– Ну, может, разок поцеловать попытаюсь.

Она отшатнулась.

– Да пошутил я, Соф. – Он опалил ее своим дыханием. Стояли-то они по-прежнему максимально близко.

И она готова была поклясться, что услышала негромкое: «Или не пошутил».

Ее мозг кричал, что она в безопасности, что он ее не тронет. Но ее тело, ее нервная система прочитали в его темном взгляде и напряженной позе совсем другой сигнал. Сигнал первобытной, сдерживаемой опасности и влечения. И это противоречие сводило с ума.

Она покраснела уже от стыда за свою собственную физиологическую реакцию. Это было неприлично, не вовремя, недопустимо. Но чем сильнее она пыталась подавить это тепло между ног, тем ярче оно разгоралось, подпитываясь ее же смущением и его близостью.

Софа отчаянно пыталась найти способ сменить тему.

И еще…

Он прочел ее мысли! Поэтому и нахмурился.

– А ты почему в подъезде оказался?

– На пробежку вышел.

Валид запустил пятерню в короткие волосы.

– Так… Наверное, нам снова нужен чай.

– Я не хочу…

– Хочешь. Чай успокаивает.

Чай так чай.

Она не успела эти слова произнести вслух. Руки Валида легли ей на плечи и аккуратно, точно она ничего не весила, переставили с прохода.

Офигеть.

Софа мысленно ойкнула. Это что сейчас было? Демонстрации силы? Так она отлично помнила, какой он силач! И как ловко он ее со стены снял. А еще помнила его лицо напротив своих…

Ой, все. Софа спрятала лицо в ладонях.

Вдох-выдох. Еще раз вдох-выдох.

Она посмотрела на свои сумки. На чемодан… Без комментариев.

– У меня есть макароны по-флотски, будешь? – раздался голос с кухни.

– Нет, спасибо.

Ей бы то, что они съели в ресторане, переварить.

Но вот его забота… Она сносила Софу с ног. Серьезно. И внутри нее зарождалась острая, почти болезненная признательность к Валиду. Он столько всего для нее сделал! И делает.

О плохом думать не хотелось. А отчего-то думалось. И где-то на подкорке сознания рождалась мысль: чем расплачиваться будешь, Соф? А? Валид парень взрослый, он не сопляк, чтобы его с благодарностью «прокатывать».

А дальше и вовсе мысли начинали скакать, причем в таком случайном порядке, что она едва за ними поспевала. Тут были и про то, что никто с нее еще никакую благодарность не спрашивает, и что есть вероятность того, что Валид из доброты душевной помогает… И почти сразу же накатывала какая-то иррациональная обида, смысл которой сводился к тому, что почему это с нее никто благодарности-то не попросит? Неужели она настолько плоха?

Софа уперлась рукой в стену. Кажется, пора заканчивать рефлексировать.

– Можно я руки помою? – крикнула она.

– Конечно.

Она прошла в ванную, включила холодную воду и умылась. Хватит нюни разводить. Она не осталась на улице, и ей, скорее всего, будет где переночевать. Валид явно не выгонит ее в ночь.

Дальше будет думать.

Софа посмотрела на себя. Так, вроде бы неплохо. Лишь глаза несчастные. Она попыталась улыбнуться. Не особо вышло, но уже лучше.

На кухне ее уже ждал чай.

И Валид, стоящий у кухонного гарнитура. Он упирался поясницей в столешницу, руки скрестил на груди.

Амбал… Как есть.

Софа прошла за стол и послушно села.

Чай. Точно… И конфеты! Те самые, что были пару дней назад. И чего Валиду их не естся? Вкусные же.

Она успела съесть одну конфетку и как раз размышляла, схомячить ли еще одну, когда услышала безапелляционное:

– Тебе некуда пойти.

Это не было вопросом.

А учитывая, в какой позе стоял Терлоев, отрицать очевидное не имело смысла.

Она же намеренно в его сторону не смотрела. Потому что и так он едва на ней не нависал. Не фигурально, конечно. Но она очень остро чувствовала его присутствие рядом.

Пыталась волнение чаем запить и заесть конфетами.

– Некуда.

– Значит, у меня поживешь.

Она ожидала услышать «переночуешь». И даже готова была безропотно согласиться. Не в дурь же лезть и не начинать строить из себя взрослую и самостоятельную, готовую выйти в ночь.

Но «поживешь» – это уже было из другой категории!

– Валид…

Она начала и замолчала, не зная, что сказать. Да и что говорить? Тут и так все понятно.

– Давай опустим все твои возражения, Соф. Я их знаю наперед.

Конечно, знает.

– И, допустим, ну-у… – протянул он, оглядываясь по сторонам. – Будешь мне готовить. Убираться там.

Софа, не скрывая скептицизма, сначала очень демонстративно посмотрела на газовую плиту, где стояла сковорода с макаронами, а потом прошлась взглядом по стенам. Даже по потолку!

Где тут что убирать? Он отлично справлялся сам. Едва ли не лучше ее.

– Ты прикалываешься?

– Соф, я никуда тебя не пущу, – внезапно очень серьезно сказал он. – Куда ты пойдешь? В общагу? Ну да, конечно. Если бы ты рассматривала такой момент, то уже жила бы в ней. Будешь искать комнату? Ок, можно, конечно, купить «Из рук в руки» и прозвонить. А смысл?

– Смысл есть.

– Не спорь. Нет его.

Его слова были тяжелыми. Софа не оговорилась. Они камнями падали ей на плечи, придавливали.

4.03

И в то же время у нее в душе рождался сильнейший диссонанс!

Что она ранее думала про стену? Точнее, про плечи-стену? Про мужчину, который будет готов решать ее проблемы?

Разве сейчас не это самое происходило?

Загвоздка заключалась в том, что Валид не был ее мужчиной.

Да, он сегодня приехал за ней в универ. И вроде как считывались определенные посылы.

Но все же…

Софа сильнее сжала бокал.

– Поживешь у меня пару-тройку дней. Там посмотрим. Меня ты в любом случае не стеснишь. И я серьезно говорю – ты можешь остаться у меня на столько, на сколько сочтешь нужным.

Она втянула в себя нижнюю губу. В затылке гудело.

– Мне маме надо позвонить, – наконец, выдавила она.

– Звони. – Валид кивнул в сторону зала. Именно там у него находился телефон.

– Это межгород.

– Вообще-то я не дебил и в курсе, что ты иногородняя.

Черт! Она, кажется, его обидела. Человек к ней со всей душой, а она чушь какую-то несет.

Она все делала неправильно! Софа кое-как поднялась и прошла в зал. Валид не последовал за ней, давая право на личное пространство. Сняв трубку, Софа набрала домашний номер.

Мама ответила почти сразу же. Значит, тоже в зале телевизор смотрела.

– Алло.

– Мам, привет.

– Софа? – Голос родительницы сразу же дрогнул. У них была договоренность, что она звонит ей в определенные дни.

Сегодня не тот день.

– Что случилось?

Софа решила не ходить вокруг да около. Опять же межгород…

– Мам, меня тетя Наташа выгнала.

– Как выгнала?..

В трубке послышались странные пугающие звуки.

– Мам, с тобой все хорошо?! Мам!

– Да-да… сейчас я только присяду…

– Мам…

– Не кричи, все хорошо. Но… Как выгнала? Наташка?

– Да, мам.

Софа старалась не всхлипнуть, но все-таки всхлипнула.

– Не понимаю.

– Ее Толик полез ко мне. Я едва убежала, с балкона перелезла и… Меня другой человек снял, помог. – Софа не стала ничего скрывать от матери.

Затылок прожигала мысль, что Валид на кухне и все равно все слышит. В квартире стояла тишина. Дверь она не стала прикрывать, это был бы откровенный перебор.

– Снял? С балкона? Софа, это как…

– А вот так…

Она, стараясь придать голосу максимально нейтральный оттенок, начала рассказывать, как было. Причем с самого начала. Ее точно прорвало. Она говорила и говорила, не упуская ни единого случая. Про собственные эмоции тоже не забыла рассказать. И как ей было страшно и стремно.

– Почему ты молчала?

– Не хотела тебя расстраивать.

– Соф… Это не дело… А откуда ты сейчас звонишь?

– От того человека, который меня снял. Ну, с балкона в пятницу…

В трубке повисла пауза.

– Мам…

– Это мужчина? – выдохнула матушка.

– Парень. Чуть постарше меня.

– И ты у него?

– Да.

– Так… Так… Сейчас я что-нибудь придумаю… Ваську попрошу доехать до тебя и…

– Мам, не надо. У меня же учеба. Ну приедешь ты, дядя Вася, и что дальше? Я что-нибудь придумаю. Не сегодня, так завтра.

В трубке образовалась тишина. Они обе понимали, что Софа права. Маме не вариант ехать к ней. Во-первых и во-вторых, и даже в третьих – деньги. Мама попросит дядю Васю, это их сосед-дальнобойщик. Недавно развелся, точнее, от него ушла жена, которая изводила его ревностью. По делу или нет, Софа не знала и знать не желала.

Теперь дядя Вася вроде как оказывал ее маме знаки внимания. И если даже предположить фантастический сценарий и он согласится привезти маму, не выступив в роли таксиста, а примерив роль будущего… хм… возлюбленного, маме за бензин деньги все равно придется отдавать. А это немало!

И что они тут будут делать под утро? Сидеть дружно в машине дяди Васи или у Валида на кухне?

Поэтому нет. Однозначное.

– Ты же у меня умница? – дрогнувшим тоном спросила мама.

Она все понимала.

И Софа все понимала.

– Конечно, мам.

– И где ты будешь жить? Ночевать? Сегодня, завтра?

– Мам, я разберусь. Пожалуйста, доверься мне. Хорошо? И не волнуйся. Может, с девчонками что-то порешаю.

Мама кое-как успокоилась и пообещала, что не сорвется к ней на следующий день.

– Я позвоню.

– Обязательно. А я позвоню Наташке. Кое-что скажу.

Сначала Софа хотела переубедить маму, потом передумала.

Она положила трубку и поежилась. Холодок коснулся затылка. На нее смотрели… Точнее, смотрел один человек. Софа, стараясь не показывать нервозность, которая перевалила за максимум, обернулась.

И тотчас натолкнулась на яростный взгляд Валида. Ее точно штормовой волной ударило.

Он стоял, скрестив руки на груди. Губы плотно сжаты, на скулах дернулись желваки. От него реально исходили волны агрессии.

Он все слышал… И разозлился. Так, получается? Софа нервно сглотнула.

А потом не нашла ничего лучше, чем прошлепала к дивану и грохнуться на него. Хотя грохнуться – это сильно сказано. Она опустилась на самый край и застыла в ожидании. Что тоже непонятно. В голове все смешалось. Она не понимала, где белое, а где черное и куда двигаться дальше.

Когда Валид выдвинулся в ее сторону, она интуитивно выпрямила спину. В груди бахнуло не то тревогой, не то еще чем-то. Она как завороженная смотрела за его приближением.

Такой большой, такой взрослый…

Он опустился перед ней на корточки.

И все равно его лицо оказалось выше.

Софа непонимающе замерла.

Валид протянул руку. Софа едва не дернулась, но заставила себя остаться на месте. Сердце затарахтело между ребрами. Сейчас выпрыгнет. Чес-слово, выпрыгнет.

Точно в замедленной съемке она наблюдала за тем, как Валид поднял руку и убрал за ухо прядь ее волос.

Он снова был чертовски близко! Мамочки…

– В выходные поедем к тебе, – негромко, но четко и безапелляционно сказал он, глядя ей в лицо.

Его лицо находилось непозволительно близко. Запах Валида забивал рецепторы Софы.

Его слова доходили до нее точно через толщу воды.

– Ко мне – это куда? – так же негромко уточнила Софа.

– С мамой меня познакомишь.