Капитан был на месте.

– Лейтенант Алексеева?

– Да. Капитан Сенцов?

– Андрей Иванович, приятно познакомиться.

– Ирина Петровна. Взаимно.

Полицейские предъявили друг другу свои удостоверения и немного померились взглядами. Так, пару минут, все же коллеги.

Да и Ирина не рвалась самоутверждаться, к чему? У нее комплекса неполноценности нет, она занимается делом, которое ей нравится, своим, заметим, делом, а кто этого не понимает…

Не ее проблемы!

– Где ваш потерпевший?

– Прошу, – капитан освободил проход к моргу. – Сейчас как раз им занимаются, потом будут заключение писать. Но если хотите просто поговорить…

– С трупом? – поддела Ирина.

– Можно с экспертом, можно с трупом. Как у вас со спиритизмом?

– Просто замечательно, – Ирина ухмылялась вовсе уж весело. Кого-кого, а ее проверять на устойчивость не стоило. В эту профессию нежные маргаритки не идут. И трепетные орхидеи тоже.

Кстати, надо бы узнать насчет допроса трупа. Или правда, вызова призрака?

Ирина сделала себе заметочку на будущее.

– Вас проводить?

– Благодарствую, сама справлюсь, – уверила Ирина. Собралась с духом и шагнула в морг.

Ведьма там, не ведьма, а в морге всем одинаково неприятно.

* * *

Артем Михайлов оказался молодым парнем лет тридцати пяти. Симпатичным, темноволосым, этакого мексиканского типа – был при жизни. Он даже ничего понять не успел, похоже, лицо спокойно, а вот тело…

Лучше на это не смотреть, если ты не полицейский и не медик. Да и то…

Ирина почувствовала спазм в горле и быстро выскочила наружу. Эх, не розами пахнут морги. Гадко там пахнет, и въедливо так… смывать придется. Ирина не любила химические отдушки, но иногда… лучше «нежная сирень», чем мертвечина и формалин.

– Сигаретку?

Курить Ирина ненавидела. Но перебить гадостный привкус в горле, а заодно наладить контакты с собеседником…

– Спасибо.

Капитан протянул ей пачку с сигаретами, ловко выбил одну штуку, Ирина подхватила ее и с удовольствием прикурила от протянутой сигареты.

Глотнула дым.

Вдыхать не хотелось, а вот так, отбить ощущения – в самый раз.

– Фууууу… благодарю.

– Не за что. Сам едва не опозорился, – отмахнулся мужчина, разглядывая Ирину с явным интересом.

Ирина посмотрела в ответ. Уже не как на капитана, а как на человека, пристально так, изучающим взглядом заинтересованной женщины.

А что, симпатичный мужчина. Высокий, на голову выше самой ведьмы, с каштановыми волосами и веселыми карими же глазами, с таким типично «хорошим» лицом. В советские времена его не глядя бы взяли на роль «хорошего парня» в кино. Этакий «Илюша Ковригин».[20]

Только вот почему-то Ирине он был неинтересен. И вообще, русые волосы ей нравятся больше… минуту?

Оборотень?

Ну, погоди ж ты у меня, хвост облезлый!

Ирина мысленно ругнулась на Кирилла, но вслух сказала совсем другое.

– Выглядит ужасно. Говорите, три раза переехали?

– Очевидец так говорит.

– А видеосъёмку не сделал? – с профессиональным интересом спросила Ирина. Да, раньше, если человек тонул, его спасали. Сейчас могут сделать селфи на фоне утопающего и выложить в сеть. А уж какой несчастный случай снять – кашей не корми умников.

Да таких «по´па-рацио» метлой гонять приходится. И то… просачиваются, словно известная субстанция по канализации!

– Не успела, говорит, пока телефон искала, машина уехала.

– А номера?

– И номера эта дура не запомнила. Самое обидное, что на доме камеры стоят… но – не работают! Не подключили.

– Блин! – от души высказалась Ирина. – Обидно-то как!

– Не то слово! Так что у вас за дело оказалось к потерпевшему?

Ирина пожала плечами.

– Да ничего особенного, может, помните, у нас на территории случай? Был такой Исеков…

– Не особо. Напомните?

Ирина послушно пересказала обстоятельства дела. Капитан потер лоб, но ничего не понял.

– А это тут при чем?

– До меня дошел слух – только не спрашивайте, откуда именно, что потерпевший Михайлов хорошо во всем этом разбирался. Я и подумала – вдруг одна тусовка?

– Материалами не поделитесь? – окончательно расслабился капитан.

– Это уже к начальству. Телефончик дать? – Ирина не собиралась делиться всем и сразу. Намека хватит, а дальше пусть сам бегает.

– Давайте, – капитан забил цифры в свой мобильник и кивнул. – Спасибо.

– Да не за что. Одно дело делаем, – Ирина последний раз втянула в себя дым, отчего в желудке стало горячо. Зато и мутить перестало, и на том спасибо.

Капитан тут же набрал номер, но начальника не оказалось на месте.

Ирина подумала, что сейчас он, наверное, в Пахомовке или где-то в той стороне, и ей стало грустно. Не попросила она лешего прикрыть своих.

Зря?

А кто его знает. Зря, конечно, могут быть жертвы. Но ведь и участие лешего не скроешь, магия у них такая, своеобразная и яркая, ее ни с чем другим не перепутаешь.

Все правильно. Но тревога зудит, не отпускает… и поди, разбери, то ли это ведьминское чутье, то ли паранойя обострилась, то ли просто погода меняется?

– …кофе?

– Простите, что? – Ирина поняла, что с ней разговаривали, и виновато улыбнулась. – Задумалась.

– Давайте я вас приглашу выпить кофе? В благодарность за сведения?

– А давайте, – кивнула Ирина. – Куда пойдем?

– Здесь рядом «Кофеёк», вы там не бывали?

– Бывала. Дороговато, но кофе там потрясающий.

– Тогда предлагаю туда и зайти. Лучше кофе может быть только кофе.

Ирина не возражала. «Кофеёк» был заведением маленьким, но очень уютным, совершенно не сетевым, просто человек держал его для собственного удовольствия. Цены чуть дороже средних по городу, зато кофе настоящий.

Крепкий, вкусный, варенный на песке – любой рецепт по вашему выбору. Что закажете, то и сварят, частенько прямо на глазах у заказчика. Посетителей немного, в зале вкусно пахнет кофе, специями, пряностями и выпечкой… да, это тоже местная фишка.

Никаких покупных тортов. Только пироги, самые разные, но обязательно печеные. В соседней пекарне.

Понравился – можете такой же и домой прикупить.

Гурманы в городе не переводились, так что заведения процветали.

Ирина с удовольствием устроилась за столом, погладила скатерть в красную клеточку…

Так все по-домашнему, уютно…

И столики разделены и колоннами, и растениями, создавая иллюзию уединенности, и вот эти клетчатые скатерти, и занавески в тон. И маленькие чашечки с кофе, и блюдца с красным ободком, и даже красно-белые салфетки… вот вроде бы красный – агрессивный цвет?

Но здесь и сейчас он был очень расслабляющим. Уютным каким-то, домашним…

Ирина отпила глоток кофе и даже глаза прикрыла от удовольствия.

– Спасибо. Это самое прекрасное ощущение за сегодняшний день.

– Пожалуйста.

Капитан сидел напротив и тоже наслаждался кофе.

– Вам с чем пирог?

– С персиками, – выбрала Ирина и хищно облизнулась.

– А мне с клубникой.

Выражение лица у капитана было таким же хищным. Хорошо…

* * *

– Думаете, они были знакомы?

– Могли быть.

Неспешная беседа под чашку кофе и пироги вполне устраивала обоих полицейских. Почему нет? Если два дела, как оказалось, пересекаются, все равно придется взаимодействовать. Надо будет и встречаться, и разговаривать…

Да и сейчас капитан с понтом дела показывал Ирине схему ДТП, фотографии с места происшествия (официант посмотрел, побелел и удрал в туалет, бороться с обратной перистальтикой), фото брошенной машины…

Да, грузовик там и оставили, на месте преступления. Водитель бросил ее и сбежал.

Ирина задумчиво кивала, пока капитан высчитывал скорость движения автомобиля киллера.

Да, удобное место.

Дом стоит вдоль дороги, буквой «Г». «Сквозняк» проходит вдоль всего дома, въезд на одном конце, выезд на другом. И дорога-то идет вдоль дома, из подъезда фактически выходишь на проезжую часть. Кто так делает? А стоянка – если букву «Г» прекратить в квадрат – в районе верхнего правого угла, пока туда дойдешь, по проезжей части пройти придется.

Идеально.

Интересно, кто придумал эту схему с наездом?

Кто вообще втравил Михайлова в эту историю? Не он ведь играл первую скрипку, наверняка не он! Кто-то должен быть за сценой! Обязан!

Ирина действительно задумывалась над этим вопросом.

Да, Петю заставили сделать вольт для Чивилихина, но как? Похитив жену. И это не первый случай. А с похищениями людей у нас пока завязан только один человек – вот этот самый Михайлов. Но ведь ему было не разорваться, и кто-то должен был искать для него информацию. По похищениям тех, кто мог…

– Черт! Сейчас, минуту!

Ирина подскочила, словно на пружинах и вылетела из кофейни.

– Кирилл, ну отзовись, паразит такой!!!

В показаниях людей, которых они вместе вытащили из усадьбы, когда искали Тамару, не было одного очень важного вопроса.

А именно – вы, ваши близкие или ваши знакомые – кто-то из перечисленных занимается ворожбой?

И если хотя бы у трех человек сойдется…

Программа, однако?

Получается, что кто-то собирает или людей, обладающих силой, или тех, на кого их можно поймать…

Кирилл не отзывался.

Ирина нетерпеливо притоптывала ногой… ну?! Твою ж дивизию!

Нет ответа.

Ладно, потом дозвонится. А пока…

Ирина вернулась в кофейню, вежливо допила кофе и распрощалась. Все равно никакая мысль в голову не пойдет!

* * *

Ирина медленно шла по улице и размышляла.

Если предположить именно это, все укладывается в одну схему, нет?

Старая ведьма, которую, называя своими словами, довели до смерти.

Михайлов, который собирал людей – для чего?

Исеков, который наводил порчу…

Для кого?

Вот главный вопрос. Как известно, за всеми перипетиями истории, за всеми войнами, революциями и прочими пертурбациями стоят экономические интересы. Классика сыщицких заповедей – ищи кому выгодно.

Всегда, везде…

Нашел того, кто наживется на преступлении – считай, нашел преступника.

Ирина подумала про Чивилихина. А ведь он тоже вписывается в данный круг. Вот кому в наше время придет в голову изводить врага, наводя на него порчу? Скорее уж люди наймут киллера! Да и кому, в самом деле, придет в голову, что кучка родственников-уродственников сумела бы удержать комбинат от развала?

Рассыпалось бы все, как старая табуретка.

А кому это выгодно?

У Чивилихина спросить?

Да вот в чем беда, выгодно может быть слишком многим. А кто подсказал, уже и не найти. Если там еще родственнички живы, то не факт, что они такое вспомнят. Бывает ведь…

Там слово, здесь намек, да и самому мараться не обязательно…

Ирина вспомнила какой-то старый детектив. В нем человек хотел завладеть поместьем и нанял жиголо. Тот соблазнил дочь и жену, в результате разразился скандал, отец помер с горя, жена отравила дочь, села в тюрьму… если бы не вернулся из дальних краев блудный сын, так бы и досталось все шестиюродному племяннику.

Но сам-то племянник раньше времени и не светился. Ни рядом, ни близко, ни в обществе…

А кому выгодно? Слишком длинный список.

Ирина покусала ноготь. Да, проблема…

Ой?

Ноги сами сделали прыжок, раньше, чем она успела что-то сообразить.

Кирилл?

Да, это был оборотень, но в каком виде?

Дон Корлеоне повесился бы от зависти на собственном галстуке, потому что галстук Кирилла был дороже. И булавка там была явно антикварная. И костюмчик тянул на годовой бюджет Зимбабве.

А еще…

Рядом с ним стояла девушка, при виде которой Ирине стало искренне обидно. Вот так, за жизнь.

Вообще, она никогда не считала себя некрасивой. Обыкновенная, достаточно симпатичная, но… но – не такая. И золотых волос у нее нет, и больших синих глаз, и красивого личика, словно из фарфора, и фигура у нее похуже…

Обидно?

Ага, как будто играли вы в лотерею, тебе два рубля, а соседу три миллиона. Как-то так.

И платье на ней было такое, что Ирине на него за три года работы накопить не светило, разве что не есть и не пить. Что-то голубое, воздушное, летящее… такие вещи надо уметь носить, но девушка умела и смотрелась королевой, а не огородным пугалом, на которое кто-то напялил тряпку с манекена.

Ирина прикусила губу. И что теперь делать? Кидаться на шею оборотню? Подойти и спросить что-то?

Просто поздороваться и пройти мимо?

И почему ей не нравился ни один из вариантов?

Ведьма прижалась поплотнее к дереву и понадеялась, что в ее сторону просто никто не посмотрит. А зачем, если рядом такая красавица?

Правда, когда ветер дунул Ирине в спину, ведьма едва не выругалась, но порыв ветра быстро стих, а оборотень, который до того принюхивался, помотал головой, как-то очень по-человечески.

Почудилось, понятно…

Обидно.

До слез и соплей обидно.

А чего обижаться? В любви Ирине не клялись, красивых слов не говорили, не признавались, не… ничего не. Так что она возмущается?

Ведьма и сама не знала. Просто было очень обидно.

Хотя…

Минуту?

Кому красавица, а кому…

А если это «троянская лошадь»? Если ее подставили Кириллу?

Где у нас телефон?

Как хорошо, что есть фотоаппараты. И камеры с большим разрешением. Секунда – и снимок блондинки есть в телефоне. Загоним в базу.

Но лучше бы, конечно, и еще кое-что сделать. Снимок – хорошо, паспорт лучше, но не самой же проверять? Так не пойдет…

Ирина задумалась, покусала ноготь, а потом огляделась вокруг. Кирилл со спутницей скрылись уже в ресторане. Ведьма быстрым шагом пошла вокруг района – и бинго! Долго искать не пришлось.

Вот и патрульный наряд полиции! Два сержанта, в форме…

Ирина выскочила им наперерез и махнула удостоверением.

– Ребята, помощь нужна!

– Какая? – не стали отказываться «ребята».

– Маленькая. Ни погони, ни стрельбы не будет. Пожалуйста, просто загляните вон в тот ресторан. Там за столиком должны сидеть двое, – Ирина более-менее описала Кирилла и блондинку. Ребята внимательно слушали. – Пожалуйста, спишите у них паспортные данные под любым предлогом? Мне кажется, эта парочка аферистов по квартирам, вроде как похожие проходили по одному делу… но показываться на глаза не хочу. И спугнуть не хочу… Пожалуйста?

Подействовало моментально.

И через двадцать минут Ирина имела на руках все данные.

Ну, про Кирилла она и так все знала. А про девушку…

Кравцова Маргарита Петровна.

Восемнадцати лет от роду, красива, очаровательна….

А еще – она дочь настоятеля Михайловского храма. Одна из. Вот и вся разгадка. И ничего черного за ней не числится, разве что школу закончила с тройкой по математике.

Ирина горячо поблагодарила сержантов и направилась домой. И настроение ей не улучшил даже телефонный звонок.

– Лейтенант Алексеева, поздравляю.

– С чем?

– Орден не дадут, но премию я для тебя точно выбью, – порадовал Иван Петрович. – Взяли мы голубчика.

– В Пахомовке?

– А то! Туда и вышел, мы в магазинчике пару ребят оставили – и скрутили голубчика, как колбасу.

– Здорово, – Ирина честно попробовала изобразить энтузиазм. Получилось плохо, но по телефону начальник разницы не заметил.

– Не то слово! И оружие у него с собой, теперь не отмажется… жаль, не пристрелили при задержании, ну да ладно, и так ему жизнь медом не покажется.

Ирина выслушала, покивала, согласилась со всем и распрощалась. И отправилась домой.

Домой?

Да. К тете Свете и коту. Ей срочно требовался под бок пушистый мурчательный агрегат со всепонимающими зелеными глазами. Серьезный такой…

* * *

– Сим, – почесывала Ирина кота примерно час спустя. Рядом с матрасом, на котором вальяжно возлежали и ведьма и кот, стояла креманка с мороженым. Пломбир с шоколадной крошкой, очень вкусно.

– Мурррр, – вежливо ответил кот.

– Гад он, а не оборотень, правда?

– Муррррм.

– Ладно. Я знаю, что мороженое тебе вредно, но если чуть-чуть, то можно. И я специально купила в хорошем магазине, где за качество отвечают. Тут даже ни одного красителя нет, представляешь?

– Мууууррррр, – представил кот, слизнув с ладони девушки подтаявшую вкусняшку.

– Ага, покупаю я недавно хлеб. Вот ты не поверишь – читаю состав. Масла – всех видов, в том числе пальмовое… вот мне интересно, как из пальмы масло выжали, под пресс засунули? Эмульгаторы, ароматизаторы, разрыхлители, антислеживающие агенты… вот! Подсластители, еще куча всякой гадости, а потом в конце крупно написано – не содержит красителей! Я чуть от обиды не расплакалась. Почему мне краски в булочку не положили? За что обделили? Неужели химкомбинат у них партию красителей перехватил?

– Мррррр.

– А тут молоко, сахар, масло, выжатое из плебейской коровы, которая с рогами, и шоколадная крошка. Ну, стабилизатор. Один. Так что можно кушать. Сто´ит, конечно, забеспредельно… Как ты думаешь, почему мороженое, в котором куча добавок, стоит дешево, а мороженое, в котором почти ничего нет – дорого? Как-то странно…

Кот подтвердил, что странно – и влез мордой в креманку. А чего мелочиться?

Настоящие мужики с рук не кушают, они хищники и сами охотятся за добычей.

Вылезшая наружу черно-белая морда была настолько потешной и довольной, что Ирина только и смогла, что рассмеяться. Сердиться сил не осталось.

– Хорош!

– Мурррр!

А что, кто-то сомневался, что хорош?

Сим был в этом твердо уверен.

Вот в эту минуту у Ирины и зазвонил телефон.

* * *

– Кирилл.

Кот вальяжно облизнулся, всем видом показывая ведьме, что переживать не из-за чего. То ли дело – мороженое. А оборотней в мире много, штукой больше, штукой меньше… зачем они нужны, если даже молока домой не приносят? Ирина почесала за ухом хвостатого прагматика, фыркнула и нажала на «ответить».

– Ириш, привет.

– Привет.

– Ты мне звонила?

– Да, было дело.

– Извини, занят был.

– Пиво пил? – не удержалась Ирина.

– Да, почти… напиться хотелось, – сыронизировал в трубке оборотень.

Ирину тянуло поинтересоваться – для храбрости или под впечатлением, но пришлось промолчать. И вместо этого задать свой вопрос.

– Кирилл, а те люди, которые из усадьбы… вместе с Женей, помнишь?

– Да.

– Их не спрашивали? Кто-то из них, или из их родственников имеет отношение к колдовству?

Кирилл задумался.

– Ты знаешь, один колдун там точно был, слабенький. Но спокойный.

– Почему?

– У него всего дара – на пару вещих снов в год и хватало, он сам рассказал. Вот бывает так, снится человеку, что будет с ним или с его близкими. Итог видит, а иногда и развилку, или еще что.

– Ага, и поэтому он был спокоен? Знал, что его выручат?

– Да, примерно так. Ему не судьба была тут и так умирать, вот и не переживал.

– Пережил.

– Да. Пережил.

– А остальные?

– Способностей ни у кого не было. Это точно. А остальное… да кто ж знает?

Ирина задумчиво кивнула.

– Понятно. А расспросить их никак нельзя? Хоть пару слов?

– Можно. А нужно?

– Очень нужно.

– Зачем? – тут же заинтересовался оборотень.

– Потому что. Будь человеком, расспроси, – попросила Ирина.

– Человеком не буду, но спросить – спрошу, – согласился оборотень. – Я правильно понимаю, что у тебя появилась какая-то версия?

– Ты спроси, а там обсудим, – Ирина решила не вдаваться в подробности.

Попрощалась и положила трубку.

Интересно, кто была та девушка? Кто она – оборотню? Подруга? Невеста? Любимая?

Но как тут спросишь? Как тебе ответят?

Нет, Ирина решительно не собиралась ничего узнавать.

– Сим!!!

Возмущение в голосе ведьмы было вполне обоснованным. Котяра уже стрескал все мороженое, вылизал креманку и умильно поглядывал на ведьму.

Хозяйка, может, еще вкусненького?

– Перебьешься. Тебе для здоровья неполезно.

– Мурррм.

Судя по взгляду зеленых глаз, Симу хотелось мороженого. А здоровье… у кошки девять жизней, так-то.

– Может, тебе еще и пива налить? С воблой?

– Мурррм?

Это прозвучало явно заинтересованно.

– Ну уж – нет. Это – точно перебьешься.

* * *

Кирилл перезвонил через полтора часа.

– Привет еще раз.

– Привет. Что случилось?

– Ты просила узнать про тех ребят, я и узнал, – Кирилл тоже не стал вдаваться в долгие разглагольствования.

– И что узнал?

Вторую вазочку с мороженым Ирина предусмотрительно отодвинула от наглой усатой морды. И вообще, оно со смородиной, а котам, кажется, смородину нельзя.

– Что ты попала в десятку.

– Вот как? – слушать было приятно.

– У одного сила, у двоих жены ведьмами подрабатывают, еще у девушки бабка ведьмой была. Ей, правда, ничего не передалось… наверное.

– Вот и ответ. Кто-то собирает людей, наделенных силой. Или тех, через кого можно получить доступ.

– А зачем?

– Вот это и мне бы хотелось знать – зачем.

– Но подозрения у тебя уже есть, правильно?

Ирина фыркнула.

Правильно-правильно, а то нет, что ли?

– Учитывая руны, ритуал, проведенный на кладбище, помнишь, с собакой, еще кое-какие признаки, ну и мое чутье…

– Ну так?

– Кто-то собирается провести ритуал. А вот для чего – черт его знает. Но вряд ли для увеличения урожайности кукурузы.

– Однозначно. А ты понимаешь, что в таких ритуалах последствия весьма и весьма нехорошие?

– Гибель девяносто девяти процентов участников и получение всей силы одним человеком? Да, понимаю. Это как вариант. А что?

– Мне это не нравится, – мрачно высказался оборотень.

– Ты знаешь, мне тоже.

– Ты не будешь против, если я проинформирую свое начальство?

Ирина вздохнула в трубку. Скорее, демонстративно, чем страдальчески.

– А если я буду против – ты его не проинформируешь?

– Ну…

– Или твои разговоры не прослушиваются и не пишутся?

– Вот это – вряд ли.

– Ну-ну…

Кирилл фыркнул.

– Даже если и так? И что?

– Да ничего. Я все равно не против, так что пусть прослушивают. В моей жизни темных пятен нет, мне скрывать нечего.

– А если у тебя на работе узнают, что ты ведьма?

– Пффффф! Вот уж чем участковых не удивишь, они каждый день ведьм видят в разных амплуа. То со скалкой, то со сковородкой…

– Тяжелая у вас работа.

– Очень.

– Ладно. Начальству я расскажу, если что. Не ваших же поднимать по тревоге…

– Если будет массовое жертвоприношение, это как раз по нашей части.

– И по нашей тоже.

Ирина спорить не стала. Почему-то у нее было предчувствие, что все силы понадобятся.

Она отложила трубку, и…

– СИМ!!!

– Муррррм?

Мороженое испарилось из вазочки. А котяра выглядел бессовестно довольным и вылизывал усы.

– Ну уж нет. Пива я точно домой не куплю. Пьяный кот – позор семьи, понял?

– Муррррм.

Ирина только головой покачала. Почему-то это прозвучало с та-акой типично мужской интонацией: «Молчи, женщина!». С хвостами или без хвостов, но мужчины – они такие мужчины!

* * *

Утром Ирина чувствовала себя значительно лучше, чем вечером, и для этого были причины.

Во сне ей удалось попасть на ту самую заповедную поляну, и задать старой ведьме несколько вопросов. Ответы ее более чем устроили.

Да, можно было вызвать призрака.

Нет, не спиритизм.

Душа человека остается на земле ровно сорок дней. Потом уже уходит. Вот если уложиться в этот срок, можно пообщаться с душой ушедшего человека. Правда, есть и свои сложности.

Первое – душа должна тоже пожелать этого общения. В противном случае ты можешь хоть потолок пентаграммами изрисовать, результата не будет.

Второе – душа не должна быть враждебно настроена. Насчет медиума – это не шутки, именно ведьма или колдун служат каналом, через который идет общение. И если душа настроена негативно…

Варианты возможны.

От одержимости до безумия «проводника». Или вообще – смерти. Такое тоже случалось.

Каковы варианты побеседовать с Михайловым?

Сложный вопрос. Если человек умер своей смертью, тут – смотри выше. Либо не приходит, либо приходит песец. Если человек умер не своей смертью, тут надо еще думать, что ему важнее. Бывало по-разному.

К примеру, смерть медиума. Муж убил жену, но та его настолько любила, что выжгла мозги медиуму в попытке защитить подонка.

Или – наоборот, месть.

В том случае также муж, и также убил жену, та обо всем знала – после смерти призраки многое знают, и желала отомстить.

Мужчину в результате убили, а медиум даже увеличил свои способности.

И с киношными вариантами вызова духа реальный процесс ничего общего не имеет. Разве что внешний вид.

На самом деле, медиум и дух встречаются в пятом измерении и договариваются. Или – начинают сражаться. Дальше опять возможны варианты.

Или – или.

Все на собственный страх и риск, все как получится. Все на волю Ирины, хотя и жаль будет, если что. Но силу старая ведьма передала, ее совесть и посмертие чисты. А уж как ими распорядится Ирина – ее воля.

Ведьме было о чем задуматься.

Умирать не хотелось, но найти убийцу было необходимо. Еще из-за одного крохотного «но». Она получила силу в результате смерти Прасковьи. И если отомстить за наставницу…

А отомстить требовалось, ведьма понимала это очень отчетливо. Есть и такое, как последняя ведьминская воля, или последнее желание.

Если Ирина найдет убийцу…

Волкодлак?

Та дурочка-ведьма?

Нет, Ирина не верила, что они во всем виноваты. Даже не так, довели-то до смерти Прасковью именно они, а вот кто им приказал? Есть нож, который убивает, и есть рука, которая его держит. А есть еще голова, прикрепленная к этой руке, и тот, кто науськал голову.

Есть.

Вот последнее звено Ирина и хотела вытащить на поверхность. Рассмотреть, посадить…

Хотя бы – пристрелить при задержании.

Незаконно?

Сложный вопрос, законно-незаконно. Да, законы есть, да, их надо соблюдать, но Ирина очень часто думала, что некоторые законы стоило бы или изменить, или ужесточить… или – наоборот. Смягчить. Допустим, украл воришка шоколадку. И чего его таскать из суда в суд?

Выдрать да отпустить.

Допустим, продал кому-то подонок дозу наркоты. То же самое – чего его таскать в суд и тратить деньги налогоплательщиков?

Казнить – и вся недолга.

А те, кто будет кричать: жестоко, ужасно и «оно ж человек» – пусть представят на месте наркомана своего ребенка. И заткнутся раз и навсегда.

Ирина понимала, что подобные теории сторонников не найдут, да и ладно. Переживет.

А пока…

Ох, как же неохота это делать. Как же тоскливо. Как же не лежит сердце.

И даже на ведьминские предчувствия не спишешь – ни к чему. Ирина отлично знает, что именно ей не нравится, она уже попала в зону внимания одной организации и вторая ей совершенно без надобности. А вот.

Откладывать не хотелось, так что Ирина достала телефон и набрала номер.

– Доброе утро.

– Здравствуйте.

Голос на том конце был женским и достаточно молодым. На минуту Ирина даже засомневалась – вдруг Петя дал ей неверный номер. Но разговор начинать надо было.

– Могу я поговорить с магистром Николаем?

Учитывая, что девушка не выказала ни удивления, ни возмущения, попала Ирина куда надо.

– Магистр белой магии Николай Светличный будет после обеда.

– Замечательно. А записаться к нему на прием можно?

– Можно. К сожалению, не в ближайшее время, у магистра все расписано.

Ирина мысленно поаплодировала магистру. Действительно, где надо прятать лист? Да в лесу, товарищи, в лесу.

Магистр? Ага, магистр. Даже и магии, сейчас таких как тараканов, мировых запасов дуста – и то мало на них на всех будет.

А уж разбирать, кто работает, а кто лохов стрижет, и вовсе ни один человек не станет. И все странности списать на магию можно, хоть ты всю квартиру козлиными черепами заставь и черными свечами потолок уляпай – магия-с!

Молодец какой!

– Мне бы хотелось попасть к нему на прием как можно скорее.

– По какому вопросу?

– По вопросу наследства от бабушки. Крайне странного наследства, – намекнула Ирина.

– Может, вам лучше к юристу?

– Нет, подозреваю, что любой нормальный юрист меня пошлет к психиатру, – отвергла щедрое предложение Ирина. – Не верят они в магию.

Девушка подумала пару минут.

– Ладно. В качестве исключения я могу записать вас на конец недели. Это через четыре дня, в субботу, в шестнадцать пятнадцать, прийти сможете?

Ирина посмотрела на календарь.

Дежурство.

– Нет. Не смогу, у меня работа.

– А когда сможете?

– Если на той неделе?

– Не раньше четверга?

– Записывайте на четверг, – согласилась Ирина. Не ближнее время, но хоть что-то.

– Как вас записать?

– Алексеева. Ирина Петровна.

– А-ак…

Судя по кваканью на том конце провода… о ней – знают? Слышали?

– Лейтенант полиции?

– Да.

– Я поговорю с магистром и перезвоню вам. Прошу вас подождать десять минут.

Услужливости в голосе девушки прибавилось. Интересно, что ей такого сказали? Что Ирина лопает на обед по три ресепсионистки? Ага, щасссс…

На них столько краски наложено, что отравление наступит уже при первом укусе.

Ладно, подождем…

* * *

Десять минут пролетели быстро. Пока в душ, пока почесать кота…

В душе?

Ага, в нем.

Сим проявлял заботу и внимание, сидел на бортике душевой кабины, не давая как следует закрыть дверь, и плевать хотел на все брызги.

За хозяйкой следить надо! Не то в слив утечет, это каждому серьезному коту ясно!

Да еще и пол потом вытирать. Жаль, его котом нельзя вытереть, о чем Ирина и сообщила кошаку, выразительно глядя в наглые зеленые глаза.

Бесполезно.

Взывать к кошачьей совести бессмысленно даже для самого продвинутого некроманта – он специализируется по покойникам, а не по придуманным сущностям.

Телефон запищал, и Ирина нажала кнопку.

– Да?

– Магистр Николай готов принять вас завтра, в девять вечера. Сможете прийти?

– Да, вполне.

– Сенная, девятнадцать. Офис девяносто три.

– Это «стекляшка»?

– Она самая.

– Спасибо, я буду, – поблагодарила Ирина.

– Не за что. До свидания.

– До свидания.

Настолько ведьма уже была в курсе дела. «Стекляшкой» местные жители прозвали офисное здание, построенное по образцу «Москва-сити». Это когда здание выглядит словно стеклянное.

Восемнадцатиэтажка была выполнена из голубого стекла (во всяком случае, она так выглядела), и вся была отведена под офисы.

Изначально.

Потом оказалось, что Москва – это одно, а Кораблик – совсем другое. И московские цены на офис ставить не стоит, даже если в отделку ты вгрохал неплохие даже по московским меркам деньги. Так что половина офисов стояла закрытыми, на первом этаже поместился спортзал, на втором – несколько кафешек, а офисы попадались крайне редко.

Девяносто третий офис означал всего лишь – девятый этаж, третий офис. Был бы восемнадцатый этаж – был бы сто восемьдесят третий, к примеру, офис.

Ладно, можно и прогуляться.

Ирина пожала плечами и принялась одеваться на работу. Тетя Света шуршала на кухне, и когда Ирина вышла туда, встретила ее улыбкой.

– Ирочка, овсянку будешь?

– Овсянку?

В кастрюле закипала каша желтовато-серого цвета. Да-да, та самая, от которой сэр Генри сбежал навстречу собаке.

– Я решила с утра сварить кашку, – поделилась тетя Света. – Не знаю пока, что ты кушаешь, но овсянка для желудка хороша, это как скраб, который все отчищает…

Ирина сглотнула комок в горле.

Вот теми же словами говорила про овсянку и ее бабушка. Один в один.

– Тетя Света…

– Да? Ирочка, или ты с утра ничего не кушаешь? Девушки сейчас фигуру блюдут…

– Тетя Света, спасибо…

Овсянка была горячей. И отлично помогла пропихнуть в горло тяжелый комок. Все же у нее есть близкий человек, это здорово!

Сим тоже получил порцию овсянки и принюхивался к ней с недоумением.

– Кушай, – погрозила ему пальцем тетя Света. – Это на помойке тебя могли всякими химикатными кормами пичкать, а теперь ты кот домашний, так что будешь кушать домашнюю еду. Сейчас я тебе курочки сверху покрошу…

Курочка была покрошена и овсянка все-таки съедена, хотя и не без внутреннего кошачьего протеста. Увы… когда это при демократии протесты народа принимались во внимание?

Колхоз – дело добровольное, вступай, а то расстреляем.

Пришлось всем дружно кушать кашу.