Вместо ответа он поднялся и протянул ей руку. Айви настороженно нахмурилась, но всё же позволила ему помочь ей встать. Ченнинг не отпустил её ладонь и повёл к лестнице. Они поднялись на второй этаж, затем на третий и четвёртый. Музыка и шум голосов постепенно стихли. Когда впереди показался закрытый коридор, Айви остановилась. — Куда мы идём? — Ещё выше. — Выше уже некуда. — Есть крыша. Он открыл неприметную дверь, за которой обнаружилась узкая лестница. Айви последовала за ним, всё сильнее недоумевая. Ченнинг толкнул последнюю дверь. В лицо ей пахнул свежий ночной воздух. На крыше был разбит настоящий сад. В каменных вазонах росли белые и алые розы, вдоль дорожек тянулись гирлянды крошечных огней, а в центре располагалась небольшая площадка, окружённая цветущими кустами. Над ними раскинулось безоблачное звёздное небо. Айви едва не ахнула. На несколько мгновений она забыла и об обиде, и о недоверии, просто поражённая открывшейся красотой. Но затем взяла себя в руки и повернулась к Ченнингу. — Что мы здесь делаем? Он остановился напротив неё. В его взгляде не было привычной насмешки или самоуверенности. Только волнение, которое он тщетно пытался скрыть. — Мы были на балу, — произнёс Ченнинг. — Но я так и не смог пригласить тебя на настоящий танец. Айви молча смотрела на него. — Прошу, потанцуй со мной. Он протянул руку. Несколько долгих секунд она не двигалась. Разум вновь предупреждал её: один красивый жест ничего не изменит. Танец не сотрёт ложь и не вернёт утраченное доверие. Но сердце уже сделало выбор. Айви вложила ладонь в его руку. Ченнинг мягко притянул её к себе. В тот же миг зазвучала тихая мелодия. Айви удивлённо оглянулась, пытаясь найти музыкантов, однако он коснулся пальцами её подбородка, возвращая её взгляд к себе. — Смотри на меня, — попросил он. Он положил ладонь ей на талию и повёл в танце. Сначала Айви держалась напряжённо, оставляя между ними небольшое расстояние. Но Ченнинг двигался уверенно и бережно. Постепенно она позволила ему прижать себя ближе. — Я виноват, — тихо произнёс он возле её уха. — И знаю, что одного извинения недостаточно. Айви ничего не ответила. — Я должен был предупредить тебя. Должен был довериться тебе, а не решать за тебя. — Но ты не сделал этого. — Не сделал. Его пальцы чуть крепче сжались на её талии. — И если бы я мог вернуться назад, то поступил бы иначе. — Прошлого не изменить, Адриан.. — Знаю. Поэтому мне остаётся лишь доказать, что я способен быть честным с тобой сейчас. Она подняла на него глаза. — Даже если правда будет неудобной? — Даже если после неё ты возненавидишь меня. — А если я не смогу снова поверить тебе? В его взгляде мелькнула боль. — Тогда я буду ждать. Столько, сколько потребуется. Музыка продолжала звучать, а они кружили среди цветов и дрожащих огней. — Ты стала мне дорога, Ви, — прошептал Ченнинг. — Намного дороже, чем я мог себе позволить. Я думал, что смогу сохранить между нами границу. Что наша близость останется частью легенды. — Плохо получилось. — Хуже некуда, — с горькой улыбкой признал он. — И теперь мысль о том, что я могу тебя потерять, пугает меня сильнее любой угрозы, — продолжил он. — Я не прошу забыть мою ошибку. Только позволь мне всё исправить. Музыка стихла. Ченнинг выпустил её из объятий, но лишь для того, чтобы зайти ей за спину. Айви почувствовала, как он убрал её волосы с плеча. — Что ты делаешь? — Не двигайся. Что-то холодное коснулось её шеи. Айви вздрогнула и опустила глаза. На тонкой цепочке из белого золота висел кулон в форме сердца. По его краям мерцали крошечные бриллианты, а в центре сиял крупный рубин. В глубине красного камня словно горело живое магическое пламя. Ченнинг застегнул цепочку. Его пальцы на мгновение задержались на её коже. Айви повернулась к нему и сжала кулон в ладони. — Он прекрасен. — Я увидел его сегодня и подумал о тебе. — Потому что у меня каменное сердце? — Потому что внутри тебя горит огонь, — ответил он. — Даже когда ты изо всех сил пытаешься его скрыть. Айви посмотрела ему в глаза. Обида никуда не исчезла. Как и страх, что он снова решит что-то за неё, промолчит или попытается защитить ценой её доверия. Но чувства оказалась сильнее желания уйти. — Я попробую дать тебе ещё один шанс, — тихо сказала она. — Но если ты снова попытаешься меня об… Она не успела договорить. Ченнинг накрыл её губы поцелуем. Первое мгновение Айви хотела оттолкнуть его — хотя бы из упрямства. Но его руки сомкнулись на её талии, и вся решимость исчезла. Она вцепилась пальцами в его камзол и ответила так же жадно, выплёскивая в поцелуй всё, что мучило её со вчерашнего вечера: обиду, страх, и тоску. Ченнинг целовал её страстно, но бережно, словно всё ещё не верил, что она позволила ему приблизиться. Когда он отстранился, их лица разделяло лишь несколько сантиметров. — Я не обману тебя, — хрипло пообещал он. — Больше никогда. Айви коснулась пальцами его губ. — Не заставляй меня пожалеть, что я поверила тебе. — Не заставлю. Она всё ещё не доверяла ему до конца. Но когда Ченнинг снова поцеловал её под звёздным небом, Айви позволила себе хотя бы ненадолго забыть об этом. Письмо было отправлено. Оставалось только ждать. Дни тянулись мучительно медленно, но Айви почти не жаловалась. Каждую свободную минуту они с Ченнингом проводили вместе, словно пытались наверстать всё упущенное. Они целовались в пустых коридорах, запирались в библиотеке и однажды едва не попались в зимнем саду. — Это была твоя идея, — прошептала Айви, торопливо поправляя платье. — Ты могла отказаться. — Я отказалась. Дважды. — Крайне неубедительно. Она толкнула его локтем, а Ченнинг поймал её за талию и снова поцеловал. — Ты неисправим. — Зато тебе не скучно. С этим спорить было трудно. Их страсть вспыхивала в самых неожиданных местах: в пустой гостевой комнате, в купальне, даже в мобиле, который Ченнинг предусмотрительно остановил подальше от людных улиц. После они возвращались в особняк с невинными лицами и старались не смотреть друг на друга за ужином, чтобы не рассмеяться. Но о деле они не забывали. Через несколько дней им удалось вновь встретиться с королевой. На этот раз разговор был коротким. Едва оставшись с ними наедине, она достала из складок платья крошечный стеклянный флакон с мутной янтарной жидкостью. — Это лекарство, которое придворный лекарь ежедневно даёт королю, — тихо сказала она. — Я забрала немного из новой порции. Ченнинг принял флакон и спрятал во внутренний карман. — Он заметит пропажу? — Нет. Айви коснулась её руки. — Мы выясним, что это. — Поспешите, — попросила королева. — Моему супругу становится хуже. Вернувшись в особняк, Ченнинг передал флакон Айви. — Не открывай. — Почему? — Вдруг это яд. Она вскинула бровь. — Поэтому ты отдаёшь его мне? — Я доверяю твоей осторожности. — А я-то решила, что ты хочешь от меня избавиться. Ченнинг притянул её к себе. — Слишком поздно. Я уже привык просыпаться рядом с тобой. — Ты привык просыпаться на моей половине кровати. — У тебя мягче подушка. Он поцеловал её в кончик носа. О предстоящем приезде друзей следовало предупредить хозяев. За ужином Ченнинг сообщил графу, что трое их знакомых вскоре будут проездом в городе. — Мы хотели попросить разрешения разместить их здесь на несколько дней, — добавила Айви. Граф лишь махнул рукой. — Разумеется. В доме достаточно свободных комнат. — Благодарю вас, — ответил Ченнинг. — Надеюсь, ваши друзья не столь же беспокойны, как вы двое, — с улыбкой заметила графиня. Айви замерла с бокалом у губ. Ченнинг же сохранил совершенно невозмутимый вид. — Не понимаю, о чём вы. — Конечно, — невинно отозвалась графиня. — Просто в западном крыле удивительно тонкие стены. Под столом Айви наступила Ченнингу на ногу. Он даже не поморщился. — В следующий раз, — шепнула она, когда они вышли из столовой, — я тебя задушу. Ченнинг наклонился к её уху. — В западном крыле? Айви не выдержала и рассмеялась.