё вместе получалось очень и очень неплохо.

Одеты все были супермодно: в кожаные и джинсовые куртки, джинсы, многие с длинными волосами или просто необычными причёсками, вроде панковских ирокезов. В общем, эти люди явно были теми самыми неформалами, которых Арина полгода назад тут уже видела.

Арина сразу же узнала меланхоличный голос Бутусова, распевающего «Шар цвета хаки». Эту песню она слышала полгода назад, здесь же, на этом же месте. Тогда песня была ещё слегка сыровата. Потом, в «Совёнке», Арина слышала более хорошее исполнение, а сейчас Бутусов пел и играл вообще идеально, да и песня уже вышла в электрическом исполнении.

Проходившие мимо люди реагировали по-разному. Кто-то останавливался, с интересом вслушивался в интересный голос, кто-то проходил мимо, удручённо качая головой и думая: «Вот до чего докатилась советская молодёжь». День был выходной, на улицах много народу, самый центр города, и слушатели постоянные и временные здесь были.

Неожиданно Бутусов обернулся, прямо посмотрел на Арину, и, видимо, сразу же узнал её. Ну как не узнать девушку, которая обладает таким чудесным сопрано, и с которой вместе пел в пионерском лагере «Совёнок»? И о которой последние пару недель вещали из каждого утюга и каждого газетного листка. Стыдно признаться, но тогда, после концерта в лагере, за суетой дел совсем забыл как её зовут, но сейчас-то уже знал. Была с ней связана какая-то странность — она хорошо знала все тексты песен, несмотря на то что они звучали лишь в их тусовке, где её никогда не видели, и на квартирниках. Хотя… На магнитофон записывали и переписывали много раз, наверное, так и услышала, получив одну из копий записи…

— Стоп, стоп, стоп! — крикнул Бутусов и махнул рукой. — Смотрите, кто пришёл! Людмила Хмельницкая! Привет, привет! Ты специально к нам пришла?

— Привет, — рассмеялась Арина. — Сказать честно, просто пошли гулять с родителями после соревнований, и вот каким-то образом попали сюда. То ли это чудо, то ли случайность!

— Естественно, это чудо! — заявил Бутусов. — А давай-ка споём вместе. Я тебе сейчас дам текст.

— Давай споём! — задорно ответила Арина.

— Люда, неловко как-то, люди смотрят! — укоризненно сказала Дарья Леонидовна, однако Александр Тимофеевич придержал её за рукав пальто.

Арина, ни о чём не задумываясь, подошла к Бутусову, толпа слушателей расступилась, с интересом поглядывая на неё. Начали останавливаться прохожие, и сразу количество людей вокруг увеличилось раза в два, а то и в три.

По правде говоря, Арина знала этот текст песни почти наизусть, ведь она была великим знатоком русского рока! Однако всё-таки взяла в руки тетрадный листок, на котором печатными буквами был написан текст песни.

Две гитары начали играть снова, и Людмила запела параллельно с Бутусовым. Конечно, пела без распевки, поэтому, по её мнению, получилось так себе, можно сказать, неважно. Однако люди, стоявшие вокруг, с каждой секундой, с каждой минутой удивлялись всё больше и вскоре уже чуть ли не с восхищением смотрели на неё. Оперное сопрано заполнило всё пространство вокруг, почти заглушив и Бутусова, и гитары. А ведь Арина пела, задействуя голосовые связки процентов на 80, не больше! Потом всё-таки немного уменьшила громкость голоса, чтобы он гармонировал и с голосом Бутусова, и с гитарами. Последняя половина песни получилась великолепно, прямо как надо! Почти готик-металл!

— Браво! Браво! — кричали столпившиеся вокруг люди. — Великолепно! Слава, вам реально надо солистку взять в группу. Это же практически новый стиль: классический вокал и гитарные аккорды. Ещё никто так не играл!

— Скандинавы уже играют! — уверенно заявил Бутусов. — Но мы всё равно будем первые! Люда, давай ещё чего-нибудь споём.

Потом спели ещё «Казанову». После этого Арина почувствовала, что уже связки начинают болеть.

— Наверное, хватит, — заявила она. — Уже голос не тот. Я ведь не певица, специально не занимаюсь распевками, долго не пою.

— Так тебе надо решиться сразу, чем заниматься: фигурным катанием или вокалом! — смеясь, сказал Бутусов и протянул Арине руку. — Хочу сказать тебе большое спасибо за то, что ты постоянно попадаешься где-то рядом. Надеюсь, всё-таки когда-нибудь мы проведём на стадионе совместный концерт.

— Это можно сделать! — рассмеялась Арина. — И тебе всего хорошего. Я думаю, этим песням предстоит большая и долгая музыкальная судьба.

Слушатели, которых вокруг скопилось человек 50, а это, считай, несанкционированная демонстрация, одобрительно закричали и громко зааплодировали. Арина помахала всем руками и продолжила прогулку с родителями. Вот так из ничего, из простой прогулки получается что-то интересное…

— Люда, я вот не пойму, у тебя же никогда не было голоса, откуда ты так хорошо научилась петь? — неожиданно спросила мама.

Александр Тимофеевич внимательно посмотрел на дочь в ожидании ответа.

— Ну, я так-то не сказала бы, что очень хорошо пою, — сконфуженно ответила Арина. — Мне кажется, так себе, тем более, совсем не распелась.

— Люда, пожалуйста, только нам не ври! — заявила мама. — Я помню, как ты иногда пела, чуть получше, чем я. А я петь не умею совсем.

— Хорошо! — согласилась Арина. — В меня из 21 века вселился дух фигуристки, олимпийской чемпионки, которая сама по себе умела не только хорошо кататься на коньках, но при этом ещё брала курсы вокала у знаменитых педагогов из Гнесинки и вот так научилась петь.

— Ой, Люся, ты такая выдумщица! — рассмеялась мама. — Сказала бы честно: хожу в школе на кружок вокала. Честно сказать, такого красивого голоса, да ещё вживую, вблизи с собой, я давно не слышала. Скажи же, Саш…

— Очень хорошо получается! — согласился папа. — Я действительно не понимаю, зачем ты скрываешь это.

— Я вам уже всё говорила! — собрала Арина. — На самом деле я не певица, сейчас немного попела, и у меня уже заболело горло.

— Ну, скрывайся сколько хочешь, но знай — поёшь ты прекрасно! — заключила мама. — Откуда, кстати, ты знаешь этих ребят?

— Мама, какие ж это ребята? — рассмеялась Арина. — Это Вячеслав Бутусов, солист группы «Наутилус Помпилиус», которая будет… Точнее, она уже популярная, по телевизору даже показывали. Они приезжали к нам в лагерь на дискотеку, и мы вместе пели песню. В том числе и «Казанову». «Шар цвета хаки». Как видишь, всё просто.

— Да уж, просто… — иронично покачал головой папа.

Потом, немного погуляв, зашли в кафе, где заказали цыплёнка табака и котлеты по-киевски. С аппетитом пообедав и запив вкусные блюда кофе, снова немного прошлись по улице.

— А вы где здесь остановились? — с интересом спросила Арина.

— Мы в гостинице, — заявил Александр Тимофеевич. — Только это тайна! Нас якобы послали в командировку. Это устроил Владимир Степанович Соколовский, за что мы ему очень и очень благодарны. Всё хорошо. У нас как будто второй медовый месяц. Завтракаем и ужинаем в ресторане, спим сколько хотим, гуляем. В общем, проводим время с пользой.

Выйдя из кафе, родители поймали такси и довезли Арину до общежития физкультурного интерната, так как обратно идти до ледовой арены не хотелось, да и автобус Уралвагонзавода — это не трансфер, который ходит каждые полчаса. Наверняка будет ждать всех, кто находится на арене, чтобы потом всю толпу увезти за раз. Потом Александр Тимофеевич и Дарья Леонидовна на этом же такси отправились в гостиницу.

— Люда, ты же на арену завтра поедешь? — напоследок спросила мама.

— Конечно, поеду, мы же будем болеть за наших одногруппников! — уверенно ответила Арина. — До встречи, до завтра! Встретимся на трибуне.

Потом она помахала рукой вслед уезжающему такси и пошла в номер: следовало завалиться отдыхать. Она только сейчас сообразила, что с тех пор, как откатала фигуры, ни минуты не сидела спокойно, постоянно что-то делала, куда-то шла, о чём-то разговаривала. Казалось бы, ничего, но нагрузка на мозг колоссальная.

Когда зашла в комнату, посмотрела на часы: время 19 часов. Никого из девчонок пока не было. Соревнования танцоров уже должны были закончиться, и, скорее всего, сейчас все должны приехать и сразу же бежать на ужин. Арина, с аппетитом пообедавшая с родителями в кафе, на ужин не пошла. Сразу же разделась, завалилась в кровать, и почти сразу уснула, что было очень хорошо. Усталость перебила акклиматизацию… Сейчас в Норвуде было утро, 10 часов, и спать, по идее, она не должна была хотеть, но всё-таки уснула. Возможно, вскоре удастся войти в нормальный биологический ритм…

… Впрочем, чудес не бывает. Проснулась Арина в абсолютной темноте. В комнате раздавалось сочное посапывание: похоже, девчонки спали. Поднеся руку с часиками к лицу, по светящемуся циферблату разглядела, что сейчас 4 часа ночи. Неплохо она проспала! Девять часов без перерыва! Понимая, что сейчас всё-таки ещё очень рано, Арина попробовала опять уснуть, но после часа мытарств поняла, что это не получится: она выспалась полностью. Голова была ясная и отдохнувшая, что тоже обрадовало. В Норвуде сейчас вечер, и, по идее, должно хотеться спать, но пока этого не ощущалось. И это хорошо! Организм привыкает к новому времени.

Тренировка сегодня должна была начаться очень рано, в 7 утра, поэтому Арина не очень-то и горевала. Подумаешь, рано проснулась. Когда подняла голову, окончательно решив просыпаться, увидела Соколовскую, как и вчера, стоявшую у окна.

— Не спится? — прошептала Арина.

— Только сейчас проснулась, — тихо сказала Соколовская, едва обернувшись. — Тебе не кажется это странным: ещё недавно мы были за границей, жили в лучшей гостинице, а сейчас находимся в физкультурном интернате, где живут обычные ребята? Какой-то диссонанс.

— Нет, мне не кажется это странным, — заявила Арина. — У каждого своя дорога в жизни. Наша дорога такая: сначала обедаешь в ресторанах и живёшь в заграничных гостиницах, а потом приезжаешь сюда и живёшь в общежитии с обычными ребятами. Потому что мы сами обычные. Хватит умствований! Я уже не хочу спать, поэтому сейчас пойду в душ. Пока народу никого.

— Я с тобой! — заявила Маринка. — Пожалуй, это единственный положительный момент от такого раннего пробуждения.

— Во сколько вы вчера приехали?

— Девчонки сидели до последнего, до 19 часов, потом поехали в общежитие и сразу же отправились на ужин. Когда пришли, ты уже спала. По крайней мере, они мне так сказали. Я ушла с арены вслед за тобой, потом поехали с родителями в ресторан, потом к ним в гостиницу, и оттуда на такси уже сюда. Я приехала позже всех. Сразу же легла спать. Но, как видишь, проснулась почти наравне с тобой.

После того как сходили в душ, потом немного посидели на лестнице, где находилась кушетка из кожзаменителя. После этого пошли обратно в комнату. Время уже подходило к 6 часам, и пришлось будить девчонок.

— А вы-то чего в такую рань встали? — зевая, спросила Муравьёва, приподнимая голову над кроватью. — У вас же тренировка завтра. Сегодня наша тренировка по фигурам с 7 до 8, у мальчишек с 8 до 9.

— Точно! — Арина чуть не ударила себя по лбу. — Ну как можно всё забыть?

Соколовская звонко рассмеялась: такое ощущение, как будто её отпустило. Ну конечно, как можно ошибиться, да ещё вдвоём! Тренировка только завтра, а сегодня у них полностью свободный день!

— Ну ничего, зато разбудили тебя! — заявила Арина. — Получается, мы приедем болеть за вас к 12 часам!

Что может чувствовать человек, который думал, что ему на работу, а на самом деле сегодня выходной, хотя он уже встал, оделся, приготовился к смене и в последний момент узнал, что сегодня всё-таки день отдыха? Бесконечное счастье! Арина рассмеялась и бухнулась на кровать. Можно не спеша дожидаться завтрака…

Муравьёва тем временем в гордом одиночестве пошла в душ, в соседней комнате разбудила Авдееву, а когда вернулась, стала готовиться к тренировке. Вскоре юниорки отправились в ледовый дворец.

Самая последняя проснулась и привела себя в порядок Малинина, после этого втроём отправились в столовую на завтрак. По пути встретили Аньку с её компанией: Стаса, Сашку, Макса и всех прочих из группы поддержки.

— Люсечка, я тебя вчера так и не поздравила с первым местом! — смущаясь, сказала Анжелика и обняла Арину. — Ты самая лучшая! Молодец!

— Люся, молодец! Ты гений! — сказала Анастасия и тоже обняла Арину.

— Люся, ты гений! — смеха ради передразнила Анька и со всей силы обняла Арину, чуть не повалив всю троицу на пол.

— Ладно, ладно, спасибо большое! — смущённо сказала Арина, похлопав всю троицу по плечам. — Сегодня у вас тоже очень важный день: нужно болеть за одногруппниц. Им поддержка будет очень нужна.

— Мы им устроим такую поддержку, что они ахнут! — пообещала Анька. — Весь стадион офигеет!

После этого стали подходить все члены группы поддержки и поздравлять Арину с удачным результатом за фигуры. Максим, Сашка, Стас, Малькова, ещё пацаны и девчонки. Все искренне радовались что она первая!

После завтрака выдалось некоторое свободное время, и всей компанией зависли у Арины в комнате, заняв абсолютно всё свободное пространство, даже на полу.

— А я вчера Бутусова видела во Дворце культуры имени Свердлова! — заявила Арина. — Пошли погулять с родителями и как-то случайно вышли на место встреч неформалов.

— И что сказал Слава? — поинтересовалась Малинина.

— Представляешь, он до сих пор помнит меня! — похвасталась Арина. — Помнит, как мы с ним пели в «Совёнке» на дискотеке. И даже узнал, как меня зовут. Сказал, что надо бы как-нибудь провести вместе концерт.

— Я тоже хочу к Бутусову! — заявила Анька. — Давайте как-нибудь сходим туда.

— Возможно, и сходим, — неопределённо откликнулась Арина. — Если будет время…

Потом Малинина поставила «Наутилус» на магнитофоне, и вся компания начала слушать песни и подпевать им. Арина активно включилась в процесс, опять спев «Шар цвета хаки» и «Казанова», чем вызвала полный восторг подружек… А когда подошло время, отправились в Ледовый дворец профсоюзов болеть за своих девчонок и мальчишек…