Янь Се традиционно отмечал день рождения в кругу семьи. На празднество съезжались многочисленные дяди, тёти и двоюродные братья с сёстрами, которых он не видел весь остальной год. В сумме собиралось около сорока гостей, и чтобы разместить их, в огромной гостиной с выходом в сад ставили три длинных стола. Размах мероприятия поистине поражал воображение.

Едва майор въехал в ворота, ему навстречу выплыла нарядная госпожа Цзэн Цуй, помолодевшая, казалось, лет на десять. В руке у неё красовалась изумрудно-зелёная сумка «Келли» из крокодиловой кожи.

– Где сяо Лу? – сразу спросила она.

Янь Се вышел из машины и с невозмутимым видом бросил:

– Остался дома. Неважно себя чувствует.

– Вы поссорились? – осторожно поинтересовалась госпожа Цзэн Цуй.

– С чего ты взяла? – Майор с улыбкой вручил матери привезённую из дома бутылку красного вина. – У тебя такой очаровательный сын, кто в здравом уме станет с ним ругаться?

Цзэн Цуй закатила глаза, а Янь Се шустро скрылся в доме. Выкрикивая на ходу приветствия: «дядя, здравствуйте», «братишка, привет», «тётушка, вы с каждым годом всё краше и краше!», – он вихрем пронёсся на второй этаж в кладовую. Госпожа Цзэн Цуй только успела подумать: «Что ему там понадобилось?» – а он уже спустился со шкатулкой из красного дерева и уверенно направился к выходу.

– Ах ты, поганец! – крикнула мать ему вслед. – Опять стащил что-то из коллекции отца?

– Папа сказал, что всё его – моё! – возразил Янь Се не оглядываясь.

Госпожа Цзэн Цуй упёрла руки в бока, готовясь разразиться бранью, но вдруг услышала:

– Всё, кроме красавицы-жены!

На её щеках вспыхнул румянец, ругательства разом вылетели из головы. Она сердито фыркнула:

– Что отец, что сын – ни стыда ни совести! – И, усмехнувшись, пошла искать мужа.

Янь Се спрятал шкатулку с четырьмя чайными блинами под передним пассажирским сиденьем, радостно хлопнул в ладоши и закрыл дверь. Этих запасов должно было хватить по меньшей мере на год. Зная характер Цзян Тина, можно было предположить, что он не станет вскрывать новый блин сразу и несколько недель будет пить чай, купленный в лавке, но под покровом ночи обязательно проберётся на кухню и заварит выдержанный «Тунсин». Довольно облизываясь, он будет наслаждаться каждым глотком, а наутро сделает вид, будто ничего не произошло.

– Дядя, тётя, здравствуйте!

– Ох, спасибо, тётушка!

– Ого, братишка, как ты вымахал! Сколько баллов набрал на выпускных экзаменах?

Сценарий не менялся из года в год, и майор прекрасно справлялся с отведённой ему ролью.

Всеми делами в семействе Янь заправляли родители Янь Се. Сам он в бизнес не лез и ясно давал понять, что в будущем, вместо того чтобы лично встать у руля, доверит управление компанией профессионалам. Разбираться в конфликтах интересов и закулисных драмах майор не собирался. Его появление на семейном банкете преследовало одну простую цель: показать, что он жив-здоров, не погиб при исполнении служебных обязанностей и всё ещё пользуется милостью родителей, несмотря на статус разменявшего четвёртый десяток холостяка.

Третья тётя вытянула голову с другого конца стола и назидательно сказала:

– Янь Се сегодня стал ещё на год старше. Время идёт, пора уже и о семье подумать!

Майор улыбнулся.

– Гляди, твой двоюродный брат уже нашёл себе девушку, двоюродная сестра скоро родит, а ты всё один. С такой опасной работой затягивать не стоит! Мужчина должен иметь надёжный тыл, чтобы всецело сосредоточиться на карьере, понимаешь?

– Да, да… – согласился Янь Се.

Он регулярно выслушивал одни и те же наставления, но на этот раз господин Янь, повздоривший со свояком, внезапно решил за него вступиться. Он громко поставил тарелку на стол и выпрямился:

– Чего вы налетели на моего сына?

Все за столом смолкли, как цикады зимой.

– Он, между прочим, вчера приготовил для нас обед! – с гордостью заявил господин Янь. – Не верите – спросите Цуйцуй. Дорогая, подтверди!

Госпожа Цзэн Цуй неизменно поддерживала супруга на людях. Под изумлёнными взглядами родственников она достала мобильный, открыла галерею и продемонстрировала всем пропущенные через восемнадцать фильтров фотографии вчерашнего застолья: жареные креветки, тушёную говядину с картофелем, яичницу с помидорами, суп с рёбрышками…

Пока гости с восхищёнными возгласами передавали телефон по кругу, Янь Се терзался раздумьями. Он окинул взглядом носящихся с визгом по дому подростков, кричащую в колыбели племянницу за соседним столом, будущих свояков и невесток, чьих имён он даже не помнил, и вдруг ощутил в груди странную тоску.

Майор тихо встал из-за стола, вышел на веранду и закурил. Он долго сжимал в руке телефон, затем наконец открыл «Вичат». Экран пестрел непрочитанными сообщениями с поздравлениями от коллег: замначальника Вэя, Гоу Ли, Цинь Чуаня, Хуан Сина, Ма Сяна, Гао Паньцина… Янь Се зашёл в чат с «Лу» и после долгих колебаний, несколько раз исправив текст, написал: «Ты где?»

Цзян Тин ответил не сразу. Из гостиной доносились тосты, крики, смех. Несмотря на разногласия в вопросах бизнеса, за столом царила тёплая семейная атмосфера. Янь Се прошёлся по веранде, освещённой яркими огнями на фоне непроглядной ночи. В воздухе витал тонкий свежий аромат кувшинок, в траве стрекотали насекомые.

Майор, никем не замеченный, добрёл до кухни и увидел через стекло на круглом столе торт – настоящее произведение искусства: трёхъярусный, украшенный изящными цветами. Белоснежный крем в свете лампы отливал золотом. Янь Се расчувствовался, сделал снимок и отправил Цзян Тину. Почти сразу пришёл ответ: «Дома, где же ещё». Три секунды спустя телефон майора вновь завибрировал: «С днём рождения», «Пусть каждый день будет полон счастья и гармонии».

В груди Янь Се разлилось тепло, радость прошла по телу электрическим разрядом и взорвалась в голове фейерверком. Он сунул телефон в карман, развернулся и припустил в шумную гостиную. Госпожа Цзэн Цуй как раз искала сына, чтобы произнести тост, но при виде родного красивого лица, сияющего в свете ламп, застыла на месте. Янь Се широким шагом подошёл к матери, взял её за руку и, стараясь перекричать гомон толпы, попрощался:

– Мам, вы ужинайте, а я поехал!

– Куда собрался? – возмутилась госпожа Цзэн Цуй. – А десерт? Ты должен разрезать торт!

– Звонили из управления… – солгал майор.

– Что бы там ни было – подождёт! Не позорь мать перед всем честным народом!

Госпожа Цзэн Цуй велела племянникам немедленно выкатить тележку, схватила сына за запястье и под песню «С днём рождения тебя» аккуратно разрезала торт и разложила по тарелкам с серебристой каймой. Едва дети разобрали угощение, Янь Се отложил нож, всучил матери кусок торта, украшенный вишней, и бросил:

– Я пошёл!

– Эй!

Майор спешно обнял отца и направился к выходу. Господин Янь слова сказать не успел, а сын уже исчез за дверью.

– За что мне такое наказание?! – воскликнула госпожа Цзэн Цуй и бросилась вдогонку: – Куда ты рванул? Будь осторожен за рулём, ночь на дворе!

– Знаю! – отозвался Янь Се и завёл машину. Он развернулся, высунул голову в окно и с улыбкой добавил: – Люблю тебя, мам! До скорого!

«Мерседес» с рёвом скрылся за воротами, оставив госпожу Цзэн Цуй растерянно наблюдать за рассеивающимся облаком выхлопных газов в свете уличного фонаря.

В десять часов вечера движение в центре Цзяньнина было свободным. Улицы мерцали неоновыми огнями, сквозь приоткрытое окно в салон просачивались запахи ночного города. «Мерседес» остановился на светофоре. Янь Се бросил взгляд в зеркало заднего вида, достал из кармана на двери телефон и отправил голосовое сообщение «Лу»:

– Угадай, где я?

В верхней части экрана отобразился статус «Печатает…» и вскоре исчез. Цзян Тин тоже ответил голосовым:

– Едешь домой?

Майор улыбнулся и зажал кнопку записи, но вдруг краем глаза увидел на перекрёстке напротив ярко освещённую кондитерскую и на ходу сочинил:

– Ага. Везу тебе праздничный торт.

Янь Се живо представил себе лёгкое замешательство на лице Цзян Тина. Несколько секунд спустя пришло новое сообщение:

– Хорошо. Будь осторожен на дороге, не спеши. – По голосу можно было догадаться, что капитан улыбается.

Красный свет сменился зелёным, и машина впереди тронулась с места. Янь Се убрал мобильный, посмотрел по зеркалам и, заметив просвет, ловко перестроился в правую полосу, повернул и подъехал к дверям кондитерской.

Несколько минут спустя майор вышел на улицу с куском торта в белом бумажном пакете. Он поставил его на переднее пассажирское сиденье, забрался в салон и уже собирался завести двигатель, как вдруг его внимание привлекло кое-что слева вдалеке.

Перед светофором на обочине стоял неприметный серебристый «хёндэ». Аварийка не мигала, водитель явно кого-то ждал. В сердце Янь Се закралось сомнение: «Не эту ли машину я недавно заметил в зеркале заднего вида?»

У майора не было веских оснований подозревать слежку. На улицах Цзяньнина подобные автомобили встречались сплошь и рядом – без номерного знака не отличишь. Но за годы службы в полиции у Янь Се выработалось профессиональное чутьё, и оно подсказывало: здесь что-то нечисто.

Позади раздался гудок. Майор нахмурился, надавил на педаль газа и повернул направо. На дороге он вёл себя как обычно и внимательно посматривал в зеркала. Вскоре в нескольких десятках метров позади в левом ряду мелькнул серебристый автомобиль.

Янь Се вскинул брови: тот самый «хёндэ»!

За тридцать с лишним лет жизни Янь Се отучился верить в совпадения. Он поддал газу, его 8450 взревел и, опережая поток, проскочил на зелёный. На следующем перекрёстке ему следовало проехать прямо, но вместо этого он включил правый поворотник и бросил взгляд в боковое зеркало. Серебристый «хёндэ» последовал его примеру.

Всё-таки слежка!

Что за смельчак решил сесть на хвост заместителю начальника отдела уголовного розыска?

– Смерти ищешь… – тихо выругался Янь Се и замедлился. Придерживая руль одной рукой, он не глядя достал телефон и позвонил. – Алло, Ма Сян? Есть кто-нибудь в офисе?

– Янь-гэ, с днём рождения! – раздался радостный голос на том конце провода. – Я тут. В смысле в управлении. Как раз заканчиваю с делами, договорился с Гоу-гэ и Цинь-гэ на пару каток. Ох, мы страшно по тебе соскучились…

– За мной следят, – перебил его Янь Се. Лицо майора было мрачнее тучи. – Я на проспекте Гунжэнь, недалеко от съезда на улицу Цзиньдао. Ко мне приклеился серебристый «Хёндэ-Элантра», номерного знака не вижу. Сейчас вышлю геолокацию. Свяжись с дорожной полицией, пусть узнают номера и возьмут машину под контроль. Живо!

Веселье Ма Сяна быстро уступило место серьёзности. Едва Янь Се договорил, он выбежал из кабинета, выпалил короткое: «Слушаюсь!» – и помчался выполнять приказ.

Янь Се резво миновал проспект Гунжэнь. Чем дальше он отъезжал от центра города, тем реже на дороге встречались машины. За окнами мелькали фонари и деревья. Майор глянул в зеркало заднего вида и увидел свет фар. Серебристый седан не отставал.

Кто он? И чего хочет? Янь Се редко садился за руль 8450, кто мог знать, что это его машина?

Вопросы, бурлившие на поверхности сознания, вскоре уступили место пугающей догадке. Майор даже не удивился: морально он был готов к такому исходу.

«Хёндэ» успел проехать за ним три перекрёстка, прежде чем перезвонил Ма Сян:

– Алло, Янь-гэ? Я связался с дорожной полицией. На перехват уже выслали патрульных из ближайшего подразделения. Двигайся с той же скоростью и не выезжай за пределы района. Мы скоро будем!

– Хорошо, – коротко ответил Янь Се.

Он повесил трубку, затем зашёл в «Вичат», открыл последний диалог, нажал кнопку записи голосового сообщения и, едва не касаясь губами микрофона, произнёс:

– Эх, голова моя дырявая! Я тут вспомнил, что оставил в офисе кое-какие бумаги. Придётся сначала заехать в управление, а потом уже домой, не теряй.

В элитном жилом комплексе на диване загорелся экран мобильного телефона и осветил изогнутые брови Цзян Тина. «Так ты же…» – возмутился капитан, но быстро проглотил раздражение и ответил:

– Осторожнее за рулём.

Это была обычная вежливость, и Цзян Тин говорил совершенно спокойно, но отчего-то майору показалось, что его собеседник заподозрил неладное. Янь Се доводилось бывать в разных, куда более опасных передрягах, но ощущение, будто почву выбивают из-под ног, он испытывал впервые.

Майор вышел из «Вичата», открыл список контактов, выбрал номер Ма Сяна, посмотрел в зеркало заднего вида и подозрительно прищурился. Его зрачки резко сузились. Преследователь исчез.

Майор двигался по прямой, хорошо освещённой двухполосной дороге и мог без труда оценить обстановку в паре сотен метров позади. Прямо сейчас за ним плелись только несколько такси и небольшой фургон. Серебристая «элантра» словно испарилась.

– Янь-гэ! – послышался из трубки взволнованный голос Ма Сяна. – Ты ещё на Цзиньдао? Я выехал из управления!

– Он пропал.

– Что?

8450 сбавил скорость и плавно затормозил у светофора. На соседних полосах остановились фургон и такси, позади было пусто. Таинственный преследователь исчез.

В голосе Янь Се звенел металл:

– Он вдруг сдался.

Вдалеке замигали красно-синие огни, полицейские мотоциклы стремительно приближались к улице Цзиньдао. Ма Сян, судя по всему, тоже спешил к месту происшествия: тиканье поворотника на том конце провода смешивалось с гулом двигателя – только эти звуки и нарушали повисшую тишину.

Преследователь, легко позволивший обнаружить себя, исчез ровно в момент, когда за дело взялась полиция. При мысли о поразительной проницательности незнакомца бросало в дрожь.

– Не волнуйся, Янь-гэ, – нарушил молчание Ма Сян. – Я попрошу дорожную полицию прислать записи с камер на проспекте Гунжэнь. Проверим номерной знак.

Майор вздохнул. Яркие неоновые огни ночного города пробивались сквозь стекло автомобиля и очерчивали строгий профиль, пока другая половина лица скрывалась во мраке.

– Особо не распространяйся об этом. Ни слова начальнику Люю и замначальника Вэю. – Янь Се сделал короткую паузу. – Будь осторожен. – И повесил трубку.

Сорок минут спустя.

8450 миновал ворота жилого комплекса. Недалеко от въезда в подземный гараж Янь Се заприметил знакомую фигуру под уличным фонарём. Он остановился и опустил стекло:

– Что ты здесь делаешь?

Правая рука Цзян Тина покоилась в кармане брюк, левая крепко сжимала телефон. Неизвестно, сколько капитан простоял на улице. Он выглядел, как всегда, невозмутимо, но Янь Се показалось, будто по его лицу пробежала тень облегчения.

– Вышел подышать свежим воздухом. – Цзян Тин с хрустом размял плечи и как бы невзначай спросил: – Ты почему так долго? Что-то случилось?

Янь Се пристально посмотрел на капитана. Его вдруг охватило острое желание рассказать всю правду, но он подавил сиюминутный порыв и с улыбкой мягко произнёс:

– Всё в порядке, просто не мог найти нужный документ.

Цзян Тин едва заметно нахмурился.

– Садись, поехали домой. – Майор потянулся и открыл дверь. – Я привёз тебе кусок торта!