Вячеслав Романович резко отвернулся и, нагнув голову, сосчитал до десяти. Слоники стояли.

— Как ты их подсунула? Ты цыганка? Гипноз?

— Ну почему вы такой недоверчивый, Вячеслав Романович! Сами ведь попросили слоников.

— Я сошёл с ума, — он держался за лоб и не знал, что делать.

— Нет-нет, не сошли! Если б вы с ума сошли, у вас бы голова болела. Но не болела же?

— Не болела.

— Вот видите!

Он сел за стол на своё место, выдвинул ящик и взял оттуда бутылку Борисовского семилетнего. Взял стакан.

— Выпейте, правильно! У слоников, кстати, внутри шоколадки. Возьмите-возьмите, там у них снизу открывается, — у неё не было одного зубика. — И почему вы так удивляетесь? Вы что, в Бога не верили раньше?

— Как-то не задумывался, — он выпил и повернул слоника вверх дном. Там действительно была крышечка.

— Если не задумывались, так чего удивляться? Вот она я, предлагаю вам любые желания!

— А тебе-то это зачем?

— Я так решила. Хочу сделать вам милость.

— Милость, — повторил он и набрал на мобильнике Михаила. Нет гудка. — Это ты телефоны испортила?

— Чтобы никто не мешал.

— Шантажируешь?

— Вячеслав Романович! Как вам не стыдно!

Вячеслав Романович не удержался и откусил кусочек — хороший шоколад. Вот ведь чушь какая. А если правда? Смешно. Нет, в самом деле смешно, какая-то девочка. И как проверить? Но ведь слоники уже.

— И ты любые желания исполнишь?

— Конечно.

— А если я что-нибудь плохое пожелаю?

— Вы же хороший, вы не станете желать плохое.

— Ну а если? Если б я, к примеру, для своего счастья пожелал кого-то убить — ты бы убила?

— Вячеслав Романович! — она уже не улыбалась. — Неужели вы меня об этом попросите?

Слоники опустили хоботы, перестали подмигивать и прищурились, почернели. Сдавленно булькнула кофемашина, где-то в отдалении как будто громыхнул гром, отдавая в пол дрожью. Вячеслав Романович поспешил хохотнуть: это я пошутил, пошутил. Коньяк тепло разливался внутри, сглаживал. И правда, чего это я? Болтаю всякое. Но не выглядеть смешным. Да ладно, что за пустяки. Как будто я что-то теряю. Но чего же мне хочется? Для счастья. Он снова встал.

— Я как раз думал перед твоим приходом… Мне хотелось бы большой бизнес. Понимаешь? Серьёзный, новый бизнес. Что-нибудь такое, чего ещё не было. Но пока не решил. У меня есть время подумать?

— Да-да.

Так. Так. Думай, думай, Ван Рейн. Хотя бы что-нибудь. Шанс… Хочешь, я торт тебе закажу, пока думаю? Хочу. Он взял трубку, теперь гудки шли. Саша, неси торт мне в кабинет, а лучше разных несколько по порции, и кока-колы, шевелись. И винограда. Девочка расстегнула куртку. Кажется, готова подождать.

— Бизнес. Какой-нибудь такой, — он ходил по кабинету, бубнил и взглядывал на неё. — Такой новый, а?

— Нет уж, Вячеслав Романович, давайте сами. А то потом скажете.

Перед ней стояли три тарелки с тортами, и она по очереди лакомилась каждым. Фигурная серебряная вилочка с дубовыми листиками и лентами, высокий стакан с толстым дном. Кажется, ей нравится. Думай, думай. Так. Что, если какой-нибудь транспорт сверхбыстрый? Да, это тема! Транспорт — вечная ценность. Очень быстрый? Радикально быстрый и безопасный? Где-то такое было. Как же это называлось? Телепорт! Нет, Ван Рейн, это тебя уже понесло. Нет, это бред.