Десятое января три года назад. Гунчжоу.

Дверь заброшенного дома распахнулась, и внутрь ворвался холодный зимний ветер. В тусклом свете закружились пылинки и медленно осели на пол.

– Вперёд, – скомандовал А-Цзе и втолкнул истощённого мужчину внутрь.

Лицо пленника было мертвенно-бледным, губы отливали синевой, острые кости ключиц и плеч грозились порвать одежду. После снятия повязки он никак не мог привыкнуть к свету и сильно щурился. Длинные чёрные ресницы слиплись от холодного пота.

Очертания комнаты и людей размывались в полумраке. Никто не узнал бы в этом мужчине Цзян Тина, начальника второго подразделения отдела по борьбе с наркотиками, похищенного несколько месяцев назад.

Кто-то приставил к виску капитана ствол и вложил в слабую ладонь холодную рукоять пистолета. А-Цзе поднёс к уху Цзян Тина телефон, и из трубки донёсся вкрадчивый голос:

– Убей этого агента под прикрытием, и ты свободен.

– Нет, я не могу. Я…

– Можешь.

– Нет. Лучше пристрели меня. Давай, прямо сейчас…

– Ты справишься. – Судя по голосу, Король пик улыбался. – Ты не хочешь умирать, Цзян Тин. Я никогда не встречал человека с такой неуёмной жаждой жизни. Ты продолжаешь бороться, даже если выхода нет, – такова твоя природа. Это у тебя в крови. Ты сможешь. Убей его и получишь свободу. Или умрёшь вместе с ним.

Дыхание Цзян Тина участилось, рука нервно дрожала. Никогда прежде он не испытывал такого страха перед оружием. В ладонь словно вонзился острый змеиный клык, яд по капле проникал в кровь и подбирался к сердцу.

Голос Короля пик так и манил:

– Цзян Тин, ты ведь говорил, что победишь меня. Так докажи это.

Капитан не знал, сколько времени прошло: каждая секунда казалась вечностью. Он медленно поднял руку, а затем резко направил дуло себе в грудь, но А-Цзе, выругавшись, вывернул его запястье.

Выстрел!

Фигура в тёмном углу вздрогнула, соскользнула по стене и безвольно повалилась на пол.

Десять секунд спустя тяжёлую тишину нарушил глухой стук: из ладони Цзян Тина выпал пистолет, и последний натянутый до предела нерв лопнул.

Капитан повалился назад. А-Цзе успел подхватить его, поднял веки и проверил зрачки.

– Транквилизатор! – взревел он.

Раздался топот шагов, крики, но Цзян Тин ничего не слышал. Боль от укола смогла привести его в чувство, но дрожащее тело по-прежнему не поддавалось контролю. Он попытался встать, игла вылетела на пыльный пол, оставив на коже кровь.

Капитан зашёлся в кашле, горло сдавило спазмом, на корне языка появился металлический привкус. Он сложился пополам и услышал твёрдый голос А-Цзе:

– Я бы вколол вторую дозу.

Цзян Тин не ответил. Измученный и обессиленный, он с трудом подавил приступ, сглотнул кровавую пену и, опираясь на чью-то руку, встал.

– Оставьте его. Цзян Тин всегда был таким, – раздался из трубки неторопливый голос Короля пик. – Теперь он свободен.

Капитан попытался устоять на ногах без опоры, но последние месяцы подорвали его здоровье, и эта задача оказалась ему не по силам. Он пошатнулся и уткнулся спиной в стену. Перед глазами всё плыло, слух смутно различал знакомый звук. Вой сирен.

– Полиция уже рядом, Цзян Тин. Я возвращаю тебя им. – В густом, тягучем и до тошноты заботливом голосе Короля пик слышались нотки ностальгии. Каждое его слово звучало как признание. – Когда ты окажешься в кругу коллег и столкнёшься с бесконечными обвинениями, ненавистью, унижениями и допросами, пожалуйста, помни о нашем сегодняшнем пари. Какими бы убедительными ни были твои оправдания, тебе всё равно никто не поверит. Никто не станет тебя даже слушать, потому что факты уже доказали, что ты предатель. Однажды ты поймёшь, что я был прав, и сам захочешь вернуться туда, где мы впервые встретились. А до тех пор, если найдётся хотя бы один полицейский, который поверит тебе. – Насмешливая улыбка на губах Короля пик стала шире. – Я проиграл.

Вой сирен стремительно приближался, наркоторговцы снаружи разливали бензин.

– До встречи, Цзян Тин. Я всегда буду рад принять твоё поражение.

Под мрачным небом длинные языки пламени охватили дом. Вокруг мигали красно-синие огни, гудели пожарные машины, толпы людей ринулись к горящему дому.

Цзян Тин не оборачивался. Последние силы он потратил на побег, точнее, на его жалкую, отчаянную попытку. Со временем гул голосов остался далеко позади, в ушах свистел только северный ветер. В глазах у капитана вдруг потемнело. Он споткнулся, рухнул на землю и лишился чувств.

– Капитан Цзян… Капитан Цзян… Капитан Цзян! – кто-то взывал к нему во тьме. – Ну же! Очнись!

Цзян Тин медленно разлепил веки и устремил рассеянный взгляд в бескрайнее серое небо. Прошло ещё какое-то время, прежде чем боль, подобно тысячам игл, пронзила его тело и все внутренности сжались в комок. Он с трудом разбирал чьи-то слова:

– Я знал, что ты жив! Знал, что ты не сдашься…

Капитан с трудом повернул голову и осмотрелся. Он лежал в зарослях кустарника на равнине в пригороде, вдалеке от оцепленного полицейскими места пожара. Рядом с ним, опустившись на колено, стоял сухопарый старик в тёмно-синем мундире и белой рубашке. Ветер развевал его седые волосы, лицо пылало от волнения. Он без остановки твердил:

– Как хорошо, что ты жив! Это главное! Это самое главное!

Цзян Тин устало закрыл глаза, а когда открыл, наконец узнал в человеке перед собой Юэ Гуанпина – бывшего вицемэра Гунчжоу и главу муниципального управления общественной безопасности.

– Не двигайся, не надо. Ты тяжело ранен. Я уже позвонил Ян Мэй, твоему контактному лицу, и попросил тебя забрать. Всё будет хорошо. Для начала тебе нужно восстановиться, всё остальное решим потом…

– Нет…

– Что?

Цзян Тин смотрел в небо, в глубине его глаз плескалось отчаяние.

– Заклёпка мёртв.

Юэ Гуанпин вздрогнул.

– Что ты сказал?!

– Я облажался. Сделка проходила в экопарке, а все мои ребята погибли на заводе пластмасс… Я облажался. – Капитан прикрыл дрожащими ладонями лицо и глухо пробормотал: – Не будет никакого «потом». Мои товарищи мертвы. Для них всё кончено…

Юэ Гуанпин зажал себе рот рукой, помолчал какое-то время, а затем пылко возразил:

– Но ты жив! – Он посмотрел на застывшее лицо капитана и процедил сквозь зубы: – А значит, можешь отомстить!

Юэ Гуанпин подхватил Цзян Тина на руки, перенёс его к большому камню и устроил поудобнее. За последние месяцы капитан так исхудал, что даже старик мог поднять его без труда.

– Я руковожу спасательной операцией, моё отсутствие быстро заметят. Мне надо идти. Когда приедет Ян Мэй, скажи, чтобы спрятала тебя на время. Потом встретимся в нашем месте. Как добраться, помнишь? Адрес, код?

В ушах у Цзян Тина звенело. Он с трудом сохранял остатки рассудка, но поспешно кивнул.

– Расследование взрыва на заводе пластмасс контролируют на самом верху: даже я нахожусь под круглосуточным наблюдением. Сомневаюсь, что в ближайшие дни мне удастся выйти на связь. Подлечись, приди в себя. Я позвоню через неделю и договоримся о встрече. – Юэ Гуанпин выпрямился и засобирался прочь, но вдруг замер и, поколебавшись, медленно произнёс: – В последнее время я занимаюсь ещё одним делом и, кажется, кое-что нащупал… Я сообщу, когда буду уверен. – Он стиснул зубы и тихо добавил: – Ты должен дождаться моего звонка. – Сказав это, он спешно ушёл.

Вдалеке над пустошью клубился густой чёрный дым. Пожарные уже потушили заброшенный дом и, вероятно, нашли тело Заклёпки и пистолет Цзян Тина.

Ещё дальше за горизонтом Ян Мэй, получив сообщение, мчалась на всех парах к Цзян Тину, чтобы забрать его и увезти в безопасное место.

На небосводе сгустились тучи. Сложный механизм из интриг, заговоров и ловушек наконец пришёл в действие.

Гостиничный номер.

Янь Се нахмурился:

– О чём говорил Юэ Гуанпин? Что ещё за дело?

Цзян Тин стоял у панорамного окна, его лицо скрывалось в тени.

– Я не знаю, что он имел в виду: он умер, так и не успев мне ничего рассказать. Но перед взрывом мы пытались вычислить предателя в управлении Гунчжоу.

– Вдвоём? – удивился Янь Се.

Губы капитана изогнулись в горькой улыбке.

– Да. Помнишь, я говорил, что незадолго до начала той операции Заклёпку раскрыли? – Он встретил пристальный взгляд Янь Се и продолжил: – Его сдал кто-то из своих. Учитывая, что все предыдущие попытки поймать Короля пик провалились, я предположил, что крота надо искать в рядах высшего руководства. Это ужасное чувство. Ты понимаешь, что предатель рядом, но не знаешь, кто именно. Им может оказаться наставник, которого ты безмерно уважаешь, или ближайший товарищ. Тварь в человеческом обличье прячется в тени и пристально наблюдает за тобой, а ты никак не можешь её распознать. – Цзян Тин тяжело вздохнул. – Времени оставалось мало, операция уже была на носу. Чтобы в последний момент изменить план действий, мне нужно было заручиться поддержкой руководителя с безупречной репутацией. После долгих размышлений я выбрал Юэ Гуанпина.

– Почему именно его?

– По двум причинам. Во-первых, он был моим начальником, всегда помогал мне и продвигал по службе. Я знал его лучше остальных. Во-вторых, он был вице-мэром Гунчжоу и главой управления общественной безопасности. Если не ему, то кому ещё я мог доверять? Окажись он оборотнем в погонах, я в любом случае был бы обречён и сражаться с Королём пик не имело бы смысла.

Янь Се кивнул и начал размышлять вслух:

– Выходит, перед началом операции Юэ Гуанпин не сомневался в тебе?

– Он не стал бы верить мне на слово, наверняка провёл какую-то проверку. Вскоре мы приступили к внутреннему расследованию, но не нашли ровным счётом ничего. Осведомитель Короля пик вёл себя безукоризненно. Порой я даже сомневался в его существовании. Это тянулось вплоть до начала октября. Заручившись согласием Юэ Гуанпина, я в последний момент перебросил основные силы из экопарка на завод пластмасс.

– То есть об изменении плана знали только вы с Юэ Гуанпином?

– Теоретически да. Но на деле, если предатель имел высокий уровень доступа, то вполне мог догадаться об этом по косвенным признакам… Словом, нельзя однозначно утверждать, что информацию слил Юэ Гуанпин.

Янь Се наконец понял, почему после взрыва единственным человеком, который отчаянно настаивал на спасении Цзян Тина, был Юэ Гуанпин. Он хотел любой ценой вытащить капитана, чтобы, с одной стороны, доказать свою невиновность, а с другой – сверить показания и вычислить крота.

– И что произошло потом? Юэ Гуанпин связался с тобой через неделю?

Цзян Тин, немного помолчав, кивнул:

– Он позвонил мне восемнадцатого января.

Восемнадцатое января три года назад.

– В прошлый раз я упомянул ещё одно дело. Я пытался выяснить, как Король пик узнал о внезапной переброске сил, и теперь у меня есть ответ. Честное слово, я даже подумать об этом не мог… Узнай мы немного раньше, всё было бы иначе…

Плотно задёрнутые шторы не пропускали в комнату свет. За семь дней Цзян Тин успел немного отдохнуть и прийти в себя, но по-прежнему оставался слаб. Его голос звучал хрипло.

– Так что случилось?

На том конце провода слышалось тяжёлое дыхание Юэ Гуанпина. Несколько секунд спустя он выдавил из себя:

– Кажется, я вычислил предателя.

Зрачки Цзян Тина резко сузились.

– Я не знаю, следят ли они за мной. Скорее всего, да. Всё очень сложно. Обсуждать такие дела по телефону небезопасно, давай встретимся через час в нашем месте. – Юэ Гуанпин сделал короткую паузу. – Я так виноват перед тобой, капитан Цзян. Что бы ни случилось… Что бы ни случилось, пусть даже я умру, ты должен жить. Прости. – И повесил трубку.

Янь Се сидел на диване, упёршись локтями в колени, и задумчиво потирал подбородок.

– Что значили те слова в конце?..

– Этого я так и не узнал. Сразу после звонка я отправился в назначенное место. Это был арендованный подвал недалеко от парка, где часто рыбачил Юэ Гуанпин. Защита от прослушки позволяла общаться там без опаски. На полпути я получил сообщение от Юэ Гуанпина. Он написал, что к нему внезапно нагрянул гость и ему придётся задержаться минут на тридцать.

Майор догадался, что за этим последует.

Юэ Гуанпин собирался сообщить Цзян Тину жизненно важную информацию. Что заставило его отложить встречу на целых полчаса? Янь Се не позволял себе так опаздывать даже на планёрки.

Кроме того, Юэ Гуанпин догадывался, что за ним следят. Почему вдруг впустил в дом незваного гостя? Неужели был настолько беспечен?

– Я никогда не забуду тот день – восемнадцатое января. Я прождал Юэ Гуанпина в подвале до трёх часов дня, но он так и не появился: не брал трубку, не отвечал на сообщения. – Голос Цзян Тина дрогнул. Он приподнял голову и глубоко вздохнул. – Я больше не мог сидеть сложа руки и поехал к нему домой. Дверь квартиры оказалась не заперта.

– Доставка! Ваш заказ! – Цзян Тин в жилете курьера и бейсболке застыл на лестничной клетке и повысил голос: – Эй! Есть кто дома?

Деревянная дверь со скрипом приоткрылась. Брови капитана дёрнулись, сердце сковал страх. Но было поздно.

Он распахнул дверь настежь и заглянул внутрь. Юэ Гуанпин в свитере и подштанниках лежал навзничь посреди гостиной. Его лицо уже приобрело синеватый оттенок, остекленевшие глаза были широко раскрыты, возле щеки растеклась лужица рвоты.

Цзян Тин почувствовал, как силы покидают его, и медленно отступил на несколько шагов.

Как? Как так вышло? Он словно провалился в запутанный лабиринт, где за каждым поворотом таился новый чудовищный кошмар, и этому безумию не было конца.

Издалека донёсся вой сирен.

– Я быстро спустился, сел в машину и попытался скрыться, но меня засекла полиция. В тот момент я думал только об одном: мне нельзя попадаться. Во-первых, я не смог бы ничего толком объяснить. Во-вторых, я не знал, настоящие это полицейские или очередная ловушка Короля пик.

Даже по прошествии трёх лет плечи Цзян Тина дрожали при мысли о тех событиях. Ладони, спрятанные в карманах брюк, сжались в кулаки, ногти безжалостно впились в кожу.

– За мной гнались несколько полицейских машин. Я вылетел на скоростную трассу… Последнее, что я помню, как мне наперерез выскочил грузовик, а дальше столкновение и кромешная тьма.

Цзян Тин отчаянно, словно загнанный зверь, пытался вырваться из западни, пусть даже ценой собственной жизни.

В просторном гостиничном люксе вновь раздался спокойный голос капитана:

– Вновь я открыл глаза лишь спустя два года и три месяца.

Повисла долгая тишина. Янь Се прикрыл ладонью рот и протяжно вздохнул.

– В причастности Короля пик к смерти Юэ Гуанпина можно не сомневаться. – Майор откинулся на спинку дивана и свёл густые чёрные брови к переносице. – Но кто был предателем из управления?

Насколько же высокую должность он занимал, если Юэ Гуанпин не решился назвать имя по телефону!

– Не знаю. Полиция приехала слишком быстро, я даже не успел осмотреть место смерти. Но одно никак не даёт мне покоя. – Цзян Тин встретился взглядами с Янь Се и пояснил: – Последнее, что сказал мне Юэ Гуанпин, было «прости». – Цзян Тин помолчал, будто взвешивал каждое слово. – Почему он думал, что подвёл меня?