– И что вы будете делать с квартирой?

Зоя, как обычно, зрила в корень.

– Жить я там буду и дальше, – буркнула Софа, нервно поглядывая на часы. Стрелки ползли невыносимо медленно.

Сегодня была та самая пресловутая пятница. Софа не то чтобы места себе не находила…

Места себе она не находила всю эту неделю, а сегодня нервозность и оглушающее чувство вины, дурости и еще всего остального достигли апогея.

Ее потряхивало. Мелкой, противной дрожью, которую невозможно было унять ни чаем, ни попытками взять себя в руки.

Валид… Они не виделись с ним все эти дни! Ни разу не говорили. Не посмотрели друг другу в глаза. Не обсудили то, из-за чего поругались. Не расстались же, правда?..

Стоило только об этом подумать, как слезы подкатывали к горлу.

Она держалась всю неделю. Улыбалась девчонкам, зубрила лекции. Отчаянно делала вид, что у нее все отлично. Все просто замечательно.

Внутри же все кипело, бурлило, разъедало изнутри, как кислота.

Девчонкам она не рассказывала по той причине, что боялась сорваться и погрузиться в собственные невеселые мысли. Она решила, что несколько дней воздержится. Ей не хотелось признаваться в собственной глупости, а также слышать их охи, ахи и советы, которые она все равно не сможет выполнить.

Она же уже успела немного узнать Валида! Его характер с восточной кровью и непоколебимыми принципами. Она знала, что он слов на ветер не бросает. Как и то, что ультиматумы для такого характера как красная тряпка для быка.

И еще. Она-то о чем думала! Брякнула условие… И какое?! Валид что, мальчик сопливый? «Я перестану с тобой разговаривать…» Собственные слова набатом звучали в ушах, били по затылку, не давая спать по ночам. Софа сотню раз пожалела о сказанном. Как у нее вообще язык повернулся такое сказать? На каком таком дурацком эмоциональном подъеме ее понесло?

Да уж, поистине секс меняет все… И голову женщинам ликвидирует напрочь. Точнее, мозги. Вышибает их напрочь, оставляя вместо них какую-то кашу из гормонов, страхов и желания немедленно что-то сделать, сказать, потребовать.

И ведь Софа все видела о Валиде… Замечала. И такое брякнуть…

Сколько всяких разговоров было про мужчин с кавказской кровью! Что у них во главе семьи – пусть в их случае будут отношения! – стоит мужчина. Что он принимает решения, и уж тем более не стоит истерить или пытаться прогнуть его. А она?.. Сопля недоделанная и туда же полезла.

Софа металась и сжирала себя живьем. Она прокручивала в голове тот разговор снова и снова и каждый раз находила новые и новые доказательства собственного идиотизма.

Вся неделя для нее выдалась невероятно трудной. Она каждый вечер нервно ждала Валида. Прислушивалась к звукам подъезда, вздрагивала от каждого шороха. И каждый вечер ее ждало разочарование.

И вчера у них почти был шанс. Точнее, у нее.

Вчера он приезжал…

Она как раз стояла у окна и смотрела во двор.

Снова…

Она ждала его. Смотрела на пустую улицу, на редких прохожих, на качели, которые раскачивал ветер.

И не поверила своим глазам, когда увидела въезжающую во двор знакомую машину.

Пульс зашпарил с бешеной силой. Ударил в голову. Кровь прилила к лицу, окатила шею, грудь.

Софа встрепенулась. Сорвалась умываться, причесываться. Он не должен видеть ее заплаканной! А она как раз вдоволь наревелась.

В ванной она первым делом схватила расческу и суматошно начала расчесывать волосы. Хотела же их помыть! А сейчас что?! Одни сосульки!

Она схватила резинку и быстро собрала волосы в хвост. Дальше в ход пошли прохладная вода, зубная паста и тональник.

Софа действовала максимально быстро. Она не собиралась заставлять его ждать. Дверь в ванную она оставила распахнутой, чтобы не дай бог не пропустить звонок или стук в дверь. Каждый звук в подъезде заставлял ее вздрагивать, сердце подпрыгивало и замирало.

Она выбежала в коридор и привалилась к стене. Дышала часто, поверхностно.

Где он?..

Ну где?..

За то время, что она провела в ванной, он должен был уже подняться. Софа провела взмокшими ладонями по бедрам.

Тишина… За дверью не раздавалось ни звука.

Софа на негнущихся ногах подошла к окну. Каждое движение давалось с трудом, будто ноги налились свинцом. Она выглянула во двор.

Машины Валида не было.

То место, где она стояла минуту назад, пустовало. Только асфальт, только тень от тополя…

Он уехал…

Она рухнула на кровать и проревела полночи.

Вывод напрашивался сам.

Валид приехал и не поднялся к ней! Он передумал…

Не приедет он и сегодня.

У нее внутри истерика не просто клокотала. Она билась о нее снова и снова, не находя выхода! Хотелось кричать, биться головой о стену. Хотелось бежать к нему, сейчас же, в ночь, по темноте, не разбирая дороги.

Много чего хотелось…

Девчонки заметили ее опухшие глаза. Не заметить их было крайне сложно. Они утащили ее в кафе и сначала вроде как начали с нейтральных тем. Но опять же касающихся ее.

Сначала квартира.

А потом…

– Мы поругались, – не выдержала Софа. Голос дрогнул, сломался. Она посмотрела на каждую из подруг и спрятала лицо в ладонях, сдерживая рыдания. Плечи затряслись.

– С кем…

– С Валидом?..

– Как?..

– Из-за чего?

– Нет, подожди-ка… Соф…

Она понимала, что кафе не лучшее место, чтобы выказывать свои эмоции. Посетители за соседними столиками оборачивались, кто-то с любопытством, кто-то с раздражением. Она и так крепилась множество дней.

– Нет, вы не понимаете. – Она всхлипнула, отчаянно пытаясь унять дрожь в руках. Пальцы тряслись так, что она не могла удержать салфетку.

Девчонки переглянулись.

– На.

Лена сунула ей в руки стакан с яблочным соком. Софа кое-как его удержала, потом поднесла к губам и начала жадно пить. Она пила, а горло не смачивалось. Сок лился куда-то в пустоту, не принося облегчения.

Три пары глаз выжидающе на нее смотрели.

Она начала рассказывать. Об ушлепке сыночке, который снова появился на горизонте, чтобы ему провалиться сквозь землю. Про то, как Валид отвез ее к себе. Про то, что между ними было все-все, смолчала.

А вот свой косяк расписала в подробностях. Слово за слово — и полилось. Про условие, про то, как он смотрел на нее тогда на кухне, про его ледяное спокойствие, от которого душа леденела.

Девчонки переглянулись. Снова.

– Не смертельно ты его оскорбила…

– Брякнула… С кем не бывает.

– Он появится! Обязательно…

– Вы не понимаете, – начала она снова.

Лена встала и обняла ее.

– Ты знаешь его адрес. Ты всегда можешь к нему прийти.

Эта мысль намертво засела в ее мозгу.

***

Софа не думала, что когда-то еще ей предстоит стоять у этой двери.

Она нажала на дверной звонок.

Тетя Наташа открыла через минуту со скрещенными на груди руками.

– Явилась...

– Тетя Наташа, я не хочу ругаться. Я...

– А тебя мать не учила здороваться? Учительница тоже мне называется! Заслуженный педагог... Тьфу! А собственную дочь элементарным правилам приличия не научила!

Софа сцепила пальцы, впиваясь ногтями в кожу.

Пусть говорит... Есть такой тип людей, пока они всю гадость не вывалят, не успокоятся. Надо молча выслушать, и только.

– Зачем явилась? Шмотки твои я тебе все собрала еще в прошлый раз. Или ты решила назад попроситься? Учти, такой халявы, как раньше, не будет. Будешь платить...

Большего бреда Софа не слышала. Как она сдержалась и не выпалила все, что думает о «доброте и гостеприимстве» тети Наташи, вопрос. Она сжала зубы, закусив щеку изнутри.

– Тетя Наташа, Толя дома?

У женщины на лице промелькнуло удивление.

– Зачем он тебе?

– Так он дома?

Софа стояла на своем.

– Нет, уехал.

– Понятно.

Софа развернулась, но тетя Наташа схватила ее за кисть.

– А ты что-то знаешь?

Софа замялась и оглянулась. Взгляд метнулся в сторону лестницы.

– Нет.

– Ты что-то в прошлый раз говорила про валюту. – Малахова прищурилась и ее глаза стали маленькими и подозрительными. – Я ведь у него спрашивала. Думала, я промолчу, молча поведусь на твою ложь?

– Я вам не врала.

Софа попыталась выдернуть ладонь, но, на удивление, тетя Наташа держала крепко.

– Что ты знаешь про моего сына?

Голос тети Наташи изменился. Стал ниже, вкрадчивее.

– Ничего... правда.

– Но ты же пришла сюда сегодня! – Глаза женщины блеснули тревогой.

– Я хотела с ним поговорить.

– О чем?

– Неважно.

Не будет же она говорить матери, что ее сын собирался похитить девушку? Что он угрожал, хватал, тащил в машину? Что он чудовище, которого надо бояться, а то и изолировать от общества?

– Софка!

– До свидания, тетя Наташа!

– Неблагодарная... вся в...

Софа не дослушала, побежала к лестнице. Летела вниз, держась за перила. Спустилась на пролет и сразу к квартире Валида. Застыла перед дверью, разглядывая знакомый номер. Может, за то время, что она разговаривала с тетей Наташей, он вернулся домой?

У нее были ключи. Он не забрал. Они лежали на дне рюкзака и напоминали, что у нее все еще есть доступ к его жизни. Но войти без приглашения... Нет-нет, тем более после ссоры.

Она боялась думать, что может войти, а там...

Дальше она обрывала себя и начинала ругать с большей силой. Мысли бежали по кругу, загоняли в тупик, выворачивали наизнанку.

Она такая еще глупая! Ей расти и расти до Валида. Но она вырастет. Обязательно. Лишь бы помириться с ним.

И найти его.

Она нажала на звонок. Палец задержался на кнопке дольше обычного. Вдруг Валид в душе, вдруг не слышит? Глухой звонок раздался за дверью. И дальше тишина. Никто не спешил к ней.

Ни шагов, ни звуков, ни шороха.

Софа уперлась головой в дверное полотно. Прохладный дерматин, пахнущий пылью и временем, прижался ко лбу.

Сто процентов она зря паникует. Он просто задержался на работе. Или с пацанами в клубе. А может, в баре…

Не знала она, где он!

Софа провела ладонью по носу. Ладно… Ладно… Все будет хорошо. Чуть позже снова к нему придет. Надо было вчера, как и порывалась.

Она вышла из подъезда и поежилась. Похолодало. Ветер поднялся. Рвал листья с деревьев, кружил их в невеселом танце. Погода менялась, «бабье лето» с теплыми деньками и вечерами заканчивалось. Побаловало и достаточно. Софа запахнула куртку, подняла воротник.

Сделала несколько шагов и… рухнула на лавочку, положив руки на колени. Пальцы мелко подрагивали, пришлось руки сжать в кулаки. А если Валида здесь подождать? Она посмотрела на небо. Тучи набежали… Дождь возможен. В подъезде ждать тоже не вариант. Значит, позже придет.

И дверь ключом откроет!

Она шла, никого не замечая вокруг. Мысли снова и снова крутились вокруг Валида и темных делишек Толика. «Сыночка-корзиночка» вел себя нагло, уверенно. Кто мог за ним стоять? Она терялась в догадках. Он не смахивал на того, кто мог вести какие-то важные дела. Душонка у Толика была трусливой, мелкой, как у крысы, которая громко пищит и бежит при первой опасности.

Софа не заметила, как свернула к дому. Ноги сами принесли, сами выбрали путь. А там…

Валид!..

Он стоял у своей машины. Рядом с ним примостились еще две машины с полностью тонированными стеклами… И парни в черных кожанках и джинсовках.

Но все оказалось вторичным.

Приехал... Он к ней приехал! На Софу такая слабость накатила, что ноги перестали ее держать. Она даже покачнулась. В груди разорвалось что-то огромное, светлое, долгожданное. Слезы хлынули из глаз.